Бегство Принца-полукровки
Несостоявшийся покойник выслушал гомон слушателей и улыбнулся в новоотрастающие усы — значит, всё же его судьба... небезразлична собравшимся, несмотря на все его ошибки и преступления... Да, старик готов был признать, что был категорически не прав, хотя упорно считал, что все свои «преступления» совершал исключительно из самых благих намерений, не имея ни малейшего представления о том, к чему всё могло привести... И вот... Убийство доверенным лицом... Это было... И, безусловно, это было самое начало, наверняка после его гибели Упивающиеся быстро займут Хогвартс, Северус смог бы исключительно предотвратить излишние кровопролития... Но — название следующей главы сводило эти надежды на нет, учитывая, что Альбусу изначально было известно, кому принадлежало прозвище, уже неоднократно упоминавшееся в этой книге, да и сам Северус успел признаться в этом... И... Кто успел погибнуть, когда Кэрроу и Фенрир шли к башне? В том, что кто-то пострадал, можно было нисколько не сомневаться и даже не оттого, что в предыдущей главе упоминался чей-то крик... Нет, не один Альбус должен был умереть в тот день...Он откашлялся и приступил к чтению, радуясь, что книга подходит к своему логичному завершению. Правда, это означает, что ему предстоит вернуться в Азкабан... Но — чем скорее он отбудет своё наказание, тем скорее получит возможность наконец выйти на пенсию...
Глава 28 Бегство Принца-полукровки
Снейп и Драко издали одновременный стон. Многие — в том числе гриффиндорцы, даже те, которые имели... личные основания не очень-то любить обоих слизеринцев — в этот момент смотрели на них... двояко. С одной стороны — описываемых событий не происходило и не произойдёт, но — неужели Снейп и в самом деле способен убить того, кто на протяжении шести книг всячески подчёркивал своё доверие к нему? А Драко... Неужели он способен обезоружить старика? Впрочем, Дамблдор был уже слишком слаб, выпив зелье в пещере... плюс проклятье... неизвестно, сколько бы он прожил и без этой авады...
— Интересно, куда мы бежали? — вздохнул Драко. — Не думаю, что в мэноре мы были бы в безопасности, да и...
Гарри казалось, что и сам он летит, кувыркаясь в пустоте; этого не может быть... этого не может быть...
Многие опустили головы, понимая, что должен был перечувствовать юноша при таком зрелище... И одновременно думая о том, что могло в это время происходить в замке... Едва ли Кэрроу и оборотень пришли в Хогвартс втроём...
— Уходим, быстро, — сказал Снейп.Он схватил Малфоя за шиворот и протолкнул его перед собой в дверь; Сивый и возбуждённо пыхтевшие низкорослые брат с сестрой последовали за ними. Когда они скрылись из глаз, Гарри почувствовал вдруг, что снова способен двигаться; то, что держало его сейчас, как парализованного, у стены, было не волшебством, но ужасом и потрясением. Он сбросил мантию-невидимку, когда жестоколицый Пожиратель смерти, оставшийся на верхушке башни последним, уже входил в дверь.
— Петрификус Тоталус!Пожиратель смерти нырнул вперёд, будто его ударили в спину чем-то твёрдым, и повалился, точно восковая фигура, но ещё до того, как он ударился об пол, Гарри перескочил через него и полетел по тёмной лестнице вниз.
— Ты его всего-навсего обездвижил?! — многие были в шоке.
— Извините, — Гарри покаянно развёл руками. — Непростительные мы проходили исключительно в теории, да и при данных обстоятельствах я спешил... Применил первое, что в голову пришло.
Ужас раздирал ему сердце. Он должен найти Дамблдора и нагнать Снейпа! Каким-то образом эти две задачи оказались связанными воедино... Он сумеет всё исправить, если найдёт их обоих... Дамблдор не мог умереть...
— Спасибо, мой мальчик, но все люди, даже маги, смертны... Существуют зелья и чары, которые способны значительно продлить жизненный век, который у магов и без того не в пример длиннее магловского... Но ещё никто не смог достичь бессмертия, — сказал несостоявшийся покойник.
Проскочив последние десять ступеней винтовой лестницы, Гарри замер на месте и поднял над собой руку с волшебной палочкой: в тускло освещённом коридоре стояла густая пыль, половина потолка обвалилась в ходе так и продолжавшегося здесь сражения. Ещё не успев понять, кто с кем бьётся, Гарри услышал ненавистный голос, крикнувший: «Всё кончено, уходим!» — и увидел Снейпа, исчезающего за дальним поворотом коридора — по-видимому, ему и Малфою удалось проскочить поле боя, не понеся никакого ущерба. Гарри метнулся за ними, и в тот же миг из толпы сражающихся выскочил и бросился на него один из бойцов: то был оборотень, Сивый. Он обрушился на Гарри, прежде чем тот успел поднять палочку. Гарри упал на спину, грязные, нечёсаные волосы накрыли ему лицо, нос и рот наполнились смрадом пота и крови, он ощутил на шее горячее, алчное дыхание...
Слушатели все дружно (за исключением двоих) почувствовали катастрофический дефицит воздуха, о том, что людям необходимо хотя бы периодически дышать, они как-то разом забыли. Гарри, возможно, и рад бы вдохнуть, но отец сделал это несколько затруднительным.
— Петрификус Тоталус!Гарри почувствовал, как Сивый обмяк на нём, и, напрягая все силы, столкнул с себя оборотня и перекатился по полу, уворачиваясь от летящего к нему зелёного луча; затем вскочил и, пригнувшись, стремглав понёсся в самую гущу битвы. Под ноги ему подвернулось что-то вязкое, скользкое, Гарри запнулся — два тела лежали лицом вниз в луже крови, но выяснять, кто это, времени не было.
— Ну что же, Петрификус у вас на славу отработан, мастер Поттер, и это действительно может быть весьма эффективным в подобной ситуации, — согласился Флитвик, отдышавшись. — Правда, это срабатывает лишь в отношении тех, которые, в силу тех или иных причин не ожидают нападения или не могут отреагировать в силу иных обстоятельств.
Впереди полыхнули языками пламени пряди рыжих волос — это Джинни билась с грузным Пожирателем смерти, Амикусом, метавшим в неё заклятие за заклятием, от которых она ловко увёртывалась. Амикус хихикал, игра явно доставляла ему удовольствие:
— Круцио! Круцио! Долго ты так не протанцуешь, красотка...
Джинни вцепилась в руку Блейза, ощутившего, как девушка дрожит... Все Уизли разом пришли в такое состояние, что все наличествующие в зале целители стали судорожно соображать, как давно выдавали им успокоительные зелья и насколько эффективной будет новая доза. Консилиум постановил, что от небольшого стаканчика на пациента хуже не станет... хотя и лучше — едва ли. Оба Кэрроу были известны своей нечеловеческой жестокостью, особенно в отношении молодых людей и детей... А Амикус от процесса пыток девушек и девочек получал... чуть только не оргазм...
— Остолбеней! — рявкнул Гарри.Заклинание ударило Амикуса в грудь — он взвизгнул от боли, как свинья, подлетел в воздух и, врезавшись в стену, сполз по ней и исчез из виду за Роном, профессором МакГонагалл и Люпином, каждый из которых бился со своим Пожирателем. За ними Гарри увидел Тонкс, дерущуюся с огромным светловолосым колдуном, который метал во все стороны заклинания, так что они, отражаясь рикошетом от стен, разлетались повсюду, — одно выщербило камень стены, другое разбило ближайшее окно...
— Гиббон, — одними губами выдохнула Тонкс, вытирая со лба пот. — Ужасно... Только его там не хватало...
...Гарри бросился за ними, но споткнулся и в следующий миг обнаружил, что лежит на чьих-то ногах, а, глянув назад, увидел прижатое к полу круглое, бледное лицо Невилла.
В этот раз успокоительное в двойном (по сравнению с дозой, полученной Уизли) получили Лонгботтомы — Фрэнк и Алиса сидели рядом с сыном и целители в этот раз призадумались: не придётся ли им по пробуждении возвращать обоих обратно в больницу, в этот раз с сильным нервным потрясением. Причём теперь компанию сыну и невестке составила бы ещё и престарелая леди Августа Лонгботтом, а Невилл не знал, к кому бросаться...
— Невилл, ты...
— Нормально, — пробормотал, держась за живот, Невилл.
— Это у тебя считается нормальным?! А что тогда считается «ненормальным»?! — спросила бабушка. Внук промолчал — что он мог сказать в данной ситуации?
— Гарри... Снейп с Малфоем... они только что проскочили здесь...
— Знаю, я как раз за ними! — ответил Гарри, посылая с пола заклинание в огромного светловолосого Пожирателя смерти, создававшего большую часть хаоса. Получив удар в лицо, он взревел от боли, развернулся, пошатываясь, и с громким топотом побежал за братом с сестрой.
— Молодец, подбить Гиббона... Интересно, чем таким ты его достал — он неуязвим ко многим заклятьям, кроме самых сильных, — заметила Нимфадора.
— Иногда даже самые лёгкие чары могут причинить немало вреда, особенно, если этого никто не ждёт, — сказал Моуди. — Чему мы вас только всех учили в Центре? Направить на переэкзаменовку?
— Но лёгкие на Гиббона никогда не действовали, — заметил Люциус. — И это было явно не Петрификус... Но, с другой стороны, при всём моём уважении к роду Поттеров и непосредственно к мастеру Поттеру, — лорд Малфой чуть склонил голову в том направлении, — я сомневаюсь, что при тех обстоятельствах молодой человек мог бы применить что-то серьёзное. Путешествие с Альбусом, встреча с инфери, необходимость травить любимого наставника, гибель последнего... Погоня за Северусом... Нет, это было что-то другое. Возможно, существуют чары, которые воздействуют на Гиббона, но не так, как на других волшебников, такое бывает. Как же называется это явление...
— Эффект Баруффио-младшего, — сказал Эскулап Сметвик. — Их два брата было, — пояснил он слушателям. — Старший был горе-колдуном, у него в лучшем случае срабатывало только одно заклинание из трёх, а младший... Он был вынужден уйти в мир маглов, не пересекаясь с магами, поскольку любое колдовство в его присутствии или исполнении имело совершенно непредсказуемые последствия. Он мог Агуаменти вызвать сильное землетрясение или пожар, Алохомора в его исполнении было подобно Бомбарда максима, Вингардиум левиоса становилось причиной высыпания у всех, кто был в радиусе нескольких метров от него, гнойных фурункулов... Судя по тому, что я читал об этом вашем Гиббоне, он страдает второй формой данного заболевания — сам он вполне может колдовать, но вот чары, применённые в его отношении имеют... самые непредсказуемые последствия.
Холодный ночной воздух разрывал лёгкие бросившегося за ними вдогонку Гарри; он увидел вдали вспышку света, на миг выхватившую из темноты силуэты тех, кого он преследовал. Что там произошло, Гарри не понял, он продолжил бег — расстояние, отделявшее его от этих троих, было всё ещё слишком большим, чтобы как следует прицелиться в них заклинанием.
— Интересно, а что, в самом деле, ты бы стал делать, если бы догнал нас с профессором? — задумался Драко. — Ладно, я явно был в том ещё состоянии, судя по прочитанному, но профессор... Неужели ты и в самом деле надеялся справиться с ним?
— Не знаю, — честно сказал Гарри, задумавшись. — Полагаю, в данной ситуации я начисто потерял голову и способность думать хоть о чём-то. Но... Там ведь есть седьмая книга, профессор? — обратился он к Дамблдору, который кивнул. — Значит, к моей гибели это не приведёт, хотя неприятности могут быть ещё теми. Правда, я не думаю, что профессор убил бы меня... Но он там был не один. Кэрроу, Сивый, Гиббон, наверняка кто-то ещё...
Новая вспышка, крики, ответные струи огня — Гарри понял: Хагрид выскочил из своей хижины и пытается остановить удирающих Пожирателей. И хоть каждый вдох и выдох, казалось, раздирал ему лёгкие в клочья, а грудь жгло, как огнём, он рванулся вперёд ещё быстрее, подгоняемый непрошеным голосом у него в голове: «Только не Хагрид... лишь бы не Хагрида тоже...»
— Спасибо, Гарри, — Хагрид вытер с лица слёзы и с благодарностью смотрел на смутившегося юношу.
Что-то с силой ударило Гарри в затылок, и он упал, пропахав носом землю, так что из обеих ноздрей брызнула кровь. Ещё перекатываясь на спину и держа наготове волшебную палочку, он понял, что, срезая путь, обогнал брата с сестрой, и теперь они оказались сзади...
— ПОСТОЯННАЯ БДИТЕЛЬНОСТЬ!
— АЛАСТОР! — Скримджер схватился за голову. — Но, с другой стороны, в данной ситуации... Ваш слепой запал и в самом деле мог привести к вашей гибели, мастер Поттер, надеюсь, вы это понимаете.
— Импедимента! — завопил он, снова перекатываясь, вжимаясь в землю, и, о чудо, его заклинание попало в одного из колдунов, и тот повалился другому под ноги. Гарри вскочил и побежал дальше, за Снейпом...Внезапно он увидел огромную фигуру Хагрида, освещённую вынырнувшим из туч узким месяцем; светловолосый Пожиратель смерти метал в лесничего заклятие за заклятием, но колоссальная сила Хагрида и крепкая кожа, которую он унаследовал от великанши-матери хорошо защищали его.
— Хоть что-то хорошее ты да получил по наследству, — покачал головой Джеймс.
Между тем Снейп с Малфоем так и продолжали бежать — скоро они выбегут за ворота и смогут трансгрессировать...Гарри проскочил мимо Хагрида с его противником, нацелил палочку в спину Снейпа и крикнул:— Остолбеней!Он промахнулся — струя красного света пронеслась над головой Снейпа и тот, гаркнув: «Беги, Драко!» — повернулся к Гарри лицом; разделённые двадцатью ярдами, они мгновение смотрели друг другу в лицо, а затем одновременно подняли палочки.— Кру...Однако Снейп отразил заклинание, сбив Гарри с ног, прежде чем тот успел произнести его. Гарри покатился по земле, вскочил, и тут огромный Пожиратель смерти рявкнул за его спиной:— Инсендио!Гарри услышал, как что-то взорвалось, и всё вокруг залили отблески танцующего оранжевого пламени: это вспыхнула хижина Хагрида.
— Там же Клык, мерзкая ты... — взревел Хагрид.
— Кру... — снова выкрикнул Гарри, целясь в освещённую пляшущим светом фигуру впереди, но Снейп опять отразил заклинание; Гарри видел, как он насмешливо улыбается.
— Никаких непростительных заклятий, Поттер! — крикнул Снейп, перекрывая треск пламени, рёв Хагрида и вой запертого в доме Клыка. — Тебе не хватит ни храбрости, ни умения...
— Инкар... — завопил Гарри, но Снейп почти ленивым взмахом руки отбил и это заклинание.— Сражайся! — крикнул Гарри. — Сражайся, трусливый...
— Ты назвал меня трусом, Поттер? — прокричал Снейп. — Твой отец нападал на меня, только когда их было четверо против одного. Интересно, что бы ты сказал о нём?
— Безусловно, это не было образцом смелости, — признал Джеймс, опуская голову, у Сириуса тоже хватило совести покраснеть, побледнеть и пробормотать несколько слов, которые при желании можно было воспринять, как извинения. Ремус ссутулился в своём кресле, избегая смотреть в сторону обсуждаемого школьного неприятеля. — И... Я неоднократно обзывал и оскорблял Северуса, но, вроде, ни разу не называл его трусом... Такого недостатка у него никогда не было. Тебя в данной ситуации извиняет лишь шок от...
— Сэр, я... — Гарри посмотрел в сторону наставника, но тот только кивком показал, что ситуация правильно понята и извинения приняты, беспокоиться не о чем.
— Остол...— Опять отбито и будет отбиваться снова и снова, пока ты не научишься держать рот и разум закрытыми, Поттер! — ощерился Снейп.
— Хватит! — крикнул он огромному Пожирателю, сражавшемуся за спиной Гарри. — Пора уходить, пока Министерство не обнаружило...
— Импеди...Гарри ещё не успел произнести заклинание, как его пронзила невыносимая боль; он упал на колени в траву, кто-то визжал; эта мука наверняка прикончит его; Снейп запытает его до смерти или до безумия...
— Нет! — взревел голос Снейпа, и боль прекратилась так же мгновенно, как началась; Гарри лежал на тёмной траве, скорчившись, сжимая в руке волшебную палочку, задыхаясь, а где-то над ним Снейп кричал: — Вы что, забыли приказ? Поттер принадлежит Тёмному Лорду, мы должны оставить его! Уходим! Уходим!
— Приказ мог быть относительно жизни мальчишки, — подал голос Милорд. — Я бы не стал против, если бы мои верные люди позабавились с ним... без летального исхода, но это было бы единственное исключение. И кому, как не тебе, Северус, это знать. Ты просто хотел спасти мальчишку.
Гарри почувствовал, как под его щекой задрожала земля, — это брат с сестрой, а с ними и огромный Пожиратель смерти послушно побежали к воротам. Гарри издал нечленораздельный вопль гнева, в этот миг ему было всё равно, останется он в живых или умрёт; заставив себя встать, он слепо заковылял в сторону Снейпа, которого ненавидел теперь так же сильно, как самого Волдеморта...
— Сектум...Снейп взмахнул палочкой, и заклятие опять ушло мимо цели, однако Гарри был уже в нескольких футах от своего врага и наконец увидел лицо Снейпа очень ясно: на нём больше не было презрительной или глумливой улыбки — огонь озарял лицо, на котором остался один только гнев. Собрав в кулак всю свою способность к концентрации, Гарри подумал: «Леви...»
— Нет, Поттер! — завопил Снейп.Послышалось громовое «БА-БАХ!», и Гарри спиной подлетел в воздух и снова с силой ударился о землю, на этот раз палочка выскочила из его руки. Он слышал вопли Хагрида и вой Клыка, а Снейп уже приблизился и стоял, глядя на него сверху вниз: лишившись волшебной палочки, Гарри стал таким же беззащитным, каким недавно был Дамблдор. Пламя пожара выхватило из темноты побелевшее, перекошенное ненавистью лицо Снейпа — с такой же ненавистью он посылал заклятие в Дамблдора.— Ты посмел использовать против меня мои же заклинания, Поттер? Это я изобрёл их — я, Принц-полукровка! А ты обратил мои изобретения против меня, совсем как твой гнусный отец, не так ли? Не думаю, что... Нет!Гарри рванулся к палочке, но Снейп выпалил заклинание, и она отлетела на несколько футов во тьму и скрылась из глаз.
— Ну так убей меня! — задыхаясь, сказал Гарри; он не ощущал никакогостраха — только гнев и презрение. — Убей, как убил его, трусливый...
— НЕ СМЕЙ! — взвизгнул Снейп, и лицо его внезапно стало безумным, нечеловеческим, как будто он испытывал такую же муку, как жалобно воющий пёс, запертый в горящей хижине. — НЕ СМЕЙ НАЗЫВАТЬ МЕНЯ ТРУСОМ!Он рассёк палочкой воздух: словно раскалённый добела хлыст ударил Гарри по лицу, вдавив его в землю. Пятна света поплыли перед глазами, на миг ему показалось, что он никогда больше не сможет дышать, но тут же услышал вверху шелест крыльев, и что-то огромное заслонило собой звёзды. Клювокрыл падал на Снейпа, тот отшатнулся от нацеленных на него острых как бритвы когтей. Гарри с усилием сел, от последнего удара о землю голова ещё кружилась, и всё-таки он разглядел бегущего что было сил Снейпа и громадного Клювокрыла, который, хлопая крыльями, летел за ним с таким визгом, какого Гарри никогда ещё от него не слышал...
— И много у вас в учебнике было...
— Увы, Руфус, более, чем предостаточно, тем более, что очень многое было записано невидимыми чернилами. Так что нам повезло, что мастер Поттер по книге использовал только несколько безобидных заклинаний — я не говорю о несчастной Сектумсемпре — и поправками к зельям. Впрочем... Это ещё ничего, по сравнению с учебником заклинаний за пятый курс, который мне после выпуска пришлось вовсе уничтожить...
— Если бы Северус вздумал издать перечень тех чар — в том числе и тёмных — которыми он овладел только за свои школьные годы, то книга была бы отнюдь не тоньше той, что сейчас в руках у Альбуса, — уточнил Люциус.
— ...Хагрид...
— Что случилось, Гарри? Как эти Пожиратели из замка удирали, я видел, но Снейп-то с ними какого рыжего дьявола делал? И куда он подевался — за ними погнался, что ли?
— Он... — Гарри кашлянул, от ужаса и дыма горло его совсем пересохло. — Он... там убийство, Хагрид...
— Убийство? — воскликнул Хагрид и уставился на Гарри. — Снейпа убили? Ты о чём толкуешь-то, Гарри.
— Дамблдора, — сказал Гарри. — Снейп убил... Дамблдора.Хагрид просто молча смотрел на него, та небольшая часть лица лесничего, какую не закрывали волосы, казалась пустой, непонимающей.
— Дамблдора что... а, Гарри?
— Он мёртв. Снейп убил его...
— Не говори так, — грубо оборвал его Хагрид. — Снейп убил Дамблдора — дурь какая, Гарри. Зачем ты так говоришь?
— Я видел, как это произошло.
— Да не мог ты этого видеть.
— Видел, Хагрид.Хагрид потряс головой. Видно было, что он не верит, но сочувствует, — лесничий думал, что Гарри слишком сильно стукнули по голове, что у него путаются мысли, что он ещё не оправился от чар...
— Там, наверное, вот что было: Дамблдор велел Снейпу пойти с этими, с Пожирателями, — уверенно произнёс Хагрид.
— Чтобы, значит, они его не изобличили. Слушай, давай-ка в школу потопаем. Пошли, Гарри...
— Неужели ты не поверил нашему Золотому Другу? — хмыкнул Северус, глядя на Хагрида. — Спасибо за такое, действительно, не ожидал...
...Но глаза Гарри были прикованы к земле у подножия самой высокой из башен замка. Ему казалось, что он различает лежащую там на траве чёрную, бесформенную груду, хотя, на деле, он находился ещё слишком далеко от башни, чтобы увидеть что-то. Но даже безмолвно глядя туда, где, как он думал, должно лежать тело Дамблдора, Гарри заметил, что уже многие идут в ту сторону.
— На что это все они смотрят? — поинтересовался Хагрид, когда он, Гарри и Клык, старавшийся держаться поближе к ногам хозяина, подошли к замку. — Что там лежит на траве? — резко спросил он, сворачивая к Астрономической башне, у подножия которой уже собралась небольшая толпа. — Ты видишь, Гарри? Прям около башни? Под самой Меткой... ах, чтоб тебя... думаешь, кого-то сбросили...Хагрид умолк, видимо, мысль, пришедшая ему в голову, была слишком ужасной, чтобы её выговорить. Гарри шёл пообок от Хагрида, чувствуя боль и жжение в лице и в ногах, там, куда в последние полчаса ударяли самые разные заклятия. Он ощущал непонятную отрешённость, как будто от этой боли страдал кто-то другой, шагающий с ним рядом. По-настоящему реальным и неотвратимым было лишь страшное стеснение в его груди...Как во сне, продвигались они с Хагридом через невнятно бормочущую толпу и наконец добрались до самого её края, туда, где онемевшие от горя ученики и преподаватели оставили немного свободного места.Гарри услышал, как Хагрид застонал от боли и потрясения, но не остановился; он медленно шёл вперёд, пока не достиг тела Дамблдора и не опустился перед ним на землю.В то самое мгновение, как спало наложенное на него Дамблдором парализующее заклинание, Гарри понял: надежды нет, заклинание перестало действовать лишь потому, что умер тот, кто его наслал. И всё же он не готов был к тому, чтобы увидеть, как величайший волшебник, какого он знал, лежит на земле изломанный, с раскинутыми руками...Глаза Дамблдора были закрыты, и, если бы не странные углы, под которыми отходили от тела руки и ноги, он мог показаться спящим. Гарри протянул руку, поправил съехавшие с крючковатого носа очки-половинки, стёр рукавом вытекшую изо рта струйку крови. Потом вгляделся в старое, мудрое лицо, пытаясь до конца осознать огромную, непостижимую истину: никогда больше Дамблдор не заговорит с ним, никогда не сможет прийти ему на помощь...
— Ужасно...
— Вот как...
Пришлось опять сделать паузу, чтобы слушатели смогли осмыслить услышанное и успокоиться. Альбус положил руку себе на грудь — он тоже не так представлял свою смерть, даже после того, что было прочитано в конце предыдущей главы.Был ли Дамблдор в сознании, когда Снейп безобидным заклинанием Толчка сбросил его с башни? Если да... что же он должен был перечувствовать, о чём думать за те несколько секунд, пока летел вниз?..
В толпе за спиной Гарри негромко переговаривались люди. Прошло долгое время, прежде чем он заметил, что упирается коленями во что-то жёсткое, и опустил на них взгляд.Медальон, который им удалось похитить так много часов назад, выпал из кармана Дамблдора. По-видимому, от удара о землю он раскрылся. И хотя потрясение, ужас и печаль, охватившие Гарри, уже не могли стать сильнее, он, едва подняв медальон с земли, подумал: что-то не так...Он повертел медальон в руках. Медальон был совсем не таким большим, как тот, который Гарри видел в Омуте памяти, поверхность его была гладкой, знак Слизерина, змеевидная «S», на нём отсутствовал. Более того, он не содержал в себе ничего, кроме сложенного клочка пергамента, плотно втиснутого туда, где полагалось находиться портрету.Машинально, почти не думая о том, что делает, Гарри вытащил пергамент, развернул его и при свете множества волшебных палочек, уже засветившихся за его спиной, прочитал:
Тёмному Лорду.Я знаю, что умру задолго до того, как ты прочитаешь это, но хочу, чтобы ты знал — это я раскрыл твою тайну. Я похитил настоящий крестраж и намереваюсь уничтожить его, как только смогу. Я смотрю в лицо смерти с надеждой, что когда ты встретишь того, кто сравним с тобою по силе, ты уже снова обратишься в простого смертного.
Р.А. Б.
Что может означать это послание, Гарри не знал, да и не хотел знать. Важно было только одно: это не крестраж. Дамблдор понапрасну отдал все свои силы, выпив ужасное зелье. Гарри смял пергамент в руке, и в глазах его вскипели жгучие слёзы, и в тот же миг за спиной его завыл Клык.
— Р. А. Б?
— Регулус Арктурус Блэк, — поклонился лорд Блэк. — Это моя работа.
— Зачем?!
— Ты посмел нарушить мою волю и остался в живых?!
— Полагаю, впоследствии будет сказано, как я это проделал, — Регулус явно пытался ответить на все вопросы, но Магия не позволила. — И... Несколько лет я был всё равно, что мёртв. Об этом, судя по всему, будет сказано в седьмой книге.