13 глава
9:37. Я в панике судорожно набираю номер Кирилла уже четвёртый раз, одновременно думая, что накинуть, потому что своё пальто я оставила в загородном доме.
-Алло? – он, наконец, отвечает.
-Кирилл! У тебя есть запасные ключи? Как мне квартиру закрыть?
-Нет, а где твои?
-Мои ключи остались в квартире у подруги, у которой я жила. Давай быстрее думай, я и так проспала и уже опоздала на первую пару.
-Чёрт, ладно, оставь открытой, я всё равно скоро приеду.
Я, ничего не ответив, сбрасываю. Надеваю ветровку Кирилла, которая больше меня в три раза, но, кажется, это сейчас даже модно, к тому же я и так болею.
Врываюсь в аудиторию перед самым началом второй пары. Сажусь на своё привычное место и пытаюсь отдышаться. Подняв голову, ловлю на себе удивлённые взгляды буквально всей аудитории, в том числе и преподавателя. Однако лекция всё-таки начинается, и я полностью погружаюсь в изучение нового материала. Впервые за последнюю неделю я действительно слушаю преподавателя. Пару раз замечаю косящийся на меня взгляд Кати, я практически чувствую, с каким трудом ей даётся молчание. Я знаю, что у неё тысячи вопросов, которые разрывают её изнутри, да так что всё это отображается на её лице. Обрати я на неё хоть малейшее внимание, хотя бы поверни голову, и все эти вопросы обрушились бы на меня.
Так что, как только мы выходим из аудитории по окончании пары, Катя на выдохе задаёт наиболее волнующие её вопросы.
-Ну и куда же ты пропала вчера? Где ночевала? И чья это ветровка? – она говорила тоном доброго следователя, как бы невзначай хватая меня за воротник ветровки, рассматривая её, но с такой силой, будто, если я не отвечу на её вопросы, она из меня вытрясет ответы.
-Ты не поверишь, но вчера меня забрал брат, и это его ветровка, - отвечаю я, улыбаясь. Она, конечно, мне верит, но в её глазах читается разочарование, наверняка, она ждала историю, больше похожую на сюжет криминального романа, а это всего лишь мой «брат».
-Ты вчера так загадочно исчезла и сегодня впервые за полгода появилась ко второй паре, да ещё и в чужой, явно мужской, ветровке, я думала, это что-то поинтереснее.
-Извини, но уж такая у меня скучная жизнь, - говорю я и сама не верю своим словам. – Кстати, я сегодня заберу свои вещи, всё равно две недели почти прошли, скоро приезжает твоя сестра.
-Мне будет без тебя скучно. К тому же с тобой куда веселее и легче, чем с моей сестрой, которая только и делает, что целыми днями пялится на своего парня и томно вздыхает, - она закатывает глаза, недовольно кривя рот, и я смеюсь, приобнимая её.
День пролетает незаметно. Я с удовольствием слушаю лекции и делаю конспекты, в перерывах подсмеиваясь над Катей, которая ноет из-за того, что скоро приезжает её сестра и рассказывает, как прошёл остаток вечера, после того как ушла. Первокурсница с факультета филологии, у которой была передозировка, самая обсуждаемая тема.
-Ничего себе, - я в шоке смотрю на неё. – А с девочкой-то всё нормально?
-Да, всё хорошо. Кстати, - сказала Катя, чтобы как-то привязать своё следующее предложение, хотя оно было совершенно некстати, - Антон тебя искал, спрашивал, куда ты делась. Мне кажется: ты ему нравишься, - она многозначительно смотрит на меня. – Он достаточно известный, да и вообще круто встречаться с четверокурсником.
-Мы с ним день знакомы, - я смеюсь, смотря на неё.
Однако, когда после окончания пар я, стоя на улице, дожидаюсь Катю, которая замешкалась в гардеробной, ко мне подходит Антон.
-Привет, - он смотрит на меня, улыбаясь так, что я вдруг понимаю, почему он – одна из самых популярных личностей в университете.
-Привет, - я в ответ улыбаюсь и опускаю глаза, но тут же их поднимаю на пару секунд, смотря на него, а потом отвожу взгляд на девушку, стоящую позади него ко мне спиной.
-Куда ты вчера исчезла? – мне очень хочется посмотреть на него, но я продолжаю пилить взглядом спину девушки, кажется, даже не моргая.
-Меня забрал брат, - я смущённо улыбаюсь. Звучит ужасно глупо, я что в начальной школе, чтобы меня забирать?
-Строгий же у тебя брат.
-На самом деле, нет, просто со странностями, - я краем глаза замечаю, что он посмеивается, и немного выдыхаю.
-А я уже подумал, что это твой парень, - наконец, перевожу на него взгляд, пытаясь прочитать в глазах его намерения, но мне ничего не понятно, в них как будто отражается его улыбка и больше ничего. Невольно сравниваю его с Кириллом, в чьих глазах всегда ясно видна душа, кроме тех моментов, когда он притворяется. Может быть, и Антон теперь притворяется?
-У меня нет парня, - говорю я, улыбаясь и пожимая плечами.
-Так, значит, у меня есть шанс? – он снова улыбается, я снова смотрю в его глаза, думая увидеть там хотя бы заинтересованность, но снова улыбка. Что это значит?
-Смотря, что ты имеешь в виду.
-Может быть, сходим куда-нибудь?
-Сегодня я не могу, да и вообще скоро сессия, я должна готовиться.
-Может быть, на выходных? – я вздыхаю, думая, что у меня нет на это времени. Нет времени на чувства.
-Воскресенье, - не знаю почему, но я соглашаюсь.
-Скажи, куда и во сколько мне за тобой зайти, - искренняя улыбка появляется на его лице, я улыбаюсь в ответ и диктую адрес. Мы договариваемся на шесть вечера.
-Тогда до встречи, - он улыбается, подмигивая мне.
-До встречи, - шепчу я робко, опуская взгляд в пол. Никогда не умела принимать ухаживаний. Хотя ведь раньше-то и не ухаживали. Для меня это странно: нравиться кому-то. В чём подвох? Но от этих мыслей меня отрывает Катя, которая смотрит на меня с ехидной улыбкой на лице.
-А я говорила: ты ему нравишься, - она улыбается, искренне радуясь за меня, она действительно хорошая подруга. Я, наверное, уже могу её так назвать. Почему я боюсь называть людей своими друзьями? Боюсь подпускать людей слишком близко? Друг – человек, которому доверяешь все свои секреты, а я ей лгу, она даже не знает, что мой «брат» никакой мне не брат.
***
Смотрю на небо, полной грудью вдыхая холодный, с привкусом зимы воздух. Сумерки. Ещё только-только зашло солнце, небо какого-то ярко-синего цвета, эта синева пробивается даже сквозь густые кучевые облака. Зажигаются уличные фонари, ярко выделяясь своей желтизной. Смотрю на небо, мысленно выпрашивая у облаков снег. Но получаю лишь порыв ветра, что бьёт мне в лицо, заставляя меня содрогаться, а мои щёки и нос краснеть.
Наконец, вдалеке замечаю знакомую машину, хотя это уже третий раз, когда я так думаю, но теперь машина подъезжает и останавливается рядом со мной, заставляя меня убедиться в верности моего предположения. Забрасываю сумки с вещами на заднее сидение, сама сажусь вперёд.
Мы с Кириллом перекидываемся короткими фразами, вроде «как дела?», «как прошёл день?», потом оба замолкаем. Он внимательно следит за дорогой, я смотрю в окно.
В моей голове всегда очень много лишних мыслей и слишком много ненужных вопросов. На некоторые из них я нахожу ответы, некоторый отбрасываю, на некоторые стоит запрет. Но есть мысли, бьющие у меня в голове, не находящие пристанища; вопросы, на которые я не могу ответить. Некоторыми мыслями просто необходимо делиться, иногда чтобы просто не сойти с ума. Хорошо, когда у тебя есть человек, с которым можно поделиться этими мыслями. Человек, которому ты не боишься их доверить. Такой человек сейчас сидит со мной в одной машине, сосредоточенно глядя на дорогу, думая, о чём-то своём.
Я поворачиваю голову, чтобы задать ему свой вопрос, но почему-то молчу, только всматриваясь в его лицо. Я, на самом деле, никогда не думала о том, что Кирилл красивый, как-то не особо замечала его красоту и, в общем, внешность. Но сейчас, смотря на него, я понимаю, насколько он красив: бледная кожа, чуть сжатые губы, скулы, ярко выделяющиеся в полутьме, тонкий, прямой нос, пара светлых прядей выбивается из зачёсанных назад волос. Глаза. Сейчас темно, так что сложно сказать, какого именно они цвета в данную минуту. Иногда они серые, иногда голубые, но не думаю, что это зависит от освещения, скорее от его собственного настроения. Я часто всматриваюсь в его глаза, вечно пытаясь в них что-то прочесть, но я никогда не смотрела в них, чтобы оценить их красоту. Для меня его глаза не картина, для меня они – книга.
-Ты чего? – говорит он с ухмылкой, резко поворачиваясь ко мне лицом. Я дёргаюсь, возвращаясь в реальность. В своих мыслях я ушла далеко от первоначального вопроса, ради которого собственно и повернулась.
-Кирилл, как понимать человека, у которого в словах одно, а в газах другое? То есть он как бы говорит красиво и даже умные вещи, но в глазах у него какая-то глупость.
-Значит, и внутри у него глупость. Слова можно выучить, а взгляд – вряд ли. Никто из нас, на самом деле, не знает, как нужно смотреть, чтобы скрыть свои мысли, - он лишь на минуту отрывает свой взгляд от дороги, чтобы посмотреть на меня. Он смотрит по-доброму, он не улыбается, но мне и не нужно этого, чтобы понять его.
-Но, знаешь, бывает, люди напускают на себя. Например: напускная злоба, она ведь и во взгляде отражается.
-Да, но, для того чтобы она отражалась во взгляде, человек должен самого себя убедить в том, что он зол. Но как можно убедить самого себя в том, что ты глуп?
-Ты прав.
-С чего вдруг такие вопросы?
-Кирилл, ты ведь влюблялся? – я снова игнорирую его вопрос, задавая свой. Я знаю, что у него были разные отношения: и на одну ночь, и те, что длились месяц, и два, и год.
Он поворачивается и смотрит в мои глаза с какой-то тоской и удивлением, я отвечаю ему таким же тоскливым взглядом, нам обоим тяжело даётся эта тема.
-Да, - он говорит тихо, но не шепчет.
-Расскажи мне, что значит влюбиться.
-Ты никогда не влюблялась? – он спрашивает с удивлением и какой-то жалостью, снова обращая на меня свой взгляд, но тут же возвращаясь к дороге.
-Нет, я всегда думала, что когда это произойдёт, то я разу это пойму, но я, честно говоря, ничего не понимаю.
-Такого не может быть, ведь нравился тебе же кто-то?
-Нравился, но влюблённость – это ведь совсем другое. Сначала я была маленькой, потом училась, потом, когда пришло время влюбляться, мама заболела, потом снова нужно было учиться, чтобы поступить, а теперь мне кажется, что я уже никогда не влюблюсь. Все мои сверстницы влюблялись сотни раз, а я даже и не знаю, как это должно произойти.
-Малая, - говорит Кирилл, поворачиваясь ко мне и улыбаясь, - тебе всего восемнадцать, ты влюбишься ещё сотни раз.
Я только киваю и отворачиваюсь к окну, на минуту чувствую желание снова посмотреть на Кирилла, но я не поворачиваюсь, продолжая следить за пролетающими пейзажами и размытыми силуэтами людей.
Дышу на окно и на запотевшем стекле пальцем начинаю выводить незамысловатые узоры, завитки, которые постепенно превращаются в имя – Кирилл. Лишь несколько секунд любуюсь собственным творением и сразу стираю, направляя свои мысли в сторону учёбы и неотвратимо приближающейся сессии.
***
7:32 я выхожу из душа, подхожу к окну. Это уже что-то вроде ритуала: я каждое утро просыпаюсь, завтракаю, иду в душ, подхожу к окну, чтобы посмотреть на мир, на этот раз он был как белый лист бумаги.
Снег.Медленно кружащиеся белые хлопья приковывают мой взгляд, заставляя забыть о том, что мне вообще куда-то надо идти. Детский восторг вспыхивает во мне, улыбка растягивается во всё лицо, необходимость поделиться с кем-то собственным счастьем толкает меня в комнату к Кириллу, но я его там не нахожу.
Снова исчез, вчера вечером зашёл в эту комнату, а сегодня утром его уже там нет.
***
День в универе проходит быстро, так что, когда мы выходим из здания МГУ, я не могу поверить, что уже вечер. И хотя у Антона было на одну пару меньше, он первый, кого я встречаю на выходе.
-Привет, - говорит он, как всегда уверенным тоном.
-Привет, - я улыбаюсь, бросаю на него быстрый взгляд и тут же отвожу глаза.
Не смотря на то, что улица практически пуста, я чувствую, как кто-то сверлит меня взглядом, поворачиваюсь, это всего лишь Катя. С тех пор как я стала общаться с Антоном, это ощущение ненавистных взглядов я испытываю практически поминутно, когда нахожусь в университете. К тому же слишком много девушек стало «случайно» задевать меня плечом, проходя мимо. Не то чтобы меня это пугало, просто раздражает.
-Раз уж ты так занята сегодня, и мы не можем даже прогуляться, разрешишь хотя бы проводить тебя? – он говорит настолько уверенно, что это скорее риторический вопрос, однако, он ждёт ответа.
-Конечно, ты ведь не зря ждал полтора часа, - я улыбаюсь, немного дольше задерживая на нём свой взгляд. Однако, мой внутренний голос, как бы про себя, замечает, что вчера желание смотреть на Кирилла было куда сильнее, нежели теперь, когда я и на минуту не задерживаю на Антоне своего взгляда.
Сначала мы заходим в магазин, и я покупаю какао и печенье. Думая, что Кирилл уже дома, надеясь, что мы, как и прежде, в холодные зимние вечера буде пить какао и говорить обо всём на свете. Мой внутренний голос снова посмеивается надо мной, говоря, что я даже рядом с Антоном думаю о Кирилле, но я снова затыкаю его, пытаясь понять, о чём вообще говорит Антон, потому что в начале беседы, я только кивала, не слушая. Теперь Антон как раз начинает рассуждать о романе «Евгений Онегин», и я понимаю, что литература, пожалуй, та самая ниточка, которая нас связывает.
-Так что я думаю, что вся её любовь надуманная, - заключает Антон, в течение всех его рассуждений, я внимательно его слушаю.
-Я не совсем с тобой согласна. Да, в начале романа, когда она пишет ему письмо, однозначно, она его совершенно не знает, и чувства рождаются только потому, что она хочет полюбить. Но в конце романа, когда она говорит, что любит его, чувства, могут быть подкреплены хотя бы его письмами, в которых он буквально раскрывает свою душу. К тому же, когда Татьяна читала книги в его поместье, она в каком-то смысле узнавала его, его мысли по тем заметкам, что он оставлял в книгах.
Так рассуждая, мы дошли до моего подъезда. Я не хотела прощаться с Антоном, и я видела, что он ждал, что я предложу ему зайти, но дома мог быть Кирилл, да и я должна готовиться к сессии. Заметив, что он приближается ко мне с целью то ли обнять, то ли поцеловать, я кидаю ему быстрое «пока» и моментально скрываюсь за дверью. Улыбка сияет на моём лице до тех самых пор, пока я не захожу в квартиру, и понимаю, что она пуста. Я расстраиваюсь даже больше, чем обычно.
Весь мой вечер проходит с чашкой какао и списком вопросом, для подготовки к сессии. Я возвращаюсь в реальность после четвёртой кружки, наполовину исписанной тетради и переполненной знаниями головы, в половину двенадцатого ночи. Кирилла всё ещё нет, и я заключаю, что до утра он уже не вернётся, так что ложусь в его кровать, и прежде чем уснуть, сверлю глазами потолок. Но вдруг в моей голове большими красными буквами вспыхивает слово мама, и я вспоминаю, что уже неделю откладываю звонок, хотя каждый день вижу пропущенные от неё. Несмотря на поздний вечер, всё-таки набираю маму, она отвечает быстро.
-Сашенька, у тебя всё хорошо? – я слышу взволнованный голос, и у меня сердце опускается. Я ужасная дочь.
-Да, мам, всё хорошо. Как ты? – я говорю мягким тоном, очень хочу сказать ей, что люблю её, но эти слова застряли где-то в горле.
-Хорошо, доченька, ты только звони почаще. Как учёба? Всего хватает? Ты у меня не голодаешь?
-Всё хорошо, мам, вот готовлюсь к сессии. Мам, я, - я запинаюсь, умоляя себя сказать, эти несчастные слова, но стена, которую я сама же и выстроила, не даёт, -я должна завтра рано вставать, спокойной ночи.
-Спокойной ночи, доченька, я люблю тебя, - говорит мама, и я сразу же сбрасываю, мне не хватает сил даже на «и я тебя».
По моим щекам текут слёзы, капая на подушку, что пахнет Кириллом. Я поворачиваюсь на бок, утирая слёзы, закрываю глаза, заставляя себя заснуть.
__________________________________________________________
Чуть не забыла, пока я тут ломаю голову над 14 главой, прошу вас прочитать ещё одну мою работу: маленький рассказ "Чувствуй". Мне очень важно ваше мнение. Мини реклама) Люблю вас*