Глава 50
На следующий день мы со Стефано все же встретились в библиотеке. Ровно в восемь часов вечера, хоть и другого дня, я стояла у самых дверей, чувствуя, как трясутся поджилки. Стефано уже ждал меня внутри. Там, где когда-то я сидела и рассматривала его фотографии из прошлого.
Я молча подошла к креслу, в котором сидел ведьмак, закинув нога на ногу. В бордовом костюме, он равнодушно наблюдал за моими неловкими движениями.
— Сегодня без вечерних купаний? – иронично произнес он, сложив подбородок на руку.
Я, поджав губы, промолчала. Мне самой не верилось в то, что я едва не совершила. Точнее, совершила, но не до конца. Всю ночь меня тревожили страшные мысли. Я ворочалась, не в силах даже сомкнуть глаз. Стоило мне задремать, как перед глазами тут же мелькали эпизоды с озера. Я вновь чувствовала, как задыхаюсь, легкие горели, а тело не слушалось.
Мне было страшно даже представить, что случилось бы, не окажись Стефано рядом. Конечно, я бы не умерла. Особняк Фарнезе не отпустил бы меня просто так. Однако есть вещи куда страшнее смерти. Например, муки, что меня ожидали впереди.
Или четкое осознание моей слабости. Попытавшись умереть, я всем своим существом признала победу Фарнезе. Я поддалась в их беспощадной игре и подтвердила, что моя жизнь действительно ничего не стоит. От одной этой мысли было в сто крат больнее, нежели от той агонии, что я испытала, когда тонула.
— Присаживайся, — Стефано по-хозяйски махнул на кресло, стоящее у самой стены.
Я послушно села и скосилась на лампу, зажженный огонек которой набрасывал затейливые тени вокруг себя. В полумраке лицо Стефано выглядело зловеще: скулы обострились, глаза почернели, а на лбу собрались хмурые морщинки. В полной тишине же мне казалось, что мои мысли оглушительны и слышимы даже Стефано.
— Ну... — я была не в силах терпеть затянувшееся молчание, а ведьмак, кажется, наслаждался неловкостью, что я испытывала.
— Розалинда... — протянул мужчина наигранно. – Или правильнее Мартина? Как мне к тебе обращаться?
Я сконфуженно отвела глаза в сторону. Моя легенда была разрушена. Еще тогда, когда я помогла сбежать Габриэлле, Стефано услышал мое настоящее имя. С тех пор он обращался ко мне только по нему, но никогда не задавал вопросов. Сейчас же он требовал правды своим красноречивым задумчивым взглядом.
— Меня зовут Мартина Инганнаморте.
— Вот и первые новости. Ну, расскажи о себе, Мартина Инганнаморте.
— Мне восемнадцать лет, — я начала рассказ против своей воли.
Уже несколько месяцев я не произносила вслух своего имени. Для кого-то другого. Да и, возможно, долгое время не делала этого раньше. Это имя, такое чужое и родное одновременно, резало мне слух.
На долгие месяцы моей личиной стала история Розалинды Бруно. И я помнила лишь о ее судьбе, совершенно забыв о своей. Рассказывать же собственную историю Стефано было до ужаса неприятно. Он был совершенно не тем человеком, которому я хотела бы довериться. Учитывая, что даже Кристиану я не смогла раскрыть всей правды.
— Всю жизнь я прожила в Таранто. Сначала с родителями, а после их гибели присоединилась к Цитадели.
— К Цитадели? – удивленно произнес Стефано. – Борделю?
— Да, — я сморщилась от сквозившего в тоне ведьмака сомнения. – Но я не была проституткой. Слышал ли ты о шпионках?
— Загадочные шпионки Цитадели... — протянул Стефано задумчиво. – Незаметные, словно тень, ловкие, как дикие кошки, но опасные подобно Сиренам. Неужели ты была одной из них?
— Да.
— В это сложно поверить, — взгляд Стефано оценивающе проскользил с моего лица до самых ног. Я едва не сжалась под его пристальным вниманием, но сдержала себя.
— Тем не менее я была лучшей.
— И как же лучшая шпионка Цитадели оказалась так далеко от дома?
— Шпионки были мной недовольны. Меня подставили. Они натравили на меня жандармов, поэтому теперь по всему Таранто развешаны плакаты с моим портретом.
— Так тебе еще и завидовали? – Стефано едва не рассмеялся. – Ты уверена, что все это – не плод твоих фантазий?
Мои ноздри раздулись от гнева. Я едва не вскочила на ноги, чтобы выбежать из библиотеки, но мужчина вовремя одернул себя.
— Хорошо, продолжай.
— Во время побега от жандармов я и встретила Розалинду Бруно. От нее услышала про ваш особняк, нашла ее приглашение и выкрала его. Так я оказалась здесь.
— Удивительно... — протянул Стефано. – Цитаделевская шпионка оказалась в моем доме. Разве ты не знаешь, что здесь делают с лгунами?
Я вспомнила три нерушимых правила мадам Кавелье, которые услышала еще в первую нашу встречу.
— У нас есть определенные правила, которых обслуживающий персонал должен придерживаться. За нарушение этих правил вы получаете предупреждения. Три предупреждения — и на выход, — начала домоправительница строго.
После этих слов даже мне стало не по себе, а остальные горничные, задержав дыхание, вовсе замерли на месте. Энтузиазм в наших рядах как-то поубавился.
— Первое правило — пунктуальность. Вы везде и всегда должны быть вовремя. Если мы встаем в шесть и завтракаем в пол седьмого, значит вы должны встать с кровати ровно в шесть и сидеть в столовой ровно в пол седьмого. Особенно это касается ваших рабочих обязанностей! Если вы собьетесь с графика — вы нарушите работу всей системы дома.
— Второе правило — исполнительность. Вы выполняете все обязанности, которые на вас возлагаются. Никакого отлынивания и неположенного отдыха. Если я хоть раз увижу, что вы днем пьете чай или бездельничаете — тут же получите предупреждение.
— Третье правило — честность. Никакой лжи, притворства и умалчивания. Умейте нести ответственность за свои поступки. Ну, а если я поймаю кого-то из вас на воровстве... Простым увольнением не отделаетесь. Тут же окажетесь за решеткой Реджины Чели. Это понятно?
— Да, — прозвучало неуверенно.
— Я не услышала, — потребовала мадам, скрестив руки на груди.
— Понятно! — отозвались мы уже увереннее.
— Знаю.
— Здесь была еще одна горничная. Она тоже соврала Кавелье когда-то, поэтому и стала первой.
Я сжала кулаки до побелевших костяшек. В голове сразу всплыло имя Мими. С явной ненавистью взглянула на Стефано, едва сдерживая себя. Ведьмак говорил об убийстве Мими с повседневной скукой, словно обсуждал блюда, поданные на завтрак.
Я вновь пожалела о том, что согласилась на помощь Стефано. Хотя он и не давал мне выбора, но я пришла сюда сама. Я потребовала от него клятву. Решилась принять предложение, хотя противилась ему всем своим существом.
Заметив перемены в моем лице, Стефано нахмурился.
— Не говори, что ее смерть тебе небезразлична. Ты – шпионка из Цитадели, для тебя потери должны быть естественны.
— Она была моей подругой.
Стефано рассмеялся. Откинул голову так, что я увидела его дрожащий кадык.
— Из тебя получилась ужасная шпионка.
Я гневно сощурилась. Стефано вновь взглянул на меня и прокашлялся.
— Что же, твоя история ответила на многие мои вопросы. До сих пор мне было непонятно, почему твой длинный нос можно заметить в каждой двери. Теперь же я вижу твою истинную суть.
— Я не слишком и скрывалась.
— Но у тебя получилось одурачить Кавелье, — хмыкнул Стефано.
Чуть помедлив, мужчина вдруг спросил:
— Кристиан обо всем этом знает?
— Нет... — ответила я после небольшой паузы.
Стефано промолчал. Я исподлобья взглянула на него и столкнулась с ироничным блеском в темных глазах. Несмотря на отсутствие слов и вопросов, ведьмак высказал все молча, одним своим взглядом.
— Как ты снимешь заклятье? – я попыталась переменить тему, всеми силами игнорируя выпады Стефано. Лишь находиться с ним в одной комнате было невыносимо, а разговаривать...
— Снять заклятье, написанное моей семьей больше сотни лет назад, не так уж и просто. Я не могу сделать это по щелчку пальцев. Поэтому будь готова, что потребуется время.
— Нельзя просто сжечь вашу книгу? – неуверенно проговорила я.
— Что?
— Ну... Почти неделю назад я нашла одно пророчество. В нем говорилось, что избавить мир от вашей магии можно лишь предав книгу заклинаний огню. Мы с Кристианом собирались сделать это перед тем, как... Как начали проявляться мои симптомы.
Стефано внимательно посмотрел на меня. Сейчас в его карих глазах не было ни капли привычной надменности или усмешки. Лишь проницательное сомнение.
— Кристиан не сказал тебе?
— Не сказал чего?
— Ты нашла лишь часть пророчества. А самое интересное оказалось оборвано.
Стефано набрал в грудь воздуха и тихо заговорил. От слаженных строчек стихов у меня перехватило дыхание.
«В древних землях, забытых и темных,
Где магия правит людским ремеслом,
Тихое слово звучит безмолвной ночью
О гибели людей в проклятом грехе.
Лживые обещания ведьм и колдунов
Приводят людей в свой зловещий плен.
Там, где светил лишь путь прекрасный,
Они теряют себя в бездонной тьме.
В древних страницах книги таинственной,
Спрятано зло, плененное в греховной сети.
Чтобы сделать свободу и волю единственной,
Книга счастье в огне должна обрести.
Пусть пламя заключит злую силу,
Исчезнет она, где сперва рождена.
Под сгорающей обложкой забьется жила,
Увидится будущее без волшебства.
Время придет, как звезды блекнут,
И в книге магии секрет осыпется прахом,
Тот, кто смело его уничтожит,
Судьбой своей, смертью заплатит.
Рожденный в колдовстве, мир внешний нерушим.
Он часть, единство и судьба колдовства.
Кто руку протянет к пламени,
Того ждет судьбы жестокий огонь.
Грядет заклятье, никем не забытое.
И тот, кто осмелился уничтожить книгу,
Среди пепла своего погибнет,
Не найдя спасения от ужасных мук».
Я озадаченно вдумывалась в услышанные слова. Их значение, спрятанное за пеленой метафор и чередой сравнений, доходило до меня с трудом. Но чувство скрытого подвоха въелось в груди...
Та часть пророчества, что была мне известна, легко рифмовалась и слетала с уст Стефано связными плавными строчками. Продолжение же звучало оборвано, колюче, резко.
Заметив мои тщетные потуги, Стефано тяжело вздохнул и объяснил:
— Тот, кто сожжет книгу, погибнет.
Я изумленно уставилась на Стефано. Попыталась уловить в его мимике или интонации отголоски лжи, но столкнулась лишь со взглядом, полным серьезности.
— Так значит...
— Кристиан бы погиб в том зале. И ты, возможно, тоже.
— Но откуда ты знаешь о пророчестве?
— Его написал... — Стефано умолк на полуслове. – Я знал человека, который его написал.
— Зачем?
— Книгу заклинаний нужно было уберечь от чужих рук. Она стала сосредоточением силы моей семьи и привлекла слишком много внимания среди других ведьм и магов. Пророчество должно было остановить их.
— И это сработало?
— Как видишь, книга все еще на месте.
Стефано задумчиво зажал подбородок между пальцев.
— Только вот чего я не понимаю... Где ты взяла это пророчество и почему нашла лишь его часть?
Я промолчала, вспоминая Александра. Юноша принёс мне грязный кусок пергамента весьма кстати, именно когда я была в полнейшем отчаянии.
Он сунул его мне в руки, сетуя на свое неумение читать. Однако... Какова вероятность, что мальчик знал, о чем там написано?
Я качнула головой, избавляясь от сомнений. Нет, Александр, светловолосый юнец с большими детскими глазами, совершенно точно не мог так поступить. Вряд ли он вообще осознавал, как меня подставляет.
— Я просто нашла его на заднем дворе.
Стефано промолчал, но в его глазах я отчетливо рассмотрела подозрение. Мужчина мне не верил. Тем не менее ведьмак не стал заострять внимание на таких мелочах. Он пригладил черные, блестящие от сполохов свечей волосы и продолжил:
— У меня есть план. И теперь я знаю, как ты мне поможешь.