...

Приближается полночь, и что-то страшное затаилось во тьме.
В лунном свете ты ловишь зловещий взгляд, и твоё сердце едва не останавливается.
Ты хочешь закричать, но страх лишает тебя дара речи.
Ты начинаешь дрожать, а кошмар заглядывает тебе прямо в глаза,
И ты не можешь пошевельнуться.

Ты слышишь, как захлопнулась дверь, и понимаешь – бежать некуда.
Ты чувствуешь прикосновение холодной руки и боишься,
Что больше не увидишь солнечного света.
Ты закрываешь глаза и надеешься, что всё это тебе просто померещилось,
Но ты слышишь, как что-то подкрадывается сзади.
Твоё время истекло!

Thriller (оригинал Michael Jackson)

День, на который была назначена операция мести, прошел для Гермионы как в тумане. Она уже в тысячный раз повторяла про себя план, чтобы убедиться в его безупречности, когда ее вывел из раздумий тихий голос Андриана: «Надо поговорить». Гермиона кивнула, поднимаясь с почти опустевшей скамьи в Большом зале — ужин подходил к концу, и многие слизеринцы уже покинули стол — и направилась вслед за Пьюси к выходу.

Завернув в пустой коридор, слизеринец остановился у окна и повернулся к девушке. Несколько секунд он изучающе разглядывал Гермиону, словно прикидывая, стоит ли все-таки начинать этот разговор, и, наконец, что-то решив для себя, заговорил:
— Ты собираешься предупредить Уизли?

Гермиона в изумлении приоткрыла рот, не ожидая подобного вопроса и не зная, что ответить. Она думала над этой проблемой с момента утверждения плана и все еще не была уверена, как поступить. С одной стороны, Джинни помогала слизеринцам, рассказала о готовящихся нападениях и вообще хотела уйти из Отряда Дамблдора, и позволить ей быть подвергнутой мести Клуба было бы ужасно. С другой же стороны, если Уизли не будет присутствовать в этот момент вместе со всеми в Выручай-комнате, то именно ее сочтут предательницей, а хуже этого ничего быть не могло: Гермиона знала это по собственному опыту. Поэтому, несмотря на то, что до "часа-X" оставалось совсем мало времени, девушка так и не решила, что делать. Об этом она и рассказала Андриану. Слизеринец некоторое время помолчал, раздумывая над сложившейся ситуацией, а затем предложил настолько простой выход, что Гермионе стало стыдно, что она сама не догадалась:

— Я, ты и Малфой собираемся укрыться от боггартов под магическим куполом. Так почему бы нам не взять туда же Джинни? В комнате будет такая суматоха, что ее отсутствие после начала операции вряд ли кто заметит.

Разумеется, Гермиона сразу же согласилась с этой идеей, поинтересовавшись лишь о том, почему именно его так заботит судьба Уизли.

— Может, она мне нравится? — загадочно усмехнулся Пьюси и покинул коридор, оставив Гермиону размышлять над тем, выйдет ли что-то из этой пары.

***

— Ну, вот мы и на месте! — объявила Гермиона Драко и Андриану, когда они оказались в Выручай-комнате. Их просьба была длинной и хорошо продуманной, и ребята надеялись, что комната сделает все в точности так, как ей было сказано. — Теперь мы устанавливаем защитный купол и...

— ... и ждем, — закончил за нее Малфой. — Хватит уже повторять наш план, все усвоили!

Спорить Гермиона не стала. Ругаться перед такой сложной и ответственной операцией было просто глупо и недальновидно.
Чтобы установить защитный купол, потребовалось немало сил все троих слизеринцев: он включал в себя чары невидимости и неслышимости, защиту от колдовства наподобие заклинания Протего, только с большими функциями, в том числе он должен был защитить их от боггартов, и, конечно же, чары расширения пространства, ведь прятаться они собирались в маленьком углу почти за шкафом , в котором они оставили боггартов. Создав непроницаемую сферу, слизеринцы удобно устроились на подушках, используемых всегда ОД для тренировки различных заклинаний, и принялись ждать.

Первыми в комнату вошли, как и ожидалось, гриффиндорцы: Невилл, Джинни, Симус, Парвати, Лаванда, братья Криви и еще несколько учеников с более младших курсов. Очевидно, собрание должно было стать масштабным, раз пришло столько народу. Опасения Гермионы подтвердились, когда прибыли когтевранцы и пуффендуйцы: Полумна, Терри Бут, Майкл Корнер, Энтони Голдстейн, Падма, Ханна Аббот, Джастин Финч-Флетчли, Эрни Макмиллан и Захария Смит. Кроме того, среди них также было несколько человек с шестого курса, знакомых Гермионе только внешне. Несмотря на все ухищрения главной старосты ОД все же набирал силу, новичков становилось все больше.

— Почему их так много? — прошептал Малфой, обращаясь к Гермионе.

Девушка лишь пожала плечами. Они и правда не ожидали, что будет так много людей. Месть была предназначена лишь для тех, кто организовывал нападение на студентов Слизерина, а не на весь отряд. Впрочем, откуда им знать, возможно, все здесь присутствующие принимали какое-либо участие в этом.

Тем временем Невилл объявил, что все собрались и можно начинать. Гермиона тотчас при помощи того же способа с монетами дала знать об этом Нотту и Блез, которые организовывали перекрытие коридора перед Выручай-комнатой и темноту в нем.

— Мы собрались здесь сегодня, чтобы обсудить произошедшее вчера столкновение, — вещал Долгопупс. — Как Вы помните, мы провели обряд, который обеспечил нам защиту от заклятий слизеринцев, — присутствующие согласно закивали, давая понять, что понимают, о чем речь. Все присутствующие. «О Мерлин! Так вот чем они привлекли столько народу!» — поняла Гермиона. — Только вот это не объясняет, почему наши заклинания не действуют. У кого-то есть предположения?
Предположения, разумеется, были: о побочном действии обряда, о наложенных на их палочки ограничениях и так далее, но Гермиона их не слушала. Только что Невилл, сам того не понимая, выдал ее перед Малфоем и Пьюси, которые уже вопросительно смотрели на нее.

— Какого черта они провели тот же обряд, что и мы? — наконец не выдержал Андриан. — И когда ты собиралась нам об этом сказать?
Гермиона беспомощно посмотрела на Драко, который, похоже, уже осознал и как-то объяснил себе произошедшее, и теперь с повышенным вниманием наблюдал за пылью, кружащейся под потолком и постепенно оседающей на пол. Поняв, что помощи от него ждать бесполезно, девушка перешла в наступление:

— Видишь ли, Андриан, я не могу тебе доверять. Поэтому у тебя сейчас два выхода: позволить стереть себе память и выслушать на следующем собрании общую версию о том, что я понятия не имею, как такое произошло, или прямо сейчас встать на мою сторону в этой войне. Это серьезное решение, но, учитывая твое отношение к Джинни, возможно, для тебя будет лучше быть с ней в одном лагере.

— Ты имеешь ввиду, что ты все еще на одной стороне с Отрядом Дамблдора? — напряженно спросил Пьюси.

— Нет, я имею ввиду, что у меня есть собственная сторона, — ответила Гермиона, приготовив палочку на случай, если Андриан поведет себя слишком импульсивно.

— Война всех против всех, — отстраненно процитировал Драко фразу из пророчества. — Я бы на твоем месте не лез в это, друг.

— Но на своем ты, как я погляжу, уже влез, — усмехнулся другой слизеринец. — Что ж, была не была, я с тобой, Гермиона. Не хочется мне никому лизать задницу, ни Лорду, ни шавкам Дамблдора. А с тобой, по крайней мере, можно нормально выпить.

— Что? Когда это вы успели?! — воскликнул Малфой, вспоминая свою совместную попойку с Гермионой. А что если она со всеми так себя ведет, когда выпьет?

Зарождающуюся ссору прервал донесшийся до них холодный женский голос:

— Они тоже провели ритуал, разве не ясно?

В комнате воцарилась тишина, все взгляды были прикованы к Полумне, которая, в свою очередь, смотрела на Джинни.

— Так откуда ты взяла этот ритуал, Джинни? — продолжила когтевранка.
Гермиона поняла, что нужно спасать подругу. Рыжеволосая гриффиндорка никогда не была асом в импровизированной лжи, поэтому прежде чем ей снова придется отвечать на этот вопрос, с ней нужно было все обсудить.

— Алохомора! — прошептала Гермиона, направляя палочку на шкаф с боггартами.

А в следующий миг начался настоящий кошмар. То, что что-то пошло не так, Гермиона поняла с первой минуты. Свет в комнате погас, стало холодно, запахло гнилью. Отовсюду раздались крики ужаса, совсем рядом послышался топот ног, а затем Гермиона почувствовала, как защитная сфера упала — и девушку словно засосало внутрь творившегося кошмара. Кто-то толкнул ее, и Гермиона, не удержав равновесие, упала. Как только ее голова коснулась пола, настала гробовая тишина, по пустой комнате пронесся ветер, завывая и хлопая невидимыми в кромешной тьме окнами.

Гермиона осталась одна.

***

Драко снова оказался в ненавистном тумане, поглощающем любое движение и любой звук. После того как Гермиона открыла шкаф, на несколько мгновений наступила темнота, а когда она рассеялась, Малфой оказался в тумане, а вокруг никого не было.
Зная по своим предыдущим снам, что ждать бесполезно: туман не исчезнет, Малфой двинулся вперед, сквозь грязно-серую мглу. По пути слизеринец обдумывал, что на самом деле произошло. Ведь боггарты не действуют так. Они могут превратиться в объект, которого человек боится, но создать атмосферу... К тому же, Драко не был уверен, что боится тумана. Впрочем, Малфой несомненно страшился того, что он скрывал, стало быть, и самого его тоже.

Наконец туман начал рассеиваться, и Драко увидел перед собой тяжелую дубовую дверь. Тяжело вздохнув, он взялся за ручку и резко распахнул ее, готовый ко всему, кроме того, что увидел.

***

Андриан пробирался сквозь толпу кричащих, плачущих и стонущих людей, освещая палочкой путь. Осознав, что все идет не по плану, парень бросил Драко и Гермиону и кинулся искать Джинни. Темнота мешала, и Пьюси злился на того, чьим она была страхом. Вроде взрослые все люди! Вдруг парень заметил мелькнувшую копну рыжих волос и бросился туда. Джинни неподвижно стояла к нему спиной, и Андриан подошел ближе.

— Уизли, — неуверенно позвал он.

И девушка обернулась. Слизеринец в ужасе отшатнулся, глядя в пустые глазницы и приоткрытый в немом крике рот. Палочка выпала у него из рук, свет погас, а затем он почувствовал ледяные руки, мертвой хваткой вцепившиеся в его плечи.

***

Гермиона в очередной раз поежилась от холода. Девушка не знала, сколько прошло времени с тех пор, как она очутилась в этом месте. Поначалу она пыталась понять, где она находится, но, как оказалось, на комнате был антимагический купол: палочка Гермионы не смогла воспроизвести даже элементарного Люмоса. Тогда она решила наощупь поискать выход, но как только она поднялась на ноги, в комнату влетел очередной порыв ветра, окна снова угрожающе захлопали, а где-то сверху послышались шаги. Легкие, быстрые, словно ребенок пробежал по деревянному полу. Гермиона вскрикнула и опустилась на пол. Больше она двигаться не пыталась, сидя в непроглядной тьме и мертвой тишине.

Становилось все холоднее. Тонкая мантия уже не согревала, палочка была бесполезна. Что делать дальше, Гермиона не имела ни малейшего понятия. Происходящее было похоже на сюжет фильмов ужасов, которых она так боялась в детстве. Боялась... О Мерлин! Боггарты, самый сильный страх...

Гермиона начала судорожно вспоминать объяснения профессора Люпина и книги, которые она читала на тему боггартов. Но по всему выходило, что происходящее невозможно! Боггарты не могли создавать обстановку! И, тем не менее, это случилось...

«Так, успокойся, — сказала себе Гермиона. — Это не взаправду, это просто боггарт. А если это так, то ты знаешь, как с ним бороться. Тебе только кажется, что палочка не работает, на самом деле это просто иллюзия».

Однако как бы Гермиона не пыталась, а справиться с этой задачей ей не удалось.

— Ридикулус, Ридикулус...— шептала девушка, представляя всевозможные смешные ситуации и вспоминая все пародии на фильмы ужасов, которые она только знала. Но ничего не выходило. Палочка оставалась такой же безжизненной деревяшкой, холод становился все сильнее.

***

За дверью был сад невероятной красоты. Запахи разных сортов роз, тюльпанов, лилий и пионов смешивались в один непревзойденный пьянящий аромат. Драко вошел в сад и захлопнул дверь, которая тотчас заросла темно-зеленым плющом. Пораженный невероятной красотой, жмурясь от яркого летнего солнца, Малфой двинулся вперед.
Бредя по извилистой дорожке, Драко наслаждался свежим воздухом и заливистым пением птиц. У него было такое чувство, будто он оказался в раю.

Спустя некоторое время парень вышел к небольшой деревянной беседке в тени яблонь. Приглядевшись, Драко увидел, что она не пуста: на длинной скамейке спиной к нему сидела женщина со светлыми волосами. Услышав его шаги, она обернулась, и Малфой узнал в ней свою мать. Сейчас она выглядела намного моложе и свежее, на лице еще не отражалось ни постоянной усталости, ни беспокойства.

— Драко! Ты уже вернулся! — воскликнула Нарцисса и заспешила к сыну, чтобы заключить его в объятия. Это было довольно странное поведение, ведь в семье Малфоев не было принято столь явное проявление эмоций.

— Вернулся? — неживым голосом переспросил слизеринец, пытаясь понять, что здесь все-таки происходит.

— Ну да, ты ведь говорил, что поехал навестить свою невесту, — ответила женщина.

— Да-да, конечно, — поспешно кивнул Драко.

— И как поживает Астория? — поинтересовалась мать.

«Кто? — подумал Драко. — Что еще за Астория, и почему мама называет ее моей невестой? Где я, Мерлин побери, оказался?»

— Просто замечательно, — тем временем ответил он.

— Ну что ж, раз ты уже здесь, можно начинать обед. У нас в гостях Лестрейнджи.

Нарцисса в очередной раз улыбнулась и направилась дальше по аллее. Малфой последовал за ней. Когда они вышли из сада на гравийную дорожку, Драко увидел дом. Свой дом. Поместье Малфоев. Но только сейчас он понял, что этот необыкновенный сад был ИХ садом, в котором он играл и гулял все свое детство! Но, Мерлин, он никогда таким не был! Таким цветущим, наполненным жизнью...

Едва они с матерью приблизились к дому, как из дверей вылетела никто иная как Гермиона.

— Драко, мой любимый кузен, как же я соскучилась! — воскликнула девушка, кидаясь ему на шею. — Идем скорее в дом, мне столько всего нужно тебе рассказать!

Пораженный, Драко позволил Гермионе затащить себя в поместье, вверх по лестнице в ту же самую комнату, которую реальная Гермиона занимала сейчас. По пути Малфой подмечал изменения в этой девушке. Ее волосы были на несколько тонов светлее и совершенно не вились, движения изящнее, аристократичнее. На шее у девушки висел тяжелый кулон из платины, а запястье обвивал красивый браслет с бриллиантами. Словом, Гермиона выглядела так, будто всю жизнь жила в чистокровной аристократической семье, а не была выращена маглами.

— Драко, ты ни за что не угадаешь, что произошло! — широко улыбаясь, сообщила ему девушка, едва они устроились на диване. — Теодор сделал мне предложение!

— Теодор? Нотт? — голос Драко прозвучал так, словно он впервые заговорил за долгое время.

— Ну, конечно, кто же еще!

Внутри Малфоя творилось что-то невообразимое. Ему хотелось убить Нотта, наорать на Гермиону за то, что она так спокойно сообщает ему об этом, зная о его к ней чувствах, и, более того, называет его «мой любимый кузен», но Малфой сдержался. Он понимал, что оказался в непонятном месте, где все верх дном и вообще не ясно, что происходит.

— А твоя мать не против?

— Мама? Что за глупые вопросы ты задаешь? Драко, почему ты не можешь просто порадоваться за меня? — обиженно спросила Гермиона.

— Я ведь была рада за вас с Асторией!

— Да кто вообще такая эта Астория! — не выдержав, заорал Малфой, вскакивая с дивана.

— Твоя невеста... Драко, что происходит?

Вдруг неожиданная догадка поразила Малфоя. Он медленно опустил взгляд вниз и посмотрел на предплечье своей левой руки. Метки не было.

***

— Круцио! Круцио! — кричала Беллатриса Лестрейндж, указывая палочкой на корчащуюся на полу Полумну Лавгуд. — Посмотри, Долгопупс, скоро она превратится в такое же безвольное растение, как и твои мамочка с папочкой.

Невилл с ужасом смотрел на происходящее. Он никак не мог понять, как Пожирателям удалось попасть в Хогвартс и почему никто из отряда Дамблдора не спешил им на помощь. Но это было не так уж важно. Главнее были неразрываемые путы на его теле и сходящая с ума на его глазах Луна. Понимая, что абсолютно ничем не может ей помочь, Невилл запрокинул голову и закричал от бессилия.

Его крик отразился от стен и растворился в десятке других голосов.

***

— Замерзла? — раздался незнакомый голос в тишине. Гермиона, уже почти заснувшая от холода, испуганно шарахнулась от того места, откуда донесся звук, напряженно вглядываясь в темноту.

— Кто здесь? — спросила она дрожащим голосом.

— Не узнаешь меня, конечно, — протянул все тот же грубый мужской голос. — Убила, а теперь не узнаешь...

— Я никого не убивала, — пискнула девушка, отползая еще дальше.

— Ложь! — неожиданный вопль заставил Гермиону подпрыгнуть на месте. Слезы навернулись на глаза от страха.

В следующий миг сотни прожекторов засветили в окна, заставив девушку, привыкшую к тьме, зажмуриться. Когда она открыла глаза, то увидела перед собой призрачную фигуру человека. Его тело было по-настоящему ужасно. Казалось, будто руки и ноги прикрепили к нему как попало, под неестественным углом, да и сами конечности были странно изогнуты. На белом полупрозрачном лице отчетливо виднелась кровь, вытекающая изо рта, разбитого носа и струящаяся по подбородку и шее.

Гермиона непроизвольно вскрикнула. От вида человека ей стало плохо.
— Я так ужасен? — прошелестел он, к ужасу девушки, не открывая рта.

— Впрочем, если бы ты упала с высоты птичьего полета, то выглядела бы не лучше.

— Ру...Рудольфус Лестрейндж? — прошептала Гермиона.

— Он самый, — усмехнулся Пожиратель. — Ты как твоя мать, ничем не лучше, уж поверь мне, я сумел изучить вас обеих. И закончишь ты свою жизнь еще хуже, чем она. Уж я об этом позабочусь. А теперь — время мести. Прощай, Гермиона.

Фигура исчезла, свет снова погас, и девушка услышала негромкий скрежет сотен маленьких лап по полу. Целые полчища крыс, Гермиона знала на подсознательном уровне, что это были именно они, торопливо приближались к ней.

***

— Ну что, они их выпустили или нет? — казалось в сотый раз за прошедший час поинтересовался Нотт.

— Да не знаю я, — раздраженно ответила ему Блез. Она ходила вдоль по коридору мимо двери в Выручай-комнату, из-за которой не доносилось ни звука, и нервничала из-за того, что Гермиона, Драко и Андриан так и не дали о себе знать за последние 40 минут. Перуанский порошок мгновенной тьмы действовал всего полчаса, и рассыпать его следовало лишь за несколько мгновений до того, как члены Отряда Дамблдора начнут покидать комнату. — Может, у них что-то случилось?

— Да что у них могло случиться? — зло усмехнулся Теодор, но встретившись с горящим взглядом Забини, вернул на лицо серьезное выражение. — Ладно, подождем еще немного, а потом проверим.
Блез неохотно согласилась, и они снова погрузились в ожидание.

***

Кожа была чиста. Драко завороженно смотрел на свою руку, не в силах поверить в свое счастье. Он был свободен!

— Выбери, Малфой, — прошелестел голос над его ухом.

Парень вздрогнул и поднял глаза. Перед ним была все та же комната с Гермионой Лестрейндж, но теперь она была словно за стеклом.

— Это мир без Волан-де-Морта, — услышал он все тот же бесплотный голос. — А теперь посмотри направо.

Драко послушно повернул голову и увидел другое помещение, за таким же стеклом. Оно было освещено пугающим инфракрасным светом, дающим понять, что в самой комнате на самом деле было темно. В центре на полу сидела Гермиона. Такая, какой ее знал Драко: с темной копной волос, уверенным и твердым взглядом. Она раскачивалась вперед-назад, обхватив себя руками, и что-то шептала. А вокруг нее, медленно приближаясь, шелестели несколько десятков огромных крыс.

— Выбери, Малфой, — устало повторил голос. — В одной реальности ты свободен от Лорда, у тебя есть красавица-невеста, заботливые родители, прекрасный дом и сад, а для Гермионы ты самый любимый брат, который всегда придет на помощь, защитит и даст правильный совет.

Драко снова перевел взгляд на комнату, где сидела Лестрейндж. Девушка улыбалась своим мыслям и поправляла оборочки на платье.

— А в другой реальности тебя ждет война, страх, рабство и пророчество, которое заставит тебя пройти все круги ада вместе с Гермионой. Ты будешь любить ее, но эта любовь принесет тебе чуть радости и море боли. Выбери, Малфой.

Драко переводил взгляд с одного помещения на другое.

Крысы все приближались к одинокой фигурке девушки, по ее щекам катились слезы, она дрожала всем телом то ли от холода, то ли от ужаса.

Мягкие лучи солнца заглянули в комнату особняка Малфоев. Дверь отворилась, и вошла счастливая Нарцисса, чтобы позвать брата с сестрой к обеду.

«Выбери... Выбери... Выбери... Выбери... Выбери... Выбери... Выбери...»

— Нееет, — простонал Драко, опускаясь на холодный мраморный пол. Он не мог ВЫБРАТЬ.

***

В первые мгновения Джинни была удивлена произошедшим. Внезапно погасший свет нисколько не испугал девушку, но последовавшие за этим крики ее взволновали. Гриффиндорка достала палочку, зажгла огонек на ее конце и оглянулась по сторонам, чтобы понять, что происходит.

Вокруг был шум и гам. Люди метались из стороны в сторону. Совсем рядом неподвижно стоял Невилл, в его стеклянных глазах отражался ужас и беспомощность. Казалось, он видел совсем не то, что было в действительности перед его глазами. Джинни попыталась как-то растрясти друга, но тот даже не заметил ее.

Девушка двинулась дальше. К своему ужасу, она замечала это стеклянное выражение в глазах всех, кого встречала на своем пути. Кто-то бежал, кто-то кричал и отмахивался от чего то, кто-то шевелил руками и ногами, как будто пытался выбраться из глубокой ямы или озера.

Вдруг Джинни споткнулась об кого-то. Опустив палочку, гриффиндорка осветила фигуру девушки, в которой узнала Гермиону. Та раскачивалась взад-вперед и шептала: «Ридикулус...Ридикулус». Чуть дальше на полу обнаружился Малфой, отчаянно переводящий все тот же стеклянный взгляд с одной невидимой Джинни картины на другую.

«А вот это уже интересно, — подумала Уизли. — Что здесь делают слизеринцы? И Ридикулус ведь заклинание от боггарта.... Что же тут происходит?»

Сделав еще несколько шагов, девушка увидела в дальнем углу Андриана Пьюси, отбивающегося от чего-то, что, по-видимому, вцепилось ему в шею. Джинни быстро двинулась в ту сторону, но никого не увидела. Парень просто исчез! Вместо него на полу лежала маленькая черная книжка...

Джинни завороженно подняла ее и раскрыла.

«Ты стала совсем взрослой, Джиневра. Я скучал по тебе, почему ты не захотела мне помочь? Почему выбрала его?»

Буквы появлялись одна за другой. До боли знакомый почерк снова врезался в ее сознание чужим, холодным, но таким близким и родным, голосом.

— Том, — беззвучно прошептала гриффиндорка, против воли вглядываясь в каждую строчку.

***

Тварь, обернувшаяся Джинни Уизли, душила Андриана. Слизеринец отчаянно пытался разжать ледяные пальцы, вцепившиеся в его горло, но ничего не выходило. Перед глазами заплясали звезды, Пьюси уже не надеялся отбиться....

Внезапно все закончилось. Видение исчезло так же быстро, как и появилось. Андриан тут же сделал слишком большой глоток воздуха и закашлялся. Придя в себя, он понял, что находится все в той же Выручай-комнате, а его волшебная палочка валяется под ногами. Подняв ее, слизеринец зажег свет и увидел прямо перед собой Джинни Уизли. Парень сначала отшатнулся, боясь, что видение вернулось, но потом понял, что на этот раз Джинни настоящая. Девушка смотрела остекленевшим взглядом на какую-то вещь, которую держала в руках, и плакала. Ее губы шевелились, что-то шепча.

Андриан подошел ближе и обнял девушку за плечи. Джинни выронила то, что держала в руках, и подняла на слизеринца испуганный, но вполне вменяемый взгляд. Тем временем боггарт метался между страхами двух человек, оказавшихся перед ним, пытаясь найти общий.

— Ридикулус! — выкрикнул Андриан, указав палочкой на нечто неопределенной формы. Но вместо того чтобы преобразиться, привидение с громким свистом понеслось в другой конец комнаты пугать других студентов.

— Что это было? — выдохнула Джинни.

— Месть за выходку ОД на каникулах, — хмуро ответил Пьюси, — боггарты. Только странные они какие-то... Ладно, надо валить отсюда.
Совсем рядом полыхнуло огнем, кто-то пронзительно закричал.

— А как же другие? Мы должны помочь им! — возразила Уизли.

— Я сказал — уходим, — с необычными для него приказными нотками в голосе повторил Андриан. Слизеринец схватил девушку за руку и потащил к тому месту, где должна была находиться дверь. К счастью, там она и оказалась. Но, вылетев из комнаты, они снова оказались в кромешной тьме.

***

Члены клуба лениво расселись прямо на полу с пакетиками порошка мгновенной тьмы. Несколько человек поддерживали незримые стены, перекрывающие коридор. Прошло уже много времени, а из комнаты не доносилось ни звука. Блез и Теодор уже почти не следили за стеной, за которой была Выручай-комната, когда в ней появилась дверь. К счастью, Блез как раз повернулась к ней лицом и мгновенно среагировала.

Студенты оживились, в середину искусственно отгороженного помещения полетел порошок. Было очень необычно смотреть на не рассеиваемую темноту, сквозь прозрачные ограждения, находясь при этом в освещенной части коридоров.

Слизеринцы прислушались, готовые в любой момент укрепить защиту и не дать членам Отряда Дамблдора выбраться наружу. Послышались шаги и голоса.

— И куда была эта дверь? Мы все еще в Выручай-комнате? — спросил женский.

— Нет, это наши развлекаются, — ответил знакомый мужской. — Черт, Рука Славы то у Малфоя осталась. Ладно, сделаем так.

— Я тебя прикончу, Нотт! — заорал во весь голос Андриан. — Что за тварей ты нам подсунул?

— Лучше скажи, с кем ты там разговариваешь? Решил задружить с гриффами? — ответил ледяным тоном Теодор.

— Нам направо, — сказал Пьюси Джинни, поняв, откуда доносится голос. Пройдя несколько шагов, они врезались в преграду. Но прежде чем Андриан потребовал пропустить их, дверь Выручай-комнаты снова распахнулась, громко хлопнув о стену.

***

В комнате раздалась череда оглушительных хлопков, и все присутствующие словно очнулись ото сна. Гермиона пришла в себя первой. Из-за продолжительных занятий окклюменцией девушке удалось подсознательно скрыть от боггарта свои настоящие кошмары, оставив на поверхности лишь детские или незначительные страхи.

Гермиона вскочила на ноги, оценивая обстановку. Члены Отряда Дамблдора рассеянно оглядывались, пытаясь осознать происходящее. В нескольких шагах от Гермионы на полу сидел Драко, его взгляд все еще был слегка расфокусированным, но было ясно, что он почти пришел в себя. Андриана, как и Джинни, видно не было.

Гермиона поняла, что нужно срочно выбираться. Их защитные заклинания пали, а оказаться вдвоем против агрессивно настроенных двадцати пяти человек не хотелось. Девушка быстро направилась к Малфою с твердым намерением привести его в чувства как можно быстрее, но тот уже и сам заметил ее и поднялся на ноги. Но, к сожалению, было уже поздно.

— Лестрейндж! Малфой! — заорал до боли знакомый голос.
Выхватив волшебные палочки, слизеринцы повернулись к говорящему. От Невилла исходили такие волны ярости, что казалось, будто они прожигают их насквозь.

— Остолбеней!

— Протего!

Одновременно вылетевшие заклинания Долгопупса и Гермионы столкнулись в воздухе и взорвались, осыпав всех, кто был рядом, брызгами искр. На несколько мгновений воцарилась тишина, а затем в Гермиону и Драко полетели всевозможные заклятия вплоть до непростительных. С трудом отбиваясь и уклоняясь от них, парень с девушкой двинулись к двери. Однако, добравшись до своей цели, они обнаружили Кормака Маклагена, заслонившего своими огромными плечами единственный путь к отступлению.

— Теперь вам некуда бежать, чертовы Пожиратели! — выплюнул он и направил палочку на Драко. — Круцио!

Гермиона с ужасом проследила за тем, как заклятие вошло в грудь Малфоя, и парень дернулся от боли, пронзившей его тело. Впрочем, это не было настоящим Круциатусом. И без того слабое, неумелое заклинание Кормака было еще хуже за счет ритуальной защиты.

— Слабо, пуффендуец! — ухмыльнулся Малфой, зло прищурившись. Гермиона тем временем сделала несколько шагов, уйдя из поля зрения Маклагена, и выбила палочку у него из рук. Не ожидавший подобного парень испуганно отшатнулся, прислоняясь спиной к двери. Не выдержав его веса, та отворилась, и Кормак вывалился в коридор.

— Хочешь узнать, что такое настоящее Круцио? — зло усмехнулась Гермиона, посылая в парня пыточное. — Что ж, смотри! Почувствуй это!
Раздался оглушающий крик. Драко, прикрывавший спину Гермионы, пораженно обернулся, отвлекаясь от поля боя, и не заметил оранжевого луча, полетевшего в него. Незнакомое заклинание тем временем преодолело защиту и попало прямо в слизеринца. Удивленно вскрикнув, он свалился как подкошенный на пол прямо под ноги Гермионе, как раз снявшей заклинание с Маклагена. Девушка, неловко размахивая руками, попыталась удержать равновесие, споткнувшись о тело Малфоя, но это ей не удалось. Падая, Гермиона стукнулась головой об пол и во второй раз за сегодняшний день потеряла сознание.

***
Гермиона проснулась от ощущения, что ее разглядывают. Она открыла глаза, щурясь от яркого света, и увидела перед собой сосредоточенное лицо профессора Снегга. Спустя мгновение девушка поняла, что директор пытался пробиться в ее голову, пока она была без сознания.

— Вы стали очень сильны в окклюменции! — сказал зельевар. В его голосе было чуть слышное удивление и восхищение. — Ваша защита прочна даже во время сна.

— Что с Драко? — вместо ответа на эту похвалу спросила Гермиона. Сейчас этот вопрос интересовал ее намного больше, чем обсуждение ее навыков в ментальной науке.

— Он в коме. И я не знаю, как ему помочь.