Глава XXXIV.
эстетика и арт Мэри Пауэл от Abi_Fox ❤️
Драко мгновенно вынул волшебную палочку из брюк и наставил её на парня, который грубо прижимал Мэри к стене. Злость закипали в венах, он видел облегчение в глазах девушки, когда та увидела его, но оно вмиг сменилось на сожаление.
– Уходи, сын, ты ничем не сможешь ей помочь. Я сильнее тебя, а ты лишь глупый мальчишка, по уши влюбленный в красивые глазки очаровательной Мэри Пауэл, – от голоса Люциуса у Мэри по спине пробежал холодок.
Младший Малфой нахмурил брови, сверкая серыми глазами, горящими от гнева и сказал заклинание, делая палочкой круговое движение и целясь в парня, который держал Мэри.
Мгновение и он отлетел к другой стене и девушка, воспользовавшись моментом, кинулась к Драко и достав свою палочку, встала рядом с ним, нацелившись на Люциуса, который продолжал победно ухмыляться и смотреть на них ледяными серебристыми глазами.
– Ты жалок, сын, – сказал он, зная, что Драко не причинит ему вреда, но как же он был неправ, говоря подобное. Любовь слизеринца была куда глубже и он не позволил бы даже родному отцу причинить боль Мэри или даже коснуться её пальцем. В руках Люциус сжимает изящную палочек, которая до этого была спрятана в широком рукаве дизайнерской мантии.
– Экспемиармус! – выкрикивает Мэри неожиданно и палочка в одно мгновение вылетает из рук мужчина и падает рядом с бессознательным телом парня.
– Зачем ты всё это делаешь, отец? – рычит Драко, искренне не понимая, зачем отцу вытворять подобное.
– Ты знаешь, кто её мать, сын? – отвечает вопросом на вопрос Люциус. Слизеринец хмурится, перевод взгляд на Мэри, в её зелёных глазах вновь читается сожаление и боль.
– Моя мать была темной волшебницей, которую все боялись и тогда, что защитить магический мир министерство объявило, что тот кто убьет её, будет щедро вознагражден, – ответила Мэри, ожидая, что слёзы хлынут из глаз, а сердце в груди больно кольнет, но нет – она не почувствовала ничего и от этого было не лучше. Она до последнего не верила, что этот шрам в виде замочка будет лишь обычным шрамом, но это оказалось не так, она не чувствовала...
***
Гарри, предчувствуя что-то нехорошее, вышел из Большого Зала. Сердце в груди бешено колотилось. Он волновался за Мэри, пусть она и не была его сестрой. Северус рассказал ему всё и от этого рассказа даже Поттеру стало нехорошо. Он был шокирован, опустошен и чувствовал себя обманутым, но пришлось взять себя в руки, как и всегда, потому что он не привык быть слабым.
Он не понимал много из того, что сказал Снейп. Например, зачем его матери нужно было связывать своего сына с девушкой, которая обладает сильнейшей магией, к тому же темной. Почему тот мужчина обратился именно к его отцу, а не к тому, кто сильнее. Гарри считал этого мужчину и настоящую мать Мэри виновными в смерти Лили и Джеймса. Они отдали свои жизни за девочку, которую даже не знали. Это было сильно. Гарри думал и понимал, что вряд ли поступил также и от таких мыслей ощущал укол вины.
***
Люциус словно пантера грациозно ринулся к Мэри, заставляя её судорожно выдохнуть. Взяв тонкое запястье в свою холодную бледную ладонь, старший Малфой подвернул её рукав, обнажая покрасневшие запястья, и увидел шрам в виде замочка. Придя в себя от шока, она попыталась вырвать руку, но тот крепко сжимал его, разглядывая шрам с интересом и с превосходством во взгляде. Он знал, что так будет. Знал и чувствовал себя победителем. Но последний раунд был за Мэри.
– Вам никогда не отнять у меня ничего, что принадлежит только мне, – процедила она она зубы. Гнев в крови закипал, она чувствовала на себе взгляд Малфоя, который по прежнему наставлял палочку на отца, но не решается использовать магию на нём. Он любит его, каким бы он не был и Пауэл это видит, потому что не в праве заставлять его нападать и ненавидеть человека, который воспитывал его. Ведь невозможно не любить человека, который был с тобой всю жизнь, каким бы плохим он не был. – Если вы попытаетесь сделать это, я не сдамся и тогда вам придется убить меня. – добавила с ехидной ухмылкой на губах, глядя в ледяные серые глаза, которые сейчас выглядят настороженно.
Мэри чувствовала, как становится невыносимо жарко, как тело пульсирует, а кровь в венах кипит.
Секунда и Малфой зашипел и отошёл назад, глядя на покрасневшие ладони. В глазах Мэри горело самое настоящее пламя.
Драко нахмурил брови, наблюдая за происходящим и абсолютно не понимая, что происходит.
Девушка обернулась, бросила на него странный сожалеющий и полный боли взгляд и зашагала по коридору, перед этим аккуратно перешагнув через парня, лежащего на полу без сознания.
Малфой остались на месте, глядя ей вслед и в голове каждого вертелась мысль «Какого Мерлина только что произошло?».
***
Завернув за угол, Гарри наткнулся на Малфоев, который стояли друг напротив друга и смотрели в пустой коридор. Рядом лежал парень девятнадцати лет, которого Гарри сразу узнал, потому спрашивал у него о Мэри, представившись другом из прошлой школы.
– Что тут произошло? – нахмурив темные брови, непонимающе спросил гриффиндорец, глядя то на Драко, то на Люциуса.
– Иди отсюда, а, Поттер, – вымученно выдохнув, ответил слизеринец и пошел по темного коридору, оставляя Гарри наедине с Люциусом и лежащим на полу парнем.
– Дамблдор не оставит этого так, – пытаясь говорит, как можно уверенее и твёрже, заявил Поттер, сверкая зелёными глазами.
Люциус ухмыльнулся, словно хищник, рассматривая лицо гриффиндорца своими серыми ледяными глазами.
– Так и не научился выбирать друзей, Гарри Поттер.