Когда сердца говорят.
После выхода из кабинета Флитвика Элис долго стояла у окна коридора, глядя на снежные завихрения над внутренним двором Хогвартса. Её голова была переполнена. Всё, что она узнала, будто сдвинуло её мир на новый уровень. И в этом новом мире она больше не могла быть одна.
Позже вечером, в Выручай-комнате, Элис собрала всех, кому когда-то доверяла — и кого оттолкнула. Тео, Седрик, Гермиона, Гарри, Рон, Панси, Блейз, Дин, Парвати, Невилл... И даже Луна пришла, будто почувствовала, что её место здесь.
Комната отозвалась мягкими диванами, тёплым светом и ароматом какао. Огонёк в камине плясал по лицам собравшихся. Все ждали. Никто не говорил. Только смотрели на неё.
— Мне нужно кое-что рассказать, — начала Элис, чуть охрипшим голосом. — Всё. Без прикрас.
Она говорила долго. Без пафоса. Рассказывала про Волдеморта. Про мать. Про братa. Про Полуночную комнату. Про подписи. Про Флитвика. Про то, как каждую ночь засыпает с чувством, что весь мир вот-вот рухнет, если она оступится.
Когда она закончила — наступила тишина. Такая, что можно было слышать, как тает снег на подоконнике.
А потом — Тео протянул руку и накрыл её ладонь своей.
— Знаешь, Элис... ты могла не рассказывать. Но ты сделала это. А значит — ты одна из самых сильных из нас.
— А ещё упрямая, — добавил Рон. — Очень. И вечно лезешь туда, где темно.
— Но и вечно находишь свет, — тихо сказала Гермиона.
Седрик смотрел на неё — взгляд, в котором больше не было боли. Только тепло.
— Я знал, что ты не исчезнешь. Даже когда хотел в это не верить.
Элис рассмеялась сквозь слёзы. Тихо. Честно.
— Вы, похоже, совсем спятили, раз до сих пор со мной.
— Это заразно, — усмехнулся Блейз. — Забота. Мы подцепили её от тебя.
— Ой, подцепили, — закатила глаза Пэнси. — Особенно когда ты смеёшься, будто можешь свернуть шею любой беде.
— Ну и сверну, — бросила Элис, а потом засмеялась громко, легко.
Комната наполнилась голосами. Они говорили обо всём — о матче, о снеге, о планах на выходные, о чаях миссис Уизли. Элис слушала и смеялась с ними, чувствуя, как тяжесть в груди отступает. Каждый их взгляд был как напоминание: она не одна.
В какой-то момент она посмотрела на них всех. И в её глазах загорелись огоньки — мягкие, светлые, искренние. Благодарность. Любовь. Забота. То, что не отнять, даже если рухнет весь магический мир.
Она не сказала вслух, но подумала:
''Я снова дома."