Воспоминания.
Элис дождалась, когда замок оживёт. Она терпеливо сидела в своей комнате, пока Тео ушёл на занятия, а друзья разбрелись по делам. Закрыв дверь, она поставила флакончик на стол. Серебристые капли внутри плавно вращались, словно сами звали её.
— Ну что ж... посмотрим, чего ты добиваешься, Дамблдор, — прошептала она.
Она достала из ящика маленькую каменную чашу — старый семейный омут памяти, найденный в Розье Мэноре. Осторожно вылила туда жидкость. Вспышка — и поверхность омутa ожила, закружилась. Элис глубоко вдохнула и окунулась внутрь.
Первое воспоминание.
Тёмный зал, освещённый свечами. Высокие стены, гобелены с изображением змей. Мужчина в чёрной мантии, глаза которого сияли зелёным светом, стоит над колыбелью.
— Она — наследие, — произносит он. — Последняя из линии, что соединит кровь Салазара и силу древних.
Рядом — молодой Северус, растерянный, но решительный.
— Я не позволю ей погибнуть, — его голос звучал мягче, чем Элис когда-либо слышала. — Даже если придётся лгать всему миру.
Второе воспоминание.
Тёмная комната в Хогвартсе. Дамблдор и Северус.
— Она никогда не должна узнать, кто её настоящий брат, — говорит Дамблдор.
— Но скрывать вечно не получится, — отвечает Снейп. — Он растёт, и однажды они встретятся.
Третье воспоминание.
Розье Мэнор. Маленькая девочка с рыжими волосами играет в саду, а рядом стоит мальчик лет десяти, с ясными глазами. Он гладит её по голове и обещает:
— Я всегда буду рядом. Даже если нас разлучат.
Элис почувствовала, как сердце болезненно сжалось. Она знала этот голос. Знала эти глаза.
Четвёртое воспоминание.
Дамблдор, уставший, обращается к кому-то невидимому:
— Если правда откроется слишком рано, война начнётся быстрее. Но если слишком поздно — мы потеряем обоих.
Элис вынырнула из омута, тяжело дыша. В груди жгло.
— Брат... У меня есть брат... — прошептала она, сжимая руками столешницу. — И Северус всё знал. Всё это время.
Воспоминания не назвали имени прямо, но сердце подсказывало, что ответ ближе, чем она думала.
Теперь у неё было больше вопросов, чем ответов. Но одно она поняла точно: Дамблдор показал ей это не случайно. Он хотел, чтобы она узнала — и сделала выбор.
Большой зал гудел, как улей. На длинных столах дымилось жаркое, парили тыквенные пироги, студенты переговаривались, а над головами плавали золотые тарелки. Элис сидела рядом с Тео и Драко, вполуха слушая болтовню Блейза и Пэнси.
Вдруг в зал стремительно влетела сова. Она разрезала воздух, словно стрела, и села прямо перед Элис, оставив на тарелке аккуратный конверт, запечатанный знаком феникса.
— Опять? — удивился Тео, нахмурившись.
— Да, — Элис нахмурилась, проводя пальцем по сургучу. — От него.
Весь зал замер, потому что письмо было слишком заметным, а имя Дамблдора давно уже звучало как угроза. Элис вскрыла конверт. На жёлтоватой бумаге расплывались строки — будто их писали в спешке, но каждая буква горела особой силой.
"Элис.
Ты носишь на себе не просто шрам. Когда я ударил тебя в бою, я вложил в тебя то, что не смог сохранить сам.
В твоём шраме заточена древняя магия, созданная ещё до основания Хогвартса. Она способна защищать и разрушать.
Береги её. Никто не должен коснуться этой силы, кроме тебя.
И если придёт момент, ты поймёшь, что делать.
— А.Д."
Элис почувствовала, как по спине пробежал холод. Бумага дрожала в её руках, а сердце билось слишком быстро.
— Что там? — тихо спросил Драко, вглядываясь в её лицо.
Она медленно поднялась со скамьи. Всё внимание зала приковано к ней. Даже профессора подняли головы.
— Он... написал, что мой шрам — не просто след от боя, — голос её дрогнул, но она взяла себя в руки. — В нём древняя магия. Такая, что никто в Хогвартсе даже не видел.
В зале пронёсся ропот. Младшие с изумлением смотрели на неё, как на легенду. Кто-то шепнул: «Она сильнее, чем мы думали...»
Снейп резко поднялся со своего места у преподавательского стола. Его взгляд был одновременно тревожным и пронзительным.
— Покажи письмо, — коротко сказал он.
Элис медленно протянула лист. Снейп пробежал глазами строки, сжал челюсти и вернул ей.
— Значит, он решил идти на крайности, — его голос прозвучал глухо. — Но если это правда... ты теперь связана с магией, о которой мало кто знает.
— Сильной магией? — уточнил Блейз.
— Слишком сильной, — отрезал Снейп.
Элис чувствовала, как на неё смотрят сотни глаз. Ей хотелось исчезнуть, но внутри — глубоко — разгоралось пламя. Дамблдор оставил ей оружие. Или проклятие.