Любовь расцветает весной

Юнги нервничает.

Возможно, ему даже страшно.

В его сердце поселилась тревога и не хочет вылазить от туда. В его голове слишком много вопросов и страхов, которые могут оказаться реальностью и это пугает. А все дело в том, что его любимый муж сам не свой последние три дня. Омега ходит, будто призрак, ни на что не обращает внимание, молчит все время и отвечает с трудом.

Мин никогда не видел Чимина таким. Каждый раз, как альфа обнимает своего мужа, тот крупно вздрагивает и простит выпустить его из объятий. Герцог не понимает, что творится с его благоверным. Последнюю неделю юноша не отходил от старшего и все время ластился, прося обнять и поцеловать, а сейчас такое...

Юнги не знает, что ему думать. Страшнее всего, что это может быть из-за того, что младший понял, что во второй раз ошибся. И от дум об этом мужчине откровенно больно. Он несколько раз спрашивал, что так беспокоит омегу, что тот так странно начал себя вести, но Чимин на это просто отмахивается и уходит, поджав губы.

Альфа поделился своими страхами с отцом, который просто развел руками, не зная, что делать в такой ситуации. Сокджин тоже говорил с невесткой, но даже ему юноша не признался. Он просто молчал, смотря в противоположную сторону, и гладил Солей, что сидела на его ногах.
Состояние младшего беспокоит всех и даже обычно молчаливый дворецкий справлялся*¹ о его здоровье.

Чимин изредка отвечал на заданные ему вопросы, если они не касались его состояния. А если они все же спрашивали и хотели добиться ответа, омега просто отвечал, что все нормально и он в полном порядке. Но какой тут порядок, если на нем лица нет? Юнги готов был рвать на себе волосы от беспокойства за мужа и все что ему оставалось — ложиться рядом с любимым перед сном, крепко обнимая и прижимая к себе, даже несмотря на протесты со стороны младшего.

И вот снова он смотрит на юношу, который только что вышел из-за ширмы и шел к кровати. Когда омега лег в постель, Мин придвинулся вплотную, положив руку на талию своей весны, и притянул к себе, максимально прижимая к своему телу. Чимин хотел отодвинуться, но сильная рука старшего не дала, сжимая тонкую талию через одеяло.

— Лежи, — рыкнул герцог и уткнулся носом в волосы на макушке любимого. — Почему ты не хочешь рассказать, что с тобой? — уже тише спросил он без былого приказного тона.

— Я не хочу говорить тебе об этом, — прошептал юноша, сжимая кончик подушки рукой, но это не было видно так, как его рука была накрыта одеялом.

— Ты понял, что не любишь меня? — еле слышно, а в голосе столько отчаяния и боли, что омега не выдержал и повернулся к мужу, замечая, как тот сдерживает слезы, закусив губу. Он был шокирован. Юнги показал ему свои слезы и это многое может сказать, а самое главное — альфа доверяет младшему.

— Нет, я люблю тебя, — Чимин погладил мужчину по щеке, глядя в его содалитовые глаза. — И я в этом уверен. Не думай так больше, прошу.

— А что прикажешь мне думать? — Мин схватил омегу за руку, что лежала на его щеке, и поднес к своим губам. — Весна моя, прошу, не мучай меня. Скажи, что тебя беспокоит, и давай вместе решим это, — он с мольбой в глазах смотрел на мужа, сжимая его руку своей.

— Юнги, я... — юноша сглотнул, прерывисто выдыхая, и продолжил: — Я расскажу, когда буду уверен, что хочу, чтобы ты знал об этом. Прости меня, — он закусил губу, забирая свою руку из крепкой хватки альфы, и поднялся с постели, накидывая на себя халат.

— Ты куда? — подорвался герцог в след за омегой и, встав напротив, положил свои руки на его предплечья.

— Юнги, ложись спать, — Чимин попытался убрать руки мужа, но тот только сильнее сжал его собственные руки. — Мне нужно подышать свежим воздухом. Я выйду в сад и вернусь через четверть часа.

— Давай я выйду с тобой или если ты так сильно хочешь побыть один, выйди на балкон, — мужчина начал бегать глазами по комнате.

— Я скоро вернусь, дорогой, — омега в ожидании посмотрел на старшего, пока тот не отпустил его, вздыхая.

— Четверть часа. Если не вернёшься, я пойду за тобой.

Чимин благодарно улыбнулся и вышел из покоев, направляясь в сад.

Гуляя по аллее в саду, он думал о словах своего отчима. Честно говоря, ему самому теперь страшно, а что делать — не знает. Единственный вариант, который он разглядывает, — попросить помощи у Ёнджэ, потому что говорить о таком с мужем или с его семьёй — страшно, вдруг его опасения окажутся правдой.

Размышляя об этом, омега все же решился и завтра отправится в поместье Пак, чтобы просить отчима о помощи, которую тот обещал предоставить в случае чего.

Когда он вернулся в покои, застал мужа за тем, как альфа сидит на краю кровати, прожигая взглядом часы, которые стояли на тумбе. Заметив любимого, Юнги подскочил и переминался с ноги на ногу, ожидая дальнейших действий мужа.

Чимин улыбнулся краем губ и лег на кровать, в ожидании смотря на мужчину. Тот не заставил долго ждать и лег рядом, обнимая младшего и прижимая к себе, чтобы как можно глубже вдохнуть столь любимый, лавандовый аромат.

***

Юноша еле смог уговорить мужа отпустить его к отцу, но то, что сам родитель может быть дома, — не учел. Выдохнув, он вошел в гостиную, сразу же становясь замеченным.

— Цветочек мой, ты приехал, — широко улыбнулся Хосок, поднимаясь на ноги и подошел к сыну, заключая того в объятия. — Я скучал по тебе, сынок. Как твои дела? Как дела у Минов?

— Все хорошо, батюшка, — Чимин бросил быстрый взгляд на Ёнджэ и вновь посмотрел на родителя. — Я... На самом деле, я приехал, чтобы поговорить с... — он замялся. Омега, честно признаться, не знает, как обращаться к отчиму. По имени будет неправильно, тогда по титулу? — с бароном и попросить съездить его со мной в бутик, — юноша заметил, что его отец был шокирован, а старший омега вопросительно на него смотрел, но все же поднялся на ноги, подходя к мужу и пасынку.

— Дорогой, если ты не против, мы поедим? — Ёнджэ улыбнулся барону, вызывая еще большее недоумение на его лице.

— Да, конечно. Конечно! Поезжайте! — закивал альфа, а в его голове было одно — его муж и сын нашли общий язык и даже едут вместе в бутик! Что может быть прекраснее? Похоже, все налаживается.

***

Сидя в карете, старший омега посмотрел на младшего, который жевал губы, но с начала поездки так и не заговорил. Вздохнув, он решил начать первым:

— Чимин, что-то случилось? — вышеназванный вздрогнул и поднял глаза на отчима.

— Вы говорили, что можете помочь мне, если будет нужно, — Ёнджэ кивнул и молчал, ожидая продолжения. — Эти дни я думал о Ваших словах. Насчет того, что Вы н..не можете иметь детей. Я хотел попросить Вас съездить со мной к доктору, чтобы он осмотрел меня, потому что мне кажется, что я тоже не могу... — совсем тихо закончил герцог, ожидая ответа старшего.

— Ты не говорил своему мужу о своих подозрениях и почему ты действительно едешь в поместье Пак, да? — барон ответ знал, но подтверждение ему нужно было.

— Да. Если это окажется правдой, я расскажу об этом Юнги, а если нет, то... Я просто хочу убедиться в том, что я могу родить ему ребенка, понимаете? Если окажется, что я не могу иметь детей, я расскажу Юнги и буду настаивать на разводе. Я не хочу портить его жизнь своим присутствием, — прошептал юноша, сжимая веер.

— Хорошо, — легко согласился Пак. — Но почему ты ему изначально не сказал о своих подозрениях? Он мог бы вызвать доктора к вам в поместье.

— Слухи. В поместье Мин практически невозможно найти место, где слуги не могут подслушать. Я не хочу, чтобы об этом начали распускать слухи, тем более если это окажется неправдой. Надеюсь, Вы понимаете.

— Конечно, — кивнул старший.

***

Когда Чимину разрешили одеться, а в палату вошел его отчим, омега пребывал в напряжении и страхе. Он еле как смог одеться и выйти из-за ширмы. Они со старшим омегой переглянулись и посмотрели на доктора, который вытирал мокрые руки после мытья полотенцем.

— Доктор, ну что Вы скажете? — в нетерпении подал голос Ёнджэ. Как же он хочет, чтобы у младшего не было такого же диагноза, как и у него. Пока он сидел снаружи, молил Бога, чтобы тот смиловался.

— Ваша Светлость, Вы полностью здоровы и можете иметь детей, — омеги выдохнули, а на лице Чимина появилась облегченная улыбка. У него только что буквально камень с плеч упал.

***

Ёнджэ отвёз младшего домой, а сам направился в поместье Пак. Юноша буквально светился и парил над землёй, ведь теперь он точно знает, что сможет подарить любимому мужчине ребенка.

Когда Чимин вошел в поместье, взволнованный дворецкий поприветствовал его и провел в гостиную. Там по комнате расхаживал Юнги, сложив руки за спиной, а когда заметил мужа, направился к нему.

— Почему ты не сказал? — омега нахмурился, не понимая, что имеет в виду его муж.

— О чем ты?

— О твоей поездке в поместье Пак. Твой отец приезжал. Сказал, что вы с его супругом нашли общий язык и даже отправились вместе в город, в бутики. Почему ты сразу не предупредил, что собираешься в город? — пояснил Мин, пытаясь унять рычание в собственном голосе.

— Это было спонтанно. Но в чем проблема, Юнги? Мне нельзя поехать в город с мужем батюшки без твоего разрешения?

— Дело не в том, что тебе нельзя без моего разрешения, а в том, что это опасно. Вдруг тебе будет грозить опасность, а я даже не знаю, где ты и не смогу помочь, — нахмурил брови герцог.

— Какая опасность в нашем городе, Юнги? Это ведь небольшой город, тем более не столица, — фыркнул Чимин.

— Ты забыл о герцоге Квоне и его желании отомстить моему отцу и нашей семье? — прорычал альфа. — Чимин, я прошу тебя не поступать больше так опрометчиво. Говори мне заранее, куда собираешься, чтобы я знал, где тебя искать в случае чего, — он вздохнул, протягивая руки к любимому, чтобы заключить в объятия.

— Хорошо, — юноша обнял мужчину, утыкаясь носом в его шею. — У нас обязательно получится и я подарю тебе ребенка, — прошептал он, чувствуя, как руки сжимают его талию. — Обещаю.

— Я буду ждать того момента, когда почувствую изменения в твоём запахе.

Справляться*¹ — спрашивать, интересоваться.