Возвращение из тьмы.
В Большом зале стояла привычная суета — завтрак, шёпот, смех, постукивание ложек по тарелкам. Ученики разных факультетов обсуждали домашки, квиддич, вечерние прогулки. Всё было как всегда.
Пока не распахнулись двери.
Гул голосов оборвался. Тишина обрушилась, как оглушающее заклинание.
На пороге стояла Элис Миллер.
На ней была разодранная мантия Слизерина, по краям черно-алых лоскутов были видны следы ожогов и иссечённой ткани, местами запёкшаяся кровь. Лицо бледное, почти серое. Под глазами — тяжёлые круги, губы потрескались от обезвоживания. Глазные яблоки — красные от слёз и бессонных ночей. Левый висок рассечён, на щеке — ссадина, правая рука подёрнута синяками. Она едва держалась на ногах, пошатываясь.
Словно тень самой себя, Элис стояла перед сотнями глаз, которые смотрели на неё в ужасе и шоке.
— Мерлин... — выдохнула кто-то из гриффиндорцев.
— Это что... кровь? — прошептала Парвати Патил.
Седрик Диггори резко поднялся из-за стола Пуффиндуя, его лицо побледнело, он инстинктивно рванулся вперёд, но замер — не зная, имеет ли он право.
Тео Нотт вскочил с лавки. Его глаза метались между её лицом и повреждениями на теле.
— Элис?! — воскликнул он, почти выбегая вперёд, но Пэнси схватила его за запястье.
— Посмотри на неё, Тео... это не просто падение с метлы... — прошептала она дрожащим голосом.
Профессора тоже поднялись со своих мест. Дамблдор — спокойный, но пристально наблюдающий. Профессор Снейп — его лицо стало каменным, но глаза горели гневом и тревогой. Макгонагалл прикрыла рот рукой.
Элис молча шагнула вперёд.
Один шаг. За ним второй. Её ноги подкашивались, но она не останавливалась. Гулкий стук её ботинок по полу эхом разносился по залу.
Она не смотрела ни на кого. Только вперёд. Только вперёд.
И вдруг — рухнула на колени.
Оглушённая толпа ахнула.
Седрик бросился к ней первым. Через миг — Тео. За ним — Гермиона, Пэнси, Джинни и даже Малфой с угрюмым лицом.
— Элис?! — Седрик упал рядом, аккуратно приподнимая её. — Кто это сделал? Кто с тобой это сделал?!
Она не ответила. Только шепнула одними губами:
— Он...
И потеряла сознание.
Спустя час она лежала в лазарете.
Мадам Помфри шептала проклятия, ухаживая за ранами. Ожоги, синяки, следы от проклятий — всё свидетельствовало об истязаниях не просто физическим, но и магическим способом.
Все были в коридоре.
Вся школа.
— Это сделал Тот-Кого-Нельзя-Называть... — прошептал кто-то.
— Она же Пожирательница... — пробормотал другой.
— Но зачем он ТАК с ней...?
Ответа не было.
Седрик сидел у входа, глядя в пустоту. Тео стоял рядом, сжав кулаки. Все друзья Элис — и Слизерин, и Гриффиндор — молча ждали.
Только профессор Снейп, выйдя из лазарета, тихо сказал:
— Она жива. И она сильнее, чем вы думаете.