19
Чонгук
Я не был готов к тому, что услышу, и до сих пор не мог поверить в это. Значит, кто-то настолько осмелел, что пошёл против собственного народа, решив воспользоваться моей «смертью», и был уверен, что я точно не вернусь… Да этот кто-то хоть представляет, что будет, если все, абсолютно все твари вырвутся в наш мир? Хотя, о чём это я… Разумеется, представляет – иначе, зачем бы всё это тогда затевалось?
Нет, не был я готов узнать о том, насколько всё спланировано, но это не означает, что с проблемой я не разберусь!
А ещё я точно не был готов к тому, что Лиса меня прочитает, как открытую книгу. Я-то полагал, что могу обмануть всех своей беззаботностью, а единственная, кто не поддался, это ягодка. Сладкая и острая, как моя любимая приправа из Кьерранского перца, и такая же непонятная, но от этого не менее желанная…
Конечно же, все мои домочадцы пришли от девушки в полный восторг. От неё же добротой и светом веет за версту – это я вечно творящий какую-то ересь неслух, и об этом ей уже наверняка успели растрещать расторопные служанки. И хоть Лиса итак уже успела увидеть меня с разных сторон, мне очень не хотелось, чтобы она узнала обо мне что-то такое, совсем уж разочаровывающее. Но непременно ещё узнает…
Я видел все её мысли, как если бы Лили позволила залезть к себе в голову, и то, как она переживала о доме и о том, что там оставила, не могло остаться незамеченным мною. В ванной, где я, каюсь, хотел стать ближе к ягодке, от меня не укрылось состояние девушки, даже несмотря на то, что я был немного пьян. Ну почему она такая закрытая? Почему продолжает отталкивать, ведь всё говорит о том, что она хочет меня так же, как и я жажду обладать ей? К счастью, теперь я находился на своей территории, а здесь у меня было больше шансов покорить эту неприступную крепость, чем я и решил заняться, пока позволяло время.
Когда я увидел Лису, которую переодели в платье моей покойной матушки, сердце отчего-то на мгновение замерло, а потом суматошно забилось, как пойманная в силки птица. Лили была прекрасна, ей невероятно шёл наряд, и в нём она была истинной светлой леди, какой являлась и моя мама, а я только теперь понял, что с этой замечательной девушкой они весьма похожи. Кажется, меня тянуло к ягодке не просто так…
Я был рад показать ей хотя бы малую часть своего мира. Когда позвал Лили на прогулку по берегу, мне очень импонировали её неподдельные эмоции по поводу всего, что она видела, и из-за них я готов был расцеловать малышку, которая постепенно, шаг за шагом начинала доверять мне. Не хотелось бы сглазить удачу, но я никогда не был так рад и горд кого-то завоёвывать. Рехнулся ли я, пока пребывал в чужом мире? Я не исключаю такой возможности, однако рядом с Лисой мне не хотелось вновь становиться прожжённым пьяницей и изображать великого победителя нежити – хотя, кого я обманываю? – хвалиться перед ней я никогда не перестану, ибо хочется всегда быть героем в этих голубых глазах.
Мы прогуляли добрую половину ночи, наслаждаясь последними тёплыми деньками, а когда, по моим прикидкам должен был подкрасться рассвет, я почувствовал, что пора возвращаться, да и пёс, неожиданно подружившийся с нашим домашним ящером, на это намекал. Клыкастик, хоть и являлся боевой единицей, но был немного бракованным – родился он бескрылым, и его хотели ликвидировать, только вот один Чёрный Лорд оказался на диво сердобольным и не позволил предать огню ни в чём не повинное животное. Ящер вполне себе сохранил навыки защиты и борьбы с тварями, потому-то я и забрал его к себе, сперва приводя слуг в панику, а вскоре и они прониклись самыми нежными чувствами к этому немного придурковатому существу, полюбив его всем сердцем.
Именно это я и рассказал Лисе, вновь заставив ту смеяться, и заслушался её смехом так, что едва не пропустил момент превращения – спасибо Счастливчику и тому, что я его всё ещё понимал. Впрочем, ящер тоже не молчал, но там, под его черепушкой вращался такой мыслительный поток, что вникать в его смысл было делом очень неблагодарным. Так что в замок мы вернулись чуть запыхавшиеся, но вполне довольные, и, не раздеваясь, завалились спать – благо, ложе в комнате, отведённой Лили, позволяло хоть толпе там возлечь, и как бы сама девушка ни протестовала, у меня уже имелся железный аргумент в виде собачьего хвоста. Так что нас с псом не выгнали в соседнюю спальню.
Пару раз заглядывали слуги, предлагая помощь в переодевании, но Лиса их отсылала, и нам, в итоге, позволили спокойно заснуть. Утром, вернее, уже в полдень, проснулся от шёпота, а открыв один глаз, обнаружил, как Лису облачают в очередное платье, которое я приготовил из маминого гардероба. Нет, всё же, как только официально вернусь из мёртвых, приглашу своего портного – порадую прелесть, а может, она даже вдохновиться идеями для своих нарядов?
Я не мог оторвать глаз от полупрозрачной сорочки, обрисовывающей пока недоступное мне тело. Жадным взглядом прошёлся по фигурке ягодки, в очередной раз отмечая, какая она аппетитная, и некстати вспомнил, как слизывал с её кожи шоколад, а стоило этому воспоминанию проскользнуть перед мысленным взором, меня тут же вернули из сладких грёз.
«Может, не будешь так громко думать? ─ ворвался в моё сознание собачий голос. ─ Понимаешь же, насколько это ненормально, когда пёс так смотрит на свою хозяйку?»
─ И не стыдно, Вам, господин? ─ посетовала Неста, вторя Счастливчику, пока затягивала шуровку на талии Лили, делающей из девушки совсем хрупкую куколку, но господин не знал, что такое стыд – это чувство было ему практически неведомо. Поэтому я просто перевернулся на спину, чувствуя небывалую радость и какое-то щекочущее ощущение удовлетворения жизнью.
Так действует на меня светлая магия или сама Лалиса?
Как бы там ни было, но долго отвлекаться на созерцание прекрасного я не мог себе позволить. В голове уже имелся примерный план действий, и я собирался воплотить его в жизнь сегодня же ночью – днём выходить в виде пса было рискованно, к тому же беспризорных собак у нас отлавливали и кто знает, что с ними потом происходило? Ходило множество слухов о том, как на них ставили различного рода эксперименты, проверяя, насколько можно усовершенствовать животных, чтобы и их задействовать в борьбе против тварей, а это даже звучало жутко…
«Ты просто не представляешь, что вынуждены испытывать дворняги в мире Лисы», ─ мысленно усмехнулся Счастливчик.
«Поверю тебе на слово, дружище», ─ отозвался я, и мы отправились на кухню, где старый повар Одр – бывший морской волк с одним глазом, но обеими руками и даже передвигающийся на своих двоих, наложил целую миску наваристой похлёбки и, подмигнув здоровым глазом, принялся кашеварить дальше, напевая пиратские песенки под нос.
Ах ты ж, старый бродяга… Помнит, небось, как я воровал с кухни сладкое, когда был мелким, и иногда специально пересаливал супы, считая себя гениальным преступником.
Невзирая на весёлые взгляды повара, мы с псом всё съели, поприветствовали хомяка, кажется, откормленного за ночь до состояния шара, но тот был безмолвен, и просто моргнул, давая понять, что хотя бы жив, развалившись в огромной клетке, где раньше мы держали ящера, когда он был ещё малышом. Счастливчик, должно быть, в отместку за мои мысли о Лили, взял миску в зубы и отнёс старику Одру, заставив того басовито расхохотаться, а ведь этого мужика сложно заставить смеяться – я-то помню…
─ Ну ты и гад, ─ восхитился я собачьему коварству, но тот лишь хмыкнул, и мы отправились в столовую.
Лисе не хотелось есть в одиночестве, поэтому она буквально заставила слуг, по крайней мере, женскую их часть, присесть к ней за стол – старина Хенджин сумел сбежать по делам, – чем вновь напомнила мне, да и им, маму. Она тоже всегда заставляла бросить все дела и присоединиться, чтобы хотя бы чаю выпить и передохнуть, вызывая у моего сурового и порой жёсткого отца скупую, но тёплую улыбку. Кажется, Лили, сама того не зная, вернула мне безвозвратно ушедшее детство с его драгоценными воспоминаниями.
Я улёгся рядом с её ногами и позволил себе немного расслабиться, слушая, как ягодка расспрашивает Рэми о каких-то мелочах, а трещотка Неста не устаёт добавлять свои острые комментарии. Всё это являлось привычным для меня раньше, но я и не подозревал, как соскучился по этим двоим, а Лили, оказывается, так естественно смотрелась в этой домашней обстановке…
─ А у вас ведь наверняка имеется библиотека? ─ поинтересовалась она, вскоре закончив трапезу и от души поблагодарив всех за старания.
─ Конечно, леди, ─ отозвалась женщина. ─ Думаю, господин Вас сам и проводит, ─ хитро покосившись на меня, добавила она, и нас двоих буквально вытолкали из столовой.
Лалисе я позволил исследовать замок, не оставляя её без присмотра – мало ли, какая опасность могла с ней приключиться, останься она наедине с собой? Нет, я знаю, что она очень ответственная и осторожная, порой даже чересчур, однако никто не застрахован от случайностей, и, прежде чем пройти в книгохранилище, где моим прапрадедом были собраны самые разные истории, пару раз Лиса чуть не сваливалась с крутой лестницы из-за внезапно подскочившего к ней ящера или совершенно случайно нащупывала тайные ходы в стенах, и я даже не представлял, что таковые вообще имеются. Опасная она всё-таки женщина – даром, что светлая…
В библиотеке мы и провели оставшуюся часть дня. Нам приносили обед, но ягодка так увлеклась чтением, что едва ли понимала, что отправляет в рот, тогда как я провожал жадным взглядом каждую крошку, которую она слизывала с аппетитных губ, и понимал, что долго так не продержусь.
«Ты это… не дури! Дождись, хотя бы пока мы снова не разделимся…» ─ вроде бы пошутил пёс, но юмор я оценил. Старина Счастливчик вообще оказался товарищем забавным, и с недавних пор мне начало казаться, что он всегда был рядом.
«А ты никогда не думал о том, что на самом деле я – просто голос в твоей голове, и только ты один меня слышишь?» ─ усмехнулся он вновь.
«Тебе нельзя больше общаться с хомяком – его философия явно не для тебя», ─ парировал я. Ещё одного пушистого психопата мне рядом с собой не хватало…
Близился вечер, а за ним уже спешила ночь, и Лиса изъявила желание прилечь перед нашей очередной прогулкой, которую я ещё вчера пообещал, так что ягодку я сопроводил в спальню. Девушка задремала очень быстро, утомлённая новыми впечатлениями, а я остался охранять её сон, пока не начал вновь возвращаться в прежний облик. Оставив Лили спать, ушёл в свои покои, отметив, что уже почти не больно становиться собой, и быстро переоделся. Псу превращение теперь тоже давалось гораздо легче, позволяя ему не засыпать от слабости, но мне не нравилась мысль, что мы оба, похоже, начинаем свыкаться с этим неудобным положением, а тот факт, что грозы в моём мире осенью – вообще явление редкое, радости не добавлял.
И как распутать этот клубок, не повредив нить?..
Что бы я себе ни думал, какие бы великие планы ни строил, но с возвращением родного мужицкого тела, начались и новые трудности. Они громко постучались ровно в полночь в ворота моего замка, и ничто не предвещало беды, пока мой скелетообразный дворецкий не начал выражать панику всем своим видом, и хоть его глазницы были пусты, я легко отыскал в них неподдельный ужас.
─ Что, Хенджин? Смерть за мной всё-таки пришла? ─ разминая шею, пошутил я, пока спускался в гостиную.
─ Да что ж Вы такое говорите, хозяин? ─ сплеснула руками Неста, но даже свой обычно громкий тон голоса поубавила до шёпота.
─ Хуже, господин, ─ напугал Скелетон, стараясь говорить ещё тише. ─ У ворот леди Дженни, требует какие-то драгоценности, ─ оповестил Хенджин, и я готов был проклясть все свои прошлые похождения, потому что за леди Дженни придёт леди Эрика, а за ними и близняшки Кара и Мара… Нет, ну что за нонсенс – с мертвеца требовать обещанное когда-то по пьяни и глупости? По-моему, раз меня вроде как нет в живых, я никому ничего не должен, нет? Однако о моей глупости ходили целые легенды, ведь только я умудрялся давать женщинам магические клятвы о том, что обязательно подарю им редкие украшения из коллекции своих предков, а там, что б вы понимали, такие камни, обладать которыми мечтали не только женщины.
─ Вот, Бездна… Началось паломничество!
─ Что происходит? ─ Лили не вовремя спустилась к нам – видимо, шум её привлёк. Такая сонная и забавная, что хотелось её просто схватить и унести, никому не показывая. А ведь это мысль…
─ Лалиса, тебе переживать не о чем. Вообще не о чем. ─ Представляю, какими глазами она на меня будет смотреть, когда поймёт, в чём дело, но я не могу от неё скрывать такие вещи. ─ Она же меня вычислит в два счёта, почувствовав тьму!
─ А если она начнёт штурм? ─ взволновалась Рэми, нервно сминая фартук.
─ А с чего бы ей его начать? ─ спросила Лалиса. ─ И кто вообще это загадочная «она»?
─ Она – злобная фурия, которая не отдаёт себе отчёта в своих действиях? ─ неуверенно протянул я, и Лили начала с подозрением на меня смотреть.
Думать было некогда, ведь если тёмная леди начнёт охоту, учуяв мою магию, да и не только мою, она меня сдаст, а для моего появления в обществе ещё было слишком рано.
─ Лиса, доверься мне ладно? ─ глядя в глаза девушке, попросил я, и когда та неуверенно кивнула, сказал псу: ─ Найди нас, когда она покинет мои владения. Мы будем недалеко.
─ Сделаю.
Тогда я схватил не успевшую опомниться девушку за руку и бегом направился к выходу для прислуги. Единственное место, которое могло скрыть меня от темпераментной бывшей любовницы, так же могло очень напугать Лалису, но иного выхода попросту не было, и я рванул вперёд, словно за мной все демоны из Бездны гнались. Ну, почти так и было, поскольку леди Дженни – сестра одного из самых грозных стражей, каких я знал, а ещё у неё нюх, как у гончей, и это огромная редкость для девушки – родиться с таким даром, как у мужчины. Таких, как она больше не было во всей Империи, и многие мечтали, невзирая на её темперамент, заполучить такую любовницу – скорее, именно из-за нрава и мечтали, но она почему-то не хотела других, время от времени всё равно возвращаясь в мою постель. Дженни, по сути, единственная, с кем мой роман длился дольше остальных, так что я даже винить её не могу. Но как же не вовремя…
Всё это и пришлось поведать Лили, опустив некоторые подробности, пока мы добирались до места. Я честно рассказал о том, что нас связывало с тёмной леди, потому что искренне хотел, чтобы между нами не было тайн, которые бы вдруг всплыли и помешали, хотя я и понимал, что главная моя тайна может не понравиться девушке ещё больше огромного списка моих бывших. Но ничего, с этим можно работать…
Когда мы миновали сад с другой стороны и оказались среди высохших деревьев и надгробий, оплетённых останками роз, Лили была непривычно тиха, как и это место, но терять времени было нельзя, поэтому я крепче ухватил ягодку за руку и дёрнул первую попавшуюся дверь, куда мы буквально влетели, потревожив стаю летучих мышей с красными светящимися глазами. Я зажёг магический огонь на стене, который тут же высветил крутой каменный спуск, и только тогда, кажется, Лиса отмерла, дёрнув меня за рукав.
─ Это что… склеп?
─ Это временно, ягодка, ─ успокоил я. ─ Только здесь энергия моих умерших предков не позволит нас отыскать и, поверь, это лучшее решение. Я клянусь, что с тобой ничего плохого не случится!
Не знаю, поверила ли мне девушка, но ей ничего не оставалось, кроме как просто спускаться за мной по широким ступенями. Я чувствовал, что у Лисы много вопросов ко мне, но она пока молчала, а мне просто нравилось её присутствие рядом – и неважно, где мы в данный момент находились. Наверное, она вряд ли мечтала о свидании в окружении мертвецов, но что я мог ещё предложить? Жаль не захватил вино из своей коллекции – оно бы явно скрасило нам время ожидания, а может, и помогло бы мне в завоевании моей неприступной прелести…
Пока раздумывал над коварными планами, мы спустились в самый низ, оказавшись в окружении моих покойных родственничков. Саркофаги с предками располагались полукругом, образуя в центре свободное пространство, и Лили, кажется, даже не дышала, разглядывая колыбели из чёрного арха – камня усопших, защищающих тела от возможности спонтанного пробуждения. Не все некроманты зарабатывают на жизнь честными путями.
─ Здесь практически вся моя родня, ─ обвёл я рукой пространство вокруг.
─ Они тоже были стражами и сражались с тварями?
─ Начиная с деда. Но да, все мужчины обладали тёмной магией, а женщины, как я уже рассказывал, были светлыми, ─ кивнул я, подводя девушку к двум ближайшим каменным гробам. Родителей похоронили в одном большом, а поскольку сразу за отцом ушла и мама, связавшая с ним жизнь в буквальном смысле, было принято решение не разделять их и в посмертии. ─ Я хотел бы познакомить тебя кое с кем.
Лиса с влажными глазами смотрела на имена, выгравированные на плитах, и я не представлял, о чём она думала.
─ Отец, мама, ─ церемонно поклонился я. ─ Это Лалиса.
Она тоже изобразила поклон.
─ Мне очень приятно познакомиться с твоими родителями, Гук, ─ сказала мне, а потом неожиданно обратилась к ним: ─ Спасибо вам за то, что у вас такой сын.
─ Я так понимаю, это был комплимент?
Но меня просто больно ткнул в бок девичий локоть, но даже это показалось мне милым. Маленькая суровая ягодка…
─ Знаешь, я никого сюда прежде не приводил – в основном приходил сюда в компании спиртного и жаловался на свою жизнь, ─ усмехнулся я, вспоминая все свои фееричные появления здесь – особенно последний раз, когда я просто свалился с этих ступеней прямо в объятия дражайших родственников, при этом ударился виском и пролежал без сознания какое-то время. ─ Как эгоистично с моей стороны…
─ Тогда это большая честь для меня, ─ совершенно серьёзно заявила эта маленькая женщина, игнорируя мою последнюю реплику. ─ Жаль, у вас нет цветов, я бы прихватила букет.
Лиса с печалью вздохнула, убрав упавший на лоб локон, а затем с удивлением глянула на свою руку – на пальце вдруг выступила кровь, и я, демоны раздери, испугался в тот момент так, как давно ещё не боялся.
─ Порезалась? ─ я тут же ухватил её за руку, осматривая на предмет стальных повреждений. ─ Когда успела?
─ Задела о кусты, когда мы бежали, ─ поморщилась она, а затем беспечно улыбнулась. ─ У меня всегда страдают пальцы, так что я не сразу и заметила.
Я осторожно приблизил окровавленный пальчик к своему рту, и ягодка не противилась, позволяя моим губам захватить его в плен, скользнуть языком по ранке и втянуть кровь. То, как судорожно Лили выдохнула и как потемнели её глаза, сорвало внутри меня какой-то барьер, а потом я просто напал на её губы, лишая Лису воздуха и возможности сопротивляться. Впрочем, она и не возражала, сдаваясь мне на милость со стоном, отозвавшимся внутри меня и ломающим всю выдержку к Бездне.
Мне было плевать на обстановку, да и Лиса так задрожала, прижавшись ко мне, что инстинкты начали работать быстрее, чем я обдумывал ситуацию. Губы, оторвавшись от девушки и дав ей передышку, нашли изгиб нежной шеи, и останавливать себя я не видел смысла – мой смысл сейчас тяжело дышал в моих руках, подставляясь под жалящие поцелуи. Я дёрнул рукав платья, оголяя участок кожи, где нежное плечико переходило в шею, и задержался там, выводя неизвестные узоры, проводя зубами и чувствуя, как моё собственное тело наполняется магией. Тьма тянулась к свету, амулет на Лисе поглощал нашу общую энергию, а я даже и не думал останавливаться, да и зачем? Всё так естественно… Так, как и было задумано природой.
─ С-стой, Гук… Это как-то неправильно! ─ слабо запротестовала Лили, пытаясь меня оттолкнуть, но шиш там.
─ К демонам правильность!
И подхватил малышку, чтобы опустить её на один из саркофагов – да простит меня бабуля. Не знаю точно, но, по-моему, я переходил все грани допустимого, а тот факт, что я собирался присвоить девушку в месте захоронения родни, меня вообще не трогал.
Только вот я не подозревал, что у этого безумия могут оказаться свидетели, потревоженные выбросом нашей смешавшейся магии…
─ Вот же молодёжь… ─ раздался скрипучий старческий голос откуда-то прямо из-под Лисы, отчего та подскочила – благо я удержал её от падения и сжал крепче, успокаивающе поглаживая по спине.
─ Бабушка? ─ прохрипел я в ужасе.
─ Совсем охамели… ─ присоединился прадед.
─ Нашли место, охальники! ─ а вот и дедуля проснулся…
─ Бесстыдники! ─ прабабушка, ну как же без тебя и твоих нравоучений?
─ А я бы присоединился… ─ о, а это, кажись, дядя моего деда – тот ещё типчик, о похождениях которого слагали целые сказания.
─ Тьма! ─ выругался я, закрывая Лису от любопытных глаз, но ягодка уже не так и боялась, с любопытством озираясь по сторонам, словно могла увидеть призраков.
─ А девочка-то светлая… ─ довольно протянул мой самый одиозный и старый родственник, которого я не застал при жизни, но о котором много было сказано… разного.
На улице тем временем послышался лай Счастливчика, и я облегчённо выдохнул.
─ Простите, уважаемые родственники, ─ поклонился я, спеша увести Лису, ─ более мы вас не потревожим.
Нам вслед послышался недовольный ропот, но я уже не обращал на него внимания, стараясь оказаться подальше, и вскоре мы оказались на улице, вне зоны досягаемости зорких глаз покойников. Пёс тут же подскочил, но он выглядел слишком обеспокоенным, и я поневоле напрягся.
─ Там кое-что произошло, ─ сообщил он, нервно виляя хвостом.
Я уставился на него в ожидании ответа, но тут вдруг ягодка испуганно протянула:
─ Гук…
─ Что, малышка?
─ П-почему я их слышу?
─ Кого?
И тогда она указала дрожащим пальчиком на каменных горгулий, восседающих на крыше склепа, откуда мы только что выбежали.
─ И что они говорят?
─ Это не те же голоса, что были внутри. Но они, кажется, просят о помощи, ─ огорошила Лиса.
Я не знал, как она это реагировать, поскольку ситуация была из серии, как это говорят в мире Лили, «нежданчик», однако в следующее мгновение я уже забыл об этой странности. Недалеко от нас, примерно на расстоянии в несколько ужасающе маленьких шагов стояла леди Дженни, пышущая гневом и явно собирающаяся прикопать меня вместе с усопшей роднёй.
─ Так ты всё-таки жив, скотина?!
Мне хана… И я даже не знаю, кто из девушек убьёт меня сегодня первой.