Искры в змеином гнезде

Обед в Большом зале медленно подходил к концу. На столах ещё оставались блюда, но почти никто не обращал внимания на еду — разговоры не смолкали. В центре внимания по-прежнему была Элис. Её руки были заняты подарками от первокурсников: цветы, мягкие игрушки, рисунки с зелёными и серебряными ленточками, на некоторых — она с метлой, с улыбкой, в центре Хогвартса, а на одном — с сияющими крыльями за спиной. Это было... трогательно до мурашек.
Тео обнял её сзади, уткнувшись носом в плечо.
— Похоже, у тебя уже есть собственный фан-клуб, капитан, — прошептал он, и Элис засмеялась.
— Прекрати, Нотт, — сказала она, но улыбка не сходила с её лица. — Ты просто ревнуешь.
— Конечно. Я всегда мечтал получить плюшевого дракона от пятилетнего слизеринца. Это слава, Элис. Не делись ею ни с кем.
Она слегка пихнула его локтем, и он притворно застонал от боли, изображая трагедию.
— Придурок, — фыркнула она.
— Но твой придурок, — подмигнул он, и она рассмеялась снова.
В этот момент Снегг прошёл мимо их стола. Его взгляд задержался на Элис, на её руках — бледных, с чёрными прожилками, словно древняя роспись, проступившая под кожей. Он ничего не сказал, только кивнул едва заметно — знак уважения. Или тревоги. Или понимания.
Она отвела взгляд. Несмотря на поддержку, тёплые объятия, письма и игрушки, болезнь оставалась с ней. Внутри. Тенекровь не исчезала — она затаилась, дожидаясь момента.
Позже, в башне астрономии, куда она ускользнула после ужина вместе с Тео, Элис стояла у перил и смотрела на звёзды. Ветер перебирал её волосы, а небо было таким глубоким, будто готово было проглотить весь мир.
— Ты чувствуешь это? — тихо спросила она. — Как будто всё меняется. Как будто приближается что-то... большое.
Тео встал рядом, положив руку на её спину.
— Да. Но ты тоже меняешься, Элис. Ты стала другой. Сильнее. Твоё сердце теперь словно горит. Раньше в тебе была боль, теперь... в тебе есть свет. Даже несмотря на болезнь.
Она повернулась к нему, глаза её были полны эмоций.
— А если я не справлюсь?
— Тогда я упаду вместе с тобой. Но сначала — буду сражаться рядом.
Их губы встретились в поцелуе — не робком и не отчаянном. Это был поцелуй силы, верности и любви. Как будто две души обещали друг другу идти до конца.
В ту же ночь ей приснился сон.
Она стояла на руинах старой башни. Вокруг пепел, чёрный туман, кровь. На груди горело зелёное сияние — знакомое, родное. Из тумана вышел силуэт — высокий, в плаще, с капюшоном.
— Ты — Сердце Тенекрови, — сказал он. — Но в тебе есть то, чего не было во мне. Ты — Свет Третьего Основателя.
— Кто ты? — спросила она.
— Тот, кто однажды отказался от добра ради силы. Но ты... ты должна выбрать.
Он исчез, оставив только слова в памяти.
Проснувшись, Элис почти не дышала. Сон пульсировал в голове, как заклинание, не дающее покоя. Она встала, оделась в халат и, босиком, направилась в библиотеку. Там, среди старых книг, в полумраке она снова наткнулась на ту самую: "Наследие Основателей: неизвестная история".
На странице, которую раньше она не замечала, сияли строки:

"Третий Основатель Хогвартса не был ни добрым, ни злым. Он был Сердцем — связующим звеном. Его магия была древней и смертельно опасной, но в ней жила сила исцеления. Только носитель чистого сердца мог управлять ею, не погибнув..."

Элис провела пальцами по тексту. Сердце стучало быстро.
— Это я, — прошептала она. — Я — связующее звено.
На следующее утро она сидела в Большом зале, когда пришло новое письмо. Прислали совы Ордена Феникса — Гермиона, Рон и даже Гарри, чьи имена стояли на конверте, поздравляли её с мужеством, называли светом Хогвартса.
— Герой Хогвартса... — прошептала она, глядя на письмо.
Рядом Тео хмыкнул:
— Это тебя теперь надо звать Элис Поттер?
— Лучше Элис Великая, — сказала она с ухмылкой, и он засмеялся.
И в этот момент Элис поняла: впереди ещё будет боль. Будет Тьма. Будет война. Но у неё есть друзья. Любовь. И сердце, способное светиться даже тогда, когда его окутывает тень.
Элис аккуратно развернула письмо — пергамент был мягким, как будто его долго держали в руках. Почерк Гермионы был чётким и ровным:

«Дорогая Элис,
Мы слышали о тебе. О твоей храбрости.
О том, как ты не сдаёшься.
О том, как ты, несмотря на боль, выбираешь свет.

Я не могу представить, каково это — носить в себе такую силу и такую ношу. Но я знаю, каково это — идти против всего, во что ты раньше верил, и искать новую дорогу.
Ты вдохновляешь нас.
Продолжай идти. Мы с тобой.
Гермиона Грейнджер,
Орден Феникса»

Следом шёл короткий, но тёплый абзац от Рона:

«Элис. Я не умею говорить красиво, но... ты крутая. По-настоящему.
Если что — зови. У нас есть метлы и волшебные палочки.
Рон»

И, наконец, строка от Гарри:

«Я знаю, каково это — когда весь мир смотрит на тебя и ждет, что ты выдержишь.
Но ты не одна.
Гарри Поттер»

Элис перечитала строки снова. И снова. А потом, неожиданно даже для себя, тихо разрыдалась.
Но это были не слёзы боли — это были слёзы облегчения. От осознания того, что где-то за пределами школы, где-то в другом уголке мира, есть те, кто её понимает. Кто верит в неё. Кто уже прошёл через что-то подобное.
Тео молча потянулся через стол и взял её за руку. Кивнул — спокойно, мягко.
— Ты не одна, — повторил он, глядя прямо в её глаза.
После уроков она вернулась в Общую гостиную Слизерина. Было шумно — кто-то спорил из-за домашнего задания, кто-то играл в шахматы. Но как только она вошла, разговоры стихли. Все взгляды обратились к ней.
— Элис, — первой подошла Дафна, неуверенно. — Мы... слышали, что тебе писали Герой Трёх Битв и его друзья.
— Да, — кивнула она. — И я всё ещё ваша. Даже если теперь я "звезда письма от Поттера".
Это вызвало волну смеха. Лёгкого, тёплого, настоящего.
— Ты наш герой, Элис, — прошептала одна из младших девочек. — Не только потому, что борешься с болезнью... но потому что ты осталась доброй. И это — самое сложное.
Позже, в своей комнате, когда все уже спали, Элис снова открыла книгу о Третьем Основателе. Рядом лежало письмо от Ордена, цветок от первокурсников и плюшевый дракон, которого она упрямо не убирала в сундук.
На полях книги чёрными чернилами проступила новая фраза. Её не было прежде. Но теперь она была написана — будто сама магия книги отозвалась на пробуждение Элис:
"Когда Сердце принимает Свет — Тень отступает. Но если Свет отвернётся, Тень пожрёт его навеки."
Она вздохнула и закрыла глаза.
— Я не дам Свету исчезнуть, — прошептала Элис.
На её руках тихо засияли те самые прожилки. Но на этот раз... в их глубине мелькнул свет.
Свет.