Часть 4
Снейп монотонно читал лекцию, которую шестикурсники также монотонно записывали в свои тетради. Малфой со скучающим видом водил по пергаменту кончиком своего пера, проклиная всех, за то что вчера так напился. Вчера они шумно отметили день рождения Гойла, закатив в факультетской гостиной громкую вечеринку. Поэтому сегодня все слизеринцы с пятого по седьмой курс едва двигали головами.
— Я клянусь Салазаром, если грязнокровка ещё раз вздохнёт, я кину ей в голову Петрификус. – пробормотал Тео, который буквально распластался на парте, рядом с Малфоем.
Драко не ответил. Его раздражало буквально всё: монотонный голос Снейпа, скрежет перьев о пергамент, скрип учебных скамеек под учениками. Буквально. Всё. Но он проследил взглядом в ту сторону, где с идеально ровной спиной, как впрочем, и всегда, сидела грязнокровка Поттера и старательно строчила конспект под диктовку бывшего преподавателя зелий. Она отвлеклась, сдувая локон, упавший ей на лицо и заслонивший конспект. Уизел, сидевший рядом, наклонился в её тетрадь, что-то переспросив. С того расстояния, на котором сидел слизеринец, он не мог расслышать вопроса, но точно видел, как она нахмурилась, что-то быстро прошептав ему в ответ, и снова стала конспектировать лекцию. Чёртова заучка.
Очередной тяжёлый вздох Нотта по левую руку отвлёк его от разглядывания грязнокровки. Драко и сам разделял его чувства, пара флаконов антипохмельного зелья им бы точно сейчас не помешали. Обычно за доставку подобного в их компании отвечал Забини, который бессовестно прогулял пару по ЗОТИ, сославшись на болезнь, которая, разумеется именовалась всё тем же похмельем. Малфой, разумеется, тоже мог прогулять пару, но Снейп в последнее время слишком сильно цеплялся за него и к нему, что лишний раз вызывать недовольство декана до поры до времени ему не хотелось. Не то чтобы он боялся Снейпа, но у него были сейчас проблемы куда важнее, чем нравоучения бывшего профессора зельеварения.
Колокол оповестил студентов шестого курса о том, что пара по защите от тёмных искусств окончена и все они заскрипели партами и скамьями, чтобы поскорее убраться из сумрачного кабинета.
— К следующему уроку жду от вас два свитка на тему: Фениксы. Их магические свойства и применение. – бросил Снейп напоследок, прежде чем скрыться за дверью.
— Салазар! – Нотт одним из первых выскочил в прохладу школьного коридора. – Я думал, что я умру от скуки.
— Или от сушняка! – фыркнула Пэнс, обгоняя его и Малфоя, подхватывая под руку Дафну.
Они не говорили и почти не пересекались с Пэнси все выходные. От Блейза он узнал, что она проплакала почти всю ночь, после того их неудачного разговора, а утром сделала вид, что ничего не произошло, и на их внезапной тусовке даже перебросилась с ним парой дежурных фраз. На душе у Малфоя всё равно было гадко от своего поступка, но, очевидно, извинения всё ещё оставались не самой сильной его стороной, поэтому он просто отставил это. Похуй. Сейчас у него и так хватало забот.
— Не будь злючкой, Паркинсон! – крикнул Теодор вслед брюнетке, на что она лишь помахала ему рукой. – И как ты мог растесаться с такой куколкой?
— Ну, ты можешь смело подкатить к ней, пока она свободна! – усмехнулся Драко, перехватывая сумку на плече.
— А как же Касси? – хохотнул Блейз, нагоняя их в коридоре.
— Ой, я тебя умоляю. – отмахнулся Тео. – Я явно лучше. И член у меня больше. – они заржали над последней репликой Теодора.
— Ну, по этому заданию, у Гарри точно получит «превосходно»! – донёсся до слуха Драко голос Вислого.
— У Снейпа? – фыркнул очкастый, когда их блевотное трио обгоняли их на повороте. – Снейп не поставит мне «превосходно», даже если я вызубрю весь учебник наизусть.
— Если бы ты прикладывал немного усердия... - назидательным тоном начала Грейнджер, что вызвало у Драко моментальное желание закатить глаза. – то вероятно, Снейп мог бы хотя бы...
— Брось, Грейнджер! – Малфой не успел даже сформулировать мысль, когда слова уже направились в сторону гриффиндорцев. – Поттер слишком занят геройствами. Для того чтобы получать оценки у него есть ты! – едкая интонация и вот, янтарь её радужек затапливает знакомая поволока досады и отвращения, а на щеках проступает румянец негодования.
— Заткнись, Малфой, тебя вообще никто не спрашивал. – тут же взвился Вислый, словно бык, перед красной тряпкой.
Драко хохотнул, обменявшись усмешками с друзьями, которые с интересом наблюдали за очередной перебранкой друга и ненавистных гриффиндорцев.
— А мне не нужно ждать, чтобы меня спросили. – беспечно передёрнул плечами слизеринец. – Я имею достаточно влияния, чтобы говорить что хочу и когда хочу. А главное, кому хочу. – Малфой приблизился на шаг к Уизли, зло усмехаясь ему в лицо.
— Твоё влияние осталось в камере Азкабана, куда в прошлом году упекли твоего папашу. – очкастый не остался в стороне, тут же приклеившись рядом со своим нищим дружком. – Или его хозяин уже помог ему выйти на свободу? – Малфой передёрнулся, впиваясь взглядом в Поттера.
— Ты смеешь говорить о моём отце? – прорычал Драко, тут же потянувшись за палочкой, готовый в любой момент «украсить» физиономию избранного ещё одним шрамом.
— Смею. – с вызовом бросил Поттер, и его глаза сверкнули гневом. – Ты же смеешь, встревать в разговор, в который тебя не приглашали.
— Мальчики, не надо... - Грейнджер подошла к Поттеру, потянув его за руку. – Он не стоит...
— Грязнокровка, ты не забыла прихватить слюнявчики своим подопечным? – протянул Нотт, становясь напротив девушки, чуть сбивая градус напряжения между Малфоем и Поттером.
Драко краем глаза заметил, как она дёрнула подбородком, смотря на его друга в упор. Она не дрогнула, как было прежде, когда кто-то, кроме него, называл её «грязнокровкой», в глазах всё ещё плескалось пренебрежение в пересмешку с беспокойством, очевидно, за двух своих недоумков.
— Да ладно, Тео. – Малфой растянул губы в издевательской улыбке. – Оставим пока Избранного с его отребьем, которое он гордо зовёт друзьями. – он поиграл волшебной палочкой, пропуская её между пальцев, отступая на шаг. – Он сам отлично справится с тем, чтобы угробить их рано или поздно.
— Твоими мечтами, Малфой! – выплюнул ему в лицо Поттер.
Драко не ответил, обходя гриффиндорцев со стороны Грейнджер, которая внимательно следила за ним.
— Получше следи за ними, Грейнджер, упаси Мерлин, поранятся. – Забини хохотнул, догоняя друзей.
— Гермионе не нужно следить за нами, мы...
— Да-да, недоумки, которые и шагу ступить не в состоянии без своей няньки! – небрежно перебил Малфой, оборачиваясь через плечо. – Знаешь, Уизел, ты настолько жалкий, что ей приходится...
— Малфой! – взвизгнула Грейнджер, перебив его так быстро, что он едва не расхохотался, ощущая привкус триумфа на кончике языка.
Вот оно. Та самая эмоция, которую он ждал. Ярость. Её ярость вперемешку с испугом. Ведь если её драгоценный нищий друг узнает, что без её помощи он не способен даже пройти отбор в команду по квиддичу, очевидно в их тихой гавани наступит очередная бурная ссора, над которыми время от времени потешается добрая половина Хогвартса. А Уизли так любил во всем всегда упрекать её, когда у него что-то не выходило. Малфой же был слишком наблюдательным, чтобы не замечать этого все шесть лет, что они учились вместе. И реакция Грейнджер сейчас, выдавала грязнокровку с головой.
Ему было приятно выйти победителем в этот раз. Он знал, что Поттер обязательно прицепится к нему при следующем случае, но это было не важно. Он получил истинное удовольствие, даже забыв ненадолго о похмелье, которое терзало его с самого утра. И реакция гриффиндорской зубрилы, услада для его глаз. Он знал её секрет, а секреты всегда помогали в манипуляциях. Он ещё не знал, как ему обойтись с таким пустяковым, но всё же секретом, но он обязательно придумает, как это можно будет обернуть в свою пользу.
— О чём он говорил? – спросил Рон, когда Малфой и Нотт скрылись за поворотом.
— Это Малфой, Рональд. – Гермиона попыталась собраться с мыслями. – Он всегда что-то говорит, нет смысла придавать значения каждому его слову. – он качнула головой, и направилась в ту же сторону, куда ушли слизеринцы.
Гермиона сделала вдох, чуть задержав дыхание, чтобы успокоиться. В конце концов, это была всего лишь парочка безобидных конфундусов. Она сможет что-то придумать, чтобы Рон не расценил это так, будто бы она не верила в его силы. Гарри догнал её, смерив каким-то неоднозначным взглядом, но ничего не сказал. Стычки с Малфоем всегда выматывали её так, словно она просидела все уроки над заданиями Снейпа, которые он не гнушался давать в таком объёме, будто других предметов, кроме тех, которые преподавал декан Слизерина в Хогвартсе не было. И пусть она давно привыкла к его придиркам и оскорблениям, но это всегда было сложно. Словно он высасывал из неё жизненные силы. И он, очевидно, наслаждался этим.
Когда Гермиона вошла в Большой зал, слизеринцы хохотали над чем-то, обращая на себя внимание всех присутствующих. Теодор Нотт скорчил какую-то гримасу, что-то говоря, и это спровоцировало очередной взрыв хохота его однокурсников. Гермиона отвернулась, не желая наблюдать за очередным представлением, которое обычно устраивал Нотт, интуиция подсказывала ей, что пересказывал он перепалку, произошедшую между ними только что.
Остаток для прошёл спокойнее, чем утро, сопровождаемое перепалкой со слизеринцами. Совместных пар со змеями больше не было, а Рон, по своему обычному легкомыслию быстро забыл, о чем Малфой говорил после пары ЗОТИ, что давало Гермионе возможность обдумать свои действия чуть позже. Гарри сегодня отправился на встречу с Дамблдором, Рон где-то запропастился, отлынивая от своих обязанностей старосты, а Грейнджер решила потратить это время с пользой и отправилась в библиотеку. Помимо домашних заданий, которых скопилось уже приличное количество, она всё ещё хотела узнать что-то о загадочном Принце и составить графики дежурств, для сопровождения третьекурсников в Хогсмид. Она никогда не замечала времени, если приходила в библиотеку одна. Чаще всего её оттуда забирали Гарри и Рон, потому что иначе она могла просидеть там до глубокой ночи. Ей было куда комфортнее в тишине, чувствовать шелест книжных страниц и пергаментов, как студенты переговаривались между стеллажами, сохраняя тишину, которую требовала обычно мадам Пинс от посетителей своего храма знаний. Гермиона была одной из немногих, кому суровая хозяйка библиотеки позволяла оставаться там до позднего вечера в одиночестве.
Гермиона подняла глаза, заметив, что за окном уже глубокая ночь. Интересно, сколько сейчас время? Гарри должен был зайти за ней после встречи с директором, но почему-то до сих пор этого не сделал. Грейнджер расставила книги по местам, собрала свои вещи и направилась к выходу, намереваясь дождаться Поттера в общей гостиной. Школа была тихой, свидетельствовав лишь о том, что отбой уже был. Гермиона решила срезать путь, чтобы добраться до башни Гриффиндора быстрее и не попасться на глаза Филчу. Пусть она и была старостой, но старому завхозу не было до этого никакого дела, и он бы непременно отвёл её к декану или дежурному преподавателю. Грейнджер завернула за угол и тут же врезалась в чью-то грудь, тихо охнув от неожиданности.
— Так-так, Грейнджер, и что же ты тут делаешь после отбоя? – знакомый голос не заставил себя долго ждать, оповещая гриффиндорку, о том, с кем она столкнулась.
— Малфой. – она подняла глаза, встречаясь с холодной ртутью его взгляда.
В отблесках факелов они казались ей темнее, чем обычно. Огонь, рисовал на его лице причудливые узоры, отчего его бледная кожа казалась бархатной, приобретая персиковый оттенок, совершенно ему не свойственный.
— Ты же знаешь, что я могу снять с тебя баллы? За нарушение комендантского часа. – он растягивал слоги, приторно усмехаясь ей.
— Ты не дежуришь сегодня. – цокнула языком девушка. – А значит, ты так же нарушаешь правила.
— С одной только разницей. – кивнул он, всё ещё усмехаясь. – Мне похуй на баллы, и на правила, отличии от тебя. Хотя, если посчитать сколько ты нарушила их вместе со своими недоумками...
— Иди куда шёл, Малфой. Что за идиотская привычка цепляться к тем, кто не желает иметь с тобой ничего общего? – Гермиона хотела обойти его, но он снова не позволил, преграждая ей путь, выставляя руку.
— Быть может, мне интересно послушать, что ты ещё можешь мне сказать, грязнокровка? – он передёрнул бровями. – Ты стала такой красноречивой в этом году. Перед зеркалом репетировала?
— Мне не нужны репетиции, чтобы указать тебе твоё место.
— Да? – он хохотнул. – И где же оно? – слизеринец приложил указательный палец к губам, задумавшись на долю секунды. – Дай-ка угадаю. Над таким отребьем, как ты? Потому что твоё место, точно у моих ног.
— Лишь в твоих мечтах, Малфой! – предсказуемо взвилась гриффиндорка, сверкнув глазами.
— О, поверь, грязнокровка. Мои мечты, куда хуже, чем тебе кажется. – она видела, как его забавляла вся эта ситуация.
Он всегда забавлялся этим. Оскорблениями, унижениями, склоками, что провоцировал всякий раз, когда ему этого хотелось. В этом был весь Малфой. Но Гермионе не хотелось в этом участвовать. Не сегодня. Она слишком устала, да и ей хотелось поговорить с Гарри перед тем, как она отправиться спать, потому, очередная перепалка со слизеринцем никак не входила в её планы. Никогда не входила.
— Годрик, как ты выносишь себя? – закатила глаза девушка, снова намереваясь уйти, но снова оказалась остановленной. – Ты же отвратительный.
— Поверь, грязнокровка, не было ещё той, кто бы считала так же, как ты.
— Самомнение граничащее с манией величия. – покачала головой Грейнджер. – Дай мне пройти.
— А то что? Натравишь на меня своих дрессированных пёсиков? – он хохотнул, качая головой. – Ты такая смешная, Грейнджер.
Она хотела ответить ему, уже набрала воздуха в лёгкие, чтобы выплюнуть очередную язвительную реплику, как друг услышала мяуканье кошки, а затем и шаги, которые принадлежали, разумеется Филчу. Как всегда вовремя. Они с Драко синхронно обернулись на звук.
— Салазар! – рыкнул Драко, хватая девушку за локоть и потащив куда-то в сторону.
— Что ты дел..? Мне больно! – возмутилась девушка, пытаясь вырваться из его хватки.
— Мне похеру, Грейнджер. Я не собираюсь попасться этому сквибу, тем более с тобой!
— Кто бы сомневался... – пробормотала она.
Малфой затащил её в небольшое углубление, одно из тех, в которых любили прятаться студенты, чтобы уединиться и не быть схваченными дежурными или завхозом. Он знал почти все такие места в замке и никогда не гнушался ими воспользоваться, чтобы залезть под юбку какой-нибудь умнице из Когтеврана или пуффендуйской наивной простушке. Первой он втолкнул туда Грейнджер, а затем ступил сам, скрывая её за широтой своих плеч. Нужно было лишь переждать, когда Филч уйдёт вместе со своей мерзкой кошкой, и можно будет оставить эту суку здесь, чтобы убраться к себе. Наконец лечь спать и закончить этот невыносимо долгой день. Очередной невыносимо долгий день.
Грейнджер начала возиться где-то рядом с его левым локтем, когда он вдруг понял, что до сих пор сжимая её запястье в своих пальцах. Он чуть ослабил хватку, позволяя ей, наконец, вырваться и наткнулся взглядом на свирепый огонёк в янтаре её радужек. Он бы засмеялся, если бы не положение в котором они оба оказались, вынужденно прячась.
— Ты просто невыносим. – зло зашипела она, потирая запястье.
— Заткнись, идиотка, или ты хочешь, чтобы он поймал нас? – шикнул он на неё в ответ.
— Лучше уж... - он не дал ей договорить, затыкая рот ладонью, потому что Филч как раз проходил мимо их укрытия.
Гриффиндорка снова дёрнулась, распахнув свои и без того, большие глаза. В них плескался ужас вперемешку с гневом. Драко сморщился, но одним лишь взглядом дал ей понять, что ей лучше не издавать сейчас ни единого лишнего звука. Филч что-то говорил своей ободранной кошке, остановившись в нескольких футах от их вынужденного укрытия. Малфой сжал кулаки, мысленно отправляя в адрес завхоза все известные ему проклятия. Внезапно Грейнджер повело назад, видимо она не смогла удержаться в маленьком пространстве, отчего ему пришлось непроизвольно ухватить её другой рукой. Раздался тихий щелчок, и они провалились куда-то вниз, во внезапно открывшийся проход.