Часть 3
Гарри уговорил её прийти на отборочные испытания в команду Гриффиндора, чтобы поддержать Рона.
— Я не понимаю, для чего ты это затеял? – в очередной раз спросила она, едва скрывая досаду в голосе.
Грейнджер планировала провести субботнее утро в библиотеке. Помимо приличного количества домашней работы Гермионе очень было интересно узнать кто такой Принц-полукровка, учебник которого помог Гарри блестяще справиться с заданием Слизнорта на прошлом уроке зелий. Она готова была поклясться, что слышала, как от досады клацнула челюсть Малфоя, когда новый профессор зельеварения вручал Поттеру флакончик Феликс Фелицис. Она и сама была не меньше огорчена тем, что лучший друг так просто обошёл её на уроке, но судя по выражению лица Малфоя, он едва не проклял Гарри за это прямо на уроке.
Рон и Джинни ушли на поле раньше, чем Гарри, который на правах капитана позволил претендентам в сборную поразмяться чуть больше положенного, прежде чем начать отборочные.
— Кстати, Маклагген спрашивал о тебе. – как-то невзначай бросил Гарри, когда они уже подходили к трибунам.
— Да? И что же он хотел? – безразлично протянула она, желая лишь поскорее покончить с этим и вернуться в замок.
— Спрашивал, есть ли у тебя парень. – усмехнулся Поттер, обгоняя её.
Грейнджер не ответила лишь покачав головой. Она знала Кормака, он ещё в конце прошлого года пытался завести с ней разговор в библиотеке, но она была слишком озадачена делами Отряда Дамболдора, чтобы отвлекаться на самовлюблённого придурка вроде него. Гермиона махнула другу рукой, поднимаясь на трибуны, откуда она собиралась наблюдать за отборочными. Её интересовал лишь Рон. За Джинни она не волновалась, знала, что младшая Уизли без труда оставит за собой место охотника, в квиддиче ей не было равных, а вот сероватый оттенок кожи лица Рональда за завтраком говорил лишь о том, что тот снова страшно волнуется.
Устроившись поудобнее, она достала из сумки справочник по рунам и стала читать его, дожидаясь когда к отборочным приступит кто-то из Уизли. Пока Гарри лишь раздавал инструкции, объяснял порядок проведения испытаний, и прочие организационные моменты. Гермиона услышала голоса, обернувшись. За её спиной на трибуны уселись Лаванда Браун и Парвати Паттил, две закадычные подружки от трескотни которых у Гермионы обычно дико раскалывалась голова.
— Во имя Годрика, Лав, неужели ты думаешь, что его правда возьмут? – донёсся до уха Грейнджер голос Парвати.
— Я уверена в этом! О да, уверена! Он же... - девушка задохнулась в восторженном вздохе. – Вон он, гляди!
Гермиона постаралась понять, о ком говорила Браун. Зная легкомысленность однокурсницы, объектом её воздыхания мог быть кто угодно. Грейнджер быстро оглядела собравшихся на поле гриффиндорцев. Гарри, Рон, Маклагген, а также Ричи Кут , Джимми Пикс и Дин Томас и ещё несколько парней имён которых она не помнила или не могла разглядеть с такого расстояния, чтобы идентифицировать их личности. Из всех возможных вариантов не подходили лишь Дин и Гарри. Дин был парнем Джинни и врятли Лаванда рискнула бы встретиться с гневом рыжеволосой гриффиндорки. А Гарри был капитаном и в отборе не нуждался. Гермиона покачала головой, решив, что её это точно не интересует.
Спустя почти час отборочных Поттер скомандовал, чтобы к испытаниям приступали вратари. Первым в воздух взлетел Кормак. Он сделал круг вокруг стадиона, и чуть замедлившись у трибуны, где сидели гриффиндорки, крикнул:
— Эй. Грейнджер! Советую тебе быть внимательнее, сейчас ты увидишь будущего вратаря гриффиндорской сборной! – Гермиона вопросительно изогнула бровь, встречаясь с нахальным взглядом семикурсника.
Маклагген подлетел к кольцам, источая такую кичливость, что все в мире слизеринцы позавидовали бы его самомнению. Охотники стали стараться забить Кормаку голы, которые ему нужно было отбивать. Гермиона нашла взглядом Рона. Его нервозность была заметна даже с такого большого расстояния. Идея появилась в её голове мгновенно. Она сосредоточилась на древке метлы Маклаггена и направила в ту сторону лёгкий поток стихийной магии, который дёрнул древко чуть в сторону, не позволяя Кормаку взять мяч. Джинни ринулась в очередную атаку, перебрасывая Дину квофл, который тот направил в сторону колец, всё ещё защищаемые Кормаком. Ещё один поток магии, и мяч дёрнулся залетая в кольцо намного дальше, чем мог успеть достать Маклагген.
Следующим к испытаниям приступил Рон. Гермиона видела, как Гарри похлопал друга по плечу в ободряющем жесте и уже в следующую секунду тот оттолкнулся от земли, подлетая к кольцам.
— Рон! Удачи! – взвизгнула Браун, активно жестикулируя.
Неужели Лаванда пришла болеть за Рональда? Гермиона невольно усмехнулась. Рон как-то неоднозначно дёрнул головой в их сторону и вцепился взглядом в охотников, которые готовились атаковать.
Когда Рон отбил последний мяч, Гермиона быстро спрятала справочник с рунами во внутренний карман куртки и стала спускаться вниз по ступеням, чтобы поскорее вернуться в замок. Когда она спустилась, вдруг услышала знакомый голос, который заставил её вздрогнуть от неожиданности:
— Так-так, Грейнджер, жульничаешь? – Малфой стоял под трибуной, облокотившись плечом на одну из скрепляющих балок.
— Что? – гриффиндорка вскинула брови в удивлении.
— Я видел, что ты делала с метлой этого придурка Маклаггена. – чуть дёрнув уголком губ, проговорил слизеринец.
— Я не понимаю о чём ты. – вздёрнула подбородок девушка, смерив его равнодушным взглядом. – Что ты вообще тут делаешь? Шпионишь? – Малфой усмехнулся, качая головой.
— Это ниже моего достоинства, грязнокровка. – он чуть качнул головой, отчего несколько светлых прядей упали ему на лоб, оттеняя серость его глаз. – Но должен признать, я готов высказать тебе свою признательность. Если вратарём Гриффиндора снова будет Вислый, обыграть вас нам не составит особенного труда. – Драко чуть подался вперёд, перекрывая ей путь к выходу. – Он уже в прошлом году был лёгкой мишенью.
— Ты же в курсе, что ты омерзителен? – прищурившись, спросила девушка, делая к нему шаг, и становясь так, что могла рассмотреть крапинки голубого у его зрачков.
— Сочту это комплиментом, грязнокровка. – он усмехнулся, обнажая ровные зубы.
Если бы она не знала его так долго, то подумала, что сейчас у слизеринца, словно у вампира вырастут клыки, и он вгрызётся в её шею, точно попадая в артерию и высасывая из неё всю кровь, вместе с жизнью. Он и вправду был похож на вампира. Высокий, худой, но достаточно крепко сложенный, чтобы худоба не выглядела болезненно. Бледная, почти мраморная кожа, и с того расстояния, на котором она стояла подле него, она могла видеть синеватые тонкие венки под кожей глаз и на шее. Она чётко видела, как там же, под воротом его рубашки спокойно отмеряет ритм его пульс, словно маленькая птичка запрятанная там, пыталась выбраться на свободу.
— Уйди с дороги, Малфой. – твёрдо проговорила Грейнджер, не разрывая зрительного контакта.
— А ты заставь. Или ты можешь приказывать только, когда вокруг есть свидетели? - его голос звучал тихо, требовательно, угрожающе.
По крайней мере, она понимала, что он хочет, чтобы она его боялась. Но она не боялась. Давно не боялась его. Малфой никогда не переходил грань дальше, чем оскорбления, и она почему-то была уверена, что он не способен ударить девушку. Даже маглорождённую, которую он презирал, не скрывая.
— Я не собираюсь тебя заставлять. – спокойно откликнулась девушка, отступая на шаг. – Ты уйдёшь сам, потому, что не приведи Мерлин, кто-то увидит тебя в обществе грязнокровки. – её губы тронула издевательская ухмылка, такая же, которой он несколько минут назад наградил её. – Твоя чистокровная репутация не должна так пострадать. – на её чуть розоватых губах играла ехидная усмешка.
Она видела, как исказилось его лицо, а в глазах мелькнуло отвращение в пересмешку с привычной гневной поволокой. Он всегда смотрел так, когда готовился выпустить в неё очередной залп своих косноязычных фраз. Словно она виновата во всех его бедах, отравляя воздух вокруг лишь своим существованием. Она знала, что для него это было именно так. Но было что-то ещё, что она не смогла отличить.
— Я раздавлю тебя. – рыкнул он, но отступил, позволяя ей выйти.
— Буду ждать с нетерпением! – усмехнулась Грейнджер, отбрасывая кудрявые пряди за спину и выходя из-под трибуны, чтобы вернуться в замок.
Когда она скрылась из виду, Драко прислонился затылком к деревянной балке и выдохнул. Эта гриффиндорская сука явно решила вывести его из себя с самых первых дней. Хотя, не было дня, чтобы он не раздражался, находясь с ней в одном помещении. Грейнджер и вправду была раздражающей. Громкая, заполняющая собой пространство, всезнающая выскочка. Грязнокровное отребье, которое засоряло его мир. Мир, в котором он родился, к которому принадлежал по праву. Такие как она не имели права на существование. Паразиты, которые нужно было искоренять.
Малфой оттолкнулся от балки, направляясь в противоположную сторону, чтобы обойти стадион с другой стороны. Он не собирался приходить сюда, а всего лишь хотел немного проветриться, так как в гостиной находиться было невыносимо. Ему нужно было подумать, решить, как ему поступить, ведь у него было не так много времени, для исполнения воли Тёмного Лорда, а он до сих пор не знал, как ему хотя бы начать. Он заметил гриффиндорцев над полем, когда уже почти дошёл до опушки Запретного леса и не смог удержаться от соблазна. Отборочные в команду Слизерина должны были состояться завтра, но Драко был уверен, что его место ловца останется за ним, хотя пока он не мог представить, как ему совмещать все его новые обстоятельства с тренировками и матчами. Но он подумает об этом позже.
Грейнджер он заметил почти сразу, как только подошёл к трибунам. И он сам не смог до конца объяснить себе порыв, который заставил его спрятаться именно тут, чтобы перехватить гриффиндорскую выскочку и высказать ей своё почтение. Он видел, как она колдовала, сбивая метлу Маклаггена невербальной магией. Нельзя было не признать, что мастерство грязнокровки и вправду было на высоком уровне. Но чёрта с два он когда-то признается в этом. Только не ей, да и ни кому-либо другому.
Драко поднимался по ступеням главного входа в замок, погружённый в свои размышления. Грейнджер стало слишком много. Он стал замечать её и это становилось проблемой. Она будто бы специально попадалась на его пути, делая его жизнь более отвратительной и раздражающей. Словно чума, от которой не было вакцины. Он свернул в коридор, ведущий к подземельям, намереваясь принять душ и завалиться спать. Прошлой ночью он почти не сомкнул глаз. Задание Тёмного Лорда не давало ему этого сделать, преследуя по пятам. А Грейнджер, как предвестник неминуемого, будто бы усугубляло все его страхи и гнев, бушующий в нём. Безысходно растекаясь внутри, липким страхом. За свою жизнь. За жизнь матери. За то, чем грозило ему выполнение задания Лорда. Из размышлений его вывела знакомая фигура, которая появилась в поле зрения. Это была Пэнси. Он так и не смог подловить её, после вчерашнего урока зелий, будто она намерено избегала его. Хотя, Драко знал, что так и было. Она слышала. И избегала его. Она делала так всякий раз, когда он обижал её. Всем своим видом показывая свою обиду и разочарование в нём.
— Эй, Пэнс! – позвал парень, поблагодарив Салазара за возможность, которую он предоставил представителю своего факультета.
Он видел, как дёрнулась её голова. Как она сделала усилие, чтобы не обернуться на его голос.
— Да погоди ты! – Драко нагнал её, резко развернув на себя.
— Не трогай мен... - выдохнула девушка, вырывая руку из его хвата.
— Давай поговорим? – он не сожалел о сказанном, но ему почему-то хотелось объясниться перед девушкой, которая была неотъемлемой частью всей его жизни.
— Ты уже всё сказал. – она дёрнула подбородком, сощурив взгляд. – Я услышала достаточно, или тебе есть что добавить?
— Пэнс, я не хотел тебя обидеть. – выдавил Драко под тяжестью её взгляда. – Просто...
— У тебя всё просто, ведь так, Драко? – она отступила на шаг, не разрывая зрительного контакта. – Ты просто захотел меня трахнуть и трахнул на четвёртом курсе. Ты просто захотел начать отношения и начал их, а потом просто захотел закончить и снова сделал по-своему. –её голос звучал спокойно, даже слишком. – Тебе ведь всегда было безразлично, что ты можешь сделать мне больно. Я всегда следовала за тобой и продолжала бы делать это, но ты решил, что тебе это больше не нужно. Так чего ты хочешь сейчас? Что хочешь сказать, чтобы сделать мне ещё больнее?
— Пэнси, всё не так... - Драко захотелось закричать от досады и злости. – Я сделал это, именно потому, что я хочу уберечь тебя от...
— Уберечь? – она засмеялось. Зло и холодно. – От чего уберечь? Разве что от себя самого. Тебе всегда было плевать на мои чувства. Ты всегда брал то, что хотел и уходил, даже когда мы были парой. Тебе всегда было безразлично, насколько больно ты можешь сделать мне, своими словами или поступками. Когда ты трахался с каждой второй юбкой, которая была готова раздвинуть перед тобой ноги в каждом уголке чёртового замка.
— Что же, Касс, видимо, больше заботится о твоих чувствах? – оскалился Малфой.
Её слова били точно в цель. Причиняя ему дискомфорт. Всё, о чем говорила Пэнси было правдой. Он никогда не думал о её чувствах, никогда не думал, что делает ей больно, хотя знал, что так и есть. Даже решение расстаться он принимал исходя из своих собственных убеждений и мыслей. Он преследовал свои мотивы, какими бы благородными они не казались ему.
— Кассиус хотя бы не ведёт себя со мной, так, словно я пустое место.
— Что ж, посмотрим, как скоро тебе это наскучит. – растягивая слоги, промурлыкал Драко. – Я знаю тебя, Пэнс, эта хуйня тебе не нравится. Ты любишь пожёстче. А Уоррингтон просто слюнтяй с маленьким членом.
— Не думала, что тебя так сильно интересуют чужие члены. – сверкнула глазами девушка. – Или ты поменял предпочтения? Быть может, поэтому ты так неравнодушен к Поттеру?
— Заткнись, Пэнс! – рыкнул Малфой, сжимая её лицо большим и указательным пальцем сильнее, чем требовалось.
— Пусти! – пискнула девушка, пытаясь вырваться, но Драко был сильнее.
— Если бы ты не была такой неуравновешенной сукой. Пэнси, быть может, я бы и дальше позволял тебе сосать у меня, хотя бы изредка. – он видел, как её глаза наполняются слезами, которые быстро стекали по щекам, задевая его пальцы. – Но ты, разумеется, не в состоянии, понимать, что в этой жизни существует хоть что-то более важное, чем твои личные обиды.
— Эй, Драко, что происходит? – голос Нотта отрезвил его в тот же миг, как только достиг ушных перепонок, заглушая шум собственной крови, бушевавшей от гнева.
Хватка, который он удерживал Пэнси, ослабла на миг, и этого хватило, чтобы девушка вырвалась и стремительно пронеслась мимо Теодора в сторону слизеринской гостиной. Малфой чувствовал, как волны собственного гнева затапливают его с головой. Тео проводил взглядом рыдающую Пэнси, и сделала шаг в сторону друга, обеспокоенно поджав губы.
— Дружище, что ты..?
— Блять, Тео, просто отъебись! – рыкнул Драко, прислоняясь затылком к каменной стене.
— Что происходит? – Нотт встал напротив, всем своим видом давая понять, что не собирается уходить.
— Всё очень сложно. – выдохнул Драко, открывая глаза. – Я просто. Блять, я просто не знаю, что делать.
— Всё дело в том, что было летом в Мэноре? – Нотт смотрел понимающе. Он знал или догадывался. Но точно был в курсе, что Лорд поручил ему задание, невыполнимое по своей сути. – Слушай, друг, ты же знаешь, что я всегда готов тебе помочь. Мы в одной лодке, ты помнишь?
— Мы нихуя не в одной лодке, Тео. – покачал головой Малфой. – И поверь, я бы сделал всё, чтобы ты никогда не сел в неё.
— Малфой, ты ведёшь себя, как уёбок. – фыркнул Нотт.
— Ага. Поблагодаришь меня за это позже, окей? – устало ответил Драко, отделяясь от стены.
Он первым направился в ту же сторону, куда ещё несколько минут назад, убежала плачущая Пэнси. Ему хотелось поднять свою палочку и стрельнуть себе авадой прямо между глаз, чтобы больше не слышать и не видеть ничего, что происходило с ним.