Чем больше Снейпа мы не любим, тем больше пофигу ему.
Перед тем как вы начнёте читать эту главу, я хочу вас предупредить — СОДЕРЖАНИЕ УПОРОТОСТИ СОСТАВЛЯЕТ 100%. Не спрашивайте какую травку я курила — не скажу.
Голова болела невыносимо. Гермиона открыла сначала один глаз, затем, немного подумав, второй. Перед глазами всё расплывалось. Единогласно было принято решение закрыть оба глаза обратно. Гриффиндорка, тихо постанывая, приложила ладонь ко лбу, тщетно пытаясь вспомнить, что же произошло. Последнее, что она помнила, это план Панси по победе над Мэри Сью. Дальше всё было как в тумане: какие-то вспышки, Лаванда, лежащая без сознания в каком-то коридоре, перекошенное злостью лицо Эмили Смит... А она тут вообще при чём?
— Грейнджер? — после некоторых мысленных усилий Гермиона идентифицировала этот голос. Ну, а кто же ещё мог сюда припереться? Закон Мёрфи, дементоры бы его поцеловали.
— Что? — девушка была поражена хриплостью своего голоса. Было такое ощущение, что она курила с десяти лет.
— Давай, вставай на ноги, хватит портить антураж наших подземелий своей неэстетично развалившейся тушкой.
Гермиона открыла глаза. Малфой стоял рядом с ней и, скрестив руки на груди, смотрел на неё. Девушка честно попыталась собрать конечности в кучку и встать, но попытка не увенчалась успехом. Малфой приподнял бровь.
— Грейнджер, ты знаешь, что эта попытка встать была похожа на шевеление наполовину раздавленного таракана?
— Эй! — Гермиона возмутилась и, собрав все силы... прямо села, прислонившись к стене.
Слизеринец помассировал виски.
— С какого ты бодуна, что встать нормально не можешь?
— Я не пью! — фыркнула Гермиона, чувствуя, что начинает злиться. — Лучше бы встать помог!
— Ты точно говоришь это мне? — изумлённо спросил Малфой.
— Ты видишь кого-то ещё? — раздражение Гермионы начало выплёскиваться через край. — Или противно подать руку грязнокровке?
— Не знал, что ты настолько богата, чтобы ругаться таким образом, — ухмыльнулся блондин.
— Ты о чём?
— Согласно постановлению Министерства употребление этого слова признано настолько оскорбительным, что за каждое его произношение будет назначен штраф в размере 50 галлеонов. Представь, даже я больше никого так не называю, — хмыкнул Малфой. — Жди письмецо от Министерства.
— Не знала... — удивлённо протянула Гермиона.
— Надо же, есть что-то, чего знает даже наша заучка!
— Хватит, Малфой, надоел уже! — Гермиона сердито посмотрела на парня. Тот закатил глаза и подал ей руку. Девушка с недоумением посмотрела на неё, потом перевела взгляд на слизеринца. Он, уловив её взгляд, закатил глаза.
— Ты вставать собираешься или как?
Девушка неуверенно взялась за протянутую ей руку. Малфой одним резким рывком поставил её на ноги. Гермиона прислонилась к стене и таким образом сохранила равновесие.
— Ты бы другим помог, — произнесла она, заметив, что слизеринец собирается потребовать объяснений.
— Кому? — удивленно спросил Малфой. Гермиона вместо ответа, указала рукой на затемнённый коридор, напротив которого она лежала минутой ранее. Там лежали связанные и вырубленные Парвати и Падма Патил. Слизеринец присвистнул.
— Что тут вообще произошло?
— Потом расскажу, — отмахнулась Гермиона. Она осторожно сделала шаг по направлению коридору. Несмотря на сильное головокружение, девушка преодолела путь до подруг почти уверенно. Оглянувшись назад, гриффиндорка увидела, что Малфой так и не сдвинулся с места.
— Так и будешь там стоять или поможешь? — фыркнула Гермиона, пытаясь развязать подруг.
— Отлично! — пафосно воскликнул блондин и, приблизившись, невербальным «Финита» убрал верёвки. — Теперь ты решила сделать из меня гриффиндорскую няньку?
— Взялся помогать, так не бросай на полпути, — недовольно пробормотала Гермиона, доставая палочку.
— Я вообще-то не собирался помогать, просто... Панси! — Малфой заметил в конце коридора лежащую без сознания слизеринку и стремглав бросился к ней.
—Наконец-то! — вздохнула Гермиона. — Энервейт!
***
— Мэри? Мэри Сью? — скептицизму Драко не было предела.
— Да! — Панси была невероятно зла. — Эта лахудра раскидала нас как котят!
Гермиона предпочитала помалкивать, так как события часовой давности упорно не хотели восстанавливаться в памяти. Они были очень редкими и обрывочными.
— Ну, всё, мне надоело! — Панси резко развернулась и пошла к выходу из подземелий. Девушки последовали за ней. Малфой проводил их взглядом, покачал головой и... отправился на свидание с Мэри Сью.
***
— Коварная гадина! Ух, ну я ей покажу! У неё будет сотрясение отсутствующего мозга! Я её в факс засуну, и будет она путешествовать от одного звука «пи» к другому! Запытаю в миксере и погребу в микроволновке!
Подобный концерт продолжался уже почти двадцать минут. Панси бегала по комнате для гаданий и всеми возможными эпитетами, метафорами и сравнениями кляла Мэри Сью на чём свет стоит. Когда поначалу Лаванда попыталась её образумить, напомнив, что произошло в прошлый раз, её резко обрубили одной ясной фразой: «Напугала ежа тонкими джинсами!»
Так что Гермиона давно уже не слушала слизеринку, а погрузилась в интересную книгу, так как головная боль уже прошла. Парвати дремала в кресле, Лаванда, высунув язык, красила ногти в оранжевый цвет, а Падма записывала особенно эмоциональные выражения Панси.
— А мы гадать будем? — спокойно поинтересовалась Лаванда, любуясь идеальным маникюром.
— Давайте, — Парвати потянулась и открыла дневник. — Итак, к одному гаданию мы уже готовы...
— Эй, а как же Сью? — изумлённо спросила Панси, которую так бесцеремонно прервали. — Святые пироги, какие гадания, когда в школе такой беспредел?
— Слушай, мы не говорим, что нужно всё так оставить, — воззвала к голосу разума Гермиона. — Просто сначала надо разобраться с нашими нормальными делами.
— Тебе вообще память стёрли, а ты спокойна как удав, — фыркнула слизеринка.
— Итак! — громко кашлянула Парвати. — Читаю: «Найдите стебель клевера с двумя лепестками. Он поможет вам узнать имя вашего суженого. Положите двулистник в правый ботинок и идите по дороге. С первым мужчиной, которого вы повстречаете, завяжите разговор. Чьё имя он назовёт первым, так и будут звать вашего возлюбленного»
— Тогда, вперед, в теплицы мадам Стебль! — быстро воскликнула Гермиона, не давая Панси опомниться.
***
— Очешуеть можно...
— Твою дивизию!
— Пресвятой ёжик...
— В рот мне ноги!
— Ну, что там может быть такого... Вот попали, так попали!
***
— Да, Панси, не знала, что твои фразочки настолько прилипчивы, — хмуро произнесла Гермиона, оглядывая теплицу номер 6.
Вокруг, насколько хватало глаз, рос клевер. Вся теплица была просто покрыта им. Было ощущение, что он растёт даже на потолке.
— Интересно, а клевер можно курить? — задумчиво протянула Падма.
Ответом ей были отвисшие челюсти подруг. Когтевранка невинно улыбнулась.
— Эй, это просто научный интерес!
— Э... Неважно. Давайте искать этот двулистный клевер.
Десять минут спустя.
— АРГХ! Мне это надоело! — воскликнула Панси и села на пол. — Это то, что я называю, совместить неприятное с бесполезным!
— Да, действительно скучно, — поддержала подругу Лаванда. — Жаль музыку нельзя включить.
— Почему нельзя? — пожала плечами Гермиона. — Есть же специальное заклинание, которое позволяет использовать палочку в качестве источника звука. Нужно только знать исполнителя и название композиции.
— Гермиона, ты наша спасительница! — воскликнула Панси. — Ну, кто заказывает первым?
— Мы! — воскликнули близняшки Патил, переглянувшись.
— Когда мы летом гостили у наших родственников в Индии... — начала Парвати.
— Мы слышали потрясающую маггловскую песню... — продолжила Падма
— Название, исполнитель? — перебила их Гермиона, которой тоже порядком надоело перебирать клевер.
— Поёт Aneela, а название «Money, Money»
Гермиона без лишних слов взмахнула палочкой, выписывая сложную геометрическую фигуру и вполголоса выговаривая длинную формулу. Из её палочки полилась зажигательная мелодия. Девушки заулыбались и вернулись к работе. Гермиона воткнула свою палочку в землю, чтобы не мешала. Первые полминуты работа шла споро, но когда наступило время припева...
— Танцуем! — воскликнула Панси.
Повторять дважды не пришлось, поскольку музыка действительно была потрясающая. Близняшки Патил начали исполнять индийский танец, Лаванда с Гермионой схватились за руки и вприпрыжку начали кружиться, а Панси просто зажигала.
***
Теплица №5 вмещала в себя слизеринцев и гриффиндорцев седьмого курса. По приказу мадам Стебль, которой срочно надо было куда-то отойти, ученики занимались пересаживанием цветов. Рон чуть не уронил несчастное растение. Ромашка, которую Гарри едва успел подхватить, облегчённо вздохнула.
Обычно на Травологии стоял шум, поскольку мадам Стебль была не против того, чтобы ученики переговаривались. Но, как это иногда бывает, внезапно в помещении повисла тишина. И в этой тишине слышалась приглушенная музыка. Все синхронно повернули головы налево к источнику звука. Но там была стена, завешанная вьющимися растениями. Кто-то из слизеринцев взмахнул палочкой, и растения раздвинулись, открыв превосходный обзор в соседнюю теплицу (стены были стеклянными). Ученики, увидев, что там происходит, начали отпихивать друг друга ради более удачного обзора.
Парвати, Падма, Гермиона, Панси и Лаванда самозабвенно танцевали, думая, что их никто не видит. Парвати, хихикнув, стянула через голову форменный свитер, оставшись в блузке и галстуке. Остальные девушки, недолго думая, последовали её примеру, поскольку становилось довольно жарко. Но индианка на этом не остановилась. Сорвав с шеи галстук, она расстегнула несколько нижних пуговиц блузки и завязала её на манер ковбойки, оголив живот. Разгорячённые девушки сделали так же.
В теплице №5 кто-то из мальчиков негромко присвистнул. Мэри Сью, которая тоже была тут, настороженно посмотрела на Драко, который не отрывал взгляда от Гермионы. Волосы гриффиндорки, ранее собранные в хвостик, разметались по плечам и дразняще подпрыгивали, а сама танцующая девушка выглядела очень соблазнительно. Эмили Смит, стоящая рядом со слизеринцем, напряглась и что-то застрочила в блокноте. Закончив, она злорадно ухмыльнулась.
***
Девушки совершенно потеряли счёт времени. Быстрая музыка, потрясающий запах цветущего клевера... Всё способствовало тому, чтобы они раскрепостились.
Дверь в теплицу номер шесть распахнулась, и на пороге появился профессор Снейп.
— Выключите музыку! — рявкнул он.
Девушки громко расхохотались. Гермиона, танцуя, подошла к профессору и, вырвав у него из рук палочку, воскликнула:
— Профессор, не будьте букой, зажигайте! — и с этими словами отправила палочку куда-то в заросли цветущего клевера.
Никто никогда не видел профессора столь изумлённым. Девушки окружили его и вывели в центр теплицы, где уже была вытоптана площадка. Водя хоровод вокруг офигевшего Снейпа, они громко подпевали музыке: «Money money money jaise honey honey honey!»
Несчастный мастер зелий несколько раз глубоко вздохнул и... присоединился к ламбаде, которую начали танцевать девушки.
***
Если бы кто-нибудь зашел в теплицу №5, то его бы поразила неестественная тишина, царившая в этом помещении. Все ученики столпились у стеклянной стены в соседнюю теплицу и застыли в таком положении. Виной этому был гроза подземелий, профессор зельеварения Северус Снейп, на данный момент танцующий ламбаду в соседней теплице вместе с ученицами, трое из которых были гриффиндорками.
— Вы как хотите, но я к ним! — воскликнул Блейз Забини, нарушив пугающую тишину. Слизеринец выбрался из толпы и быстрым шагом вышел из класса. Через пару секунд смуглый итальянец появился в теплице номер шесть и, выдернув Панси из линии танцующих ламбаду, начал зажигать на пару с ней.
Естественно все решили присоединиться к нему и кучкой перекочевали из одного помещения в другое. Остались только Мэри Сью и Эмили Смит. Вторая, начала что-то строчить в блокноте, но всё, что она написала, мгновенно исчезало. Проследив взглядом за Драко, она увидела, что тот танцует вместе с Гермионой, и они о чём-то весело переговариваются. Очень некультурно выругавшись, Эмили села за парту и запустила пальцы в жидкие волосы.
***
Профессор Стебль торопилась в теплицу №5, чтобы закончить урок травологии с седьмым курсом. Каково же было её удивление, когда, зайдя в класс, она обнаружила, что из всех учеников осталось только два человека. Оглядевшись, пожилая ведьма схватилась за сердце. Ну, а как ещё можно отреагировать, когда видишь в соседнем помещении слизеринцев вперемешку с гриффиндорцами, танцующих ламбаду под предводительством профессора Снейпа, который улыбается во весь рот?
***
Комната для гаданий. Остался час до обеда.
— Капец.
— Очешуеть можно.
— Я не верю.
— Это были глюки.
— Суровые глюки.
— Панси, как ты могла услышать «шесть» вместо «шестнадцать»? — начала наезжать на слизеринку Парвати.
— Я не виновата! — встрепенулась та.
— Так, хватит! — воскликнула Гермиона. — Каждый может ошибиться. Во всём виновата дирекция нашей школы и наркоманский клевер.
— Ага, — хихикнула Лаванда. — Зато впечатлений нам хватит до конца жизни. Танцующий Снейп — это нечто!
Все расхохотались, вспомнив какое было выражение лицо у профессора зельеварения, когда профессор Стебль избавила помещение от одуряющего запаха клевера. Оказалось, что Панси перепутала номера теплиц, и они попали в теплицу с экспериментальным клевером, аромат которого как-то влиял на мышление человека.
— Так, нам надо, в конце концов, провести гадание, — как всегда, по сути начала Гермиона. — И почему мы не догадались сразу применить «Акцио»?
— Загадка века, — пожала плечами Панси. — А на счёт гадания — дождёмся конца урока и тогда...
***
Гермиона шла по коридору в сторону Большого Зала, сжимая в руке клевер. Положить растение в туфлю — дело двух секунд, а неожиданности в виде ненужных ей людей не нужны. Ещё, не дай Бог, Малфоя назовут. Гермиона смутно помнила, о чем они с белобрысым слизеринцем болтали, пока танцевали в теплице, но то, что было весело — это она помнила совершенно точно.
«Так, всё, никаких мыслей о Малфое!» — одёрнула она себя и завернула за угол.
У стены яростно целовалась парочка. И не просто парочка, а Драко Малфой и Мэри Сью. Девушка так активно облизывала слизеринца, что казалось, что она подрабатывает дементором. Гермиона скривилась и быстрым шагом прошла мимо них, ни разу не обернувшись. И поэтому она не увидела, что Мэри, наконец, отлепилась от Драко, который выглядел невероятно бледным. Сью, напротив, просто лучилась здоровьем и счастьем. Помахав ручкой Малфою, она удалилась в сторону подземелий. Оставшийся в одиночестве слизеринец медленно сполз вниз по стене и потерял сознание.
***
Гермиона была довольно зла, хотя не понимала, откуда взялось это ужасное чувство. Девушка остановилась и попыталась проанализировать свои чувства. Так, когда она вышла из комнаты, всё было нормально. Потом... Потом она увидела целующихся Малфоя и Сью и рассердилась... Стоп, ЧТО?! Неужели она ревнует Малфоя к этой крашеной кукле? Не может быть! Гермиона разозлилась ещё больше. Плюнув на всё, она положила клевер в туфельку и пошла дальше.
Первым навстречу ей попался Рон. Он стоял у кабинета ЗОТИ, видимо, ждал Гарри. Тот собирался писать выпускную работу по этому предмету. Тем более в этом году вёл Люпин. Настроение Гермионы поднялось на пару градусов. Ну, от лучшего друга подлянки ожидать не стоит.
— Привет, Рон!
— Привет, Гермиона! Как гадания?
— Да, всё нормально. Как Защита?
— Супер! Она тоже должна была быть со слизеринцами. Все были, кроме Малфоя, и...
— АРР! ТЫ ИЗДЕВАЕШЬСЯ НАДО МНОЙ, РОН УИЗЛИ?!
— Что? — Рон действительно выглядел испуганным.
— Гермиона, что с тобой? — удивлённо спросил одного помещения в другое. Остались только Мэри Сью и Эмили Смит. Вторая, начала что-то строчить в блокноте, но всё, что она написала, мгновенно исчезало. Проследив взглядом за Драко, она увидела, что тот танцует вместе с Гермионой, и они о чём-то весело переговариваются. Очень некультурно выругавшись, Эмили села за парту и запустила пальцы в жидкие волосы.
***
Профессор Стебль торопилась в теплицу №5, чтобы закончить урок травологии с седьмым курсом. Каково же было её удивление, когда, зайдя в класс, она обнаружила, что из всех учеников осталось только два человека. Оглядевшись, пожилая ведьма схватилась за сердце. Ну, а как ещё можно отреагировать, когда видишь в соседнем помещении слизеринцев вперемешку с гриффиндорцами, танцующих ламбаду под предводительством профессора Снейпа, который улыбается во весь рот?
***
Комната для гаданий. Остался час до обеда.
— Капец.
— Очешуеть можно.
— Я не верю.
— Это были глюки.
— Суровые глюки.
— Панси, как ты могла услышать «шесть» вместо «шестнадцать»? — начала наезжать на слизеринку Парвати.
— Я не виновата! — встрепенулась та.
— Так, хватит! — воскликнула Гермиона. — Каждый может ошибиться. Во всём виновата дирекция нашей школы и наркоманский клевер.
— Ага, — хихикнула Лаванда. — Зато впечатлений нам хватит до конца жизни. Танцующий Снейп — это нечто!
Все расхохотались, вспомнив какое было выражение лицо у профессора зельеварения, когда профессор Стебль избавила помещение от одуряющего запаха клевера. Оказалось, что Панси перепутала номера теплиц, и они попали в теплицу с экспериментальным клевером, аромат которого как-то влиял на мышление человека.
— Так, нам надо, в конце концов, провести гадание, — как всегда, по сути начала Гермиона. — И почему мы не догадались сразу применить «Акцио»?
— Загадка века, — пожала плечами Панси. — А на счёт гадания — дождёмся конца урока и тогда...
***
Гермиона шла по коридору в сторону Большого Зала, сжимая в руке клевер. Положить растение в туфлю — дело двух секунд, а неожиданности в виде ненужных ей людей не нужны. Ещё, не дай Бог, Малфоя назовут. Гермиона смутно помнила, о чем они с белобрысым слизеринцем болтали, пока танцевали в теплице, но то, что было весело — это она помнила совершенно точно.
«Так, всё, никаких мыслей о Малфое!» — одёрнула она себя и завернула за угол.
У стены яростно целовалась парочка. И не просто парочка, а Драко Малфой и Мэри Сью. Девушка так активно облизывала слизеринца, что казалось, что она подрабатывает дементором. Гермиона скривилась и быстрым шагом прошла мимо них, ни разу не обернувшись. И поэтому она не увидела, что Мэри, наконец, отлепилась от Драко, который выглядел невероятно бледным. Сью, напротив, просто лучилась здоровьем и счастьем. Помахав ручкой Малфою, она удалилась в сторону подземелий. Оставшийся в одиночестве слизеринец медленно сполз вниз по стене и потерял сознание.
***
Гермиона была довольно зла, хотя не понимала, откуда взялось это ужасное чувство. Девушка остановилась и попыталась проанализировать свои чувства. Так, когда она вышла из комнаты, всё было нормально. Потом... Потом она увидела целующихся Малфоя и Сью и рассердилась... Стоп, ЧТО?! Неужели она ревнует Малфоя к этой крашеной кукле? Не может быть! Гермиона разозлилась ещё больше. Плюнув на всё, она положила клевер в туфельку и пошла дальше.
Первым навстречу ей попался Рон. Он стоял у кабинета ЗОТИ, видимо, ждал Гарри. Тот собирался писать выпускную работу по этому предмету. Тем более в этом году вёл Люпин. Настроение Гермионы поднялось на пару градусов. Ну, от лучшего друга подлянки ожидать не стоит.
— Привет, Рон!
— Привет, Гермиона! Как гадания?
— Да, всё нормально. Как Защита?
— Супер! Она тоже должна была быть со слизеринцами. Все были, кроме Малфоя, и...
— АРР! ТЫ ИЗДЕВАЕШЬСЯ НАДО МНОЙ, РОН УИЗЛИ?!
— Что? — Рон действительно выглядел испуганным.
— Гермиона, что с тобой? — удивлённо спросил шестнадцати, крайне неприятного вида. Разумен.
Он очень скромен, предпочитает не высовываться. Постоянно носит с собой пергамент и перо, либо другие писчебумажные принадлежности.
Сам Юный Автор довольно слаб и беспомощен. Он очень чувствителен к любым проявлениям критики в его адрес и крайне обидчив. В качестве защитника Юные Авторы создают себе Мэри либо Марти Сью (в зависимости от пола). Марти/Мэри Сью невероятно умен, красив, соблазнителен и обладает значительной родословной. Сила Марти/Мэри Сью совершенно не ограничена. По велению Юного Автора Марти/Мэри Сью может раскидать несколько миллионов сильнейших волшебников. Победить Марти/Мэри Сью в бою НЕВОЗМОЖНО.
Юный Автор всегда держится рядом со своим защитником. Управление Марти/Мэри Сью осуществляется с помощью писчебумажных принадлежностей. Всё, что напишет Юный Автор относительно других персонажей, сбывается. Исключение составляют такие сильные чувства, как любовь и ненависть. Людей, которые испытывают такие сильные чувства, подчинить перу невозможно.
Питается Юный Автор другими волшебниками. Из-за своего непривлекательного внешнего вида он обычно посылает Марти/Мэри Сью, которые и соблазняют волшебника. С каждым поцелуем происходит перекачка магической, физической и психической энергии из жертвы в Юного Автора. Обычно одного волшебника хватает на год. Спасти жертву можно в любой момент до истечения двух суток с первого поцелуя.
Юного Автора можно убить только после уничтожения Марти/Мэри Сью. Марти/Мэри Сью самоуничтожится, если сжечь писчебумажные принадлежности Юного Автора. Затем необходимо раскритиковать самого Юного Автора. От критики он будет съеживаться до тех пор, пока не рассыплется пеплом.
За столом повисло молчание. Затем прозвучал голос Парвати:
— Ну, мы и влипли...