Часть 2
Утром настроение Малфоя стало лучше. Он физически ощутил это на себе, словно гора, опустившаяся на его плечи вдруг стала легче. Дело ли были в том, что он выспался, или в том, что вчера они с Тео, Блейзом, Монтегю и Боулом распили ту самую бутылку бурбона, что Нотт проиграл в шахматы. Или же в том, что Агнес Монкли была достаточно сговорчивой, чтобы уединиться с ним в туалете и позволить ему воспользоваться своей сговорчивостью в полной мере. В любом случае, этот день казался ему не таким отвратительным, в отличие от вчерашнего.
У дверей Большого зала их обогнала Пэнси, отбросив за спину тёмные волосы, которые за лето стали заметно длиннее. Паркинсон носила каре столько, сколько он её знал, но теперь её волосы легко собирались в хвост на затылке, что делало девушку совершенно иной. Малфой нахмурился, провожая бывшую взглядом, пока сдавленный смешок Тео, по правую руку от него, не заставил его отвлечься от созерцания спины Пэнс.
— Не могу поверить! Вчера ты трахал в туалете Монкли, а сегодня вздыхаешь в спину Пэнс? – Нотт широко улыбался, довольный своим наблюдением.
— Завались, Тео. – беззлобно оскалился Драко в ответ.
— Нет, Гарри, я не собираюсь этого делать! – звонкий голос пронёсся над головами студентов, шествующих на завтрак, оповещая о том, что блевотное гриффиндорское трио находится поблизости.
— А вот и наши звёзды! – пробормотал Блейз, первым проскальзывая в двери ловко лавируя среди первогодок.
— Интересно, грязнокровка когда-нибудь заебётся нянчить Поттера и Вислого? – проговорил Тео, поравнявшись с Малфоем.
— Похуй! – отмахнулся слизеринец, морщась от надобности отвечать на вопросы про Грейнджер.
С самого первого курса она стала чёртовой занозой в его благородной заднице. Просто фактом своего существования. Своим происхождением и тем, что лезла везде и всюду, вслед за шрамоголовым дружком и его верным рыжем оруженосцем в заплатанной мантии. Краем глаза он всё-таки зацепился за её кудрявую голову, которая продолжала что-то быстро объяснять Поттеру, который хмурился и кивал, словно болванчик, но сквозь общий утренний гомон Большого зала было не слышно, что именно она говорила. Драко плюхнулся на скамейку за слизеринским столом и магией придвинул к себе кофейник. Непроизвольно он снова поднял взгляд, упираясь в кудрявый затылок гриффиндорки. Она медленно перебирала волосы, закручивая их в пучок на затылке и закалывая их чем-то, что было сложно разглядеть на таком расстоянии.
— Кстати, первой парой у нас зелья, вместе с грифами. – проговорил Нотт, переключая внимание Малфоя с нескольких курчавых прядей, которые выбились из пучка и вились по шее гриффиндорки.
— Блеск! – хмыкнул Забини. – Снова слушать трескотню этой пигалицы.
— Жаль, что зелья больше не ведёт Снейп. Раньше можно было повеселиться, наблюдая за тем как он нагибает этих полудурков. – продолжал рассуждать Теодор.
Драко промолчал. Он нашёл глазами Пэнси, которая о чём-то переговаривалась с Дафной Гринграсс, медленно размешивая сахар в чае волшебной палочкой. Его она всё ещё игнорировала, будто бы хотела показать, что он должен был пожалеть, что потерял её. Жалел ли он? Нет. Малфой даже думал, что отчасти его поступок был благородным по отношению к девушке. Она явно не заслуживала к себе того отношения, которое он ей давал. Да и то, в каком положении он теперь находился, едва ли облегчило бы их отношения. Его взгляд снова уцепился за что-то и он повернул голову, чтобы увидеть, как МакГонагалл о чём-то говорила с Грейнджер, которая хмурилась, кивая своему декану. Драко выдохнул, качая головой. Слишком много грязнокровки за эти сутки. Чересчур. Нужно снова начать игнорировать её, как он делал это последние пять лет и не забивать голову ерундой, вроде тех самых выбивающихся из её пучка локонов, касающихся её шеи.
Гермиона кивнула, выслушав инструкции МакГонагалл и забрав у неё все необходимое, направилась к выходу из большого зала. Декан отдала ей стопку объявлений, которую попросила передать остальным старостам, для распространения. Ханну Эббот и Падму Паттил она нашла быстро. Передав им всё, что требовалась, она направилась на зелья. Пара была со Слизерином, поэтому она решила передать всё необходимое старостам перед началом урока. Как бы ей не хотелось взаимодействовать с Паркинсон и Малфоем, она считала себя выше глупых детских обид и предрассудков. Когда Гермиона вошла в кабинет зелий, там уже находились несколько студентов, включая Малфоя и его дружков. Он сидел, откинувшись на спинку стула, и смеялся над очередной шуткой Нотта. Девушка прошла к своей парте, оставляя там сумку. Пэнси нигде не было видно, и гриффиндорка решила подождать немного, надеясь, что она вот-вот появится. Но Паркинсон не спешила на урок, а отделаться от задания декана ей хотелось как можно скорее. Сделав глубокий вдох, она подхватила с парты бланки и инструкции и направилась к компании слизеринцев.
Первым её заметил Блейз, который пихнул в бок Нотта, обращая внимание однокурсника на приближающуюся к ним гриффиндорскую старосту. Когда Теодор отклонился в сторону, под её взглядом предстал и Малфой. Он, казалось, не заметил её, но она была уверена, что его бровь чуть дёрнулась в удивлении, которое он быстро смахнул со своего лица.
— Грейнджер, ты заблудилась? – проговорил Нотт, усмехаясь и кивая Блейзу, чтобы тот продолжил его реплику.
— Возможно, пока её дружков нет, она теряет ориентацию в пространстве и срочно ищет до кого бы ещё доебаться! – Блейз с готовностью перехватил инициативу, подарив девушке усмешку, которую она проигнорировала, в упор глядя на Малфоя.
— Профессор МакГонагалл просила передать всем старостам инструкции, бланки и...
— Грейнджер, ты реально думаешь, что мне не похуй? – он, лениво, словно кот, которого только что разбудили, повернул к ней голову, прищурившись.
— Ты староста, Малфой и в твои обязанос...
— Ты одна в этой школе относишься к обязанностям старосты так, словно тебя назначили на должность Министра магии. – растянул он губы в издевательской усмешке, а его друзья заржали, оценивая его остроумие. – Хотя стой. – он цокнул языком чуть наклонившись вперёд. – Если ты вдруг станешь Министром, я нахуй перееду, лишь бы не...
— Знаешь, мне глубоко наплевать на твоё снобское мнение, просто возьми чёртовы бланки и передай их Паркинсон, больше от тебя ничего не требуется! – чуть повысила голос Гермиона, чувствуя, как поднимается раздражение в груди, достигая горла и наливая щёки румянцем раздражения.
— Киска показывает коготки! – хохотнул Нотт, перебрасываясь усмешками с Блейзом.
— Грязнокровка, ты забыла, с кем ты говоришь? – она видела, как в его ртутных глазах загорелся огонёк ярости.
— Как я могла забыть, ведь твоё высокомерие опережает тебя примерно на милю. – процедила сквозь зубы девушка, бросая бумаги на его парту. – Можешь засунуть свои детские оскорбления в свой аристократический зад и хоть раз выполнить то, что тебе поручает декан.
— Твой декан, Грейнджер. – подсказал Забини, всё ещё сдерживая смешок.
— Но именно ваш декан назначил его на эту должность, так что...
— Салазар, ты можешь просто съебаться? – сморщился Драко, закатывая глаза и сжимая кулаки до побелевших костяшек.
— Что у вас тут происходит? – Пэнси Паркинсон протиснулась между партой и Ноттом и вопросительно взглянула на гриффиндорку, приподняв чёрную тонкую бровь.
— Грязнокровка притащила какие-то бумажки от своей старухи. – небрежно кивнул Малфой на парту.
Пэнси приподняла один из листов, которые Грейнджер несколько минут назад бросила на парту, быстро пробежавшись по ним взглядом и кивнула. Она ещё раз мазнула взглядом по Гермионе, передёрнув бровями, и перевела взгляд обратно на Малфоя. Девушка вздёрнула подбородок повыше и направилась обратно к своей парте, провожаемая взглядом слизеринцев.
— Пока-пока, Грейнджер! – пропел ей в след Теодор Нотт, но девушка никак не отреагировала на эту реплику, садясь на своё место.
— Ты можешь быть ещё более раздражающим, чтобы не осталось ни одного сомнения в том, что ты ведёшь себя, как кретин? – спокойно спросила Паркинсон, направляясь следом за Грейнджер к своей парте.
Гермиона чуть дёрнула головой, услышав эту реплику. Неужели в идеальной парочке Малфоя и Паркинсон произошёл разлад? Странно ведь весь прошлый год, они буквально не отлипали друг от друга. Или точнее сказать, она не отлипала от него, раздражающе хихикая всякий раз, когда его ладонь скользила ей под юбку на виду у всех, кто мог это увидеть.
Девушка кинула быстрый взгляд на профиль Пэнси, которая села на своё место на соседнем ряду и стала перебирать бумаги. Которые оставила Грейнджер на парте Малфоя. Пэнси бросила на неё быстрый взгляд и едва заметно кивнула, будто бы давая понять, что она приняла в работу задачу, которую декан Гриффиндора передела через свою старосту. Гермиона кивнула в ответ, отворачиваясь и дожидаясь начала урока. Без мальчиков ей было не очень комфортно находиться в кабинете зельеварения, несмотря на то, что гриффиндорцев в кабинете было достаточно, но всё-таки отсутствие Гарри и Рона сейчас ощущалось. Хотя, одному Годрику известно, что было бы, если бы при её перепалке со слизеринцем присутствовали её лучшие друзья.
Прозвенел колокол, оповещающий о начале урока. Малфой откинулся на спинку стула, снова утыкаясь взглядом в спину чёртовой Грейнджер. Как же она раздражала его, оному Мерлину было известно, насколько сильно она его раздражала. Невыносимая всезнайка, вечно сующая свой вздёрнутый нос во всё, что было в радиусе её слуха или зрения. Постоянно встревающая со своими идиотскими комментариями и репликами, вечно вздёрнутая рука, которая и сейчас взлетела в воздух, как только новый преподаватель по зельям озвучил первый вопрос урока. Драко не слушал ответ. он перевёл взгляд на спину Пэнси, которая сидела ровно, словно проглотила железный прут, который теперь держал её кости. Она назвала его раздражающим кретином при всех, включая грязнокровку. Отчего-то этот факт задел его самолюбие. Решив, что поговорит с девушкой после занятий, Малфой решил послушать, что рассказывает Слизнорт, как вдруг дверь в кабинет открылась, и в неё ввалились Поттер и Вислый. Вот же Салазар.
— Профессор Слизнорт, сер, мы опоздали, профессор Мак...
— Ах, Гарри, мальчик мой, я рад, страшно рад. Да-да, профессор МакГонагалл упомнила, что вы присоединитесь к курсу изучения зельеварения. – Слизнорт казался страшно довольным, словно выиграл тысячу галеонов в лотерею.
Драко закатил глаза, мазнув взглядом по избранному и его придурошному другу. Блять. Блять-блять-блять. Такое ощущение, что Поттер был его проклятием, нее меньше чем заноза-в-заднице-Грейнджер. Он ненавидел гриффиндорцев. Искренне.
— Ну-те-с, ну-те-с, — проговорил Слизнорт; очертания его массивной фигуры мерцали и расплывались в мареве многоцветного пара, который витал в кабинете. – Все достали весы, наборы для приготовления зелья, и не забудьте учебники «Расширенный курс зельеварения»...
— Сэр! – Поттер снова подал голос, отчего Драко едва не зарычал.
— Гарри, мой мальчик? – Слизнорт, очевидно, был в восторге от нахождения на уроке очкастого. Блейз за его спиной изобразил рвотный позыв, очевидно, разделяя досаду Малфоя.
— У меня нет учебника, и весов, ничего нет... И у Рона тоже... Понимаете, мы не знали, что нам можно будет продолжить курс... – придурок, Салазар, какой же придурок.
Драко закатил глаза, возвращаясь взглядом к спине Паркинсон. Она сидела всё так же ровно, медленно перелистывая учебник и совершенно не обращая внимания на всё происходящее вокруг.
— Сегодня утром я слышал, как малышка Пэнс жаловалась Дафне, что у Каса маленький член. – шепнул Тео, как бы невзначай.
— С каких пор тебя так интересуют члены, Тео? – не глядя на друга, спросил Малфой.
— С тех пор, как тебя снова интересует Пэнси.
— Меня не интересует Пэнси. – чуть громче, чем нужно отгрызнулся парень, заставляя некоторых повернуть головы на его реплику.
Голова Паркинсон чуть дёрнулась в сторону, и он был уверен, она тоже услышала его. Драко сжал кулаки, едва сдерживаясь, чтобы не врезать Нотту прямо тут, на уроке. Он медленно повернулся к Тео, сжимая челюсть.
— Ты, блять, можешь отъебаться от меня? – рыкнул он, снова возвращаясь взглядом к котлам, стоявшим на столе Слизнорта.
Он заметил, что Грейнджер смотрит в его сторону, выглядывая из-за плеча. Она скользнула взглядом в сторону Пэнси, которая продолжала сидеть так ровно, что это казалось неестественным, и снова вернулась взглядом к другу. Этот день начался так хорошо, но чувство нормальности улетучилось, едва он успел его осознать и насладиться. Всё снова пошло по пизде. И это снова вызвало волну раздражения, к которому он успел привыкнуть.