Единственная Слизеринка в роду|Драко Малфой.

Вечер принес в подземелья привычную сырость. В гостиной Слизерина было шумно: старшекурсники бурно обсуждали скорый матч по квиддичу, а Пэнси Паркинсон в окружении своих подруг то и дело бросала на меня ядовитые взгляды из дальнего угла.
Находиться с ними в одном помещении было невыносимо. Голова всё еще шла кругом от дневных откровений Драко.Взяв учебник по Истории магии, я решила сбежать туда, где меня точно никто не станет искать — в заброшенный класс на третьем этаже, окна которого выходили на Черное озеро.
Я устроилась на широком пыльном подоконнике, поджав под себя ноги. За окном сгущались чернильные сумерки, а в небе одна за другой загорались холодные весенние звезды. Я всматривалась в них, пытаясь угадать, какая же из них — та самая Дая из маминых сказок Малфоя.
Тихий скрип тяжелой дубовой двери заставил меня вздрогнуть и перевести взгляд.В полумраке класса застыл высокий силуэт. Драко стоял в проеме, небрежно опершись плечом о косяк. Его мантия была расстегнута, а галстук факультета слегка ослаблен. Он смотрел на меня сверху вниз, и в лунном свете его бледная кожа казалась почти прозрачной.
— И долго ты собираешься здесь прятаться? — негромко спросил он, закрывая за собой дверь. Шаги его в пустом классе звучали отчетливо и гулко.
— Я не прячусь, — я постаралась придать голосу уверенности, но сердце снова предательски забилось в самом горле. — Просто хотела побыть в тишине. А ты как меня нашел? Шпионил за мной, Малфой?
Драко тихо хмыкнул, медленно подходя к подоконнику. На его губах играла привычная, едва заметная ухмылка, но взгляд оставался серьезным и изучающим.
— Много чести, Даяна. Я шел от старосты школы и заметил, как одна ненормальная слизеринка крадется по коридорам после ужина, — он остановился всего в шаге от меня, заставив меня запрокинуть голову, чтобы смотреть ему в глаза. — Паркинсон в гостиной рвет и метает. Ты умудрилась взбесить её сильнее, чем обычно.
— Это из-за тебя, — тихо, но твердо ответила я, глядя прямо в его серые омуты. — И из-за того, что ты наговорил мне на Зельеварении.
Малфой на секунду отвел взгляд, и я заметила, как напряглись его плечи. Он опустил руки в карманы брюк, устремив взор за окно, туда, где на темной глади озера отражалось звездное небо.
— Я не должен был этого говорить, — глухо произнес он, и в его голосе снова проскользнула та редкая, пугающая искренность. — Забудь. Это минутная слабость.
— Не забуду, — я смело подалась вперед, спустив ноги с подоконника. Расстояние между нами снова сократилось до опасного минимума. — Ты три года строил из себя моего главного врага. А теперь спасаешь от Крэбба, заступаешься перед Паркинсон и говоришь, что я... что я похожа на звезду из твоих детских воспоминаний. Что из этого правда, Драко?
Мой вопрос повис в прохладном воздухе класса, тяжелый и прямой.Малфой резко повернулся ко мне. В его глазах вспыхнуло какое-то отчаянное, штормовое пламя. Он сделал стремительный шаг вперед, вынуждая меня снова отпрянуть назад и упереться ладонями в холодное стекло окна. Его руки взметнулись и легли на подоконник по обе стороны от моих бедер, полностью отрезая мне путь к отступлению. Я оказалась в ловушке его тела, чувствуя, как от него исходит жар, начисто стирающий вечернюю прохладу замка.
— Правда? — прошептал он, наклоняясь так низко, что его дыхание обожгло мои губы. — Правда в том, Даяна, что я чертовски устал притворяться. Устал смотреть, как ты улыбаешься Поттеру и Уизли. Устал делать вид, что ненавижу тебя, когда на самом деле... — он запнулся, и его взгляд лихорадочно скользнул по моему лицу, останавливаясь на губах. — На самом деле всё совсем иначе.
Наши взгляды скрестились, и воздух между нами, казалось, затрещал от статического электричества. Сердце колотилось в груди, как сумасшедшее. Драко стоял так близко, что я видела каждую серебристую искорку в его потемневших глазах, и его признание оглушило меня, лишая дара речи.
Но не успела я выдохнуть хотя бы слово, как из коридора донёсся противный, до боли знакомый скрежет когтей по каменным плитам. А в следующую секунду в дверном проёме заброшенного класса показались два горящих жёлтых глаза.
Миссис Норрис.
— Ш-ш-ш... Котёночек мой, где ты? Чуешь нарушителей? — раздался вдали хриплый, зловещий голос Аргуса Филча.
Шаги завхоза стремительно приближались к нашему убежищу.Эффект разорвавшейся бомбы. Напряжение испарилось в одну секунду, сменившись чистым адреналином.
— Чёрт, — сквозь зубы процедил Малфой, резко отпрянув от меня.
Его лицо мгновенно вернуло маску холодного высокомерия, но руки, которыми он только что опирался о подоконник, заметно дрожали. Он лихорадочно огляделся и, не теряя ни секунды, схватил меня за локоть, увлекая за собой.
Мы буквально взлетели на соседнюю полуразрушенную кафедру, спрятавшись за высокой стопкой старых сломанных парт в самой глубокой тени класса.Малфой прижал меня спиной к своей груди, накрыв ладонью мой рот, чтобы я случайно не издала ни звука.
Его дыхание, всё ещё прерывистое и горячее, обжигало мою шею, а сердце парня стучало в спину так сильно, словно готово было пробить ребра.В класс медленно вошёл Филч. Огонёк его тусклой лампы заметался по стенам, едва не задевая наше укрытие.
Миссис Норрис замерла прямо у подоконника, где ещё полминуты назад мы стояли, и подозрительно зашипела, принюхиваясь к воздуху, который всё ещё хранил шлейф дорогого одеколона Драко.Я затаила дыхание, боясь даже моргнуть. Каждая секунда казалась вечностью. Рука Малфоя на моих губах была прохладной, но от близости его тела меня бросало в жар.
— Хм... никого, — проворчал Филч, дёргая лавкой. — Пошли, миссис Норрис, проверим башню астрономии. Эти паршивцы точно там.
Когда шаги завхоза и шарканье лап его кошки наконец затихли в дальнем конце коридора, Драко медленно убрал руку от моего лица. Но отпускать меня из своих объятий не спешил.
— Чуть не попались, — тихо, почти над ухом выдохнул он, и в его голосе послышалась странная, облегчённая усмешка. — Повезло тебе, Даяна. Наказание у Филча — не самое приятное завершение вечера.
Я осторожно высвободилась из его рук и повернулась к нему лицом. В полумраке его глаза снова казались непроницаемыми, а маска «слизеринского принца» сидела как влитая, будто и не было того отчаянного шёпота у окна.
— Да, повезло... — тихо ответила я, поправляя мантию и стараясь вернуть себе самообладание. — Мне пора идти. Скоро старосты начнут обход.
Малфой ничего не ответил. Он лишь молча кивнул, пропуская меня к выходу. Когда я уже дошла до двери, я обернулась. Драко так и остался стоять в тени сломанных парт, провожая меня задумчивым, тяжёлым взглядом.
До конца третьего курса мы больше ни разу не заговаривали об этом вечере. Малфой снова стал прежним — холодным, язвительным и отстранённым, словно между нами никогда не таял лёд. Но я знала, что это лишь затишье перед бурей.Впереди нас ждал четвёртый курс. Год, который перевернёт всё с ног на голову