Зелье надежды.
В старой секции библиотеки, скрытой за иллюзорной полкой, Элис склонилась над потемневшим свитком. Пыль взлетала в воздух при каждом её движении, а тусклый свет волшебной лампы вырисовывал на её лице сосредоточенность. Она была здесь одна — и по собственной воле. За последние дни надежда стала её самой драгоценной магией.
Рядом лежал древний фолиант на потускневшем пергаменте: "Arcana Vitae: Исцеляющие зелья времён Древнего Совета". В нём она и нашла описание зелья, способного спасти её жизнь — не просто заглушить болезнь, как предлагали обычные целители, а уничтожить её, не ослабив магии.
Зелье называлось "Флогистон Этернис" — редчайшее творение, запрещённое во многих странах за силу и риск. Приготовление длилось ровно месяц. Каждый день требовал внимания, точности и магического взаимодействия с ингредиентами. Ошибка — и всё сгорит до тла, как и шанс на исцеление.
— Это оно, — прошептала Элис. — Оно может сработать.
Новость о её состоянии уже разошлась по замку. Студенты шептались на коридорах, взрослые с осторожностью смотрели ей вслед. Даже профессор Снейп, сдержанный и непреклонный, чаще задерживался взглядом на ней.
Но с того дня, как она нашла рецепт зелья, в её взгляде появился блеск. Её походка снова обрела ту силу, что когда-то вдохновляла младших учеников. Она не позволяла себе падать духом — даже несмотря на то, что руки оставались бледными, а чёрные полосы вен всё чаще пульсировали болью.
В зельеварочной лаборатории Элис подготовила первый круг ингредиентов. Мандрагора высушенная, корень лунника, капля крови носителя болезни, и перо феникса — добытое с помощью Фоукса, которого она с трудом уговорила через Дамблдора.
Пока она варила первый настой, в Хогвартсе начинались странные события. Министерство магии начало подозрительно активничать. Совпадение ли — или кто-то следит за каждым её шагом? Элис чувствовала: настало время действовать аккуратно.
В то утро, когда начался отсчёт приготовления зелья, Тео встретил её у входа в Большой зал.
— Ты выглядишь... сосредоточенной, — заметил он, поднимая бровь. — Слишком даже для тебя.
— Всё хорошо, Тео, — с мягкой улыбкой ответила она. — Я просто нашла то, что может спасти мне жизнь.
Он замер, вглядываясь в её глаза, и без слов притянул к себе, крепко обняв.
— Тогда я с тобой, — сказал он тихо. — До самого конца.
Пока друзья ничего не знали о зелье. Элис не спешила делиться — боялась давать надежду прежде, чем будет уверена. Лишь Снейп, которому она рассказала о зелье, дал разрешение пользоваться закрытой лабораторией. Он не произнёс ни одного лишнего слова, но взгляд его стал чуть мягче.
А в то же время в стенах Хогвартса зреют перемены. По замку начали распространяться слухи: кто-то видел, как профессор Флитвик и Перси Уизли тайно беседовали с представителями Министерства. В одном из коридоров кто-то из учеников услышал имя Элис.
Но пока зелье варится, и дни отсчитываются до срока — Элис больше не боится.
Она стала сильнее.
Сильнее, чем когда-либо.
В третий день варки зелья Элис сидела в библиотеке, обложенная записями и свитками. Её лицо было спокойным, движения — точными. Даже Мадам Пинс не делала ей замечаний, хотя на столе у неё лежал фолиант, защищённый заклятием возрастной защиты.
Подошла Джинни, прищурившись:
— Ты чем-то сияешь, — пробормотала она, присаживаясь рядом. — Ну... не буквально, но ты... другая.
Элис подняла взгляд, удивлённо моргнув.
— В смысле?
— Уверенная. Решительная. Ты снова ты. Не вцепившаяся в страх и не уходящая в себя, как после болезни. А настоящая — та, которая могла в одиночку остановить третьекурсников, пытавшихся напугать перваков.
— Я просто... поняла, что нужно перестать прятаться, — улыбнулась Элис. — И у меня есть шанс. Большой шанс.
Гермиона, услышав это, отложила учебник и нахмурилась.
— Шанс? Элис, ты что-то нашла?
Секунда тишины.
— Возможно, — тихо ответила Элис. — Но я расскажу, когда буду уверена.
— Мы с тобой, — тихо проговорила Пэнси, подходя сзади. — Без вопросов. Хочешь — молчи, хочешь — колдуй тайком. Но мы рядом.
За её спиной уже стояли Гарри, Рон, Блейз и Драко. Джордж и Фред тоже кивнули — они только что пришли из коридора, где оставили кучу первокурсников, строящих макет Элис из подушек и бумаги.
— Надо же, — протянул Джордж, — в один момент ты снова стала собой, а в следующий — уже легендой. Наш герой снова в деле.
— Вы идиоты, — усмехнулась Элис, чувствуя, как горло сжимается от эмоций.
— Мы знаем, — хором ответили близнецы.
Тем временем зелье продолжало вариться. Каждую ночь, пробираясь в закрытую лабораторию, Элис проверяла консистенцию, цвет, аромат. Её магия уже начинала откликаться на зелье — она чувствовала тонкую вибрацию в пальцах, когда касалась колбы.
Однажды ночью Снейп застал её у котла. Он ничего не сказал, только подошёл и посмотрел на поверхность жидкости — глубокий синий, с искрами.
— Чистота идеальна. Ты не ошиблась, — произнёс он, тихо, почти с уважением.
— Благодарю вас, профессор, — ответила она сдержанно. — Мне это важно.
— Я не из тех, кто дарит слова, — отрезал он. — Но ты справляешься с тем, что даже взрослые мастера не рискнули бы готовить. Не подведи.
Утром, в Большом зале, атмосфера была необычно тёплой. Студенты, даже те, кто раньше сторонился Слизеринки, махали ей рукой, улыбались. Один мальчик-четверокурсник из Когтеврана поставил перед ней на стол маленькую коробочку.
— Это тебе. Я сам сделал, — пробормотал он и убежал.
Внутри был крошечный шар, внутри которого крутились звёзды — словно крошечная галактика. Надпись на бумажке гласила: "Ты — наша звезда, Элис."
— Если так пойдёт дальше, — пробормотал Тео, садясь рядом, — тебе начнут строить памятники ещё при жизни.
Элис рассмеялась, мягко пихнув его в плечо:
— Успокойся, придурок.
Он ухмыльнулся, не сводя с неё взгляда:
— Никогда. Ты сияешь. А я рядом, чтобы ловить всех, кто ослепнет от этого света.
Она не ответила — просто прижалась к его плечу, впервые за долгое время позволяя себе почувствовать лёгкость. Её ждали трудные недели, но она была не одна. И в сердце горело то самое чувство, которого не смогла уничтожить даже болезнь.
Надежда.