Том 16.5. Глава 1
Открытое поле, называемое равнинами Катз, лежало между Королевством и Империей — с точки зрения Королевства, оно простиралось на юго-восток, а с точки зрения Империи — на юго-запад. Оно было хорошо известно, потому что не было заселено людьми или какой-либо другой формой жизни. Помимо того, что оно было полем битвы для ежегодных столкновений между Королевством и Империей, оно также было известно как проклятая земля, где часто появлялась нежить.
Считалось, что существует высокая вероятность появления нежити в местах, где погибло много людей. Поэтому нежить, что можно было заметить появляющейся спонтанно, бродящей тут и там, и пытающейся убить всё живое, не была редким явлением на полях сражений.
Стоит сказать, что если бы вы спросили, все ли поля сражений описываются как «проклятые», ответ был бы отрицательным.
Была особая причина, по которой равнины Катз назывались проклятыми. Будто равнины обладали собственной волей — злой волей, которая была союзницей нежити.
Хотя равнины были почти полностью плоскими, на них были некоторые небольшие неровности. Тем не менее, вы не смогли бы заглянуть за них, ведь подобного бы не получилось сделать из-за лёгкого тумана, который оседал по всей равнине в течение года. Более того, туман никогда не рассеивался. Он оставался вне зависимости от погоды, температуры или времени года. Казалось, что сами равнины Катз скрывали нежить под защитной пеленой.
Туман развеивался только в преддверии сражений между Королевством и Империей. Именно в эти периоды появление нежити резко прекращалось. Да, могло казаться, что сама земля готовилась приветствовать пополнение в своих рядах мертвецов. Нет, возможно, именно это и происходило.
«У них хватает наглости постоянно думать о том, чтобы вести войны в таком месте».
Вполне естественно, что другие страны будут презирать Королевство и Империю. Они отдавали тела мёртвых проклятой земле, словно просто бросали поленья в огонь, или словно птица, кормящая своих птенцов. Однако, даже игнорируя вопрос нежити, других мест, которые лучше бы соответствовали географическим требованиям для двух армий, чтобы сразиться, не было. Точно так же они не могли игнорировать и опасность того, что другое место может стать подобной проклятой землёй, как равнины Катз. Ведь подобное могло произойти, если бы они сражались где-то в другом месте, оставляли кучи тел и проливали реки крови.
И все же, проблемы на этом не заканчивались.
Если нежить просто постоянно игнорировать, то шансы на появление более сильной нежити со временем будут увеличиваться.
На самом деле, было чрезвычайно мало нежити, которая выходила из тумана, и практически не было примеров того, чтобы они, в следствии выхода из него, причиняли вред. И наоборот, если нежить, которая там появлялась, продолжала скапливаться внутри тумана, это означало, что в долгосрочной перспективе это станет питательной средой для появления высокоранговой нежити. Могущественная нежить, вероятно, могла обладать высоким интеллектом, в отличие от низших восставших, которая продолжала инстинктивно оставаться в тумане, поэтому она могла рискнуть выйти за пределы равнин Катз, чтобы начать убивать живых, которых она так ненавидела.
Те, на кого нападут в первую очередь, будут города и поселения, граничащие с равнинами Катз, входившие как в Королевство, так и в Империю. Было ясно как день, что две страны, которые продолжали подбрасывать угли, будут осуждены всеми соседними странами, которым был бы нанесён ущерб, даже если бы эти две страны, которые стали одним из факторов в создании подобного положения дел, сами не избежали какого-либо вреда.
Поэтому Королевство и Империя решили совместно основать город с конкретной целью подавления нежити. Средства из храмов также текли в город. Это само по себе было причиной того, что искателям приключений не разрешалось свободно использовать магию исцеления, так как большая часть вознаграждения — включая подношения, предоставляемые за другие церковные услуги — которые получали Жрецы, когда использовали магию исцеления, вливалась в этот город. Вот почему любое соревнование со Жрецами становилось неприятностью.
Такого рода город был, естественным образом, построен недалеко от равнин Катз.
Город, который никоим образом не был связан ни с одной из стран, но при этом получал финансирование и от одной, и от другой.
Таким образом, это был город на передовой борьбы с нежитью и защиты живых.
Он назывался Свободным городом Вадис.
Масштаб этого города не был чем-то грандиозным, его население также было шокирующе небольшим.
Всегда бдительный к нападению нежити, город был окружен прочными стенами, внутри которых были установлены листы меди. Он подходил для стратегической базы, специально усиленной для подавления нежити на равнинах Катз. Там обитали самые разные люди, которые обладали навыками борьбы с нежитью.
Присутствовало также и влияние с силой всех видов храмов. Там были авантюристы, отряд рыцарей из Империи, наёмники и так далее.
Двери этого города были украшены множеством священных символов, среди которых были символы четырёх великих божеств — Земли, Ветра, Огня и Воды, которые были наиболее почитаемыми в Королевстве и Империи, а также символы их меньших божеств.
Эти величественные двери слегка приоткрылись, и одна за другой появились фигуры группы людей.
За дверями лежат красновато-коричневые обширные земли равнин Катз, которые заполняли весь ландшафт за пределами города, будто это кровь смешалась с самой почвой.
Если вы вдохнёте туман с этих равнин, то слабо доносящийся запах кладбища, сырой земли, плесени и смерти, заставит ваш нос подёргиваться.
Небо нависало низко над землёй.
Как будто облака, которые должны были быть высоко в небе, вознамерились рухнуть на землю. Вы бы чувствовали подобное именно потому, что границы между туманом и облаками просто не существовало.
Этот белый мир заполнил небо, в то время как поверхность была залита красновато-коричневым цветом ландшафта.
Тем не менее, группа шагала через ворота без колебаний и размеренно проникла в это чуждое место. Всего их было десять человек, что было отнюдь не малым числом для того, чтобы отправиться на равнины Катз, но и не большим.
У них не только не было никаких ездовых животных, как не было и вьючных. Причина подобного заключалась в том, что часть нежити обладала способностью вселять страх в животных, и необходимость иметь дело с испуганными лошадьми, несущимися сломя голову в случайном направлении, пока вы сражались с нежитью, делала их обузой.
Лошади также пугались, когда на них нападала нежить, и необходимость разделять все имеющиеся руки, чтобы справиться с этим, была бы нешуточным делом.
Конечно, поскольку существовала нежить, которая обладала способностью вселять страх во все живые существа, будь то лошадь или человек, было трудно сделать вывод, было ли лучше использовать лошадей или нет. Однако , можно было бы сказать, что между лошадью, галопом убегающей в случайном направлении, и не особенно сильным человеком, делающим то же самое, последнего было бы гораздо легче поймать.
Поэтому, если они не могли использовать магических зверей, то для тех, кто ступал на равнины Катз, было нормой нанимать людей, которые становились носильщиками.
Носильщики, как следует из названия, были людьми, которые переносили еду, воду и другие припасы, необходимые для поддержания жизни. Несмотря на то, что Свободный город Вадис в то время мог производить еду и воду с помощью магии, учитывая чрезвычайное положение, например, мёртвых или раненых магических заклинателей, было естественно, что эти вещи перевозились извне.
Кроме того, возможность общаться в кризисной ситуации была основной причиной существования носильщиков, называемыми Носителями.
Группа выстроилась в строй из двух человек спереди, двух сзади и оставшихся шести в середине. Четверо из шести были Носителями, несущими большие тюки. За исключением Воркеров, один из двух других людей в середине был Инспектором.
Работа Инспектора заключалась в подсчёте количества нежити, побеждённой на равнинах Катз, и обеспечении надлежащей оплаты, соответствующей плате за подчинение. Большинство инспекторов были отставными авантюристами, бывшими дворянами (или теми, кто не смог унаследовать семейный титул) Империи или Королевства, а также священниками.
Их формирование было таким, что можно было даже сказать, что они были разделены на три разные группы, которые, на первый взгляд могло показаться, не особо ладят, учитывая, как далеко они находились друг от друга, но для этого была веская причина. Это было потому, что они были начеку в случае атак по области или от заклинаний, вроде [Огненный шар], и навыков, таких как [Аура страха].
Конечно, если бы они увеличили расстояние между собой, они бы оказались в ситуации, когда другие две группы не смогли бы им помочь, когда на них нападут. Определение правильного расстояния было сложно балансируемым действием, но люди, которые зарабатывали на жизнь в этой стране, привыкли к такому.
И если бы знающий человек посмотрел на них, он бы сразу смог сказать, кто из них самый сильный.
Естественно, это были те, кто прикрывал фронт и тыл, они же авангард и арьергард. Однако они были не одни. Не могло быть так, чтобы в середине не было кого-то, кто мог бы выиграть немного времени во время атаки. Поэтому не было бы ошибкой думать, что в середине было 1 или 2 подобных человека.
На самом деле, пять человек в этой группе были известными Воркерами.
Воркеры.
Это слово относилось к людям, которые перестали быть авантюристами, или те, кто искал ещё большей свободы.
Обычно гильдия брала на себя ответственность за все запросы на работу, расследовала их и назначала их тем, кого считала авантюристами с соответствующим рангом. Другими словами, это означало, что первым шагом в определении того, был ли запрос на работу правильным, было расследование гильдии. Из-за этого все опасные работы, вроде запросов на работу, связанных с преступной деятельностью, решительно отклонялись. Например, гильдия делала все возможное, чтобы заблокировать принятие таких заданий, как закупка растений, которые использовались в производстве наркотиков.
Кроме того, гильдия также отклоняла запросы на работу, которые разрушали баланс экосистемы. Они не отправляли в определённый лес и не убивали монстра, стоявшего на вершине экосистемы. Это было сделано для того, чтобы избежать краха баланса сил и последствий, возникающих из-за убийства данного монстра, что могло привести к появлению других монстров за пределами леса. Естественно, если бы стоявший на вершине экосистемы монстр самостоятельно вышел из леса и нарушил покой людей, это было бы другое дело.
Подводя итог, можно сказать, что они были как герои.
Однако мир не мог бы существовать только на этих прекрасных идеалах.
Среди них некоторые больше всего желали богатства. Некоторые искали большего вознаграждения за больший риск. Были даже те, кому просто нравилось убивать монстров.
Вместо того, чтобы следовать стороне света, они предпочитали искать тьму. Люди, которые не могли стать настоящими авантюристами, столкнувшись как с насмешками, так и с предостережением со стороны других, назывались Воркерами.
Однако не все воркеры были такими.
Предположим, в определённой деревне был мальчик, у которого была серьёзная травма. Использовал бы искатель приключений, который только что оказался в этой деревне, магию исцеления, чтобы вылечить травму мальчика? Да или Нет?
Определённо ответом было бы «Нет».
Это было связано с тем, что использование магии исцеления без предписанной платы (т. е. предоставление её бесплатно) было запрещено правилами авантюриста.
Как правило, магия исцеления находилась под юрисдикцией храмов, и заклинания произносились в обмен на подношение. Храмы теряли средства к существованию, если авантюристы делали это бесплатно.
По этой причине храмы твердо поручили Гильдии авантюристов гарантировать, что такие практики не будут иметь место.
Если кто-то не мог принять это правило гильдии, у него не было другого выбора, кроме как стать воркером.
Услышав это описание, можно было подумать о храмах как о злых организациях. Тем не менее, именно потому, что храмы могли получать средства с помощью этой практики, они могли оставаться независимыми от политики и работать на благо людей. Более того, с помощью этих средств храмы могли использовать своё влияние для обучения большего количества священников. Казалось, что эти средства также поступали в операционные фонды Свободного города Вадис.
Таким образом, у всего была не только красивая, но и грязная сторона. То же самое было и с воркерами.
Например, даже если рабочие пересобирали лекарственные растения ради прибыли, это могло принести пользу людям, снизив цены на лекарства.
Конечно, было не так много желающих стать воркером с самого начала. Это было связано с тем, что воркеры не пользовались защитой гильдии, поэтому им приходилось заботиться обо всем самим. Из-за этого были случаи, когда недостаток информации приводил к смерти, и было много случаев, когда бывшие авантюристы умирали в течение года после того, как становились воркерами.
Однако эта группа была другой. Прошло уже несколько лет с тех пор, как они сформировали свою команду.
Лидером этой команды воркеров был Антвали.
Мускулистый мужчина.
У любого, кто его видел, сложилось бы такое впечатление.
Казалось, он был ростом около двух метров, но бросался в глаза не только его рост, но и все его тело.
Он был плотным везде, куда бы вы ни посмотрели. Его грудь, руки, ноги и даже шея.
Из-за этого телосложения можно было бы подумать, что в нем смешана кровь других видов, но на самом деле он был чистокровным человеком. Просто ему повезло быть благословлённым при рождении крепким телом и исключительными физическими способностями.
Не то чтобы дикие черты, выглядывающие из-под его шлема, были отталкивающими, но они создавали впечатление, что в нем было что-то звериное, что настораживает людей, видевших его лицо.
Он носил необычный комплект доспехов. Нагрудник с торчащей головой воющего волка, из-под которого до самых ног свисало что-то вроде сюрко или кольчуги. На руках у него была довольно неприятная пара перчаток, несомненно, магические предметы, которые выглядели так, будто их сделали, содрав кожу с какого-то зверя.
В правой руке он держал цеп пехотинца, чей кистень, головка короткой части цепа, был мрачным, металлическим и покрытым шипами.
«Что происходит впереди?»
Антвали, глядя прямо перед собой, как будто он мог видеть сквозь лёгкий туман, окликнул человека рядом с собой. Он не спрашивал о десятках метров впереди, которые были скрыты туманом. Он спрашивал о том, что лежало ещё дальше, более чем в ста метрах, где обычный человек не мог бы увидеть из-за тумана.
«Хм-м-м. Никаких силуэтов нежити. Давайте продолжим двигаться вперёд, как и прежде! Ты тоже не чувствуешь никаких опасных флюидов, верно, Антвали?»
Буназ — мужчина, которого спросили — ответил.
Хотя он был явно мужчиной, его лицо было таким тонким и пропорциональным, что вы могли бы даже принять его за женщину. Когда они выстроились вместе, у вас могло сложиться впечатление, что вы смотрите на настоящую Красавицу и Чудовище. Казалось, что в этих утончённых чертах течёт благородная кровь.
Он был одет в серые кожаные доспехи, в которых тут и там вкраплялись пучки золотистого меха, в одной руке он держал лук, который был таким же высоким, как он сам. В его колчане было всего две стрелы, но даже размер самих стрел был ненормальным. Они были больше похожи на копья, чем на стрелы, и это было причиной его прозвища «Длинное Копье».
«Да, я ничего такого не чувствую».
«Ладно! Тогда никаких сомнений? Кстати, нас устраивает не менять план? Пока что мы держим путь к месту, к которому изначально планировали, Первая Сломанная Башня, зачистим территорию вокруг неё и на этом закончим, так?»
Сломанные Башни представляли собой ряд башен, которые обрушились и были разбросаны по обширным Равнинам Катз.
Всего на равнинах было семь таких разрушенных башен. Им были присвоены номера от одного до семи в зависимости от того, насколько близко они находились к Вольному городу, и они использовались вместо ориентиров.
Поскольку башни были укреплены другими людьми, чтобы их можно было использовать в качестве мест для укрытия в случае чрезвычайной ситуации, обеспечение безопасной зоны в начале экспедиции путём зачистки нежити в районе, окружающем Первую Сломанную башню, стало основополагающим шагом для исследования равнин.
«После этого мы сделаем её нашим базовым лагерем, проведём масштабную зачистку окружающей территории, и на этом эта охота закончится? Ты не передумаешь?»
Первая Сломанная башня, как и следовало ожидать, была названа так, потому что она была ближе всего к городу. Из-за частого уничтожения нежити, которое проводилось в районе вокруг неё, там, вероятно, не будет сильных представителей мертвецов. Однако, поскольку нельзя было сказать, что нежить не выйдет из внутренних районов равнин, тех, которые охотники не патрулировали, означало, что нельзя было просто терять бдительность. Это было именно потому, что нежить, в отличие от магических зверей, не имела понятия о слове «территория».
Было данностью, что несколько команд воркеров и искателей приключений объединялись, чтобы сформировать большую команду для исследования отдалённых Сломанных башен, числом от четвёртой и до седьмой. Поэтому, с таким малым количеством участников на этот раз, отправиться к далеким башням было довольно неразумно.
«Да. Ничего не изменится, сколько бы раз ты ни спросили. Как ты знаешь, на этот раз переговоры затянулись до последней минуты, но мы не смогли заставить ни одну из других команд присоединиться к нам. В таком случае, извини, если считаешь нашу компенсацию отстойной, но на этот раз я завершаю нашу охоту в этой области. ...Заходить дальше было бы опасно».
Буназ прищурил глаза. Его лицо было настолько пропорциональным, что некоторые могли бы посчитать это выражение пугающим. Нет, возможно, лучше сказать, что это выражение больше соответствовало серьёзности первоклассного воркера. Хотя, с точки зрения Антвали, это было выражение, которое давало некоторое душевное спокойствие.
«Внутри опасно? Это то, что подсказала тебе твоя интуиция? Или это просто здравый смысл?»
«Расслабься. Это не интуиция».
Когда Антвали сказал это, лицо Буназа дрогнуло, и его обычный красивый вид вернулся. Это было выражение, которое говорило, что ни беспечность, ни самодовольство, ни облегчение не доминируют в его мыслях. Однако, с точки зрения Антвали, это было нехорошее выражение.
В конце концов, они были в опасной зоне.
Тем не менее, Антвали понимал, что он чувствовал.
Это была одна из причин, по которой эта команда выживала до сих пор.
Это была интуиция Антвали в действии.
Она могла чувствовать плохие вещи с довольно высокой точностью. Возможно, это была способность, основа происхождения которой лежало в какой-то сверхспособности, которая была дарована ему при рождении. Именно благодаря этой способности Антвали обладал выдающейся способностью предотвращать внезапные атаки противника до того, как они могли произойти. Именно из-за этого он, не имевший навыков, связанных с разведкой, шёл в авангарде с Буназом, опытным рейнджером, в качестве своего страховочного агента.
«Тогда вс...»
Прежде чем он успел закончить говорить, из-за их спины раздался громкий сердитый голос.
«Антвали! Впереди реакция на нежить! Похоже, что она низкого ранга!»
В одно мгновение напряжение пробежало по группе, или, скорее, по людям в середине.
Хотя и говорили, что это была нежить низкого ранга, это было только с точки зрения воркеров, таких как они.
Даже если они были морально готовы столкнуться с нежитью, ступив на эти равнины, Носители все равно были лишь немного сильнее обычного человека. Даже если магия могла защитить от эффектов страха, она не могла полностью убрать страх, который поднимался изнутри.
Антвали и Буназ обменялись взглядами и увидели мрачные лица друг друга, словно спрашивая, что это за маленькая перепалка о том, что «нет нежити» или «нет опасности». Сейчас было не время смущаться.
Поскольку то, что было выкрикнуто, могло стать источником сомнений в их способностях для тех, кто это услышал, они хотели проворчать: «Было бы неплохо, если бы вы тайно и тихо сказали это только нам двоим». Однако было ошибкой ожидать чего-то столь тактичного от человека, который выкрикнул это, особенно когда речь шла о нежити.
Тем, кто кричал, был Канделон Гаэлиан.
Он был одним из двоих в арьергарде. Эксперт по убийству нежити. Он был Священником и воином, да и его класс был «Уничтожитель нежити».
Его крепкое телосложение, которое соперничало с Антвали, было покрыто полной пластинчатой броней, он даже носил шлем, закрывающий все лицо, а в его руке была большая булава. Навершие тяжёлой булавы было сделано в форме священного символа его бога. Именно это он использовал, чтобы сокрушать головы нежити, вот каким он был Священником.
Обычно обнаружение нежити не работало на этих равнинах.
Это было потому, что сам туман, окутывающий равнины, сам по себе вызывал реакцию нежити. Когда активировалась эта способность, реакция нежити обнаруживалась со всех сторон одновременно.
Однако для тех, кто имел класс «Уничтожитель нежити», кто продолжал сражаться с нежитью, одновременно служа богам, в которых верил, это рвение к убийству нежити приняло форму магии, которая могла даже проникать сквозь туман этой проклятой земли. Поэтому заклинания обнаружения, которые использовал Канделон, были усилены, так что он мог воспринимать нежить даже внутри этого тумана.
«Наши глаза не могут этого увидеть... Буназ? Что ты думаешь?»
«Как я только что сказал, впереди нет никаких силуэтов нежити», — Буназ повернул голову, чтобы посмотреть на небо над ними. «То же самое и наверху. Я не чувствую, чтобы там что-то двигалось».
Было трудно получить визуальное подтверждение бестелесной нежити, которая не двигалась, но это не значит, что это было абсолютно невозможно. Было бы не странно, если бы способности восприятия Буназа уловили что-то, если бы оно там было. Если это так, то, скорее всего, это было бы что-то, что полностью находилось вне его поля зрения.
«Тогда... я думаю, это невидимая нежить или та, что прячется под землёй».
«Если это так, то это вполне возможно, иначе это была бы нежить, которая более искусна в скрытности, чем я, полагаю? Не то чтобы их не было рядом, в конце концов».
«В таком случае... Все, идите сюда».
Когда Антвали крикнул остальной группе позади них, вся команда собралась.
«Боже мой. Ты же знал, что мы тебя позовём. Ты мог бы просто тихо предупредить, когда приедешь. Клянусь...»
«Антвали, ты же знаешь, тут ничего не поделаешь. Канделон — такой уж человек».
Буназ думал, что Канделон громко кричал с тыла намеренно. Дав знать, что схватка с врагом уже близко, он мог предупредить своих попутчиков, не являющихся воркерами, и заставить их собраться с духом для боя. Однако Антвали так не считал.
{Ему нравится сражаться с нежитью, и нет сомнений, что подобные вещи совершенно вылетели у него из головы}, — так считал Антвали.
«...»
Мужчина, одетый полный доспех, как и Канделон, молча подошёл к ним.
Он держал большой щит, называемый башенным, и булаву. На спине у него было пристёгнуто копьё, что создавало впечатление, что оно видало и лучшие дни.
Если Антвали был мечом этой команды, то он, Диц Элдервуд, был её щитом. Он обладал высокими оборонительными способностями благодаря своему прочному снаряжению, и, вдобавок ко всему, он был выдающимся воином, который мог использовать святые силы.
Он отличался от паладина, который служил религии и её праведным законам. Он был крестоносцем, тем, кто стремился к собственной святости — своей собственной праведности.
Поскольку крестоносец ставил собственное чувство справедливости выше закона, он иногда навлекал на себя неприятности, но Диц был по сути человеком врождённой доброты. Можно даже сказать, что необходимость соглашаться с тем, что его поступки были разумными, сама по себе была проблемой. Если бы это было не так, или если бы он был ниже по способностям, Антвали, вероятно, оставил бы его с мешком, если бы дошло до этого.
«Ха-ха, нет, идти так далеко без перерыва утомительно. «Старый дядька без выносливости не сможет угнаться за вами, молодыми».
Последним появился Энварио, человек, у которого всегда было на что жаловаться. Ему было за 40, и он был самым старым членом этой команды воркеров.
У него была пятичасовая щетина и непривлекательная внешность. Он прятал свои редеющие волосы под капюшоном, но если бы он его снял, то выглядел бы ещё более жалко, и многие, вероятно, смотрели бы на него свысока.
Однако его снаряжение было превосходным. Жёлтая мантия без единого пятнышка грязи и посох с четырьмя слабо сияющими жёлтыми драгоценными камнями на конце; все они содержали достаточно маны, чтобы даже обычный человек мог её ощутить. В частности, в простом серебряном кольце, которое он носил на пальце, было столько маны, что её можно было увидеть невооружённым глазом. От кольца исходило так много маны, что оно, казалось, вибрировало.
Его способности к тайной магии были первоклассными, так как он мог использовать даже магию четвёртого уровня. С другой стороны, хотя это и не было ценой, которую он заплатил за эти навыки, его физические способности были не очень высокими — скорее, они были довольно низкими. Они, вероятно, были на уровне начинающего авантюриста.
«Воющий волк» Антвали, Воин.
«Длинное копьё» Буназ, Следопыт - лучник.
Канделон Гаэлион, Заклинатель-воин божественной магии.
Диц Андервуд, Крестоносец.
«Измученный старик» Энварио, Заклинатель тайной магии.
Эти пять человек были членами рабочей команды известной как «Кулак».
«Итак, я думаю, вы все слышали, но был отчёт от Канделона, что у него был ответ на нежить... Однако Буназ и я ничего не видели. Мы рассматривали возможность того, что противник был невидимым или скрывался под землёй, но есть ли что-то ещё, что вы можете придумать? — Энварио»
«Не знаю, насколько он далеко, но раз он не пришёл и не напал на такое количество живых, твой старый дядя думает, что это засада. И если это так, то, скорее всего, он прячется под землёй, не так ли?»
«Канделон. Что ты думаешь?»
Канделон закрыл глаза и заговорил, снова активировав свою способность.
«Я согласен с мнением Энварио. Если хочешь, чтобы я сказал больше... Это что-то, что вы двое не смогли найти, и не имеет смысла, направляется ли в эту сторону... Потому что было бы не так уж необычно, если бы он направлялся к нам, даже если бы мертвец был бестелесным. И если это всё-таки так, то это, скорее всего, нежить, которая прячется под землёй, а не та, которая бестелесна».
Когда Антвали перевёл взгляд на Дитца, Дитц просто молча покачал головой.
«Хорошо, это подводит нас к следующему вопросу. Если предположить, что это засада, нам сражаться или пробовать избежать?»
Самым страшным было быть третьим лицом, втянутым в сражение с ещё большим количеством нежити. В каком-то смысле, другие люди в их группе были помехой, поэтому в их нынешней ситуации Антвали хотел избежать любых бессмысленных сражений. Если они неуклюже попадут под атаку с нескольких фронтов, все может обернуться к худшему.
Кроме того, они не заметили этого, но чем больше они не знали о личности своего противника, тем опаснее становилось. Согласно молчаливому пониманию в этой стране, команда, обнаружившая любую нежить, должна попытаться убить её, если это в пределах разумного. Это должно было предотвратить появление более сильной нежити. Хотя не было никакой необходимости послушно следовать этому негласному правилу, потому что жизни ваших товарищей были самым важным.
Он оглянулся.
Город, из которого они ушли, был полностью скрыт лёгким туманом, но они все ещё были не так уж далеко от него. Другими словами, вся эта область регулярно зачищалась, так что, вероятно, она была не такой уж и сильной.
Не обращая внимания на возбуждённого человека, говорящего «сражаться», «сражаться» и размахивающего булавой, остальные четверо переглянулись.
«— Будем сражаться. Давайте следовать обычному ритуалу».
Возражений против решения лидера не было. Остальные четверо молча кивнули, один особенно, чрезвычайно и горячо кивнул, и сняли груз, который они несли на спинах.
В этой битве участвовала только группа воркеров.
Поскольку дело ещё не достигло уровня, который можно было бы классифицировать чрезвычайным, для них было нормой не просить своих попутчиков помочь. Это изначально было их договорными условиями.
Сегодня удача была на их стороне, так как тот, кто должен был исполнять роль Инспектора, был Священником, кстати, если бы удача не была на их стороне, им могли бы назначить бывшего дворянина Империи или Королевства, а потому он не проявил никаких признаков страха, ступив на опасную зону, известную как Равнины Катз. Тем не менее, он не подал никаких признаков того, что собирается им помогать.
Была более высокая вероятность того, что он ничего не сделает, чтобы спасти их, даже если их команда будет уничтожена.
Любой, кроме мертвеца, согласится, что принести отчёт о чем-то, вроде сильной нежити, которая появилась рядом с городом и которая убила девять человек, было гораздо важнее, чем вести упорную борьбу, чтобы попытаться спасти их жизни, поскольку он мог умереть здесь.
Их попутчики, увидев, что Антвали и другие готовятся к битве, положили свой груз и выстроили его в круг. Внутри круга они заняли боевое построение так, чтобы быть скрытыми в тени своего груза. Шойко* Носильщиков были тонкими, но имели стальные пластины и могли обеспечить идеальное укрытие, как башенный щит. Поскольку было много случаев, когда начинающие авантюристы брались за такую опасную работу, чтобы купить снаряжение, со стороны Носильщиков не было никаких колебаний. То, как они приняли свои позиции, также было впечатляющим. Даже если они были детьми в возрасте, который вы бы назвали подростками, в их действиях не было ни страха, ни колебаний. В каком-то смысле можно сказать, что они были готовы к этому.
*(Примечание: сойко — это деревянная стойка, которая используется для переноски грузов на спине. Они немного похожи на стул без ножек.)
В центре этого формирования был Инспектор. Вероятно, он намеревался использовать магию, если дело дойдёт до этого. Со своим священным символом в одной руке, он осматривал окрестности. В конце концов, на них могли напасть другие мертвецы, пока у группы Антвали были заняты руки.
Конечно, Антвали и другие не собирались так позориться. Любые пострадавшие среди их попутчиков будут рассматриваться командой Антвали как проваленная работа. Использование магии выходит за рамки работы инспектора. Это будет расценено как возложение на него дополнительной нагрузки и обязанностей. Было бы нормально, если бы любой, кто был вынужден сделать что-то вне условий своего контракта, вынес за это суровую оценку ответственной стороне.
Если бы среди носильщиков произошли какие-либо жертвы, они бы получили плохую репутацию. В каком-то смысле они бы потерпели неудачу как телохранители. Если бы это произошло, им было бы трудно нанимать носильщиков в будущем, так как они бы видели себя потенциальными жертвами. Слух о том, что они просто любители, распространился бы среди воркеров и искателей приключений, и им было бы трудно зарабатывать на жизнь в этой области.
«Тогда я пойду и выманю их».
Буназ объявил и побежал в том направлении, в котором они ехали, в направлении, откуда пришёл ответ на нежить. В одиночку. Это было быстрое, ловкое движение, не показывающее никаких колебаний.
Когда Буназ прибыл в определённое место, в земле вокруг него образовались трещины, а затем появилась рука.
Затем ещё одна, и ещё много-много других появились рядом с ней.
Не было сомнений, что слабонервные будут парализованы страхом при странном виде множества рук, торчащих из земли и размахивающих, как длинные стебли водорослей. Однако Буназ был опытным воркером. Если бы не было никаких магических эффектов, он бы не потерял голову от чего-то подобного.
Несомненно, была активирована какая-то странная способность, поскольку шесть мертвецов с удивительной скоростью появились из-под земли вокруг Буназа.
Они выглядели как короткие и крепкие комья почвы с толстыми ногами. Их глаза и рты были зияющими дырами, а глубоко внутри их глаз горели красные точки. На первый взгляд они казались големами, но они были полноценной нежитью.
«Могильные мертвецы, да».
Энварио выплюнул имя нежити с лёгким вздохом облегчения.
Чувство «О, и это все?» витало в воздухе среди группы Антвали. Именно потому, что они понимали разницу в боевых способностях между двумя сторонами, они могли расслабиться, даже несмотря на то, что их спутник был окружен врагами. Если бы они могли выразить это в терминах рейтинга сложности, который авантюристы присваивали монстрам, чтобы оценить, насколько грозным врагом они были, Могильные Мертвецы имели бы рейтинг сложности около 15.
В основном, среди нежити, которая появлялась вдоль внешних границ равнин Катз и немного дальше внутри, были низкоранговые мертвецы. Практически все они имели рейтинг сложности от 1 до 30. Однако, хотя это могло быть правдой, все равно было опасно терять бдительность. То, что более сильная нежить появлялась редко, не означало, что она не появится вообще. Кроме того, чем дольше длился период, когда охота не велась, и чем дальше вы углублялись вглубь, тем сильнее появлялась нежить.
Гротескная нежить издала что-то вроде стона и вялыми движениями, соответствующими их внешнему виду, поплелась к Буназу.
У могильных мертвецов было небольшое сопротивление физическим атакам, и они обладали способностью к небольшой регенерации, пока их ноги стоят на земле. Они были неприятным противником для команд, чьи основные наступательные способности были чисто физическими атаками. Для искателя приключений, который зарабатывал деньги, побеждая скелетов и зомби, могильные мертвецы были врагами, от которых у них не было выбора, кроме как бежать. И что было ужаснее всего остального, так это то, что происходило, когда они схватят вас. Вы проваливались в землю, как будто это была вода, с помощью метко названной способности «Погребение». Конечно, это не было похоже на то, что вас похоронили слишком глубоко; если бы вас можно было выкопать из земли, которая была временно размягчена активацией способности нежити, вы были бы спасены. Однако, если бы один из ваших товарищей был похоронен и стал беспомощным, не было никаких сомнений, что боевая сила вашей команды резко упала бы. Тем не менее, с точки зрения Антвали и остальных, эти противники не были даже достаточно серьёзными, чтобы представлять угрозу.
С помощью серии быстрых движений Буназ повёл Могильных Мертвецов в сторону от группы.
Могильные Мертвецы, не обладая таким высоким интеллектом и движимые желанием похоронить и убить одного из живых, кого они ненавидят, послушно последовали за Буназом.
«[Расширяющая магия・Огненный шар]».
Огненный шар полетел в то место и врезался в землю, его раздувающееся пламя мгновенно поглотило нежить.
Нежить, чья ложная жизнь превратилась в пепел, была испепелена и возвращена в землю.
И с этим все было кончено.
Просто чтобы убедиться, они осмотрели окружающую местность. Пока Антвали проверял, не привлёк ли свет от [Огненного шара] какую-либо нежить, Диц несколько раз ткнул его в бок.
В то же время у него возникло ощущение, что кто-то приближается к нему сзади. Когда он обернулся, он обнаружил, что человек, которого он ожидал увидеть уже довольно близко.
Ещё дальше за этим человеком он мог видеть сквозь лёгкий туман выражения уважения на лицах четырёх Носильщиков. Им следовало бы собрать информацию о репутации «Кулака» до того, как их наняли, но все же, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Вид [Огненного шара], уничтожающего врагов одним кастом, в частности, казался более эффективным для подтверждения их мастерства.
Способность использовать [Огненный шар] была доказательством того, что человек был талантливым заклинателем магии. Поскольку сила членов команды должна быть примерно одинаковой, это означало, что члены, которые не участвовали в битве, были такими же сильными. По этой причине Носители могли вздохнуть с облегчением. Они знали, что собранная ими информация была правдой, поэтому был хороший шанс, что они вернутся домой в целости и сохранности.
Почувствовав, что атмосфера напряжения уходит, Антвали мысленно кивнул.
Именно в этом и заключался ритуал.
Помимо причины заработать немного монет, победив противника, которого можно было проигнорировать, они могли показать свою силу и внушить доверие своей команде.
Если в будущем произойдёт ожесточённая битва, доверие других будет иметь большое значение.
В ситуациях, когда кто-то впервые встречался с членами группы, команда Антвали всегда проводила этот ритуал.
«Великолепно... или, интересно, будет грубо по отношению ко всем вам, ветеранам-воркерам, если я так скажу?»
На вопрос, заданный инспектором, когда они подошли к ним, Энварио ответил: «Вовсе нет. Не получишь кучу комплиментов, когда доживёшь до возраста этого старого дяди, знаешь ли. Так что я в восторге».
«Это здорово... На всякий случай, я просто проверяю, но там было шесть могильных мертвецов... Надеюсь, я не ошибаюсь?»
«Нет ошибок».
Подтверждение было получено, потому что были случаи, когда даже если внешность двух монстров была похожа, малейшее различие делало их такими же разными, как разные виды — особенно с типами насекомых, где небольшое различие действительно означало другой вид.
Инспектор бросил свой следующий вопрос Антвали, который подтвердил его наблюдение.
«Ты не будешь против, если мы будем считать это место безопасным на данный момент, не так ли?»
«Я думаю, все должно быть в порядке. Что ты думаешь, Канделон?»
Буназ прокомментировал это, вернувшись, на что Канделон кивнул.
«Если вы согласны, то нет никаких сомнений, что сейчас тут безопасно, верно?» — заявил инспектор, достав из нагрудных карманов лист плотной бумаги, переносную чернильницу и перо. Он начал записывать имя и номер побеждённой нежити.
«...Вы не против, если я тоже задам вопрос?»
Антвали спросил инспектора, который убирал запись, которую закончил писать. По правде говоря, это было то, о чем он хотел спросить ещё в Свободном городе, но его беспокоили различные ограничения, поэтому он выбрал место, где не будет никого, кто мог бы подслушать их, чтобы оставить вопрос.
«Что это может быть?»
«Что будет со Свободным городом с этого момента?»
«А. Наверху неспокойно. В настоящее время нас переносят на территории Колдовского королевства, где эта надоедливая нежить правит как король. Логично, что это нехороший поворот событий. Поэтому изъятие средств из Вольного города было бы естественным ходом событий. Немалая сумма средств из каждого храма поступает в Вольный город для его содержания и эксплуатации. При таком положении дел они теперь в конечном итоге будут поддерживать Колдовское Королевство, нежить, не так ли? Будут ли они сражаться или уйдут отсюда, что бы они ни выбрали, это в конечном итоге пойдёт на пользу нежити, поэтому они возмущены этим.»
Он ответил на вопрос без малейшего колебания. Если он говорил об этом так бойко, то, вероятно, было бы неплохо просто спросить его об этом, пока они были в Вольном городе.
«Однако, в случае, если они полностью умоют руки от Вольного города, люди, вероятно, скажут, что храмы молчаливо допустили и приняли опасность, исходящую от этой нежити, которая взяла эту проклятую землю под свой контроль. Кроме того, станет трудно контролировать то, что она планирует делать. Какой выбор, по-вашему, принесёт пользу нам, храмам?»
«Я не знаю насчёт храмов, но для этого старого дядьки и друзей продолжать в том же духе было бы самым приятным, но это, вероятно, будет невозможно, я полагаю».
«Правдивы ли слухи о том, что Королевство и Империя прекратят денежную поддержку после того, как Равнины Катз стали территорией Колдовского Королевства?»
Энварио и Буназ высказали своё мнение и спросили соответственно. Когда двое людей из этой команды воркеров, которые преуспели в сборе информации, заговорили, Инспектор устало улыбнулся.
«Это правда. Две нации отступили, и стало довольно сложно работать только с поддержкой храмов. У нас, вероятно, не будет другого выбора, кроме как уменьшить вознаграждение. Если это произойдёт, то выдающиеся воркеры, такие как вы, будут искать гораздо лучшие места для заработка и в конечном итоге покинут город».
Инспектор поднял палец, вращая им.
«Тогда зачистка нежити станет менее успешной, скорость появления более сильной нежити увеличится, и город окажется в ситуации, когда его покинут... возможно. Это действительно порочный круг. Довольно жалкое будущее. Что ж, с нашей стороны, мнение, что мы должны принять решение после того, как узнаем, что Колдовское Королевство намерено делать с Вольным городом, и после того, как поймём их действия, является доминирующим».
Это означало, что они ждали, чтобы посмотреть, как все будет развиваться. Не было никаких сомнений, что вознаграждение будет уменьшено. Было мало достоинств в том, чтобы сражаться здесь, если они даже не могли обеспечить вознаграждение, соответствующее опасности. Они были воркерами. Платежи были единственным, во что они абсолютно верили.
«Это прискорбно. Кажется, это будет последний раз».
Он ничего не сказал, но на лице Канделона отразилось сильное недовольство, когда Антвали пробормотал эти слова.
«Я су ... Среди воркеров определённое количество людей сначала стали авантюристами, потому что они восхищались героями в сказках, и Антвали был одним из них. Многое произошло, и теперь он ходил в тени, но все ещё была определённая гордость за то, что они защищали мир этого города, убивая нежить.
Если бы он мог жить без какого-либо источника дохода, он мог бы остаться и быть активным в Свободном городе Вадис в будущем. Однако, ничего не поделаешь с тем фактом, что Антвали все ещё был всего лишь человеком. Все, что он мог делать, это зарабатывать деньги на жизнь. Он не мог стать героем, как в тех сказках. Все, что заканчивалось на «и все они жили долго и счастливо», на самом деле было чем-то, что происходило только в сказках.