В плену фантазии

Володя не представляет, как оказался в библиотеке, прогуливаюсь между полками с книгами, он пустым взглядом скользит по корешкам, пока не оказался в отделе педагогики. А ведь он хотел быть детским тренером, остатки мечты больно кольнули в глаз, как острая песчинка. Володя не успел проморгаться, когда рядом раздался тихий, почти детский голос.

– Извините.

Володя метнул взгляд в сторону, рядом стояла девушка, прижимая к себе стопку книг, которые, каким-то чудом держали такие хрупкие ручонки, что он, чуть ли не на автомате, захотел протянуть руки и помочь ей.

– Да? Я что-то вам загородил? – он отступил в сторону, оставляя капли благоразумия, это все же библиотека, а не дом пионеров.

– Нет, – она очаровательно улыбнулась. – Не могли бы вы мне помочь?

– С чем? – Володя старается, чтобы его голос звучал уверенно, и не скрывался на хрипоту, он давно перестал разговаривать с живыми людьми, созвоны по скайпу вряд-ли можно было отнести к его социализации.

– Там книга на верхней полке, я не достаю, – незнакомка дернула плечом. – А этот... Ну вы видели его за стайкой, опять бурчать будет.

– Идёмте, – Кризалис позволил себе улыбнуться. Помочь этому очаровательному созданию ему очень хотелось, она чем-то напоминала тех эльфов, про которых мама читала ему в детстве.

– Спасибо, – девушка улыбнулась в ответ, и когда желанная книга оказалась её руках, ее глаза загорелись каким-то жадным, до знаний, огоньком. – Я вас раньше здесь не видела.

– Я здесь впервые, – признался Володя, неуклюже касается своих волос, которые успехи просохнуть, и теперь точно торчали во все стороны, подобно антенне.

– Попали под дождь? – улыбнулась девушка.

– Забыл зонт, – кивает головой Володя.

– Недавно в Питере?

– Всю жизнь.

– До сих пор не привыкли?

Мужчина честно удивился её болтливости, а потом кинул взгляд на книгу, и все стало на свои места.

– Педагог?

– Будущий, – согласилась девушка, но помрачнела, когда раздался звук телефона. Володю кольнула мысль, что ей хочется продолжить с ним диалог, но он тут же ее отогнал, как назойливую муху от вазочки с вареньем.  – Спасибо.

Она махнула рукой и растворилась между стеллажей. «Даже имени не спросил, идиот» – ругал себя Володя, выбирайся на свет божий, но застыл в дверях. Только подойдя к этому за стайкой, мужчина произнёс.

– Извините, я хотел бы записаться в библиотеку.

С тех пор Володя стал появляться в библиотеке каждый день, его психиатр бы назвал это манией преследования, но девушка больше не появлялась, прекрасная незнакомка, почти как в стихах Блока, исчезла за темной вуалью, которой оказался питерский дождь. Гуляя по городу Володя поймал себя на мысли, что заглянуть в каждый темный угол, словно она оставила где-то маленькую подсказку, как ее найти. А может, гадал Кризалис, он вовсе сошел с ума и прекрасный эльф ему просто привиделся?

Мужчина толкнул дверь в кофейню, приятный запах кофе и, кажется, ванили, пробудили в нём позабытый эмоции, слишком много позабытого вернулось в его жизнь, даже друзья, во время созвонов, это отметили и перестали шутить известной фразой из Гарри Поттера об эмоциональном диапазоне зубочистки.

– Здравствуйте, что я могу предложить?

Володя перевёл взгляд с витрины и мгновенно улыбнулся, чувствуя, как последние кирпичи его темного прошлого падают под воздействиями этих чудесных глаз. Казалось, что до их второй встречи, он, как китайский болванчик на приборной панели, балансировал на автомате, а теперь мог сделать самостоятельный шаг вперед, темная тревожность утихла, прячась под слоем нового чувства, теплого и уютного, как одеяло в деревне у бабушки.

– Привет.

Глаза незнакомки прояснили, а улыбка обнажила приятные ямочки.

– Сегодня не забыли зонт?

Девушка всматривается в робкую улыбку и явно отросшие рыжеватые волосы, которые сегодня прилежно лежали, не делая из своего хозяина милого ёжика. К закачанной чашке кофе, она добавляет лишнее печенье, чтобы у него был повод задержать чуть подольше.

Володя стал заходить в кофейню каждый день, с маленькой поправкой, каждый день, когда работала Соня, кофе, приготовленный ей, казался самым лучшим, а еще, он в жизни не пробовал столько сиропов, которыми она щедро сдабривала его напиток. Ему нравилось наблюдать за ней, хоть девушка и порой смущалась под пристальным взглядом чужих глаз, Крыло неизменно поворачивала к нему лицо и показывала язык, это по-детски, нежный жест рождал у Володи улыбку.

После закрытия он провожал ее домой, Володе нравилось переплетать их пальцы, пока девушка щебетала о том, как прошел день и что нового было на учебе. Казалось, Соня может говорить часами и абсолютно обо всем. Его квартира настороженно прислушивалась к ее голосу, но почти сразу откликнулась на зов, слова Сони, как маленькие котята, разбежались по дому, превращая его не просто в место ночлега, а в то, куда хочется возвращаться и приводить гостей, точнее одну единственную гостью.
Соня стряхивает с перчаток снежинки и жмёт на звонок, пританцовывая от холода, что пробрался сквозь тёплые штаны, которые ей вручил утром Володя, сверившись с прогнозом погоды.

– Я сдала! – радостно объявляет девушка, как только дверь открывается.

От Володи пахнет теплом и жареной картошкой, сильные руки подхватывают Крылову и аккуратности переносят через порог, осторожно, как хрупкую статуэтку. Соня счастливыми глазами смотрит на него, пока горячие ладони касается румяных от мороза щек, позволяя погреться о тепло чужой кожи.

– Горжусь с тобой, – тихо произнёс Володя, целую её в нос. Соня довольно жмурится и, выпутавшись из объятий, вручает ему коробку с рождественским кексом, который захватила из пекарни по дороге домой.

Двадцать пятое декабря. Канун Рождества, католического, но Володя заявил, что отмечать нужно любой праздник, а здесь все так удачно совпало, и последний зачет в этом семестре.

– Пахнет вкусно, – заявляет Соня, стягивая куртку.

Володя смеётся, вешает её куртку рядом со своей, и пока сама девушка несётся в ванну, чтобы помыть руки, он трёт ладони и возвращается на кухню, их маленький праздничный ужин состоял из жареной картошки, которую Крылово слезно умоляла Володю пожарить. Кризалис окинул взглядом стол, где стояла вершина его кулинарного искусства и пара салатов из ближайшей кулинарии. Руки мужчины дрожали от волнения, неровные ломтики картошки каким-то чудом получились вкусными, по скромному мнению Володи, и довольно прожаренными. Пришло время объяснить спешку с праздником, и себе, и Соне. Володя купил им путёвки к океану, там, где его друзья открыли клуб сёрфингистов. Нет, Володя не собирался возвращаться к спорту, лишь погреть косточки на белом песке и быть может, поплавать недалеко от берега, да и Соньке полезно после все нервотрепки с экзаменами и зачетами. А ещё Володя очень хочет попросить Соню переехать к нему, когда из ванны раздаются шаги, мужчина вздыхает, а потом улыбается, теперь все будет хорошо.