Глава 23. Конец?
На улице была прекрасная погода, люблю осень, так же Кейт рассказала что нашла нового парня. Как же она часто меняет их, удивляюсь ей.
— А ещё ты не представляешь как повезло Ривену, заболеть в первый же день учебы, — сказала Кейт смеясь.
— Неужели они вправду заболел, — я засмеялась.
Я все ещё злилась на него из-за того что произошло на вечеринке, но я думаю со временем прощу его, он хороший друг.
Я шагала по коридору, обдумывая всё, что произошло, и не замечая, как люди проходили мимо. Кейт отошла к своему новому парню, оставив меня одну, и я направилась в класс, надеясь хотя бы на немного тишины, чтобы привести свои мысли в порядок.
Когда я вошла в кабинет, глаза сразу же скользнули по пустому помещению. Сначала я подумала, что я опоздала, но потом заметила, что было не так уж и много времени до начала урока. Странно. Обычно тут всегда кто-то есть, а сегодня — тишина. Вдруг я услышала за собой едва уловимый звук закрывающейся двери.
Я обернулась и замерла.
Он стоял прямо за мной, как всегда такой высокий и темный, как его взгляд. Дэйв. Моё сердце пропустило удар, но я заставила себя не дрогнуть.
— Ты всегда так любишь появляться в самый неожиданный момент? — я постаралась сделать голос спокойным, но знала, что он это слышит. Всё, что я скрывала, было в этих словах.
Дэйв не ответил сразу. Он просто стоял там, не двигаясь, и что-то в его молчании заставило меня почувствовать, как каждое слово, которое я могла сказать, было бы ошибкой.
— Ты… ты ведь не собираешься опять устраивать свой спектакль? — добавила я, будто стараясь скрыть собственную неуверенность за остриём слов.
Он сделал шаг ко мне, и я почувствовала, как с каждым его движением в груди начинает нарастать напряжение.
Он сделал ещё шаг ко мне, и я почувствовала, как его присутствие всё сильнее давит на меня. Его взгляд был строгим, а губы чуть сжаты, будто он пытался удержаться от того, чтобы сказать что-то, что могло бы разорвать между нами ещё больше.
— Почему ты убежала, Менни? Мы всегда ходили в школу вместе. Это просто… — его голос стал тише, но каждое слово звучало как тяжёлое молчание.
Я почувствовала, как всё внутри меня кипит. Злость, которая начинала бурлить, как только я его увидела, теперь вырывалась наружу, не давая мне ни малейшего шанса остаться спокойной.
— Почему? Потому что ты не удосужился даже объясниться! Ты позволил Тессе быть рядом, как будто мне не существовало! Ты мне не сказал ни слова! — мои слова вырывались с такой силой, что я сама почти не верила, что кричу. Грудь поднималась и опускалась, а сердце стучало так сильно, что я едва могла его слышать. — Почему ты не думал обо мне, когда всё это происходило?!
Он остановился, но не мог сдержать свой взгляд. Он был зол, и я могла видеть это, словно огонь в его глазах. Он был готов взорваться.
— Я не собирался тебе врать, Менни! — его голос стал громким, прямым. — Ты не понимаешь, что я был просто… сломлен, когда ты ушла! И ты даже не знаешь, как тяжело было мне это пережить! Но ты не слышишь меня! Ты просто…
Он не закончил фразу, потому что в следующий момент, словно не в силах больше сдерживать это напряжение, он резко поднёс меня к себе. Я застыла, не зная, как реагировать. Мы стояли в этом пространстве, полном молчания, полном ярости и боли.
Он держал меня так сильно, что я ощущала его сердцебиение, синхронизирующееся с моим. Он не отпускал меня, и я, несмотря на всё, что происходило между нами, не могла сказать, что не хочу остаться.
Он не сдержался. В его глазах зажигался огонь, а его рука внезапно оказалась на моей шее, крепко, но не больно, как будто он пытался удержать меня, не давая мне возможности убежать. Я почувствовала, как моё дыхание сбивается, и перед тем как я успела что-то сказать или оттолкнуть его, он прижал меня к себе, и его губы нашли мои.
Целуя меня, он был дерзким, не давая мне времени на сопротивление, не оставляя мне ни одного шанса подумать о том, что происходит. Его поцелуй был страстным, требовательным, как будто он пытался выразить всё, что накопилось внутри за эти месяцы, все те слова и чувства, которые он не мог сказать.
Я не знала, что делать. Тело напряглось, но сердце начинало биться быстрее. Я хотела оттолкнуть его, но не могла, потому что с каждым его движением я ощущала, как тянет к нему. Я чувствовала, как его пальцы сжимают мою шею, но они не причиняли боли, скорее, как напоминание о его власти над этой ситуацией, над моими чувствами.
Он оторвался от меня, его дыхание тяжёлое, как и моё. Мы стояли так, не двигаясь, ловя себя на мысли, что воздух вдруг стал более густым, а расстояние между нами сократилось до невозможного. Я не знала, что происходит, и, возможно, не хотела это понимать.
— Ты не понимаешь, Менни, как тяжело мне было, — его голос теперь был почти шепотом, полным боли. — Но я… я не могу просто смотреть, как ты уходишь.
Я смотрела на него, и что-то внутри меня дрогнуло. Но страх и злость всё ещё не отпустили меня.
Я пыталась оттолкнуть его, но он был слишком силен. В его глазах было что-то такое, что я не могла понять — смесь гнева и боли, страха и отчаяния. Я продолжала бороться, но он, казалось, не замечал этого. И вдруг, как молния, его рука с хрустом взметнулась и пощечина отозвалась по всей моей коже.
Я остолбенела, на мгновение потеряв дар речи. Чувствовала, как от удара затрясло всё тело. Мои щеки горели, а в глазах стояли слёзы. Это было неожиданно, жестоко, и я не могла понять, что только что произошло. Я хотела кричать, но не могла. Всё внутри меня вдруг стало холодным и пустым. Я смотрела на него с ужасом, не понимая, как он мог это сделать.
В его глазах отразился страх — настоящий, дикое беспокойство, которое вырвалось наружу, когда он понял, что сделал. Он, казалось, сам был в шоке от своего поступка. Мгновение напряжения, когда оба мы стояли, не двигаясь. Он сразу же протянул руку, мягко и осторожно, как будто боялся, что я отвернусь, и обнял меня, прижимая к себе так, что я почувствовала его дрожь. Его голос стал хриплым, сдавленным, полным раскаяния.
— Прости. Прости меня, Менни, я не хотел… Я не знал, что делать, — его слова звучали так искренне, что я почувствовала, как в груди что-то сжалось.
Я не могла ответить сразу, ведь что-то внутри меня боролось с этим внезапным порывом, с его прощением, с тем, что он не был таким, каким я его представляла. Но я всё равно не могла не чувствовать боль, и от его объятий мне было всё равно страшно.
Он снова прижал меня к себе, как если бы хотел утешить и себя, и меня. Но я не могла выговорить ни слова. Слишком много боли, слишком много недосказанных фраз между нами.
— Ты мне важна, Менни. Больше, чем я мог бы сказать, — его голос был таким тихим, что я едва слышала его, но каждый его звук отзывался в моём сердце.
Я отстранилась от него, чувствуя, как холод пронизывает моё тело. Это была та самая точка невозврата, к которой я шла долго и мучительно. Я устала. Устала от его обещаний, от его слов, которые были такими пустыми, устала от его тени, которая всё время висела над мной, давя и лишая меня воздуха.
— Я устала от тебя, Дэйв, — выдохнула я, не веря в эти слова, но понимая, что они единственные, которые могут спасти меня от этой бездны.
Он замер, как будто его ударило молнией. Его глаза потемнели, а губы задрожали, но он не сказал ни слова. Он смотрел на меня, словно не мог поверить в то, что я сказала. Но это было правдой. Я не могла больше быть с ним. Я не могла больше тянуть эту боль и разрушение.
— Ты не понимаешь, — сказал он тихо, почти шепотом, как будто надеясь, что эти слова что-то изменят.
Я подняла глаза на него. Мой взгляд был холодным и отчужденным.
— Ты всё разрушил, Дэйв. Ты убил нас. И теперь ты хочешь, чтобы я продолжала жить в этом кошмаре?
Он шагнул ко мне, его руки дрожали, но я отступила назад. Сколько ещё я должна была терпеть? Сколько ещё я должна была быть его жертвой, его игрушкой в этой разрушенной игре?
— Я не могу больше, — мои слова звучали как приговор. — Я не могу.
Он закрыл глаза, и на его лице появилась боль, которая была мне знакома. Я знала, что он страдает, но этого было недостаточно. Я уже не была та, кто могла бы его спасти. И, возможно, это было единственное, что я могла сделать для себя.
Он снова посмотрел на меня, и в его глазах была темная пустота. Это был конец.
Конец нашей истории.
Ты был огнём, я — слабая свеча,
Сгорая в тебе, теряла себя.
Ты обещал быть рядом, но исчез,
Остался лишь страх и ненависть.
С каждым шагом теряю следы,
Стираются чувства, стекает слеза.
Ты был моей мечтой, но уничтожил меня.
Теперь я одна.