Part 61
После ссоры на даче Милана и Макс почти помирились — по переписке. До самого вечера субботы они молчали, а потом она все же не выдержала и написала ему. К этому времени Макс уже оттаял, да и сама Милана выпустила пар, порыдав над грустным фильмом о любви. Парень перезвонил ей, и они поговорили по видеосвязи.
Милана лежала на спине, держа телефон так, чтобы на экране была видна рабочая сторона ее лица. Ей хотелось казаться как можно более красивой. А вот Макс с ракурсом вообще не заморачивался — сидел на диване, как король, держа телефон так, что камера снимала его снизу.
— Слушай, ну фигня же какая-то, — сказал Макс, хмурясь. — Мы из ничего сделали трагедию.
— Согласна, — вздохнула Краснова. — Но больше не общайся с бывшей, пожалуйста. Для меня это важно.
— А ты не лезь в мой телефон, — нахмурился парень. — Для меня это тоже важно. Личные границы и все дела. Договор?
— Договор..
Помирившись, они болтали о всякой ерунде, а потом Макс предложил пойти в кино.
— Забронирую билеты на вечерний сеанс, как тебе? — предложил он.
— Мне нужно ехать с ночевкой к бабушке в деревню на день рождения, — поморщилась девушка. — Снова буду подрабатывать Золушкой вместе с двоюродными сестрами.
— Почему? — удивился парень.
— Ну, мы самые младшие. Значит, должны обслуживать старших, у нас так принято, — невольно улыбнулась Милана. — А гостей у бабушки будет человек тридцать.
— Фига у вас семья большая! — присвистнул парень.
— Ой, это только самые близкие, бабушкины дети и внуки со своими семьями, — махнула рукой Милана. — В прошлом году у нее юбилей был. Вот на него всех приглашали — родня даже с других регионов прилетала. Больше двухсот человек собралось. Но мы ресторан снимали, было проще. А сегодня мы с сестрами будем на подхвате у всех. Знаешь, такие «подай-принеси». Но если честно, я люблю наши семейные застолья, — призналась девушка. — Они очень теплые.
— Кайф, — улыбнулся Макс. — У меня из родни только мать и сестра.
Им обоим было странно говорить об этом, но при этом интересно узнавать друг друга еще больше. Раньше про семьи они говорили мало.
— А где ваш отец?
— Развелся с матерью, когда я еще малым был, а сестренка только родилась. Свалил в закат. Значит, ты в воскресенье приедешь?
— Да, днем.
— Тогда вечером пойдем в кино, — решил парень. — Кинчик я выбираю!
Милана с радостью согласилась.
— Тогда до завтра. Пойду с Арсом к Арси. У него тусовка сегодня.
«Не ходи», — хотелось сказать Милане, но она промолчала, понимая, что не имеет права запрещать своему парню ходить в гости. Это же глупо. Только... почему на душе все равно неспокойно? Перед глазами все еще стоит фото его бывшей.
Они попрощались, и девушка начала собираться к бабушке вместе с мамой и сестрой. Папа должен был подъехать позднее. Деревня находилась неподалеку — минут двадцать езды от города, не больше.
Уже в машине мама повернулась к Милане, которая увлеченно переписывалась с Максом, и спросила:
— Кто это, дочка?
— Что? — подняла на нее глаза девушка. Сестренка, сидящая позади, захихикала.
— С кем переписываешься, спрашиваю?
— Да так... С друзьями, — не стала ничего говорить Милана. О том, что она встречается с парнем, девушка от родителей скрывала. Считала, что они не одобрят ее выбор. И вообще, скажут, что с парнями встречаться рано и все такое. Одна из ее теть по папиной линии запретила как-то двоюродной сестре общаться с мальчиком, а ведь сестра уже была на тот момент первокурсницей!
— С тем мальчиком, да? — поинтересовалась мама, выезжай со двора. — Да ладно тебе, не скрывай, я все понимаю!
— Что ты понимаешь? — свела к переносице темные брови девушка.
— Что у тебя появился парень. Сестра твоя по секрету рассказала, — подмигнула дочери женщина.
— Мама! — возмущенно воскликнула Лера. — Я же просила не говорить!
— Прости, — ничуть не смутилась та.
— Ничего тебе больше не скажу!
Рассерженная Милана повернулась к мелкой:
— Вот же мелкая засранка! — Но тут же спохватилась и сказала: — То есть, я имею в виду, Лерка придумывает.
— Ничего я не придумываю, — надулась та.
— Думаешь, я не замечаю, что ты с тем мальчиком все время по телефону то разговариваешь, то переписываешься? — поинтересовалась мама.
— Это Даяна!
— Да? И почему тогда ты свою Даяну называешь Максом?? — мама рассмеялась.
Девушка смутилась. Опустила взгляд, закусила губу.
— Это нормально, что у тебя есть мальчик, — вдруг сказала мама. — Ты у меня уже взрослая. И красивая. Неудивительно, что на тебя мальчишки засматриваются. Может быть, ты нас познакомишь с ним? Мне так спокойнее будет, если я буду знать того, с кем дочь встречается.
Слова мамы было для нее были шокирующими. Раньше они никогда парней не обсуждали. Не приходилось. И сейчас обсуждать это было странно.
— Я не планировала вас знакомить, — призналась девушка.
— Почему? — удивилась мама. — С ним что-то не так?
— Он крутой! — снова вклинилась Лера. — Я его сестру знаю, она в соседнем классе учится! Все завидуют, что у нее старший брат есть!
— Да помолчи ты, — шикнула на нее Милана. — Мам, с Максом все так. Он правда классный! Защищает меня, если нужно... А еще добрый.
— Тогда с нами что-то не так? — продолжала мама.
— Да со всеми все так! Просто... Просто я боялась. Вдруг он вам не понравится? И папа запретит нам общаться, — нахмурилась светловолосая. — Скажет, что Макс..
Она замолчала.
— Что скажет?.. — повернулась к ней мама.
— Да все что угодно! — выпалила та.
— Глупости это все, — ответила мама.
— Это ты так думаешь, ма, — не выдержала Лера. — А папа по-другому считает! Я сама слышала, как...
— Дочка, я с ним поговорю, и мы все решим, — перебила ее мама. — Милана, не переживай об этом. Хорошо?
— Хорошо, — кивнула девушка. После этого разговора на душе стало легче.
Праздник проходил, как обычно это бывало, шумно. В большом доме бабушки собрались близкие родственники, дяди, тети, внуки. Некоторые из двоюродных сестер и братьев Миланы уже были замужем и имели детей — привезли и их. Пришли несколько бабушкиных подруг, заглянули соседи.. Кто-то принес гармошку, и дом наполнился знакомыми с детства мотивами народной песни. Люди начали петь, и на душе стало как-то уютно.
Милане вдруг подумалось — как было бы здорово приехать сюда однажды вместе с Максом, показать ему свою большую семью, рассказать о традициях, которые еще живы благодаря пожилым родственникам. Рассказать ему, что такое большая семья. Они, конечно, неидеальные, постоянно кто-то ссорится, кто-то что-то выясняет или делит. Но если нужно выручить, деньгами помочь или связями, то все становятся друг за друга горой.
Поздно вечером, когда кто-то уже уехал, кто-то заснул, а кто-то еще сидел за столом, Милана вышла на крыльцо. Она порядком устала быть «принеси-подай», но настроение все равно было хорошим.
Небо было темным и чистым — россыпь звезд искрила над деревней, а встающая из-за горы луна казалась жемчужиной. Изо рта шел пар, и в воздухе пахло сырыми листьями.
Девушка хотела написать Максу, но едва достала телефон, как он сам написал ей — на экране всплыло уведомление.
Улыбаясь, девушка поспешила открыть сообщение в мессенджере. И улыбка медленно сползла с ее лица. Она увидела то, чего не должна была видеть. Отражения парня и какой-то темноволосой красотки с пухлыми губами, которые делали селфи, стоя напротив большого зеркала. Милана узнала в ней его бывшую.
На первом фото Макс, одетый в одни лишь джинсы, обнимал девушку, а она задорно улыбалась, держа в руке его телефон.
На втором он целовал ее в шею, а она откинула голову назад, запустив пальцы в его волосы.
На третьей они целовались в губы, и выглядели так, будто любили друг друга больше всего на свете.
Сообщение с фотографиями вдруг исчезли. Ошарашенная девушка даже скрин не успела сделать.
— Что это? — прошептала она. Может быть, он хотел прислать эти фото бывшей, а случайно отправил ей? И, поняв это, удалил. Может быть, решил, что Милана не заметит. А она сразу же открыла. И увидела.
Или эти фото отправила бывшая — например, себе. Они ведь были сделаны на его телефон. Она ошиблась и удалила. Или... не ошиблась?
Не понимая, что делать, Милана прислонилась к стене дома. Ее пальцы тряслись, колени подкашивались, как после длительной пробежки, а в голове было пусто. Так бывает, когда что-то случилось, и ты все еще не можешь это осознать.
Макс изменил ей? С бывшей подругой? На вечеринке Арчи?
Нет, это какая-то ошибка. Он не такой, он хороший, он честный. И никогда не поступит так с ней.
Ей нужно поговорить с ним. Услышать его голос. Понять, что это какая-то ошибка.
Селфи, на котором он и его бывшая целуются, все еще стояли перед глазами Миланы, и она, пытаясь отогнать это воспоминание, стала набирать Макса. Тот не брал трубку. Милана слышала лишь длинные гудки.
— Ты где? — выглянула из дома одна из сестер. — Иди помогать!
— Сейчас, — прошептала она.
Ее хватило на то, чтобы вернуться в дом и с каменным лицом начать мыть посуду. Эмоции будто заморозили, сероглазая почти ничего не чувствовала, но несколько раз украдкой снова пыталась дозвониться до парня. Не получилось.
Вновь выйдя на улицу, она стала писать Даяне — единственной подруге, но та не отвечала. Спала.
Тогда Милана в который раз вновь попыталась дозвониться до Игнатенко. На этот раз трубку взяли. Это был тот самый Арчи,
— Где Макс? — спросила девушка нервно.
— Спит, — не сразу, но ответил Арчи. Его голос показался девушке подозрительным.
— И давно?
— Ну да. Вроде. Не знаю.
— Скажи правду, — срывающимся голосом попросила девушка.
— Я правду говорю... Спит...
— Один?
— Ну... Наверное. Слушай, я вообще тут не при чем.
— Пожалуйста... Я очень тебя прошу. Скажи, что происходит?
— Он перебрал, — нехотя признался Врчи. — Стал с бывшей зажигать. Они сейчас у меня в комнате. Только не говори Иаксу, что это я тебя сдал, — спохватился он. — Иначе он меня убьет.
Милана с тихим стоном опустилась на ступеньку крыльца. Слова Арчи были словно кинжалы — каждое больно ранило прямо в сердце.
Как он мог? Как мог?..
— Ты не скажешь ведь? — заволновался парень.
— Не скажу, — глухо ответила светловолосая. — Ты можешь его позвать к телефону?
— Нет, я им мешать не стану, сорян. Говорю же, он перебрал и не в себе. С головой не дружит.
— Ладно. Хорошо. Спасибо. — С этими словами девушка отключилась.
Ее эмоции больше не сковывал лед — и они прорвались вместе со слезами, которые катились по лицу. Все тело будто горело, а голова взрывалась от боли. Но хуже всего было сердцу — оно ныло из-за обмана.
Как мог?.. Она ведь так ему верила. Как самой себе.
Ночью девушка почти не спала, и утром была сама не своя. Наверное, все было написано на ее лице, и мама даже решила, что она заболела. Стала спрашивать, что с ней, но девушка лишь раздраженно отмахивалась. А когда мама осторожно спросила: «Ты что, с Максом своим поссорилась?» — Милана вообще психанула и вышла на улицу.
С ним у нее так и не получилось связаться. Зато она нашла его бывшую и, используя фейк, зашла к ней на страницу в инстаграме — та была открыта. Заглянув в сторис бывшей, она увидела несколько видео с тусовки. А потом — и одну из тех фото, которые пришли ей вчера с номера Макса.
Он и бывшая целуются, а она держит его телефон, снимая отражения.
Красивые, свободные, наверное, счастливые.
Разглядывая их, Милана почувствовала опустошение. Вот, значит, как. Променял ее на эту размалеванную девицу.
Что Макс в ней нашел? Может быть, все дело в том, что она более доступная, чем Милана? С ней были только поцелуи и объятия, не больше.
Девушка вышла из инстаграма и больно закусила губу. В глазах стояли слезы. Значит, все-таки бывшей он вчера перекидывал фотографии. Или она сама себе перекидывала. А может быть... Может быть, специально скинула их Милане, чтобы та все поняла? В случайности девушка не верила. Зато чувствовала — бывшая Макса хочет вернуть его.
Макс перезвонил спустя полчаса. Его голос был хриплым, будто парень только что проснулся. Сероглазая вдруг подумала, что спал он рядом с этой девицей. И ей стало противно.
— Ты чего столько раз звонила? — спросил он.
— А как ты думаешь? — тихо спросила девушка, стоя у забора и глядя на низкое серое небо — вдалеке облака задевали верхушки невысоких гор. От звуков его голоса замирало сердце. Милана знала, что возможно, это их последний разговор.
— Без понятия. Говори быстрее. Мне некогда, — отрывисто ответил парень.
— Наверное, она с тобой рядом, да? — равнодушно поинтересовалась Мил. Но это только так казалось, что равнодушно. Внутри нее кипело море из слез. Невыплаканных.
— Кто?
— Бывшая.
— Опять ты заладила — бывшая, бывшая! — разозлился Макс, но взял себя в руки. — Слушай, заяц, у меня башка раскалывается. Не хочу ссориться из-за очередной фигни, которую ты придумала.
Милана шумно сглотнула.
— Я все знаю, Максим, — сказала она отстраненно, все так же глядя на серые облака и горы.
— Что ты знаешь?
— Ты вчера с ней тусовался. У Арчи. Со своей бывшей.
— Не начинай, а? — снова рассердился он. — Сказал же — голова болит.
— Просто признайся. Просто скажи, что вы были вместе! — выкрикнула Милана, понимая, что больше не может быть деланно спокойной и держать себя в руках. — Я же все знаю! Видела фотки!
— Какие еще фотки? — прошипел парень.
— Где вы целовались у Арчи дома. Ты прислал их мне и потом удалил. А может быть, это не ты сделал, а она.
Девушка знала, что говорила — на заднем фоне действительно была комната из квартиры Арчи. Видела в его профиле фото. Не зря ее Даяна называла Шерлоком.
— Что? Что ты сказала?.. — переспросил Макс.
Эти его бесконечные вопросы выбесили Милану.
— Не строй из себя идиота. Просто скажи честно, что между тобой и твоей бывшей что-то было. Не обманывай меня. Или ты меня вообще не уважаешь? — прошептала девушка и мысленно приказала себе держаться. Не плакать при нем. Не дождется.
— Милана, выслушай меня. Я не помню, что вчера было. Пришел к Арчи, мы какую-то фигню выпили и потом меня вырубило. Проснулся утром. Все.
В его голосе теперь слышалась растерянность.
— Точно все?
— Да. Клянусь.
Милана готова была поверить ему, но... Не вышло.
— Маакс, ты завтракать пойдешь? — раздался игривый женский голос в комнате. Милана мгновенно поняла — это она. Его бывшая.
— Что тебе надо? — выкрикнула парень нервно. — Пиздуй отсюда!
— Я просто позвала тебя на завтрак. Ты чего такой злой? Ночью был другим...
Слушая это, Милана скрипнула зубами. Вот оно как. Козлина! Вот и верь таким придуркам, как он! А еще клялся! Ничтожество.
Бывшая ушла, Макс снова остался один.
— Я все объясню. Это просто...
— Не надо, — перебила его Краснова. — Ничего не говори. Я тебе не верю.
— Да блин! Какого фига?! Что вообще за фотки?! С чего ты взяла, что у меня с Ксюшей что-то было, а? Скажи мне, скажи! — закричал он.
— Ммм, Ксюша. Вот как ее зовут, — улыбнулась девушка.
— А как я должен ее называть? — почему-то разозлился Макс. — Зачем ты вообще все это устроила? Почему ты мне не веришь?!
Кажется, он был в панике и не контролировал себя.
— Как я могу тебе верить? Ты же якобы ничего не помнишь, — сказала девушка, чувствуя, как закапали по щекам слезы. Они стекали на подбородок, на шею, попадали на губы.
Макс прорычал что-то в отчаянии. Не знал, как себя вести, и что говорить. Потерял контроль.
— Как мне теперь тебя целовать, зная, что ты целовал ее? — спросила сквозь слезы Милана. — Мне так противно. Ты мне противен.
— Вот как? — закричал он еще громче, и его голос был прерывистым, будто он задыхался. — Противен? Противен, значит?! Я тебя люблю! Люблю, поняла?
Он никогда раньше так не говорил. Вообще был скуп на комплименты, словно они были признаком мужской слабости. Но порою смотрел на нее под светом фонаря, и не мог отвести взгляда. И тогда она понимала без слов, что он считает ее красивой. Считает ее своей.
...и все было ложью.
— Иди завтракать, — горько усмехнулась Милана. — Не заставляй свою девушку ждать.
— Ты моя девушка.
— Уже нет. Я тебя бросаю. Прощай, Макс.
Эти слова были точно пули в висок — вылетали одна за другой.
— Ну и прощай, — сказал Макс, и Милана, глотая слезы, отключилась.
А потом написала ему сообщение:
«Никогда не хочу видеть тебя. Ты отвратительный. Жалею о каждом дне, который провела с тобой».
И заблокировала всюду, где только могла. Кроме своего сердца.
Там заблокировать его не получалось.
Вот и все. Ее первые серьезные отношения кончились. А чувства остались — хрупкие, нежные и беззащитные, точно веточки сирени, который каждый мог сломать.
Опустившись на корточки, Милана закрыла лицо ладонями и заплакала. Из-за дома появилась Лера
— Ты чего? — растерянно спросила она и села рядом, гладя сестру по спине. Она будто понимала, из-за кого страдает старшая сестра. — Не плачь, ну не плачь. Ты другого встретишь... Хорошего мальчика. Ну не плачь. Пожалуйста...
Лера обняла сестру, и та разревелась еще больше.