Нить, что рвётся в кровь.
В Хогвартсе стояла тишина, тревожная и непривычная. Элис шла по коридору к кабинету Дамблдора, слыша лишь отдалённый шелест пергамента в пустых классах. Каждый её шаг отдавался в висках, а тёмные линии на руках уже не прятались под мантией — они достигли шеи, и казалось, ещё немного, и чёрный рисунок доберётся до лица.
В кабинете, помимо директора, собрались Макгонагалл, Снейп, Флитвик, Помфри и ещё пара старших преподавателей. У стены стояли Сириус, Ремус и Кингсли — Орден Феникса прибыл заранее.
— Садись, Элис, — сказал Дамблдор, его глаза были серьёзны, без привычных искр. — Мы должны попробовать разорвать эту связь, пока она не уничтожила тебя изнутри.
Снейп скрестил руки на груди.
— Если это шкатулка Розье, в ней древнейшая кровавая магия. Вы не понимаете, директор, насколько опасно вмешательство.
— Понимаю, — отозвался Дамблдор. — Но без вмешательства мы её потеряем.
Элис молча села в центр нарисованного на полу круга. Линии были сплетены из символов светлой и защитной магии, но на восточном секторе символы казались чуть темнее, будто кто-то заранее вплёл туда и тёмную энергию.
Макгонагалл подняла палочку:
— По сигналу начнём. Элис, ты почувствуешь, как нить, соединяющая тебя со шкатулкой, станет тоньше. Не сопротивляйся.
Первый удар пришёл неожиданно — не физический, а ментальный. В голове Элис раздался хриплый смех, знакомый до дрожи.
— Думаешь, ты можешь вырваться? — голос Темного Лорда пронзил разум, как лезвие. — Это моя кровь, моя сила, твоя же проклятая жилка Розье. Ты часть меня.
Элис стиснула зубы.
— Я — не часть тебя.
Заклинания профессоров хлынули на неё потоком. Свет золотых чар обвил тело, серебряные нити попытались зацепить невидимую магическую цепь и вытянуть её наружу. Она почувствовала, как что-то вырывают из груди, но тут же — противный холод, тянущий в другую сторону.
Снейп резко выкрикнул:
— Он сопротивляется! Он тянет её обратно!
Взрыв боли выбил воздух из лёгких Элис. Чёрные линии на шее зажглись, как раскалённый металл, и она вскрикнула. Макгонагалл дрожащим голосом приказала:
— Не останавливаемся!
Но Темный Лорд усилил натиск. По комнате разнёсся низкий, но явственный голос — он говорил сквозь неё:
— Если сорвёте её с крючка, я убью того, кого она любит.
Сириус рванулся вперёд, но Кингсли перехватил его за плечо.
— Не отвлекай их!
Элис, сквозь крики и боль, ухватилась за собственную магию. Она почувствовала, как светлая и тёмная энергия внутри неё вспыхнули одновременно — не враждуя, а сливаясь в единый поток. Это было похоже на дыхание океана и рев огня в одном звуке.
— Убирайся из моей крови, — прошептала она, и обе силы ударили по невидимой цепи.
Раздался треск, словно ломался лед. Шкатулка отозвалась пронзительным магическим визгом, даже будучи в сотнях километров. Связь не исчезла, но ослабла.
Дамблдор поднял руку, останавливая процесс:
— Достаточно. Если продолжим, он может использовать ритуал обратного захвата.
Элис тяжело дышала, кожа на шее пульсировала чёрными узорами, но в центре узоров появилась тонкая серебряная нить.
— Это... что? — спросила она.
Снейп медленно ответил:
— Это ты. Твоя магия. Она вцепилась в него так же, как он в тебя. Теперь он не сможет так легко управлять тобой... но и ты не сможешь просто уйти.
На следующий день слухи об этом разлетелись по Хогвартсу. Ученики замолкали, когда Элис проходила мимо, а некоторые, наоборот, шёпотом пересказывали подробности. Кто-то видел свет, кто-то — только тьму.
Вечером, вернувшись в гостиную Слизерина, она почувствовала, что всё изменилось. Даже среди своих теперь она казалась чужой. Но внутри уже не было страха — только ощущение, что впереди её ждёт ещё более опасная игра.