Вырванный из огня.
Кацуки
Я не нуждался в напарниках. В советах. В чужих мнениях.
Мне нужен был только взрыв — в моей ладони и в моей груди.
Тренировочная площадка уже час была моим личным адом. Пот лился по шее, мышцы ныли, но я продолжал. Взрыв за взрывом, перекат, удар, крик — грохот, который выбивал из меня все лишнее. Все слабое. Всё, что не позволяло быть первым.
И тут, сука, пришли.
— Бакуго, — позвал хриплый голос.
Я обернулся. Хаски-учитель — Хаунда. Или как там его. Неважно.
— Что? — отрезал я.
Он смотрел на меня с тем поганым выражением лица, с которым обычно говорят: "У нас есть новости, которые тебе точно не понравятся".
— Тебя выбрали. Для международной программы.
— Что за хрень? — я сбросил перчатки, лицо перекосилось. — Я никуда не подписывался.
— Это решение сверху, — сказал он, поджав губы. — Она выбрала тебя. Ты можешь отказаться... формально. Но это не рекомендуется.
Я молчал.
Она. Выбрала. Меня.
Я не был игрушкой. Меня не выбирают, как товар. Я сам — грёбаный ураган. Я сам решаю, куда нести огонь. Но...
Что-то было не так.
Это чувствовалось. В воздухе. В глазах учителя.
Как будто всё уже пошло под откос, а я просто догонял.
Через двадцать минут я стоял перед дверью.
Не знал, чего ждал. Может, какого-то старого хрена в костюме. Может, комиссии. Камеры. Прессу.
Но не её.
Она сидела за столом. Спокойно. Как будто не ждала, а знала, что я приду.
Нога закинута на колено — но не как у пафосных сучек с журналов. А по-хулигански. Как на заднем ряду в автобусе. Локоть на столе, ладонь держит подбородок, глаза... чёрт.
Глаза у неё были пустые.
Не мёртвые. Не добрые.
Просто — ровные, будто в ней не было ни капли сомнения.
Я стоял. Смотрел.
А внутри — щёлк.
Что-то сдвинулось.
Как когда видишь врага, но не можешь определить, чем он тебя пугает.
— Это ты? — спросил я. — Та, что выбрала меня. Почему?
Она не моргнула.
Она смотрела на меня, как будто я уже прошёл её чёртовы тесты. Как будто уже умер где-то на её войне — а сейчас просто пришёл послушать, зачем.
— Ты зол?
— Да, чёрт возьми, я зол! — рявкнул я. — Никто не спрашивал, хочу ли я! Никто даже не объяснил, почему именно я.
Я ждал её испуга. Или раздражения. Или пафоса.
Но она... улыбнулась.
Медленно. Как будто это всё — часть плана.
— Потому что ты опасен, — ответила она.
И в этот момент...
Я поверил.
Она подошла ближе. Говорила про огонь, про власть, про то, что я не герой из книг — а нечто большее.
Говорила, будто знала, что во мне уже всё кипит, что я ненавижу ждать, что я рвусь стать первым, даже если придётся разбить весь этот ублюдочный мир на куски.
Я смотрел на неё и думал:
она не боится меня.
Больше того — она хочет это во мне.
— И ты хочешь, чтобы я стал частью этого? — спросил я.
— Нет, — ответила она. — Я хочу, чтобы ты стал королём этого мира.
Дерьмо.
Я должен был разозлиться. Я должен был послать её к чёрту.
Но я улыбнулся.
Слабо, на долю секунды.
— Ладно, ведьма. Посмотрим, выдержишь ли ты меня.
А внутри — загорелось.
Что-то новое.
Что-то опасное.
И мне это понравилось.