Эльфийская агентура
На успокоение нервов некоторой части слушателей понадобилась целая неделя, в течение которой Рональду пришлось вести самую активную переписку в своей жизни — обеспокоенные друзья сочли возможным полюбопытствовать о его реальном самочувствии, а также самочувствии его родителей
— Артуру и Молли стало совсем плохо, хорошо, целители вовремя отреагировали.
— Надеюсь, это стало бы последним ударом для семейства Уизли, — сказал Гиппократ Сметвик, выходя из Норы. — В противном случае даже присутствие при Чтении о несостоявшихся событиях может причинить немало вреда для их здоровья.
Гарри в домашних условиях пришлось выдержать дополнительный экзамен — родители решили прогнать его по всей программе зельеварения за первые четыре года обучения, а также провели лекцию относительно той опасности, которую могли представлять из себя неизвестно чьи записи неизвестно в чьём учебнике.
— Вспомни историю с Джинни на её первом курсе, в итоге которой тебе пришлось сражаться с василиском. Да, в этот раз тебе везло... пока, и то ты поругался с подругой... — говорила Лили.
— Излишне авторитетной, — качал головой Джеймс. — У нас были ребята, которые учились отлично, но они при этом не выпячивали свои знания и превосходство над другими...
— Но, надеюсь, некоторые девчонки задумаются перед тем, как угощать кого бы то ни было любовными зельями, — философски заметил Гарри.Чтения возобновились через неделю, когда все пришли в должное состояние. Но, тем не менее, Молли сумела принести с собой очередной флакончик с успокоительными зельями — наверное, Магия приняла во внимание состояние женщины и матери.
Глава 19 ЭЛЬФИЙСКАЯ АГЕНТУРА
— Выходит, день рождения получился у Рона не из лучших? — спросил Фред.Был уже вечер, в больничном крыле стояла тишина — окна занавешены, зажжены лампы. Только одна койка и была здесь занята — Роном. Гарри, Гермиона и Джинни сидели вокруг нее, они провели весь день, ожидая снаружи, у двойных дверей, пытаясь заглянуть в них всякий раз, как кто-то входил в палату или выходил из нее. Внутрь мадам Помфри впустила их лишь в восемь часов вечера. Фред с Джорджем появились минут десять спустя.
— Хорошо, хотя бы друзья у тебя есть, — сказал отец. — Даже Гермиона в данной ситуации сумела пересилить свою глупую обиду.
— Да, совсем не так надеялись мы вручить ему наш подарок, — хмуро сказал Джордж, пристраивая на шкафчик рядом с койкой Рона большой сверток.
— Что верно, то верно. Когда мы рисовали себе эту сцену, Рон был в ней живым-здоровым, — согласился Фред.
— Сидели себе в Хогсмиде, ждали случая удивить его... — продолжал Джордж.
— Вы были в Хогсмиде? — поднимая на них взгляд, спросила Джинни.
— Думали купить «Зонко», — мрачно ответил Фред. — Ну, знаешь, хогсмидский магазин волшебных шуток... Хотя какой теперь в этом смысл, если вас больше туда не отпускают по уикендам и покупать вы у нас все равно ничего не можете... Да что сейчас об этом говорить!
— Не думаю, что вам бы это удалось, — сказал один из министерских наблюдателей. — Насколько нам известно, Зонко — это не один магазинчик, а целая сеть, раскиданная по всей магической Англии, максимум, что вы смогли бы сделать — выкупить здание, в котором размещается хогсмидский филиал, и то шансы... зависят от финансовых обстоятельств фирмы.
Он пододвинул свой стул поближе к Гарри, вгляделся в бледное лицо Рона.
— Как же все это произошло, Гарри?Гарри пересказал ему историю, которую уже раз сто, как ему казалось, рассказывал Дамблдору, Макгонагалл, мадам Помфри, Гермионе и Джинни.— Тут я засунул ему в рот безоар, дыхание выровнялось, Слагхорн побежал за помощью, появились Макгонагалл с мадам Помфри, они его сюда и притащили. Говорят, все обойдется. Мадам Помфри сказала, что Рону придется полежать здесь примерно неделю, настой руты попить...
— Господи, какое счастье, что ты вспомнил о безоаре, — негромко сказал Джордж.
— Счастье, что он там оказался, — отозвался Гарри, которого каждый раз пробирала дрожь при мысли о том, что могло бы случиться, не найди он камушек.
— И если бы кое-кто так вовремя вспомнил соответствующую тему по зельеварению, — сказал Снейп, водя пальцем по нижней губе.
Гермиона почти неслышно шмыгнула носом. Весь этот день она была необычайно тиха. Прилетев с белым лицом к больничному крылу и поймав Гарри, она потребовала, чтобы он рассказал ей о случившемся, но затем в нескончаемых разговорах Гарри и Джинни о том, как был отравлен Рон, почти не участвовала, просто стояла рядом с ними, испуганная, со стиснутыми зубами, пока их всех наконец не впустили в палату.
— Мама с папой знают? — спросил у Джинни Фред.
— Они его уже повидали, появились здесь час назад. Теперь сидят у Дамблдора, но скоро вернутся.
— Представляю, в каком состоянии мы тогда были бы, — сказал Артур, держа Молли за руку. — В нашем роду не было случаев столь... глупой гибели детей, Рональд мог оказаться первым...
— Но он ведь тоже не погиб бы...
— Исключительно благодаря тому, что друг, в отличие от специалиста, не растерялся перед лицом опасности, — сказал Флитвик. — В принципе, оказывать помощь в данной ситуации должен был Хорас, а не Гарри.
Все помолчали, глядя на Рона, забормотавшего что-то во сне.
— Выходит, яд был в вине? — негромко спросил Фред.
— Да, — сразу ответил Гарри. Он не мог думать ни о чем другом и рад был возможности обсудить все снова. — Слагхорн разлил его и...
— А он не мог подсыпать что-нибудь в бокал Рона — так чтобы ты не заметил?
— Наверное, мог, — ответил Гарри, — да только зачем Слагхорну травить Рона?
— Понятия не имею, — нахмурившись, сказал Фред. — Ты не думаешь, что он просто перепутал бокалы? А отравить собирался тебя?
— А Гарри Слагхорну зачем травить? — спросила Джинни.
— Не знаю, — сказал Фред, — но желающих отравить Гарри сейчас, наверное, немало, ведь так? Избранный и так далее.
— Ты думаешь, что Слагхорн стал Пожирателем смерти? — спросила Джинни.
— Все может быть, — мрачно ответил Фред.— На него могли наложить заклятие Империус, — сказал Джордж.
— А может, он тут и вовсе ни при чем, — заметила Джинни. — Яд мог оказаться в бутылке, и тогда он, скорее всего, предназначался для самого Слагхорна.
— Вот эта версия наиболее похожа на достоверность, — сказал Кингсли. — Рональда травить было бы глупо, разве только Драко решил бы таким образом насолить семейству Уизли, и то... Не уверен, что он использовал бы яд, способный привести к смертельному исходу, верно?
— Не уверен, — честно ответил Драко. — Правда, здесь ранее шла речь о том, что я получил определённое задание от Милорда, — он покосился в сторону означенной личности, — это вполне могло оказаться связанным с этим. И тогда вино было предназначено ни для кого из этих троих, подозреваю, для того же, кто должен был получить ожерелье.
— Да кому это нужно — Слагхорна убивать?
— Дамблдор считает, что Волдеморт хотел привлечь Слагхорна на свою сторону, — проговорил Гарри. — До того как перебраться в Хогвартс, Слагхорн целый год скрывался. И... — Он подумал о воспоминаниях, которые Дамблдору так и не удалось вытянуть из Слагхорна, — и, может быть, Волдеморт хочет убрать его с дороги, может быть, он думает, что Слагхорн способен оказаться полезным Дамблдору.
— Но ты же сказал, что Слагхорн собирался подарить эту бутылку Дамблдору на Рождество, — напомнила ему Джинни. — И значит, отравитель вполне мог нацелиться на Дамблдора.
— Вот именно, — многие закивали головами.
— Но тогда тот, кто отравил вино, очень плохо знаком со Слагхорном, — сказала Августа Лонгботтом. — Слагхорн способен отдать кому бы то ни было вино или сладости исключительно под Империусом или соответствующим воздействием.
— В таком случае отравитель плохо знает Слагхорна, — сказала Гермиона, впервые за несколько часов открывая рот; голос ее звучал так, словно она сильно простужена. — Всякий, кто знает его, знает и то, что такую вкуснятину он, скорее всего, оставит себе.
— Вот, даже ученики это просекли, — улыбнулась леди Лонгботтом.
— Ер-ми-наа, — неожиданно прохрипел Рон. Все мгновенно умолкли, с тревогой глядя на него, однако Рон, неразборчиво побормотав, просто-напросто захрапел.Дверь палаты распахнулась, заставив всех, кто сидел в ней, подпрыгнуть: к ним широким шагом приближался Хагрид — волосы спрыснуты дождем, полы длинной бобровой шубы хлопают его сзади по ногам, в руке арбалет. Хагрид оставлял за собой цепочку грязных следов, и каждый был размером с дельфина.
— Целый день в Лесу проторчал! — отдуваясь, сообщил он. — Арагогу хуже стало, я ему книжку читал.
По залу в очередной раз прокатился хохот слушателей. Хагрид залился краской и закрыл руками лицо. Мадам Максим (которой уже через несколько месяцев предстояло привыкать к новой фамилии) приобняла жениха, поддерживая.
— Интересно, какую книгу вы выбрали бы для такого случая и сколько бы из неё понял акромантул, — фыркнул кто-то.
— А вот здесь вы заблуждаетесь, — сказала вдруг профессор Граббли-Планк. Все дружно уставились на неё. — Акромантулы обладают достаточно развитым разумом, чтобы понимать литературу, предназначенную для подростков. Я лично была знакома с пауком, который даже умел читать, правда, только очень крупные буквы и отдельные слова.
— ...Ну прям не верится, — хрипло сказал Хагрид, глядя на Рона и покачивая огромной косматой головой. — Не верится, и все тут... Вы только гляньте, лежит здесь... Кто ж это ему зла-то пожелал, а?
— Об этом у нас и шел сейчас разговор, — ответил Гарри. — Мы не знаем.— Может, кто против гриффиндорской команды по квиддичу зуб отрастил? — встревоженно спросил Хагрид. — Сперва Кэти, нынче Рон...
— Слишком мелко, — покачал головой Кингсли. — Я слышал такую магловскую поговорку: из пушки по воробьям. Дорогое ожерелье... Энергозатратные чары — а Империус и любые чары с подобным эффектом требуют очень больших затрат... Если бы это было задумано конкретно против членов спортивной команды... Ребят можно было бы устранить, не прибегая к таким мерам, не навлекая на школу дополнительное внимание со стороны нашего ведомства. Заклятье из-за угла... Порча мётел... Зелья, вызывающие расстройство желудка... Даже лёгкие яды... Но не такие же, когда только весьма своевременное вмешательство спасает вратаря от смерти, а охотница оказывается в госпитале под воздействием проклятья, которое специалисты никак не могут снять!
— Не могу себе представить человека, которому пришло бы в голову перебить всю команду, — сказал Джордж.
— Вуд, если бы знал, что это сойдет ему с рук, точно мог укокошить всех слизеринцев до единого, — справедливости ради отметил Фред.
— Укокошить, скорее всего, он бы не смог, но массовый сглаз организовал бы, как минимум.
— Ну, насчет квиддича я не уверена, а вот связь между этими покушениями, по-моему, существует, — тихо сказала Гермиона.
— Это какая же? — спросил Фред.
— Во-первых, оба предполагали смертельный исход, до которого дело не дошло только благодаря чистой случайности. А во-вторых, ни яд, ни ожерелье так и не попали к тому, для кого они предназначались. Конечно, — задумчиво прибавила Гермиона, — это делает тех, кто стоит за покушениями, еще более опасными. Им, судя по всему, безразлично, сколько людей они прикончат, пока не доберутся до своей настоящей жертвы.
— А вот это не лишено смысла, — согласились взрослые, переглянувшись между собой.
Прежде чем кто-либо успел отреагировать на это зловещее заявление, двери опять распахнулись и в палату торопливо вошли мистер и миссис Уизли. При первом посещении Рона они успели только увериться, что он поправится, теперь же миссис Уизли подошла к Гарри и крепко обняла его.
— Дамблдор рассказал нам про безоар, про то, как ты спас Рона, — с трудом сдерживая рыдания, пролепетала она. — Ах, Гарри, ну что тут скажешь? Ты спас Джинни... спас Артура... а теперь спас и Рона...
— Да нет, я же не... — смущенно пробормотал Гарри.
— Если подумать, так половина нашей семьи обязана тебе жизнью, — придушенным голосом произнесла миссис Уизли. — Я могу сказать только одно: день, когда Рон надумал занять в «Хогвартс-экспрессе» одно купе с тобой, был счастливым для нас днем, Гарри.
— Не знаю, не знаю, — пробурчал Гарри, который уже два дня что-то обдумывал и ему что-то очень не нравится. — Я не имею в виду конкретно данные случаи, — пояснил он, заметив взгляды со стороны. — Я, по крайней мере, не склонен считать, что дневник... попал к Джинни именно потому, что я дружу с её братом... И ситуация, когда я стал невольным свидетелем происшествия с мистером Уизли... просто стечение обстоятельств... Но я боюсь, что в дальнейшем... У моих друзей могут возникнуть неприятности именно по причине их дружбы со мной.
— Если это случится, мы посмотрим, кого из них ты можешь называть своими настоящими друзьями, — сказал Чарльз.
Придумать ответ на эти слова Гарри не удалось, он почти обрадовался, когда мадам Помфри снова напомнила, что больше шести посетителей к Рону не допускается. Гарри и Гермиона сразу же встали, намереваясь уйти, да и Хагрид решил составить им компанию — пусть с Роном побудут родные.
— Страшное дело, — пророкотал в бороду лесничий, когда они втроем направились по коридору к мраморной лестнице. — Столько всякой новой охраны, а детишек все едино губят... Дамблдор прямо болен от беспокойства. Он об этом молчок, но я же вижу...
— У него никаких идей на этот счет нет, а, Хагрид? — с отчаянием в голосе спросила Гермиона.
— Идей у него штук сто, при его-то мозгах, — ответил преданный Хагрид. — Да только не знает он, кто эти бусы прислал, кто вино отравил, а то бы давно уж их переловил. Меня ведь что беспокоит, — он понизил голос и оглянулся (Гарри на всякий случай проверил, не затаился ли где-нибудь на потолке Пивз), — если тут на детишек охота пошла, так долго ли сам Хогвартс открытым останется? Опять как с Тайной комнатой, верно? Паника поднимется, родители станут детишек из школы забирать, а там и опомниться не успеешь, как попечители... — Хагрид умолк, так как мимо них невозмутимо проплыл призрак длинноволосой дамы, а потом снова хрипло зашептал: — Как попечители начнут поговаривать, чтобы прикрыть нас насовсем.
— Неужели это возможно? — встревожилась Гермиона.
— А ты посмотри их глазами, — с горечью ответил Хагрид. — Посылать детишек в Хогвартс всегда было дело рискованное, так? Запираешь в одном месте сотни колдунов-недоростков, так уж жди всяких несчастных случаев. Да вот только когда их пытаются убивать, это совсем другая история.
— Это точно, — закивали головами взрослые.
— Безусловно, совсем школу бы не закрыли, — сказала мадам Марчбэнкс, нахмурив брови. — Наверняка приняли бы определённые меры, чтобы ускорить ход расследования...
— На моём втором курсе эти меры были как-то не слишком заметны, — сказал Гарри. — И... у меня будет вопрос к мистеру Реддлу, если позволите, — по залу прошёл шепоток: такого никто не ожидал. — Скажите, пожалуйста, проводили ли Попечители дополнительное расследование после гибели нынешней Плаксы Миртл? Я помню, была речь о возможном закрытии школы...
— Расследование проводилось преподавателями, — ответил Реддл, нахмурившись. — Я не замечал в школе никого постороннего, ни я, ни мои друзья, а мы бы точно заметили бы дознавателей...
Чего ж удивляться, что Дамблдор так осерчал на Сне...Хагрид замер на месте, и на лице его над спутанной черной бородой появилось знакомое виноватое выражение.
— Что? — быстро спросил Гарри. — Дамблдор рассердился на Снейпа?
— Я так не говорил, — ответил Хагрид, но его испуганный вид выдавал беднягу с головой. — Ба, времени-то сколько, к полуночи, мне бы надо...
— Хагрид, почему Дамблдор рассердился на Снейпа? — громко спросил Гарри.
— Чш-ш-ш! — нервно и сердито откликнулся Хагрид. — Не горлань так, Гарри, ты же не хочешь, чтобы меня с работы погнали? Хотя тебе, может, и все едино, тебя ж теперь уход за маги...
— Хочешь, чтобы я почувствовал себя виноватым? Ну так ничего у тебя не выйдет, — твердо сказал Гарри. — Что натворил Снейп?
— Да не знаю я, Гарри, мне вообще их слушать не полагалось! Вышел я вчера вечером из леса, слышу, разговаривают... ну это, спорят. Я им на глаза попадаться не хотел и вроде как пошел себе потихоньку, старался не слушать, да только они... ну, в общем, горячились, а уши-то не заткнешь.
— И что? — поторопил Гарри виновато перебиравшего огромными ступнями Хагрида.— Я просто слышал, как Снейп сказал: мол, Дамблдору много чего кажется само собой разумеющимся, а ему, Снейпу то есть, может, больше этого делать неохота...
— Делать что?
— Не знаю я, Гарри, вроде как Снейпу показалось, будто он малость перетрудился, вот и все. Да только Дамблдор ему прямо сказал, что он, дескать, сам вызвался, так что тут и толковать не о чем. Строго так сказал. А после добавил что-то насчет расследований, которые Снейп у себя в Слизерине ведет. Так тут же ничего странного и нет! — торопливо добавил Хагрид, увидев, как Гарри и Гермиона обменялись многозначительными взглядами. — Всем деканам велено было порасспросить своих насчет тех бус...
— Да, но ни с кем другим из них Дамблдор не ссорился, так? — сказал Гарри.— Погоди. — Вконец смущенный Хагрид принялся вертеть в руках арбалет. Раздался громкий треск, арбалет разломился надвое.
— Я знаю, что ты про Снейпа думаешь, Гарри, да только не стоит видеть в этом больше, чем там есть.
— Интересно, чего вам не хотелось делать? — многие посмотрели на бывшего декана Слизерина.
— Возвращаться на службу Милорду, — отозвался тот. — Я всегда ходил по краю, в нечестной игре меня подозревала не только Белла.
— Осторожно! — коротко предупредила Гермиона.Они обернулись как раз вовремя: на стене за ними вырастала тень АргусаФилча, а следом из-за угла появился и он сам, сгорбленный, лязгающий отрадостного предвкушения зубами.
— Ага! — запыхтел он. — Час поздний, а вы не спите, насидитесь теперь в школе после уроков!
— А вот и нет, — оборвал его Хагрид. — Они же со мной.
— Мне-то какая разница? — вызывающе поинтересовался Филч.
— Я, черт дери, учитель, разве нет, сквиб ты ползучий! — мгновенно вспыхнув, рявкнул Хагрид.Послышалось отвратительное шипение — это Филч раздувался от гнева; тут же появилась Миссис Норрис и принялась тереться о его костлявые лодыжки.
— Да, это возмутительно, — покачала головой леди Лонгботтом. — С одной стороны, безусловно, ребята находились вне гостиной без достаточно... веских причин, даже случай с Рональдом мог бы извинить в данной ситуации разве только Джиневру, как сестру... Но — если с ребятами был преподаватель, вы не имели права возникать, Аргус.Мистер Филч пробурчал себе под нос нечто, указывающее на его крайне низкое мнение относительно преподавательских способностей Хагрида, но, учитывая, что с некоторых пор они были компаньонами, бывший завхоз решил всё же не доносить это мнение до чужих ушей.
Полная Дама уже похрапывала и нисколько не обрадовалась, когда ее разбудили, но все же, поворчав, отступила в сторону, позволив Гермионе и Гарри протиснуться в благодать тихой, пустой гостиной. Судя по всему, о случившемся с Роном знали пока не многие. Гарри почувствовал облегчение — расспросов ему на сегодня уже хватило. Гермиона, пожелав Гарри спокойной ночи, направилась к спальням девочек. Он же остался в гостиной, сидел у камина, глядя на потухающие угли.Итак, Дамблдор повздорил со Снейпом. Несмотря на все, что он сказал Гарри, несмотря на заявления, что Снейпу он доверяет полностью, Дамблдор, разговаривая со Снейпом, вышел из себя, решил, что тот прилагает недостаточно усилий, расследуя деятельность неких слизеринцев... Или только одного — Малфоя?
— Да, вы совсем зациклились на Драко и Северусе, мастер Поттер, — развеселились многие.— Нет, по справедливости — это более, чем естественно в данных обстоятельствах, — заметил обладатель второго имени. — Я бы скорее удивился, если бы этого «зацикливания» не произошло.
Может быть, Дамблдор сделал вид, будто подозрения Гарри кажутся ему пустыми, опасаясь, что Гарри наделает глупостей, попробует взять все в свои руки? Не исключено и другое — Дамблдор не хотел, чтобы Гарри отвлекался от их уроков, от попыток вытянуть из Слагхорна воспоминания. А возможно, не считал правильным делиться с шестнадцатилетним своими подозрениями в отношении подчиненного...
— Это вполне возможно, — оторвался чтец от книги. — Но первый случай я бы отмёл. Я бы постарался сделать так, чтобы ты не мог «взять всё в свои руки». Но... о том, что Драко что-то замышляет, я бы догадался либо сам, либо с помощью Северуса и уж в любом случае не стал бы забывать о словах Гарри. Виду бы не подал — но и не забыл бы.
Мысли о Драко Малфое быстро превращались у него в подобие мании. Справляясь при всякой возможности с Картой Мародеров, он время от времени делал по замку крюк, заглядывая туда, где находился Малфой, но ни за какими необычными занятиями застать его так и не смог. И при этом Малфой продолжал необъяснимым образом исчезать с карты.
Мародёры (те из них, у кого была такая возможность
— Хвост большую часть времени приходил в себя после вынужденной «дементоротерапии» в клетке) собрались вместе и пытались понять, как это в принципе могло произойти. Правда, потом...
— Интересно, а эти исчезновения происходили не возле Выручай-комнаты? — вопросил вдруг Люпин. Все воззрились на него. — Надо будет проверить... Хотя, безусловно, теперь мы это если и узнаем, то не скоро.
Впрочем, времени на то, чтобы вплотную заняться этой загадкой, у Гарри не было — мешали тренировки, домашние задания, да еще то обстоятельство, что теперь, куда бы он ни направлялся, за ним неотступно следовали Кормак Маклагген и Лаванда Браун.
— А это ещё что за свита?! — удивились многие.
— Ну, я, скорее всего, просто хотела узнать, в каком состоянии находится Рон, — сказала Лаванда. — Раз уж мы встречались к тому времени, понятно, что я волновалась о нём. А Кормак?Кормак пожал плечами.
Кто из них досаждает ему сильнее, Гарри решить так и не смог. Маклагген постоянно намекал, что вратарь команды из него получится лучший, чем из Рона, и что Гарри, который теперь регулярно видит его в игре, наверняка и сам так думает. Мало того, Маклагген критиковал всех остальных игроков и приставал к Гарри с детальными планами тренировок, так что Гарри не раз уже пришлось напомнить ему, кто в команде капитан.
— Возмутительно! — признали многие, даже не являвшиеся поклонниками квиддича как такового или отдельно взятой команды.
— Это просто бестактность по отношению к капитану и в большом спорте за такое вполне могли бы даже и отстранить от игр вплоть до исправления... Верно, Людо?
— Бывали случаи и пожизненной дисквалификации, — сказал вдруг Крам. — Мой предшественник по сборной именно таким образом и освободил мне место в основном составе...
А Лаванда то и дело подкатывалась к нему с разговорами о Роне, и эти разговоры Гарри находил не менее утомительными, чем разглагольствования Маклаггена о квиддиче. Поначалу Лаванда была страшно обижена, что никто не удосужился сообщить о том, что Рон попал в больницу («Я же все-таки его девушка!»), но затем решила простить Гарри забывчивость и провести с ним ряд задушевных бесед, посвященных чувствам Рона, — крайне тягостное испытание, без которого Гарри с большим удовольствием обошелся бы.
— Послушай, почему бы тебе не поговорить обо всем этом с Роном? — спросил ее Гарри после особенно долгих расспросов, охвативших собою все: от точных слов, сказанных Роном по поводу ее новой парадной мантии, до мнения Гарри о том, считает ли Рон свои отношения с Лавандой «серьезными».
— Я бы и поговорила, но всякий раз, как я к нему прихожу, он спит! — раздраженно сообщила Лаванда.
— Вот как? — Гарри был удивлен, поскольку сам он при каждом посещении больничного крыла заставал Рона бодрствующим: друг рьяно интересовался новостями о ссоре Дамблдора и Снейпа, с одной стороны, и норовил произнести как можно больше бранных слов о Маклаггене, с другой.
— А Гермиона Грэйнджер к нему все еще заглядывает? — внезапно поинтересовалась Лаванда.
— По-моему, да. Так ведь они же друзья, верно? — испытывая неловкость, ответил Гарри.
— Друзья, не смеши меня! — презрительно процедила Лаванда. — Когда Рон стал встречаться со мной, она с ним неделями не разговаривала! Теперь-то она, конечно, хочет с ним помириться, он же стал таким интересным...
— По-твоему, получить яд, значит стать интересным? — спросил Гарри. — Как бы там ни было, извини, я должен уйти: вон Маклагген идет, опять прицепится ко мне с разговорами о квиддиче. — И Гарри, бочком скользнув в притворявшуюся сплошной стеной дверь, коротким путем понесся на урок зельеварения, куда, к счастью, ни Лаванда, ни Маклагген последовать за ним не могли.
— Да уж, не такими путями я хотел бы прославиться, — хмыкнул Рон, закусив губу.
— А кто на третьем курсе врал, что Сириус тебя чуть только зарезать не пытался? — хихикнул Невилл, но посерьёзнел. — Нет, в книге Лаванде явно светила бы исключительно короткая интрижка, раз уж первым именем, которое Рон простонал, придя в себя, было имя Гермионы.
— Но в реальности тебе придётся искать другой объект ухаживаний! — заметил мрачный болгарин.
— Безусловно! — рыжик вскинул руки. — Единственное, поскольку я всё же считаю Гермиону своим другом — хотя со мной могут и не согласиться — очень надеюсь, что с тобой ей будет хорошо.
В то утро, на которое была назначена игра с Хаффлпаффом, Гарри заскочил по пути на поле в больничное крыло. Рон был вне себя — мадам Помфри не разрешила ему пойти посмотреть матч, считая, что это может его перевозбудить.
— А отказ меньше меня возбудил? — поинтересовался Рон.
— Откуда мы теперь это можем знать?!
— Так что там Маклагген? В какой он форме? — спросил Рон, забыв, по-видимому, что уже дважды задавал этот вопрос.
— Я же тебе говорил, — ответил Гарри, — будь он хоть игроком мирового класса, я бы его в команде держать не стал. Он все время лезет ко всем с указаниями, считает, что, на какое место его ни поставь, он сыграет лучше любого из нас. Я просто жду не дождусь, когда смогу от него избавиться. Кстати, — прибавил Гарри, вставая и поднимая свою «Молнию», — ты не мог бы перестать притворяться спящим, когда к тебе приходит Лаванда? Она тоже меня, того и гляди, с ума сведет.
— Ладно, — сконфуженно выдавил Рон.
— Не хочешь с ней больше встречаться, так скажи ей об этом, — посоветовал Гарри.
— Хорошо... Только это не так-то просто, — сказал Рон. Он помолчал, затем небрежно осведомился: — А Гермиона сюда перед игрой не заглянет?
— Нет, она уже отправилась с Джинни на поле.
— Ну да, — немного помрачнев, сказал Рон. — Ладно, удачи. Надеюсь, ты разгромишь Маклаг... то есть Смита.— Постараюсь, — сказал Гарри и закинул метлу на плечо. — Пока, увидимся после матча.Он торопливо шел по пустым коридорам. В школе не было ни души — все либо уже сидели на стадионе, либо направлялись к нему. Гарри поглядывал в окна, мимо которых проходил, прикидывая, каков нынче ветер, и тут его внимание привлек шум впереди. В сопровождении двух девочек к нему приближался Малфой. Обе девочки выглядели недовольными и надутыми.
— Девочек?!
— А куда делись твои телохранители?!
— Мне бы самому хотелось бы это знать, — пробурчал Драко. — Наверняка я и в самом деле что-то замышлял, причём такое, в чём эти амбалы могли бы мне как-то помешать...
Заметив Гарри, Малфой замер на месте, злорадно ухмыльнулся и снова двинулся вперед.
— Куда это ты собрался? — резко спросил Гарри.
— Ага, Поттер, жди, вот так сию минуту все тебе и расскажу, ведь это ж тебя касается! — ощерился Малфой. — Ты бы лучше поторопился, тебя там ждут, Избранный капитан, Мальчик, Который Всегда Побеждает или как там тебя теперь называют.Одна из девочек захихикала. Гарри взглянул на нее, и она покраснела. Малфой, обогнув Гарри, тронулся дальше. Девочка и ее подруга засеменили следом, все трое свернули за угол и скрылись из виду.Гарри стоял как вкопанный, глядя им вслед. Ну хоть вой от злости! До игры оставались считанные минуты, а тут ему подворачивается крадущийся куда-то по опустевшей школе Малфой — подворачивается лучшая до сей поры возможность выяснить, что он задумал. Проходили секунды, а Гарри так и стоял, оцепенев, не отрывая глаз от угла, за которым исчез Малфой...
— Где ты был? — сердито спросила Джинни, когда Гарри влетел в раздевалку. Вся команда уже переоделась, загонщики Кут и Пикс нервно постукивали себя битами по икрам.
— Малфоя встретил, — тихо ответил Гарри, натягивая через голову красную мантию.
— И что?
— Хотел узнать, что он и две девочки делают в замке, когда все остальные здесь...
— И этим необходимо было заниматься именно сейчас?
— Так я вроде и не занимаюсь, — огрызнулся Гарри. Он взял «Молнию» и поправил очки. — Ладно, пошли!И, не сказав больше ни слова, он вышел на поле, встреченный оглушительными криками и улюлюканьем. Ветра почти не было, по небу плыли редкие облачка, время от времени ослепительно вспыхивало солнце.
— Условия сложные! — обращаясь к команде, бодро объявил Маклагген. — Кут, Пикс, вам следует заходить со стороны солнца, чтобы противник не замечал вашего приближения...
— Капитан команды я, Маклагген, хватит поучать игроков, — сердито прервал его Гарри. — Шел бы ты лучше к шестам!Как только Маклагген удалился, Гарри повернулся к загонщикам.— Постарайтесь подлетать со стороны солнца, — неохотно сказал он.Гарри обменялся рукопожатием с капитаном Хаффлпаффской команды, а затем по свистку мадам Хуч оттолкнулся от земли, взлетел выше своих игроков и пронесся вдоль поля, отыскивая глазами снитч. Если поймать его пораньше, появится шанс вернуться в замок, добраться до Карты Мародеров и выяснить, чем занят Малфой...
— А вот и Смит с квоффлом, — отдаваясь эхом от земли, произнес мечтательный голос. — В прошлый раз, как вы знаете, он комментировал игру, и в него врезалась Джинни Уизли. Скорее всего, намеренно, во всяком случае, так это выглядело со стороны. Смит очень грубо отзывался о Гриффиндоре, думаю, теперь, играя против него, он об этом сожалеет... О, смотрите-ка, Джинни отобрала у него квоффл, она мне нравится, очень хорошая...Гарри глянул вниз, на помост комментатора. Кто мог, пребывая в здравом уме, поручить комментировать матч Луне Лавгуд? Однако даже с такой высоты ошибиться было невозможно — длинные, серовато-светлые волосы, ожерелье из пробок от сливочного пива... Сидевшая рядом с ней профессор Макгонагалл казалась слегка встревоженной — похоже, назначение Луны на эту должность вызывало у нее серьезные сомнения.
Подобные сомнения явно возникли у всех собравшихся — не исключая и саму Луну.
— Никогда не стремилась комментировать эту дурацкую игру, — заметила девочка.
— Но теперь квоффл забирает у Джинни игрок команды Хаффлпаффа,крупный такой, никак не могу вспомнить его имя... Быкинс... нет, Бугайни...
— Кэдволлэдер! — громко сказала профессор Макгонагалл.Зрители захохотали.Гарри оглядывался, выискивая снитч, но никаких признаков его не видел. Мгновение спустя Кэдволлэдер забил гол. Маклагген, крикливо отчитывавший Джинни за то, что она упустила квоффл, в результате прозевал этот большой красный мяч, пронесшийся мимо его правого уха.
— Маклагген, займись своим делом и оставь игроков в покое! — взревел Гарри, сделав вираж и оказавшись лицом к лицу с вратарем.
— А ты бы мне пример показал! — крикнул в ответ красный, злой Маклагген.
— И вот Гарри Поттер ругается со своим вратарем, — безмятежно сообщила Луна под радостные восклицания и гогот сидевших на трибунах хаффлпаффцев и слизеринцев. — Не думаю, что это сильно поможет ему отыскать снитч, хотя, возможно, тут перед нами просто хитроумная уловка...Гневно выругавшись, Гарри крутнулся на месте и вновь облетел поле,обшаривая глазами небо в поисках крошечного крылатого золотого мячика.Джинни и Демельза забили по голу каждая, дав и своим одетым в красное с золотом болельщикам повод для восторга. Затем Кэдволлэдер закатил еще один, сравняв счет, но Луна этого словно и не заметила. Прозаические мелочи вроде счета интересовали ее на редкость мало, она старалась привлечь внимание зрителей к таким любопытным вещам, как необычная форма облака или вероятность того, что Захария Смит, неспособный удержать квоффл дольше одной минуты, страдает заболеванием, которое она назвала Немочью неудачника.
— Счет семьдесят — сорок в пользу Хаффлпаффа! — рявкнула в рупор профессор Макгонагалл.
— Уже? — рассеянно удивилась Луна.
— О, посмотрите-ка! Вратарь Гриффиндора завладел битой одного из загонщиков.Висевший в воздухе Гарри резко обернулся. И точно, Маклагген, по ведомым только ему причинам, выхватил у Пикса биту и теперь показывал ему, как следует отбивать бладжер, чтобы попасть им в уже приближавшегося Кэдволлэдера.— Отдай ему биту и вернись к шестам! — кидаясь к Маклаггену, завопил Гарри, однако тот уже яростно замахнулся, целя битой по бладжеру, но послал его совсем не в том направлении.Слепящая, тошнотворная боль... вспышка света... далекие крики... чувствопадения в глубокий колодец...
— А вот это уже точно пожизненная дисквалификация и крупный денежный штраф в пользу как пострадавшего ловца, так и загонщика, у которого забрали биту, — последовал вердикт Бэгмена. — Я помню, в нашем матче с немецкой командой Вальпургиевых ведьм был сходный случай — вратарь со всей дури влепил бладжером в голову ловца, так, что тому даже лучшие целители помочь не смогли, бедняга остался калекой, а вратарь, непонятно каким образом избежавший тюремного заключения, вынужден был выплачивать ему довольно крупные денежные суммы в связи с нетрудоспособностью...
В следующий миг Гарри обнаружил, что лежит в теплой и удобной постели и смотрит на лампу, отбрасывающую на темный потолок круг золотистого света. Он с трудом приподнял голову. Слева от него лежал кто-то очень знакомый — веснушчатый и рыжий.
— Рад, что ты заглянул ко мне, — с ухмылочкой сказал Рон.Гарри заморгал, огляделся вокруг. Ну конечно, он в больнице. Небо за окном стало темно-синим, покрылось багровыми прожилками. С окончания матча прошло, наверное, уже несколько часов... И уже несколько часов как рухнула надежда припереть Малфоя к стенке. Голова казалась странно тяжелой, Гарри поднял к ней руку и нащупал тюрбан из бинтов.
— Что со мной?
— Трещина в черепе, — ответила мадам Помфри, быстро приблизясь к нему и легким толчком заставив снова откинуться на подушки. — Ничего страшного, я ее быстро залатала, однако ночь вам придется провести здесь. В ближайшие несколько часов вы не должны перенапрягаться.
— Да не хочу я торчать здесь всю ночь, — сердито заявил Гарри, садясь и отбрасывая одеяло. — Мне нужно найти Маклаггена и отправить его на тот свет.
— Боюсь, как раз это и означает «перенапрягаться», — сообщила мадам Помфри, твердой на сей раз рукой возвращая Гарри в постель и угрожающе взмахивая волшебной палочкой. — Вы останетесь здесь, Поттер, пока я вас не выпишу, в противном случае, я вызову сюда директора школы.И она скорым шагом удалилась в свой кабинет, а Гарри, гневно пыхтя, снова откинулся на подушки.
— Не знаешь, с каким счетом мы продулись? — сквозь зубы поинтересовался он у Рона.
— Знаю, а как же, — с извиняющейся интонацией ответил Рон. — Триста двадцать — шестьдесят.
— Блеск! — свирепея, воскликнул Гарри. — Просто блеск! Ну, попадись мне Маклагген в руки!
— Это еще кто кому попадется, — рассудительно заметил Рон. — Он же с тролля ростом. Я бы на твоем месте поискал у Принца хорошую порчу да напустил бы на него. И вообще, прежде чем ты отсюда выберешься, команда, скорее всего, сама с ним разберется, она, знаешь, тоже не слишком рада...В голосе Рона звучало плохо скрываемое ликование, Гарри ясно понимал, что сокрушительный провал Маклаггена его только радует. Гарри лежал, глядя в потолок на круг света; недавно залатанный череп не то чтобы болел, но, казалось, приобрел чрезмерную чувствительность.— Я слышал отсюда комментарии, — дрогнувшим от веселья голосом сообщил Рон. — Надеюсь, Луна теперь будет комментировать все игры... Немочь неудачника, это ж надо!
— Да уж... Но всё равно злорадствовать из-за проигрыша команды — не очень-то красиво, — сказал Билл. Рон кивнул.
От койки Рона поплыл негромкий, раскатистый храп. Вскоре из своегокабинета показалась мадам Помфри, на этот раз облаченная в домашний халат.Притвориться спящим дело самое простое — Гарри повернулся на бок и сталслушать, как с каждым взмахом ее палочки на окнах сдвигаются шторы. Лампыпотускнели, мадам Помфри вернулась в кабинет. Гарри услышал, как хлопнуладверь, и понял — она укладывается спать.
Это уже третий матч по квиддичу, размышлял в темноте Гарри, после которого он попадает в больницу. В прошлый раз он свалился с метлы из-за того, что вблизи поля появились дементоры, а еще раньше неумеха профессор Локхарт вытянул из его руки все кости... самое мучительное увечье, какое Гарри когда-либо получал. Он вспомнил, какую испытывал боль, когда кости заново отрастали в течение одной ночи, и как эту боль не облегчил даже неожиданный гость, появившийся в самый разгар... Гарри резко сел, сердце его гулко забилось, головная повязка съехала набок. Вот же оно, решение: возможность проследить за Малфоем существовала. Как мог он забыть, почему не додумался раньше?!
— Оооо! Неужели выявилась брешь в моей защите? Какая... Ой! Эльфы? Ты решил натравить на меня Добби? Ну, он точно сядет мне на хвост и станет докладывать, даже когда я пойду в туалет...
Вопрос, правда, в том, как его вызвать? Что для этого нужно сделать? Негромко, неуверенно Гарри сказал в темноту:
— Кричер? Раздался гулкий хлопок, безмолвную палату наполнили звуки возни, попискивание. Рон, вскрикнув, проснулся.
— Что такое... Испугавшись, что мадам Помфри, того и гляди, выскочит из своего кабинета, Гарри торопливо направил на ее дверь волшебную палочку и пробормотал: «Маффлиато!» А затем перебрался в изножье кровати, чтобы получше разглядеть происходящее. Посреди палаты катались по полу два эльфа-домовика — один в мятом коричневом свитере и нескольких шерстяных шапках сразу, другой — в набедренной повязке из грязной старой тряпицы. Еще один громкий хлопок — и в воздухе над дерущимися эльфами появился полтергейст Пивз.
— От меня не укроешься, Потти! — возмущенно сообщил он и, ткнув пальцем в дерущихся, громко загоготал. — Ты посмотри на этих низких тварей, поцапались, а? И сразу друг дружку кус-кус да хряп-хряп...
— Кричер не будет оскорблять Гарри Поттера в присутствии Добби, нет, не будет, иначе Добби Кричеру сам рот заткнет! — тонким голоском воскликнул Добби.
— ...да дерутся-царапаются! — радостно вопил Пивз, швыряясь в эльфов кусочками мела, чтобы пуще их раззадорить.
— Бей, круши!
— Кричер будет говорить про хозяина что захочет, о да, тоже мне, хозяин, мерзкий друг грязнокровок, о, что сказала бы бедная хозяйка Кричера... Что именно сказала бы бедная хозяйка Кричера, узнать никому не довелось, поскольку именно в этот миг Добби засадил узловатым кулачком Кричеру в рот, выбив ему половину зубов. Гарри и Рон, спрыгнув с коек, растащили домовиков, хоть те и не оставляли попыток врезать друг другу кулаком или ногой. Пивз еще и подзуживал их, кружа вокруг лампы и голося:
— Пальцы в нос ему втыкай, уши к черту отрывай... Гарри нацелил на Пивза волшебную палочку и произнес: «Лэнглок!» Пивз схватился за горло и вымелся вон из палаты, делая непристойные жесты, но не произнося ни слова, поскольку язык его только что приклеился к небу.
— Неплохо, — одобрительно сказал Рон, поднимая Добби повыше, чтобы его дергающиеся конечности не смогли больше достать Кричера. — Это что, еще одно заклинание Принца?
— Угу, — ответил Гарри и завел Кричеру за спину одну из тощих ручонок. — Так вот, я запрещаю вам драться друг с другом! Тебе, Кричер, запрещается драться с Добби. Добби, я понимаю, что не вправе тебе приказывать...
— Добби — свободный эльф-домовик, он подчиняется кому захочет, и Добби сделает все, что скажет ему Гарри Поттер! — заявил Добби, по морщинистому лицу которого теперь катились, орошая свитер, слезы.
— Тогда ладно, — сказал Гарри, и они с Роном выпустили эльфов, оба рухнули на пол, но продолжать драку не стали.
— Хозяин звал меня? — прокаркал Кричер, отвешивая поклон, но при этом награждая Гарри взглядом, в котором явственно читалось пожелание мучительной смерти.
— Звал-звал, — ответил Гарри и глянул в сторону кабинета мадам Помфри: убедиться, что заклинание Маффлиато все еще сохраняет силу. Никаких признаков того, что она услышала шум, он не заметил. — У меня есть для тебя задание.
— Кричер сделает все, чего желает хозяин, — сказал Кричер, поклонившись так низко, что губы его почти коснулись шишковатых пальцев ног, — потому как Кричеру выбирать не приходится, но Кричеру стыдно, что у него такой хозяин, да...
— Добби сам все сделает, Гарри Поттер! — пропищал Добби, и его большие, как теннисные мячики, глаза наполнились слезами. — Добби почтет за честь помочь Гарри Поттеру!
— Вообще-то говоря, пригодиться вы можете оба, — сказал Гарри. — Значит, так, мне нужно, чтобы вы проследили за Драко Малфоем. Не обращая внимания на Рона, лицо которого отразило смесь недоумения и досады, Гарри продолжил: — Мне нужно знать, где он бывает, с кем встречается и что делает. Я хочу, чтобы вы следили за ним круглые сутки.
— Будет исполнено, Гарри Поттер! — воскликнул Добби, и глаза его взволнованно вспыхнули. — И если Добби сделает что не так, Добби бросится вниз с самой высокой башни!
— В этом нет никакой нужды, — поспешил заверить его Гарри.
— Хозяин желает, чтобы я следил за самым молодым Малфоем? — прохрипел Кричер. — Хозяин желает, чтобы я шпионил за чистокровным внучатым племянником моей прежней хозяйки?
— Вот именно, — ответил Гарри. Тут он сообразил, что задание это сопряжено для него с определенным риском, и решил сразу же себя обезопасить. — И тебе запрещается предупреждать его об этом, Кричер, или давать ему знать, чем ты занимаешься, да и вообще разговаривать с ним, или писать ему записки, или... или связываться с ним каким бы то ни было способом. Ты понял? Гарри ожидал ответа, и ему казалось, что он просто-таки видит, как Кричер пытается отыскать лазейку в полученном приказе. Через секунду-другую Кричер, к великому облегчению Гарри, отвесил ему еще один глубокий поклон и с горьким негодованием сообщил:
— Хозяин все предусмотрел, Кричеру придется подчиниться ему, даже если Кричер предпочел бы служить молодому Малфою, о да...
— Да уж, это ты здорово придумал... Один эльф хорошо, а два — ещё лучше, и, главное, ни один из них не сможет ослушаться — каждый в силу своих причин, — признала жертва несостоявшегося преследования.
— Ну, значит, договорились, — сказал Гарри. — Будете докладывать мне регулярно, но появляйтесь, лишь убедившись, что рядом со мной нет посторонних. Рон с Гермионой не в счет. И не говорите никому, чем занимаетесь. Просто прилипните к Малфою, как пара банных листьев.