Угроза
Вера разводила руками.
— Что поделаешь, — задавала риторический вопрос, больше похожий на утверждение, — мы сделали всё, что могли.
"А всё ли?" — так и хотелось уколоть в ответ. Но Карина понимала, мать здесь ни при чем, нельзя ее винить в бездействии.
— Надо еще раз поговорить с Лилей.
— И что ты ей скажешь?
Так никто и не узнал, что произошло на лестнице. Карина умолчала о том, что упала не по своей вине. Иначе бы на Лилю посыпались обвинения, а это несправедливо. Даже сумасшедшие не отвечают по закону за свои поступки, так и она находилась под воздействием каких-то необъяснимых сил, только доказать это пока не представлялось возможным.
Вечером с работы вернулся Леонид, уставший и расстроенный.
— На тебе лица нет, — всплеснула руками Вера. — Что стряслось?
Он проигнорировал вопрос и прошел мрачный на кухню; достал из холодильника начатую бутылку водки и выпил рюмку. Сняв таким образом стресс, наконец-то объяснил:
— Попал под сокращение.
— Что? — Вера едва на пол не села.
— Сегодня вызвал к себе Кузьма Иванович и поставил перед фактом. Говорит, извини Лёня, как мог отстаивал твою кандидатуру. Приказ пришел сверху, так и так, сократить с должности старшего экспедитора. Вот и всё, полный беспредел. И главное почему меня? У нас два секретаря! — замахал он пальцами.
— Не расстраивайся, — Вера погладила его по плечу.
— А кого-то еще уволили, кроме тебя? — у Карины были собственные предположения на этот счет.
Леонид по своему интерпретировал вопрос дочери и ответил с легкой издевкой:
— Не беспокойся, жениха твоего не тронули.
— Да я не в этом смысле, — ей пришлось оправдываться. — Сколько работников сократили?
Он задумался и помотав головой, ответил:
— Понятия не имею, не узнавал. Как-то, знаешь ли, не до этого было.
"Обиделся" — поняла Карина и оставила несчастного отца в покое. Родителям невдомек, увольнение это не беспричинно и если копнуть глубже — попадут на след Константина. В этом она не сомневалась.
Вова не отпускал кнопку звонка битый час. Карина распахнула дверь и уставилась на него недовольно.
— Вообще офигел?!
Стоило взглянуть на него, как стало ясно — он под градусом.
— Пойдем поговорим, — прозвучало настойчиво.
Карина боялась этого момента и вот он настал. Пришел час выяснить отношения, невозможно всё время прятаться и избегать встреч.
Она с серьезным видом захлопнула за собой дверь и вышла в подъезд. Вова не повернулся и спустился вниз, уверенный — она идет следом.
Был почти вечер, детвора возилась в песочнице у дома, сосед чинил машину и загрязнял атмосферу выхлопными газами, молодые мамочки бранили его и требовали прекратить, на что он посылал всех нецензурно подальше.
— Отойдем, — сказала Карина, хотелось скрыться от любопытных глаз.
— Ну? — сходу предъявил Вова. — И что всё это значит?
Она передернула плечами, будто не понимает о чем речь.
— Вернули деньги за ресторан, — с претензией заявил Володя, — сказали, вы сами приходили и забрали часть задатка. Что это значит?
Как-то жалко его стало. И правда, не по людски вышло. Вчера пошли с мамой и забрали задаток. О свадьбе и речи не шло. Вот только, объяснить это жениху она не решалась.
— Вов, — обратилась к нему с жалостью и тихо добавила, — не нужна нам эта свадьба больше.
Он яростно закивал.
— А нельзя было со мной поговорить? Предупредить хотя бы? Я как дурак перед родителями, родственниками, друзьями говорю, что всё нормально, скоро свадьба. А ты...
Вова отвернулся и прикусил язык, боясь перейти на оскорбления.
— Что молчишь? — спросил с вызовом.
Нечего было ответить, она смотрела мимо и молчала.
— Да скажи хоть что-нибудь! — ему хотелось толкнуть ее, расшевелить, услышать хотя бы слово.
Она прерывисто вздохнула и посмотрела прямо в глаза. В них читалось сожаление.
— Давай притормозим пока, — прозвучало неестественно спокойно.
— В смысле? — Вова уставился исподлобья. — Это что значит? Мы расстаемся или как?
Карина заламывала руки, пыталась подобрать правильные слова.
— Это не расставание. Просто пойми, свадьба это дорого. У нас сейчас в семье финансовые трудности, отца уволили. Потом через две недели я уезжаю на учебу. Ты же знаешь.
— Ты мне скажи: мы вместе или как?
Казалось бы, самый примитивный вопрос, надо всего лишь ответить "да" или "нет". Внятного ответа не последовало.
— Сложно всё, — Карина опустила руки.
— Понятно, — закивал он со злой улыбкой и ушел, не прощаясь.
Остался неприятный осадок на душе. Грубо получилось, некрасиво. Вова на самом деле хороший парень и не заслуживал такого объяснения — "все сложно".
"Нашла, что сказать", — ругала себя Карина. Домой пока не хотелось и она гуляла у дома, наматывала круги. Мучила совесть, сожаления.
Как объяснить, что выросла из этих отношений, потеряла смысл. Сама поражалась тому, как быстро пропали чувства, всего-то за три дня в больнице передумать многое и выйти другим человеком. Случившаяся трагедия сильно повлияла. Хотя Карина смирилась и даже перестала фантазировать "а что было бы, если...".
Срок был слишком мал, сложно в полной мере осознать потерю.
Солнце скрылось за облаками на горизонте. Незаметно пролетело лето, оставалось совсем ничего до начала осени. И это немного пугало. Всё-таки приближался новый этап в жизни — студенчество. Вскоре придется расстаться с домом, делить комнату в общежитии с незнакомыми людьми, ходить на пары, готовить семинары. Что там еще делают студенты? — Карина пока мало разбиралась в этом вопросе.
В раздумьях даже не заметила, как рядом остановилась черная иномарка и мужской голос из салона окликнул ее. Она резко повернула голову и остолбенела. В машине сидел Константин, кивком головы пригласил на сидение рядом. Карина не шелохнулась.
— Не бойся, — сказал Константин.
— А я и не боюсь, — бойко прозвучало в ответ, — но в машину к вам не сяду.
Он посмотрел перед собой, посмеялся чему-то, затем соизволил выйти.
— Как дела? — спросил с иронией и равнодушно.
Вспомнилась шутливая отговорка "пока не родила". Карина нахмурилась и промолчала, смотрела на него с вызовом, а сама лихорадочно искала пути для отступления, мало ли что. Быстро осмотрелась — можно дать деру через палисадник, там есть узкий проход во двор десятого дома, там будет безопасно. Вокруг, как назло, ни души, где-то издалека лишь доносится людской гомон.
— Прогуляемся? — Константин прекрасно видел ее смятение, близко не подходил.
— Нет, — резко ответила Карина. — Что вам нужно? Говорите здесь, у меня мало времени.
Он ухмыльнулся, убрал руки в карманы джинс и посмотрел на нее свысока.
— Оставь нас с Лилей в покое.
— Хах, — выскочило само, — это вы оставьте ее покое. Что вам нужно от нее? Только не рассказывайте мне сказки про любовь, ни единому вашему слову не верю.
— Твое дело, верить или нет. А она всё равно никуда от меня не денется. Можешь писать тысячу заявлений, это никак не повлияет на мое решение. Она моя. Я заберу ее.
Карина шагнула назад.
— Если она такая дура, то пусть едет. Я препятствовать не стану.
Константин в свою очередь сделала шаг вперед.
— А я почему-то тоже ни единому твоему слову не верю. Не лезь не в свое дело, ясно?
Она медленно кивнула и напряглась.
— Слышал, твоего отца уволили. Сожалею.
— Так вы же его и уволили. К чему эти фальшивые сожаления?
— Не дерзи. Да, я, — спокойно признался Константин и сделал еще один короткий шаг.
Карина по инерции попятилась назад и уперлась в ограду палисадника. Если напрячься, то можно перепрыгнуть. Она приготовилась и согнула колени.
— Подожди, — он схватил ее за руку выше локтя.
— Я буду кричать.
— Не будешь. Мне совсем непонятно твое рвение. Твоя подруга, если разбирать по-факту, вытащила счастливый билет. Не каждой девушке так везет. Скажи честно, ты завидуешь? Твоя подруга будет жить, как принцесса, в богатстве и роскоши, а ты останешься здесь, в этом тухлом городишке. Тебя ждет серая и скучная жизнь, работа-дом-работа. А у нее будет всё, что она пожелает. Давай, посмотри на меня и скажи, что это не зависть?
Карина фыркнула от таких нелепых заявлений.
— Я не завидую, — ответила ошеломленно. — Я хочу ее от вас спасти, вы явно, что-то с ней делаете, гипнотизируете или накачиваете чем-то. Я в эту вашу сказку не верю.
— Твои проблемы, — резко соскочил с разговора Константин. — Просто забудь Лилю, хорошо?
— Нет, не хорошо.
По его лицу пробежала тень, Константин резко схватил Карину и повернул к себе спиной, затем прижал и зашептал на ухо:
— Я не хочу тебе делать больно, но если ты еще раз сунешь свой милый носик в наши отношения, к сожалению, придется. И тогда ты пожалеешь. Правда будет поздно.
Карина потянулась вперед, стараясь вырваться из его цепких рук. Константин сам повернул ее к себе лицом и глядя в глаза, произнес угрожающе:
— Оставь нас с Лилей в покое. Пожалей родителей, девочка. Однажды кто-нибудь из них проснется с адской болью, с болезнью, от которой нет лекарств.
Константин обхватил ее затылок, привлек к себе, уткнулся в волосы и жадно втянул воздух. Карина с трудом отстранилась, тело парализовал какой-то необъяснимый животный страх.
— Твоя мамочка, как там ее? Вера. У нее часто болит живот, это плохо. Держись от Лили подальше и никто не пострадает.
Он оттолкнул ее и по доброму улыбнулся. Карина впечаталась в ограду, не в силах унять дрожь в коленках и вцепилась в металлические прутья двумя руками. Константин больше ничего не сказал.
Пару дней Карина тайком наблюдала за матерью: как та ест, пьет, разговаривает, не жалуется ли. Слава небесам, Вера вела себя как обычно.
Она принимала иногда таблетки для пищеварения, но это делали почти все взрослые, тем не менее беспокойство не покидало. Вдруг этот Константин и правда способен насылать болезни. Проверять так ли это – не хотелось, слишком рискованно.
Карина искала встречи с Лилей. Но как это сделать, чтобы не спалиться — не понятно. А если он следит за ней, или сама Лиля ему расскажет о встрече. В общем, в открытую нельзя, нужен посредник. В этом качестве лучше родной бабушки не найти.
Поэтому Карина заглянула к ней в гости. Мария Сергеевна всегда была ей рада, а в тот день так особенно.
— Лиля не объявлялась? — поинтересовалась, будто невзначай.
— Ой, да что ты, — пожилая женщина моментально расстроилась, стоило напомнить о внучке. — Последний раз видела ее пару дней назад, пришла, собрала кой-какие вещи и говорит: "Ты бабушка, не волнуйся. Я живу у Константина, он меня не обижает, мы скоро поженимся и уедем. Ты не плачь, буду приезжать к тебе в гости". Как же тут не плакать? Совсем одна осталась.
Карина печально вздохнула.
— Надо что-то делать, Мария Сергеевна. Нельзя ее отпускать.
Эти слова еще больше расстроили пенсионерку, она разводила руками и причитала.
— А что я могу, Кариночка? Я уже старая больная бабка. Были бы родители Лилички живы, может и повлияли бы как-то на нее.
Она махнула рукой и смирилась с неизбежным.
— Что поделать, рано или поздно Лиличка вышла бы замуж и оставила меня одну.
— Да не в этом дело, — возразила Карина. — Этот Константин плохой человек. Нельзя, чтобы Лиля с ним уехала.
— Плохой? — Мария Сергеевна насторожилась. — Он бьет ее? Обижает?
— Нет, не знаю. Наверное, нет. Дело вот в чем, он влияет на нее плохо.
— А что это значит? Ты если что знаешь — говори.
— Мне кажется, он заколдовал ее, — быстро проговорила Карина и сама поразилась нелепости прозвучавшего обвинения.
— Это как? — Мария Сергеевна недоумевала.
После прерывистого вздоха, Карина попыталась объяснить:
— Он управляет ею, как куклой. Поэтому Лиля домой не возвращается.
Женщина перекрестилась три раза.
— Это что же получается, — она перешла на шепот, — какая-то нечистая сила?
— Может, — утверждать в этом вопросе тоже нельзя. — Не могу сказать точно, просто странно всё это. И он странный.
— А что же нам делать, Кариночка? — Мария Сергеевна выглядела испуганной.
— Не знаю, — честно ответила Карина. — Попробуйте еще раз с Лилей поговорить. Может она вас послушает. Только до захода солнца, если позже приедете, она не станет разговаривать. Это я уже знаю, урок усвоила.
Вдруг у Марии Сергеевны появилась идея:
— Я ее в церковь свожу. Пусть батюшка посмотрит. Раньше Лиличка побаивалась божьего слова.
— Да, попробуйте.
Карина уже не знала, во что верить. Столько всяких историй по свету бродит о чудесах и не только. Логично предположить — если Константин зло, то должна существовать сила ему в противовес, ведь так устроено мироздание, вроде бы.