Наследие, которое выберает само.
Прошла неделя с того утра, когда в Большом зале все узнали о смерти её отца. Первые дни Элис словно жила в тумане: голоса звучали глухо, запахи были будто притушены, а цвета мира поблекли. Но всё изменилось после того, как она закончила читать дневник отца.
Каждое слово из его записей возвращало ей силы. Она чувствовала — отец будто оставил не только воспоминания, но и невидимую поддержку. Вечером, сидя в своей комнате, она снова перечитывала строки о наследии.
«Оно достанется тебе. Но могут попытаться перехватить его те, кому оно не принадлежит. Запомни: ищи того, кто всегда был в стороне, но при этом ближе всех.»
Эти слова крутились в голове целыми днями. И однажды, на перемене, она подошла к Снейпу в коридоре.
— Профессор, можно... поговорить? — голос её дрогнул, но в глазах был твёрдый блеск.
Он кивнул, и они зашли в его кабинет.
В полутьме комнаты, среди запаха зелий и тихого потрескивания камина, Элис наконец сказала:
— Я знаю, у кого моё наследство. У одной из дальних родственниц семьи Розье. Она никогда не участвовала в делах рода, но отец... доверял ей. Я собираюсь вернуть его.
Снейп поднял бровь, изучая её.
— И ты уверена, что готова к тому, что можешь найти?
— Да, — она выдержала его взгляд. — И ещё... — Элис глубоко вдохнула, ощущая, как амулет матери, висящий на шее, чуть теплеет. — Вы для меня... как отец. Я давно хотела сказать это.
На долю секунды в его глазах мелькнуло что-то тёплое, почти неуловимое. Он кивнул, не улыбаясь, но в голосе была мягкость:
— Я... ценю это, Элис. И если решишь идти за наследством, я пойду с тобой.
Эти слова запомнились ей сильнее, чем любые клятвы защиты.
Следующие дни стали неожиданно яркими. Элис снова смеялась на уроках и придумывала остроумные реплики. Тео не отходил от неё, словно боялся потерять, а их отношения стали ещё теплее и нежнее.
С Гермионой она всё чаще спорила по книгам, но теперь эти споры заканчивались смехом и совместным поиском ответов. Рон начал звать её «самой храброй из слизеринцев», Гарри часто оставался с ней после тренировок по квиддичу, Блейз научил её паре хитрых приёмов в дуэлях, а Драко и Пэнси вдруг стали куда мягче в общении, чем когда-либо.
Фред и Джордж почти каждый день подбрасывали ей новые шутки и нелепые изобретения, от которых она хохотала до слёз, а Луна однажды принесла ей странную брошь в виде серебряной лилии, сказав:
— Это отгоняет тёмные сны. Думаю, тебе пригодится.
Элис с улыбкой приколола её к мантии — теперь рядом с амулетом матери и подарком Снейпа у неё было ещё одно напоминание, что она не одна.
И всё же мысль о наследстве не отпускала. Она чувствовала, что момент приближается. И что именно оно, а не просто старые фамильные вещи, может стать ключом к её силе — силе, способной соединить светлую и тёмную магию так, как не удавалось никому со времён Салазара Слизерина.