Огни праздника и утро после.
Она тянулась к нему, как к воздуху. Её смех, ещё недавно звонкий и рассеянный, вдруг стих, сменившись поцелуями — жадными, сбивчивыми, полными огня. Платье соскользнуло с плеч, пальцы Тео дрожали, но не от страха, а от того, что он наконец позволил себе быть честным. Элис обвила его руками, губы её горели, дыхание сбивалось. Их тела словно сами знали дорогу друг к другу. Всё вокруг исчезло: музыка, шум зала, даже мысли — остались только они двое, буря и нежность в одном. В ту ночь Хогвартс спал, а их мир вспыхнул и сгорел, оставив пепел, в котором теплилось новое чувство — взрослое, сильное и неизбежное.
Утро оказалось жестоким.
Элис открыла глаза и сперва не поняла, где находится. Потолок — не её привычный, а зелёный, со змеиным узором. Сердце ухнуло, когда она заметила рядом спящего Тео. Его волосы растрепались, одеяло сползло, и он выглядел так беззащитно, что у неё перехватило дыхание.
Память медленно вернулась. Каждый поцелуй, каждое прикосновение, каждое слово, сказанное в полусмехе и полушёпоте. Щёки тут же вспыхнули, и Элис поспешно села, натянув одеяло повыше.
Тео зашевелился, приоткрыл глаза, посмотрел на неё — и мгновенно тоже покраснел. Несколько долгих секунд они просто сидели молча, не решаясь встретиться взглядами.
— Э... доброе утро, — хрипло сказал он, потерев затылок.
— Угу... — Элис кивнула, чувствуя, как сердце стучит в горле.
Воздух между ними стал странно плотным, будто наполненным невысказанными словами.
— Слушай... — начал Тео, но тут же замолк. — То есть... вчера... — он запнулся и покраснел ещё сильнее.
— Да... — Элис вцепилась в край одеяла. — Вчера... было.
На мгновение они оба рассмеялись — нервно, неуверенно, но искренне.
— Я не жалею, — тихо добавил он, наконец осмелившись взглянуть ей прямо в глаза.
Элис тоже подняла взгляд. В её глазах мелькнуло всё — стыд, нежность, смущение и хрупкая радость.
— Я тоже... — призналась она.
В этот момент дверь комнаты громко хлопнула. Вбежали Фред и Джордж, оба с хитрыми ухмылками.
— А вот и наши голубки! — протянул Джордж.
— Ну всё, тайна раскрыта! — добавил Фред, театрально приложив ладонь к сердцу.
Элис едва не спряталась с головой под одеяло. Тео вскочил, пытаясь выставить близнецов за дверь.
— Вон! — огрызнулся он, красный как мак.
— Ладно-ладно, — смеясь, махнули руками Уизли и скрылись.
Но слухи уже разлетелись быстрее огневиски на празднике. К обеду весь Хогвартс шептался, что Слизеринская красавица и Тео наконец перестали играть в недомолвки.
В Большом зале Элис чувствовала взгляды со всех сторон. Кто-то завистливо хмыкал, кто-то смотрел с умилением. Гермиона с Джинни улыбались, Рон едва не поперхнулся тыквенным соком, Гарри лишь покачал головой с тёплой усмешкой.
А Том Реддл, сидящий рядом с преподавателями, наблюдал за Элис с едва заметной улыбкой. Его взгляд говорил больше, чем слова: она взрослеет... и у неё появляется то, что сможет удержать её живой даже в тьме.