Глава 26
Я и раньше слышала о магических ритуалах, церковных обрядах и древних традициях с кострами и пением. Но никогда не считала, что они могут стать частью моей жизни. А еще никогда не думала, что они окажутся настолько опасны и страшны.
Кто занимается ритуалами? Жрецы, маги, ведьмаки? Я слышала рассказы о рыжеволосых загадочных ведьмах, коварных и старых колдуньях в лесах, о черных котах. И всегда считала их глупой выдумкой, которой нет места в реальной жизни. В жизни, где нужно бороться даже за кусок хлеба, где нет места чему-то потустороннему, высшему, далекому от низменных потребностей человека.
Связана ли семья Фарнезе с магией? И что вообще такое магия? Волшебные искры и полеты на метле? Тогда это точно не то, что я ищу. Сложно представить Маркиза Фарнезе летающим на куске дерева или Стефано, склонившегося над котлом с ядовитым зельем.
Но сейчас я думаю о той магии, которая описана в детских книжках, в коротких рассказах и городских легендах. Что такое настоящая магия? Жертвоприношения, убийства, загадочный незнакомый язык... Это больше похоже на то, что я видела. И с каждым днем я все сильнее убеждаюсь, что столкнулась с магией. С тем, что всю свою жизнь считала глупой выдумкой.
Прошел первый день моего «расследования». Если постоянные подозрения, чувство опасности и липкий страх в горле можно так назвать. Я перестала быть просто горничной с выдуманным прошлым, что искала в особняке лишь защиту и мечтала набить карманы золотом. Теперь я ищу правду. И каждая стена в доме, каждое лицо, фигура и тень — все это представляет для меня неразгаданную тайну.
На завтрак я спустилась в столовую и села на привычное место. Когда-то рядом сидела Мими и беспрестанно щебетала о своих детских глупостях, но сейчас ее место заняли другие горничные. Девушка бесследно стерлась из памяти особняка.
Я отрезала кусочек лазаньи ножом и отправила его в рот, зажмурившись от удовольствия. Что-что, а еда в Фарнезе потрясающая. Неужели ее тоже наколдовали?
Запив еду апельсиновым соком, я огляделась. Высокие окна в пол выходили на задний дворик, такой же зеленый и яркий, как всегда. Два длинных деревянных стола были заставлены тарелками и стаканами. Вокруг меня сидели одни горничные, за вторым столом — Михей, братья-садовники в синих комбинезонах, сторож, которого я видела лишь во время приемов пищи, светловолосый молодой конюх, Александр, и мастер, кажется, Рикардо. Он чинит все, что ломается в особняке. Домоправительницы за столом не оказалось.
Вдруг мое внимание привлекло отсутствие за столом Стеллы. Место, где она обычно сидела, сейчас пустовало. Я прислушалась к разговору горничных, но они говорили о каких-то пустяках. Поэтому пришлось спросить самой.
— А где Стелла?
Напарница девушки, та самая темноволосая, что стояла рядом с ней в комнате персонала, отвлеклась от разговора с подругами.
— Ей нездоровится. Она решила пропустить завтрак.
— Санти. Надеюсь, она в порядке?
— Ничего серьезного. Просто головокружение.
— У нее шла кровь из носа?
— Да... А откуда ты знаешь? — девушка посмотрела на меня с сомнением.
— Обычно, когда у меня кружится голова, начинает идти кровь, — пожала плечами.
— Ясно...
Я отложила вилку на стол, недоеденная лазанья так и осталась остывать. Желудок скрутило в болезненном тревожном спазме.
Я оказалась права. Это точно не совпадение. Первый симптом — кровотечение. Что у Мими, у Стеллы, или моей матери. Подсказку об этом я получила даже во сне.
Я поджала губы, глядя в тарелку с лазаньей. Аппетит пропал, хотя блюдо на вкус оказалось бесподобно. От того, что мои подозрения подтвердились, легче не стало. Чувство облегчения не поселилось в груди. Это просто очередное доказательство сумасшествия семьи Фарнезе и витающей в воздухе угрозы. Теперь мне нужно искать следующие симптомы.
***
Прошла почти неделя после исчезновения Мими. С тех пор я работаю одна. Конечно, в этом есть огромный плюс для моего расследования: мне никто не мешает подслушивать, следить и прятаться. Но с другой стороны, как же тяжело таскать тележку в одиночку...
Время перевалило за шесть часов вечера, и я заканчивала вечернюю уборку. Гостевые комнаты блестели от чистоты, в окнах я чуть ли не протерла дыру. В полумраке коридора было пусто. Один светильник, мигая, пускал вокруг себя причудливые тени, где-то скрежетал сквозняк.
Я остановилась и прислушалась к тишине. В хозяйском крыле больше не было горничных. Маркиз Фарнезе как обычно уехал по делам, его жена закрылась в своей комнате. Где была Жаклин, я даже не хотела знать. А тем более где сейчас находились три старухи-хозяйки. Их комнаты спрятаны в самом конце крыла, за поворотом, и я никогда там не была. Горничных туда не отправляли, а самой заходить как-то не хотелось.
В полной тишине особняк казался не таким зловещим. Его призраки затихали, тайны засыпали, а кровь стекала со стен и исчезала. Обычный пустой коридор с зелеными обоями и красным узким ковром... В отдалении лестница, ведущая на первый этаж...
Я повернулась, чтобы взглянуть на зияющий проход вниз, и чуть не вскрикнула от испуга. В коридоре очутился Стефано. Мужчина в темно-желтом костюме и белой рубашке с расстегнутыми верхними пуговицами замедлился, заметив мой испуганный взгляд.
Его чернильные волосы растрепаны, а в глазах цвета виски плескается усталость. Тем не менее на лице сохранилась привычная маска хладнокровного высокомерия. Он всегда глядел сквозь меня, как на пустое место, но сейчас будто почувствовал мой страх, и это явно развеселило мужчину.
Перед глазами сразу вспыхнули воспоминания недавней ночи. Равнодушный взгляд Стефано перед постаментом, нож в его руках, брызнувшая кровь горничной... Меня замутило.
— Добрый вечер, синьор, — говорю кротко и делаю пару шагов назад, лишь бы подальше от него.
Стефано двигается тихо, словно призрак. Неудивительно, что я не услышала его приближения. Он проходит мимо меня, нарочито медленно и вальяжно, заставляя чувствовать дискомфорт от каждого его шага.
Открыв дверь своих покоев, мужчина чуть помедлил. Он повернул голову в мою сторону и вкрадчиво проговорил.
— Не нужно так бояться. Я не кусаюсь.
«Да. Ты сразу убиваешь свою жертву».
Лишь когда дверь захлопнулась, я позволила себе судорожно выдохнуть. Сердце закололо от напряжения, и я оперлась о стену. Этот мужчина пробудил во мне животный страх одним своим видом. Вся его сущность пропитана ядом, опасностью, смертью. И я чувствую это на подсознании. Мне хочется держаться от него как можно дальше.
Но теперь это невозможно. Мне нужно пробраться к Стефано как можно ближе, узнать все его секреты и заставить за них поплатиться.
***
Я лежала в кровати, не в силах сомкнуть глаз. Над головой зияла белоснежная луна, под окном слишком громко скрежетали сверчки. Я устала, безумно устала как физически, так и морально. Но из-за этой усталости уснуть оказалось в сто крат сложнее.
Я никак не могу выкинуть из головы тревожные мысли о матери, Мими, о колдовстве и семье Фарнезе, преследующие меня каждую секунду. И постоянно думаю, что же делать дальше.
Мне нужна информация об этой семье. Кто они, чем занимаются, как заработали свое состояние. Нужна информация о всех горничных, что работали здесь. Только так я смогу убедиться, что не ошиблась по поводу своей матери. Мне нужно понять, с кем идет война.
Но как мне узнать все это? Явно не просто поговорить с Кавелье или с Маркизом. Не услышать в случайном разговоре. Но подглядеть через замочную скважину.
Возможно, в кабинете домоправительницы я могу что-то найти. Какие-нибудь документы, фотографии, списки... Любые доказательства.
И для этого нет более идеального времени, чем сейчас. Кавелье в своей комнате, наверняка видит десятый сон. Вокруг сплошная темнота и тишина, в которых я смогу укрыться.
Значит, пришло время очередной ночной вылазки.
Кровать едва слышно скрипнула, стоило мне сесть. Я откинула в сторону одеяло, сунула ноги в легкие тканевые тапочки и встала с постели. Лунный свет озарил мою кожу, распущенные короткие волосы и голые руки. Мандраж разлился по телу неприятной дрожью, и в голове тут же появились сомнения. Включился инстинкт самосохранения.
Но я, игнорируя любые попытки сознания уберечься от беды, двинулась к двери. Я не стану лежать в кровати и ждать, когда придут за мной, не стану подчиняться чужим правилам, играть в эту смертельную игру, заранее обреченную на провал. Я выйду из этой комнаты и узнаю правду, чего бы мне это не стоило.
— Откроешь дверь, и я донесу на тебя Кавелье снова, — послышался шепот Инес.
Я замерла на месте, так и не убрав руку с дверной ручки. Внутри закипела злость, смешанная с раздражением.
— Делай что хочешь.
— Какая храбрая. Не боишься последствий?
— Тебе какое дело?
— Просто ты меня раздражаешь. Меня бесит, что ты делаешь все, что вздумается.
— Это не так.
— Еще как. Так что либо ложись обратно в кровать, либо я такого наплету Кавелье, что вылетишь отсюда этой же ночью.
Я тяжело сглотнула ком в горле и сделала шаг назад. Выйти сейчас, когда меня поймала Инес, — значит подписать себе смертный приговор. Она один раз уже подставила меня перед домоправительницей. И второго шанса мне никто не даст.
Вот кто нужен Жаклин. Идеальный шпион для хозяйки — не я, бывшая воровка, что пытается докопаться до истины и при этом не выдать свои секреты, а Инес, которая ради собственного благополучия готова подставлять других, идти по головам, пользоваться любыми средствами. Смешно, что Фортуна решила так распорядиться нашими жизнями.
Подавив в себе поток из самых ужасных ругательств, я вернулась обратно и легла в кровать. Кровь в жилах кипела, а руки тряслись от злости. Хочется просто задушить эту девчонку! Она не понимает, что может стать следующей после Стеллы. Хотя я даже не буду грустить.
Может, попробовать сделать так, чтобы после Стеллы жертвой выбрали Инес? Вот так будет жизненный урок для нее. А когда девчонка заметит шрам у себя на руке, я лишь посмеюсь ей в лицо и расскажу всю правду. Обязательно напомню об этой ночи и том, как она собственными руками остановила меня от ее спасения.
«Санти...»
Я ужаснулась собственным мыслям. Быстро подавила их и дернула головой. Нет-нет-нет, не Инес мой враг сейчас. Она лишь помеха, но ее смертью я не спасу себя.
Я заставила себя закрыть глаза и перевернуться на бок к стене. Ничего, проберусь в кабинет Кавелье следующей ночью. Хочется сказать, что у меня еще много времени, но это не так. У меня осталось меньше месяца, чтобы со всем разобраться, иначе следующей на смертном одре могу оказаться я.