Восстановление закончилось.
Эми
Прошла неделя.
Всего семь дней — и Бакуго, к изумлению врачей и втайне самому себе, встал на ноги быстрее, чем кто-либо рассчитывал. Его организм восстанавливался так же упорно, как и сам он жил: через силу, боль, со стиснутыми зубами и неотступным желанием доказать, что может.
Сейчас мы сидели в кабинете врача. Я в углу, наблюдая, как доктор проверяет подвижность плечевого сустава. А Бакуго — на кушетке, без рубашки, с повязкой, которую собирались вот-вот снять.
Он морщился, когда врач нажимал на связки.
— Хватит меня лапать... — пробормотал он раздражённо, дернув плечом.
— Сиди спокойно, — твёрдо сказала я.
Он метнул на меня взгляд, быстрый, как раскат молнии, но не ответил. Подчинился. Эта неделя научила его принимать не только боль, но и дисциплину.
Врач, мужчина с вечно нахмуренным лбом и вечно холодными пальцами, закончил осмотр и сдвинул очки повыше на переносице.
— Восстановление идёт очень хорошо. Движения в полном объёме, воспаление сошло. Повязку можете больше не носить. Силовые тренировки — аккуратно, через три дня, но с завтрашнего дня можно возвращаться к обычному режиму. Молодец, Бакуго. Вы нас удивили.
Он не ответил. Только кивнул. Всё ещё не в настроении, всё ещё настороженный — он не любил, когда его тело становилось слабым. Даже на секунду.
Когда мы вышли в коридор, воздух показался особенно свежим — не из-за запаха антисептика, а из-за того, что он больше не был пациентом. Он шёл чуть впереди, но я догнала его, шаг в шаг, и когда мы остановились у поворота, я заговорила.
— Теперь ты можешь вернуться к тренировкам.
Он обернулся, вопросительно подняв бровь.
Я стояла прямо, руки сцеплены за спиной. Молча смотрела ему в глаза.
— Ты отлично постарался на реабилитации. Молодец.
Он замер. На полсекунды. Я видела, как в нём что-то дрогнуло — не явственно, не открыто, но явно. Как будто привычный панцирь слегка дал трещину.
Он не ответил сразу. Только посмотрел на меня чуть дольше, чем обычно. Глубже. Почти изучающе.
— Хм, — выдохнул он, и в этом звуке было всё: смущение, гордость, упрямство и то, что он ещё не умеет озвучивать словами.
Мы продолжили идти. Но рядом. Уже не с расстоянием, не как инструктор и подопечный.
А как те, кто прошли нечто вместе.
И знали: это не конец. Это — только начало следующего этапа.