15.1
Лиса
Разговор с родными прошёл лучше, чем я думала, но дед не на шутку завёлся, а это было нехорошо. Я догадывалась, что вся эта история с ведьмами простирается гораздо дальше, но не подозревала, насколько родные в неё втянуты, и это открытие мне совершенно не нравилось.
Тем не менее, я с внутренним трепетом отправилась на чердак, где хранились старые вещи, включая и бабушкино добро. Этот дом дед построил для неё, а потом родилась мама, и они жили здесь – вдали от шумного города и его суеты дружно долгие годы, и даже когда уже мои родители поженились, никто никуда не разъехался. Для меня это место всегда являлось оплотом уюта, поддержки и любви, а позже, когда я стала жить самостоятельно, тихой гаванью, где можно было отдохнуть душой и телом, спрятаться от проблем хотя бы на несколько дней.
Поднимаясь по родным ступенькам, я касалась стен, хранивших столько светлых воспоминаний, и когда оказалась на чердаке, какое-то время просто стояла, вдыхая ароматы, к которым с детства привыкла. Я часто любила играть тут, представляя, что дом – это мой за́мок, а чердак – что-то вроде мрачной башни тёмного мага или даже алхимика. Словом, тревожные звоночки начались уже тогда, а я ни сном, ни духом…
Теперь же, стоя здесь, я могла физически ощущать магию, пропитавшую это место. Я даже видела совсем тоненькие светлые и будто посеребрённые ниточки, пронзающие пространство впереди, но больше всего их скопилось над огромным сундуком под небольшим витражным окошком у стены. Там бабушка хранила свои «ценности» и не разрешала мне подходить к своему таинственному сейфу, где как я раньше считала, лежала куча золотых монет. На пирата, разумеется, моя дражайшая ба не походила, хоть иногда самогон потребляла так, что дед ей завидовал, а её крепкое словцо порой могло прекратить любую потасовку в радиусе километра… И всё же, я даже маленькой представить не могла, что она вовсе не морской лихой разбойник, а страшная колдунья из сказок, которые мне сама же и читала.
К ларцу с секретами я подходила с некой опаской, но тянуть дальше смысла не было, поэтому, оказавшись перед сундуком, присела и положила на него руки, чувствуя исходящее тепло. Я помнила, что бабуля открывала его безо всякого ключа, но в те времена, когда я ещё пыталась узнать, что лежит внутри, этот древний здоровяк мне попросту не поддавался. Теперь же, я спокойно откинула тяжеленную крышку, ожидая увидеть всякие ведьминские штуковины вроде зелий в красивых бутыльках, старинной книги с обложкой из человеческой кожи или ещё какие-нибудь магические атрибуты, но мои стереотипы были жёстко убиты в зародыше. Внутри нашлись многочисленные альбомы с фотографиями, шкатулка с бабушкиными украшениями, всякие мелочи вроде швейного набора и пары простых восковых свечей, а поверх всего этого добра лежал белый конверт, запечатанный сургучом, как в стародавние времена.
Взяв в руки послание, я ещё какое-то время не решалась его открыть, но, надавав себе мысленных оплеух за неуместную трусость, решилась. Я не знала, как это верно объяснить, но письмо словно обволакивал плотный, но мягкий и упругий невидимый барьер, куда моя ладонь прошла насквозь. Преодолев лёгкое сопротивление, я вскрыла печать, распавшуюся сотней светлячков, разлетевшихся в разные стороны и вскоре растворившихся в воздухе, а потом принялась читать.
«Здравствуй, внученька!
Это письмо – вполне чёткое доказательство, что всё произошедшее с тобой является правдой, и ты вовсе не сошла с ума, как наверняка до сих пор думаешь. Но не стоит списывать себя со счетов так рано – тебе ещё многое придётся сделать в своей жизни, многое успеть, чтобы считаться сбрендившей, Лили».
Узнаю, бабулю… Никогда эта вечно боевая женщина, которую язык не поворачивался назвать старушкой, не жаловалась ни на здоровье, ни на обстановку вокруг. В некоторые моменты дед её побаивался, но, как я сейчас понимаю, вовсе не из-за магии – скорее, это была та внутренняя сила, которая его привлекла, ведь он и сам являлся мужчиной далеко не робкого десятка.
«Если ты сумела открыть этот конверт, значит, я не ошиблась, и дар, что в тебе дремал все эти годы, всё-таки проснулся. Хотела бы я быть рядом и научить тебя всему, что нужно знать юной ведьмочке, но не судьба – видимо, пришло моё время, как и твоё, чтобы проснуться. Надеюсь, ты получила достаточно подтверждений, насколько всё серьёзно, и не будешь сбегать, хотя, зная тебя, могу точно сказать, что не будешь.
Наверное, открыв мой волшебный сундук, ты ожидала увидеть какие-то подсказки вроде волшебного гримуара или иных вещиц, которые помогают любой ведьме в её непростом ремесле, но их нет, Лили. У каждой из нас должен быть свой собственный опыт, включая книгу, куда мы записываем рецепты зелий или проклятий для особо надоедливых личностей… ну, или пару приворотов на всякий случай – всё же мужчины сложные, но полезные в хозяйстве создания… Впрочем, вряд ли ты захочешь использовать такие методы.
Так или иначе, ты должна помнить самые важные моменты. Во-первых, если к тебе обращаются за помощью – не отказывай, а сперва выслушай. Я знаю, как это иногда бывает непросто, особенно если хочется послать собеседника, но ты справишься, верь мне. Во-вторых, ты знаешь гораздо больше, чем тебе кажется. Помнишь, как я учила тебя смешивать травы, а ты всегда творила что-то своё? Впредь записывай все свои рецепты, какая бы странность в итоге не получилась – пригодится. И, пожалуй, в третьих, держись подальше от тех, кто вызывает в тебе неприятные чувства – прислушивайся к интуиции, она тебя никогда не подведёт.
И ещё кое-что, немаловажное… Твоя сила, Лили, должна пробудиться до конца, но как это произойдёт, я знать не могу, ведь у каждой ведьмы, как я уже сказала, свой опыт. Знаю лишь, что тебе не стоит отказываться от того мужчины, из-за которого твоя магия будет себя проявлять – а такой негодник обязательно появится и заставит твоё сердце метаться и трепетать. Возможно, он не будет самым образцовым представителем своего племени (мужиков, имею в виду), и тебе, возможно, не раз захочется пристукнуть его моей сковородкой, а ему сбежать из дома и напиться, однако не руби с плеча, а то я тебя знаю. Не отнимай у себя самой шанс на счастье. Договорились? Вот и чудно.
А теперь самое важное… Я знаю, с чем тебе придётся столкнуться, и если бы была жива, сделала бы всё возможное, чтобы навсегда избавить мир от той гнили, что пришла и забрала лучших из нас, но я не в силах. И если ты бы спросила меня, как их победить тебе, я бы не ответила, потому что лишь ты сможешь это понять, когда столкнёшься с ними лицом к лицу. Единственное, что я могу сказать тебе, внученька, так это то, что ты должна всегда помнить в момент отчаяния: не бойся темноты. Она может навредить тебе лишь в том случае, если ты сама ей это позволишь! Верь в свои силы и не обижайся на меня – никто не знает будущего, а потому нельзя предугадать, что произойдёт, и я не знала, что так выйдет. Но я рада, не смотря ни на что, ведь уверена: ты справишься. Удачи!
Твоя безответственная, но безумно любящая тебя ба».
Хм, интересно выходит… Значит, бабушка уже тогда всё знала? В смысле, вообще всё, включая появление Чонгука? Если так, то почему не подготовила к таким событиям? Нет, она права в том, что нельзя узнать будущее, но могла она хоть как-то намекнуть, мол, будешь большой девочкой – встретишь не того мальчика, с которым тебе придётся сразиться не на жизнь, а на смерть, но как это сделать я тебе не скажу. А ещё у тебя в квартире поселится настоящий пришелец, днём притворяющийся собакой, а ночью спящий в твоей постели, и тебя будет тянуть к нему со страшной силой! Ну, бабуля… Удачи, блин. Лучше бы подсказала какой-нибудь рецепт зелья, обезвреживающий магов, ей Богу.
Ладно, на худой конец, попрошу у деда выкопать вокруг дома ямы с кольями на дне… Да, добрая девочка Лиса тоже имела тёмную сторону, о которой мало кто знал. Жаль, я не часто её показывала, а зря – может, не лезли бы тогда в мою жизнь всякие…
Я так и сидела с письмом в руках, перечитывая его раз за разом, словно могла найти какое-то скрытое послание. Я даже думала, может, бабушка написала его на обратной стороне лимонным соком, как мы делали в моём детстве, а потом читали, поднося свечу, но не было никаких больше тайн. Никто не собирался объяснять мне, что делать, если в твою жизнь вдруг врывается самое настоящее зло – не сказочное и склонное к перевоспитанию, а жестокое и безжалостное. Именно в тот момент я, наверное, всё окончательно осознала, и злые слёзы застили глаза от несправедливости, обиды и всего того коктейля эмоций, перемешавшихся во мне за последнее время…
Пришла в себя от ощущения чьего-то холодного носа, тычущегося мне в ладони. Гук-Счастливчик вопросительно смотрел на меня, и я точно не собиралась демонстрировать им слабость. Особенно одному Чёрному Лорду. Ничто не должно было выдать моего истинного настроения.
─ Я, наверное, слишком задержалась? Простите, ─ почесав за ухом товарища пса, я поднялась, потягиваясь и разминая затёкшие мышцы.
По ощущениям прошло совсем немного времени, но позже выяснилось, что я просидела на чердаке пару часов, пытаясь свыкнуться с настоящим положением дел. Свыкнуться получалось весьма тягостно, но я знала, что если не взять себя в руки, это никому пользы не принесёт, так что вытерла сопли и набрала номер Чон Хиджин, чтобы узнать, всё ли там в порядке.
И я очень надеялась, что у них дела обстоят гораздо лучше, чем у меня.