Глава 39. Теплые ладошки
Прошло три года
Я вышла на улицу, но нигде не увидела Луну.
Сердце тут же сжалось от страха.
— Луна? — позвала я, но в ответ лишь легкий ветер пронёсся по двору, шелестя листвой.
Я осмотрелась, заглянула за качели, в уголок сада, даже выглянула за ворота — но её нигде не было.
Паника нарастала. Где она? Она ведь такая маленькая, ей всего три годика…
— Луна! — мой голос дрогнул, когда я побежала к калитке, заглядывая в переулок.
Но тут взгляд зацепился за что-то светлое на краю поляны у речки.
Маленькое одеяло. И на нём — она.
Река. Лето. Маленькая девочка на одеяле.
Луна сидела босиком на краешке мягкого одеяла, аккуратно усаживая куклу. Её маленькие пальчики сжимали игрушечное платьице, а губки беззвучно шевелились — девочка что-то тихонько шептала своей кукле, совсем как я когда-то.
Сердце забилось быстрее.
— Луна… — я сделала осторожный шаг вперёд.
Малышка подняла взгляд. Большие глаза, наполненные светом, улыбка — такая родная, как будто отражение моего детства.
— Мамочка! — Луна вскочила на ножки и, прихватив куклу, побежала ко мне, едва не запутавшись в подоле лёгкого платьица.
Я присела на траву, подхватывая дочь в объятия. Луна обняла меня маленькими ручками, уткнулась носиком в шею. Я вдохнула её запах — детский, тёплый, пропитанный солнцем.
— Ты меня искала? — прошептала Луна.
— Конечно, искала, глупышка. Я испугалась.
— Прости, мам… — малышка подняла голову, коснулась носиком моей щеки. — Я хотела, чтобы куколке было весело.
Я улыбнулась, нежно убирая с её лба золотистую прядку.
— А ей весело?
Луна кивнула.
— Она сказала, что любит тебя.
Я рассмеялась, чувствуя, как внутри разливается что-то тёплое, мягкое, похожее на солнце.
— И я её люблю, — шепчу, прижимая к себе самое дорогое, что у меня есть.
— Луна, мы с бабушкой приготовили еду, нужно поесть, а потом мы с тобой пойдём гулять, — сказала я, нежно поправляя её светло-коричневые кудряшки.
— Правда? — глазки малышки засветились радостью. — А что вы приготовили?
— Твой любимый супчик и оладушки с вареньем, — улыбнулась я.
— Оладушки! — радостно воскликнула Луна и захлопала в ладошки. — Бабушка всегда делает самые вкусные!
Я взяла её за руку, и мы направились к дому. Луна весело болтала, прижимая куклу к груди, а я всё не могла налюбоваться её детской непосредственностью.
Когда мы зашли в дом, на кухне уже всё было готово. Бабушка, с тёплой улыбкой на лице, поставила тарелки на стол.
— Вот и мои красавицы, — радостно встретила нас она. — Луна, ты где так долго гуляла? Мы уже за тебя переживать начали!
— Я играла с куклой! — гордо ответила Луна, взбираясь на стул. — Мамочка меня нашла!
Бабушка ласково провела рукой по её мягким кудряшкам.
— Ах ты моя девочка… Садись, поешь, а потом расскажешь мне, о чём вы с куклой говорили.
Луна с удовольствием принялась за суп, а потом с восторгом съела целую тарелку оладушек, перемазавшись вареньем.
— Ох, какая ты у меня сладкая! — рассмеялась бабушка, вытирая внучке губки.
— Бабушка, а ты пойдёшь с нами гулять? — спросила Луна, покачивая ножками под столом.
— Конечно, пойду, — бабушка улыбнулась и тепло посмотрела на меня. — Как же я могу упустить такую возможность провести время с любимой внучкой.
Сейчас я не представляю своей жизни без Луны. Моя малышка — это всё для меня.
Три года назад я уехала к бабушке, чтобы собраться с мыслями и забыть про Дэйва. Мне казалось, что это единственный выход — уйти подальше от прошлого, от боли, от воспоминаний. Я думала, что если просто исчезну из его жизни, станет легче.
Но спустя время я узнала, что беременна.
Я помню тот день, когда рассказала об этом бабушке.
Я сидела за кухонным столом, нервно сжимая чашку с чаем. Внутри всё дрожало. Как сказать? Как объяснить, что моя жизнь в один миг перевернулась?
Бабушка, как всегда, спокойно нарезала яблоки для пирога, иногда бросая на меня внимательные взгляды.
— Менни, ты какая-то бледная сегодня, — сказала она, откладывая нож. — Что-то случилось?
Я сглотнула, чувствуя, как горло сжимает.
— Бабуль… — мой голос дрогнул. — Я беременна.
Тишина.
Я не смела поднять голову, боясь увидеть в её глазах осуждение или разочарование.
Но потом бабушка вдруг сжала мои руки в своих, тёплых, надёжных.
— Ох, деточка… — в её голосе была только нежность.
Я осторожно посмотрела на неё. И вместо страха увидела улыбку.
— Это же счастье, — сказала бабушка, сжимая мои ладони крепче. — Дитя — это всегда счастье.
Я моргнула, не веря.
— Но как же без отца? — прошептала я. — Как малыш будет жить без него?
— Главное, что у ребёнка есть ты. Твоя любовь, твоя забота. Ты справишься.
— Но вдруг это ошибка? — мои глаза наполнились слезами. — Вдруг я не справлюсь?
Бабушка аккуратно убрала прядь волос с моего лица.
— Ты справишься. Потому что ты сильная. И потому что я всегда буду рядом.
Раньше я действительно думала, что это ошибка. Как ребёнок может расти без отца? Как я, молодая девушка, смогу дать ему всё, что нужно?
Но теперь… Теперь я даже не могу представить свою жизнь без этого чуда.
Луна — мой мир.
Я благодарна бабушке, что она не дала мне сделать глупость. Родители тоже поддержали меня. Конечно, они были немного расстроены этой ситуацией с Дэйвом, но пообещали никому не рассказывать. Они часто приезжают к нам, помогают, любят Луну всей душой.
А Дэйв…
Я так и не рассказала ему.
Ведь Луна — его ребёнок.
Но прошло столько времени. Я не думаю, что это уже важно. Я справлюсь сама.
Я справлюсь сама.
Я повторяла это себе снова и снова. Первые месяцы беременности были тяжёлыми. Токсикоз, бессонные ночи, страх перед будущим. Но рядом была бабушка. Она всегда знала, когда мне просто нужно молчаливое присутствие, а когда — тёплые слова поддержки.
Родители узнали позже. Я долго не могла решиться, боялась их разочарования, но когда сказала… Они не кричали, не упрекали. Отец долго молчал, а мама просто заплакала. Потом они обняли меня, и я почувствовала, что не одна. Они пообещали, что будут помогать. Так и случилось.
Только Дэйв…
Я так и не нашла в себе сил сказать ему.
Были моменты, когда я брала телефон, искала его номер. Смотрела на экран, вспоминала, каким он был. Человеком, которого я когда-то любила, и который… которого я потеряла.
Но потом я смотрела на свой живот, касалась его ладонью и понимала — я больше не хочу возвращаться в прошлое.
Луна появилась в моей жизни тихо, без громких обещаний и драмы. Когда я впервые взяла её на руки, когда она прижалась ко мне, такая маленькая, тёплая… Всё изменилось.
Я смотрела на её крошечное личико, её пухлые щёчки, слушала её ровное дыхание и понимала: больше мне никто не нужен.
Прошло три года.
Теперь я вижу, как Луна бегает по двору, смеётся, разговаривает с бабушкой. Вижу её глаза — такие же, как у Дэйва. Голубые, с мягким светлым оттенком. Её кудряшки, такие же, как у меня в детстве.
Я счастлива.
Я правда счастлива.
Мы пошли с Луной на ярмарку. Вокруг было шумно и весело — всюду мелькали яркие огни, звучала музыка, пахло сладкой ватой и жареными орешками. Луна бегала туда-сюда, восторженно разглядывая всё вокруг.
— Мам, смотри! — она схватила меня за руку, указывая на прилавок с разноцветными воздушными шарами. — Можно мне такой?
Я улыбнулась.
— Конечно, выбирай.
Она взяла голубой шарик, и продавец привязал к нему длинную ленточку. Луна радостно схватила его, прижимая к себе, а потом вновь побежала дальше. Я следила за ней, стараясь не выпускать из виду, но людей становилось всё больше, толпа плотнее…
На секунду она скрылась за высокими фигурами взрослых.
Я сделала шаг вперёд, пытаясь увидеть её, но её не было.
Сердце сжалось.
— Луна? — позвала я, стараясь заглушить шум ярмарки.
Никакого ответа.
Я ускорила шаг, оглядываясь по сторонам. Толпа становилась всё гуще, смех и разговоры сливались в гул, заглушая мои мысли.
— Луна! — мой голос дрогнул, я пробиралась сквозь людей, вглядываясь в лица детей.
Но её нигде не было.
Паника обрушилась на меня волной.
Я побежала, заглядывая за палатки, в поисках знакомого силуэта. Сердце стучало в груди, руки дрожали.
«Где она? Она же такая маленькая…»
Дыхание сбилось.
— Луна! — закричала я, но голос потонул в шуме.
Я не знала, куда бежать. Не знала, где её искать.
Её нет. Она пропала.