Видео
На следующий день
Штаб целевой группы по делу Шифра
Куромаку сел за круглый стол для совещаний рядом с Пиком. Кабинет, временно отданный Федору, располагался по соседству с большой переговорной, где работала целевая группа. Оглядев коллег, Куромаку впервые почувствовал себя частью команды.
Эмма попивала чёрный кофе из кружки с флотской символикой. Николь захлопнула крышку неизменного ноутбука и выжидающе посмотрела на остальных. Пик достал блокнот. Все взгляды обратились к начальнику, который, очевидно, не выспался.
Федя помассировал себе шею, затем повращал головой влево-вправо.
—Целевая группа работала всю ночь.
Произнес он, убедившись, что подчинённые в сборе.
—Перед общим собранием я хотел бы переговорить с вами лично. Заместитель директора вчера вечером посмотрел новости и теперь требует ежедневных отчётов.
Шеф тяжко вздохнул.
—Мне придется гораздо чаще проводить совещания и созвоны, так что я хочу донести до вас главное: работа в этой команде,
Он постучал указательным пальцем по столу.
—Должна быть для вас в приоритете. Вы четверо – самые важные звенья в расследовании.
—И я?
Николь вскинула брови.
—Я же из отдела киберпреступлений – не из ОСИ.
—У нас ещё полно видеоматериалов, в которых предстоит разобраться, да и агент Маллий может снова вступить в переписку с подозреваемым.
Сказал ей Фёдор.
—Не хотелось бы каждый раз вызывать вас из отдела. Поэтому вчера вечером я поговорил с вашей начальницей, и она одобрила ваш временный перевод в целевую группу. Учитывая ваш опыт работы и с видеозаписями, и в области киберпреступлений, лучшей кандидатуры мне не найти.
У Ники порозовели щёки.
—Я сделаю всё возможное, чтобы упечь мерзавца за решётку. Он у меня пожалеет, что родился на свет!
Она улыбнулась ещё шире
—Спасибо, сэр.
—Я время от времени проверяю соцсети Шифра.
Сообщил Куромаку.
—После Петербурга он ничего не выкладывал.
Он с самого утра просматривал его странички, с опаской гадая, о чём же убийца заявит миру после успешного побега.
—Специалисты по соцсетям и отдел по связям с общественностью тоже держат ухо востро.
Сказал Фёдор.
—В новостях постоянно упоминают Шифра. Думаю, журналисты надеются,что он свяжется с ними напрямую.
—Возможно, он ещё едет домой из Петербурга.
Предположила Николь.
—Или уже планирует новое убийство.
Мрачно добавил Пик.
—Раньше он оставлял на месте преступления загадку и объявил, к какому сроку её нужно решить.
Эмма подняла кружку и задумчиво поглядела на содержимое.
—А в Петербурге нам досталась цитата, которая – теперь-то я уверен – должна была нас отвлечь нас от ресторанчика, куда Шифр привез труп. Где же намёк на следующее убийство?
—Послание от Шифра искал весь город.
Куромаку закатил глаза.
—Козловский недавно объявил, что удваивает награду, поэтому охотников все больше.
Пик кивнул.
—Когда на кону миллион, люди становятся безрассудными.
—Наши уже связались с Данилом?
Спросила Эмма у Федора.
—Сейчас у него в гостях наши агенты. Пытаются вразумить.
Ответил шеф, открывая кожаную папку.
—Давайте обсудим дальнейшие действия.
Первым слово взял Пик.
—Мне хотелось бы ещё потолковать с Торонто. В прошлый раз мы не успели на него надавить: сразу после нашего визита дело закрыли. А ведь этот проныра выложил далеко не всё,я уверен.
—Только на этот раз лучше пойти к нему домой.
Сказала Эмма.
—После того, как мы наведались в бойцовский клуб, погибла девушка, так что лучше там не мелькать. Если Шифр пронюхает, жди беды.
Минувшей ночью Куромаку долго лежал без сна, обдумывая то, о чём узнал на обратном пути из Петербурга.
—Значит, рабочая версия такова: Шифр в тот день заходил в клуб, увидел, как агенты допрашивают Торонто, и решил подставить невинного бойца, повесив на него все убийства?
—Или они орудовали сообща.
Добавила Николь.
—И Шифр выставил подельника виновным.
—Нет.
Отрезал Пик.
—Ночью я перечитал старые записи и только сильнее убедился, что Маньяк с окружной дороги действовал в одиночку.
Профайлер поставил на эту гипотезу всё, что осталось от его репутации. Он прекрасно понимал: если и сейчас допусти промах – Бюро распрощаться с ним навсегда.
—Не будем торопиться с выводами.
Произнес Фёдор.
—Согласен, не стоит допрашивать Торонто в бойцовском клубе. Наведайтесь к нему домой, агент Райт. И возьмите с собой агента Маллия.
Куромаку и Пик едва заметно переглянулись. Они впервые попросят свидетеля вместе, как напарники. Любопытно.
—А вы ещё раз изучите предсмертную записку Маньяка с окружной дороги.
Обратился Федя к Эмме.
—Проведите лингвистический анализ, сравните с посланиями Шифра. Нужно больше доказательств, что мы имеем дело с одним и тем же преступником.
—Вас поняла!
Отчеканила Эмма.
—Я тоже хотел бы изучить материалы по прошлому делу.
Вмешался Куромаку.
—Я попрошу выдать вам флешку с нужными данными.
Проблема шеф, а затем обратился к Николь.
—Свяжитесь с отделом по анализу видеозаписей и поищите...
Его прервал стук в дверь.
—Войдите!
—Прошу прощения, сэр.
В кабинет заглянула высокая стройная женщина в бледно-розовой блузке.
—В отделе по связям с общественностью никак до вас не дозвонятся. Просили передать, что дело срочное.
Женщина вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь.
—Чертов телефон жужжал всю ночь!
Проворчал Фёдор, потирая покрасневшие глаза.
—Стоило отключить его на десять минут, чтобы спокойно провести собрание, – и вот пожалуйста!
Достав из кармана мобильник, шеф тяжко вздохнул.
—Четыре пропущенных вызова!
Он положил телефон на стол и провёл пальцем по экрану.
—Нечитайло слушает. Вы на громкой связи.
—Это Овермейр из отдела по связям с общественностью.
Раздался баритон из динамика.
—На всех страничках Шифра появился новый пост. Полагаем, это не розыгрыш.
—И что он написал?
—Анонсировал видеозапись, которую вскоре выложит. Киберотдел пытается отследить его местонахождение,однако Шифр, похоже, снова скачет по серверам.
—Что за видео?
Спросил Фёдор.
—Он написал только то, что эта запись побьёт все рекорды просмотров, а в главной роли будет агент Маллий
Все уставились на Куромаку. У него пересохло во рту, ладони мгновенно вспотели. Что, чёрт возьми, задумал Шифр?
—Мы пытались сообщить вам раньше.
Продолжил Овермейр.
—Возможно, вы захотите посмотреть прямую трансляцию. Она вот-вот начнется на его страничке в "YouTube".
—Спасибо!
Федор завершил звонок.
Николь уже открыла ноутбук, залогинилась в "YouTube" и обновила страничку подозреваемого. Появилось окошко с видеотрансляцией, и Николь развернула его на весь экран. На черном фоне возникли два белых слова, набранные строгим полужирным шрифтом:
"ПРИЯТНОГО ПРОСМОТРА!"
Затем буквы пропали, уступив место видеозаписи.
В круге света от люминесцентной лампы застыл обнаженный парень. Несчастный лежал на металлическом столе, привязанный к ножкам за лодыжки и запястья.
Куромаку захлестнул тошнотворный ужас. Не в силах пошевелиться, он глядел на экран. Зазвучал омерзительный голос, который он слышал в Петербурге и всеми силами пытался забыть.
Голос Шифра.
—Угадай, кто спешит к тебе на помощь?
Обратился он к парню на столе.
Куромаку смотрел на себя шестнадцатилетнего, на собственное тело, распростертое под объективом камеры. Таким он был когда-то – нагим, дрожащим, беззащитным.
Сначала Шифр маячил за кадром, отбрасывая на стол зловещую тень, а затем наклонился к уху жертвы и прошептал:
—Никто.
Парень отчаянно заметался, но шнур лишь сильнее врезался запястья.
Монстр шагнул назад и уже громче продолжил:
—Угадай кто бросился тебя искать,как только ты сбежал?
Он немного помолчал.
—Никто!
Парень издал крик, полный бессильной ярости, и снова задёргался в путах.
—А кто будет плакать над твоей могилкой?
Продолжил издеваться Шифр.
—Никто!
Повернув голову, жертва взглянула в лицо обидчику. Глаза его метали молнии.
—А знаешь почему?
На этот раз он не стал делать паузу:
—Потому что ты – никчёмный хлам!
Монстр хрипло засмеялся, и у парня по щеке скатилась слеза.
Куромаку сглотнул подступающий к горлу желчь. Той ночью Шифр снимал видео, а он даже не догадывался! Не заметил камеру. Теперь миллионы людей увидят его муки. Это хуже публичной казни – публичное изнасилование. Боль, которую он годами скрывал от других, вот-вот покажут всему миру.
И мир не отведет взгляд.
Все бросятся к экранам, как его коллеги по команде. Как он сам. Ужасное действо всех заворожит.
Шифр снова появился в кадре. Высокий, широкоплечий – по сравнению с ним миниатюрный парень казался приколотой к стене бабочкой. Похититель, закутанный в плащ с капюшоном, всё время стоял к камере спиной.
Он склонился над жертвой; из-под широкого обшлага высунулась рука в оранжевой латексной перчатке.
—Какие красивые.
Шифр потрогал его спину.
—Еще не зажили.
Он провёл пальцем по воспалённым красным рубцам и едва затянувшимся порезам.
—Расскажи, каково это – когда тебя хлещут ремнём.
Прошептал похититель и обличительным тоном добавил:
—Плакала, наверное?
Парень молчал, тщетно пытаясь увернуться от прикосновений.
—Жаль, что не я наградил тебя этими следами.
Произнес Шифр, скользя кончиком пальца по его спине
—Но у меня другие планы.. на всю твою оставшуюся жизнь.
Он погладил старый белесный шрам, поперёк которого пролегли свежие.
—Ты будешь моим..Пускай всего на несколько дней.
Куромаку захотелось вырубить ноутбук. Захлопнуть крышку. Но есть ли смысл закрывать глаза, когда находишься под дулом пистолета? Пулю это не остановит. Она всё равно вопьется в сердце и разорвёт на части.
—Хочешь, отпущу?
Проворковал Шифр ласковым, бархатным голосом.
—Тогда попроси. Возможно, ты меня разжалобишь, маленький бедняжка..
От нахлынувших воспоминаний у Куромаку выступили слёзы. Он знал, что будет дальше.
Ублюдок отошёл в сторону, в тишине чиркнуло колёсико зажигалки. В кадре появилась рука с дымящейся сигаретой.
—П-прошу вас.
Взмолился парень.
—Нет-нет, мой милый брошенка. Так не годится. Ты, наверное, не понимаешь,что тебе грозит. Иначе старался бы лучше. Может, это тебя научит?
Мужчина ткнул сигаретой в его левую лопатку.
Парень закричал, извиваясь на столе.
Внезапно картинка исчезла.
Снова возникла белая надпись на чёрном фоне:
"ПОСТАВЬ ЛАЙК, ЕСЛИ ХОЧЕШЬ УВИДЕТЬ ТО, ЧТО БЫЛО ДАЛЬШЕ. ТЫСЯЧА ЛАЙКОВ – И Я ВЫЛОЖУ ЕЩЁ МИНУТУ ЭТОЙ ЗАПИСИ".
Коллеги дружно посмотрели на Куромаку. На их лицах читались потрясение, неловкость. Когда-то на него точно также глядели копы и медики, осматривавшие потерпевшего. Он прекрасно знал, что последует дальше.
Его начнут жалеть.
Куромаку сгорал от стыда и злости. Стены кабинета будто сжимались – вот-вот раздавят. Ему захотелось вырваться. Сбежать.
Николь с полными слез глазами протянула дрожащую руку и открыл было рот..
—Нет!
Остановил её Куромаку и, вскочив со стула, оглядел коллег.
—Вы все – отвалите на хрен! Не смейте ко мне подходить!
Никто не шелохнулся. Не произнёс ни слова.
Куромаку рывком распахнул дверь и бросился прочь из кабинета.
Удерживать его не стало.