Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы с Мэри Сью не целовалось.
Гермиона была зла. Очень зла. Ночь не задалась с самого начала, потому что чулок стягивал не кто иной, как Драко Малфой. Но проснувшись, она плюнула на всё и попыталась уснуть ещё раз. И, конечно, ей должен был присниться очередной наркоманский сон. Что, собственно говоря, и произошло.
Ей снился Барти Крауч-младший в полосатом костюме, который путешествовал в какой-то странной синей будке для приватных разговоров вместе с некой Розой, которая в свою очередь называла его Доктором. Мужчина размахивал звуковой отвёрткой и пытался победить «далеков». Что это за «далеки» и при чём тут отвёртка, Гермиона так и не поняла. И проснувшись, она почувствовала жуткое недовольство, потому сон, не смотря ни на что, ей понравился. А окончание сна было вообще ни в какие ворота. Барти чуть было не сказал Розе, что любит её и тут... Чёртов будильник!
Настроение ещё больше ухудшилось, когда Гермиона увидела, что проклятые улитки за ночь наползали две корявых, но прекрасно узнаваемых буквы. Буквы «Д» и «М». Девушка с каким-то мстительным удовольствием трансфигурировала ненавистных брюхоногих обратно в книги. Тщательно записав события вчерашнего дня и вклеив очередную колдографию, Гермиона решила прочитать гадания на день грядущий.
«Самый простой вид ворожбы на будущего жениха, не требующий дополнительных приготовлений, это гадание с помощью записочек. Для этого гадания девушка рано утром должна написать на листочках бумаги имена парней и положить эти листочки под подушку. Ровно в полночь девушка должна достать первую попавшуюся бумажку и прочитать имя. Это и есть ее суженый-ряженый».
— Хорошо, что я прочитала заранее! — в вполголоса воскликнула девушка, чтобы ненароком не разбудить своих соседок по комнате.
Гермиона начала педантично записывать все известные ей имена. В итоге получилась огромная куча бумажек, а сама гриффиндорка оказалась лицом к лицу с огромной проблемой: писать Малфоя или не писать. Помучившись немного, она решила, что правильно провести гадание важнее и, скрепя сердце, написала на листочке: «Драко». Остальные гадания были довольно простыми, не требующими особых приготовлений, и Гермиона провела оставшееся до завтрака время с книгой.
***
Гермиона сидела за столом и спокойно ела, попутно помогая Рону с Чарами. Но от привычного за последние шесть с половиной лет занятия её отвлек скрип двери Большого Зала. Повернув голову на звук, гриффиндорка почувствовала, что её челюсть спешит на свидание с полом. В дверях Большого Зала стояла неизвестная девушка.
Ноги от ушей. Осиная талия. Настолько большой бюст, что было непонятно, как она может ходить и не падать под его весом. Длинные золотые волосы до талии. Голубые глаза на половину лица с длиннющими ресницами. Губы, обильно намазанные розовым блеском. Но если Гермиона ещё как-то могла понять существование такой внешности, то одежда не поддавалась описанию. Топ, по размеру не больше лифчика, мини юбка и высоченные каблуки.
Гермиона несколько раз моргнула и поняла, что в помещении стоит полная тишина. Все без исключения смотрели на девушку, раскрыв рот.
— Мисс Сью? — спросил Дамблдор, который, похоже, сам был в неадеквате.
— Да, — проронила девушка низким грудным голосом. Кто-то громко присвистнул. — А вы должно быть профессор Дамблдор?
— Вы догадливы, — наконец пришёл в себя директор. — Профессор Макгонагалл, принесите, пожалуйста, Шляпу. Эта девушка будет поступать на седьмой курс.
Поджав губы, преподаватель кивнула и удалилась. Тем временем, ученики так же не отрывали взгляда от девушки, чьё инкогнито было раскрыто. Сью широко улыбнулась, сверкнув жемчужными зубами, чем повергла всех в еще больший шок.
— Если вы не против, я хотела бы рассказать о себе.
— Конечно, мисс Сью, прошу вас.
— Вы все можете называть меня Мэри! Я родилась в самом чистокровном на свете семействе Сью, чьи корни идут от Годрика Гриффиндора, Салазара Слизерина, Равены Когтевран и Хельги Пуффендуй. Я прихожусь наследницей всем Основателям вместе взятым, но в моей крови содержатся ещё и гены вейл, вампиров, оборотней, русалок, эльфов, метаморфов, демонов, ангелов, валькирий, фениксов и драконов. Мои родители были правящими королем и королевой на далёком острове, но их убили предатели, когда мне исполнился год. Но меня днём ранее отправили в Тибет, где я стала секретным агентом. В четыре года я отвоевала свой остров обратно, в шесть — установила демократию в Австралии, в восемь — стала президентом США, но мне там не понравилось, так что в десять лет я поступила в Шармбатон, где за три года сдала экзамены за десять лет, а потом тоже самое повторила и в Дурмстранге, а теперь решила отучиться в Хогвартсе. Я умею играть на гитаре, фортепиано, арфе, скрипке, маракасах, барабанах и синтезаторе. В свободное от отличной учёбы время я люблю писать стихи и практиковаться в беспалочковых невербальных заклинания, коими я владею в совершенстве. Так же я владею анимагией и могу превращаться в дракона. Как видите, я самая обычная девушка, и надеюсь, мы с вами подружимся!
Гермиона икнула. Тут явно что-то не так. Не может обычный человек такого уметь. Тем более в семнадцать лет. Стойте, а кто это рядом с ней? Гриффиндорка впервые обратила внимание на стоящую рядом с Мэри девушку. Хотя это было не удивительно, ведь в отличие от Сью, та ничего собой не представляла. Чуть полноватая, в массивных очках, с грязными растрёпанными волосами мышиного цвета. На ней были чёрные брюки и бесформенный серый свитер. Она постоянно что-то строчила в блокноте, изредка оглядываясь по сторонам.
Наконец, вернулась Макгонагалл. Поставив посреди Зала табурет, она развернула свиток, в котором был список учеников. Он оказался длиной с волосы Люциуса (ну, если вы понимаете, о чём я).
— Пресвятой Мерлин... Эм, первой распределение пройдёт мисс Мэри Анна Мария Виктория Жасмин Золушка Белоснежка Эмма Руперта Томиния Дэниэлла Мэтти Габриэль Саманта Диана Кроулина Роберта Джоанна Элен Бэкки Люциферия ...
Пятнадцать минут спустя...
— Ядвига Мирослава Дария Кристианна Потерианна Суперамипришибанна Хувианна Ростислава Грегорина Портина Лопатина Сомина Вилкина Ложкина Хлебина Маслина Лориэль Сью!
Девушка села на табурет, и профессор Трансфигурации надела на неё Шляпу. Гермиона скрестила пальцы и зашептала:
«Только не Гриффиндор, только не Гриффиндор!» Видимо Шляпа услышала её молитвы, потому что выкрикнула:
— СЛИЗЕРИН!
Со своего места Гермионе было видно, как Панси с маниакальным упорством стучит головой об стол. Ну, хотя гриффиндорка тоже сделала бы так же, попади это «чудо» на её факультет.
— Мисс Эмили Смит!
Некрасивая девушка, попутно что-то черкая в блокноте, села на стул. Шляпа, едва коснувшись её головы, завопила:
— СЛИЗЕРИН!
— Слава Мерлину, что хоть эти не на моём факультете, — тихо проворчала Макгонагалл, унося Шляпу обратно. — У меня и так Поттер уже поперек гланд седьмой год стоит...
Но никто, естественно, не обратил внимания на это ворчание, потому что всё внимание было приковано к новенькой. Мэри широко улыбалась, всё больше становясь похожей на Чеширского кота. По рядам шли тихие шепотки, явно не доброжелательного характера. Видимо, никому Сью не понравилась. А если серьезно, кому бы пришёлся по вкусу идеал?
— Что вы о ней думаете? — вполголоса спросила Гермиона у Гарри и Рона.
— Ну... — задумался Рон, попутно пережёвывая кусок курицы, — внешне она, конечно, ничего так, особенно грудь... — тут рыжик подавился благодаря Лаванде, которая сидела рядом со своим суженым и которой не понравились его предпочтения.
— Лаванда, не надо калечить Рона! — вступился за друга Гарри. — Он же правду гово... ЫЫЫЫЫ! ДЖИННИ!
— А не надо на чужих девчонок заглядываться, — мстительно прошипела девушка, выдёргивая вилку из ноги Гарри.
Гермиона тихо захихикала. Она уже привыкла к тому, что эти двое постоянно препираются. Гриффиндорка продолжила трапезу, временами поглядывая на стол Слизерина. Мэри сидела рядом с Малфоем и заигрывала с ним так, что видно было даже невооруженным взглядом. То ногу на ногу закинет, то губы оближет, то перегнётся через парня, доставая что-то с другого конца стола. Самое интересное, что он вёлся!
Гермиона хмыкнула и быстро закончила трапезу. Перед тем как вернуться в комнату для гаданий, она собиралась зайти в библиотеку. Что-то ей не понравилось в этой Мэри...
***
— Сколько ж можно? — воскликнула Панси, когда Гермиона вошла в комнату. — Вчера Лаванда, сегодня ты!
Девушка только открыла рот, чтобы что-то сказать, как слизеринка её перебила:
— Ладно! Свои маленькие секретики оставь для бедных! Нам и своих выше крыши хватает. А теперь о хлебе насущном: что будем делать с Сью?
— А зачем с ней что-то делать? — вновь попыталась вставить свои пять кнатов Гермиона.
— Утихни, дуся! Не искушай меня без нужды возвратом нежности твоей! Проще говоря, заткни фонтан. А с Сью надо разобраться, чтобы неповадно было на чужих парней вешаться. Как говорит моя сестра: «Осторожнее на поворотах, милочка! Эта вешалка уже занята!»
— У тебя есть сестра? — удивилась Падма.
— Есть, конечно! У кого её нет?
Лаванда и Гермиона подняли руки. Панси отмахнулась:
— Не затыкайте пальцем мой вербальный фонтан. Не мешайте мне бредить! Так вот, о Сью. Надо её выловить и поговорить по-хорошему. А если по-хорошему не получится, то устроим ей день хирурга, праздник перелома!
— А может не стоит, мы же должны быть добрыми... — заикнулась Гермиона. Она нервничала. Панси была явно зла. Раньше она никогда так сильно не язвила.
— Да, я в самом деле очень добрая. Некоторые, правда, осмеливаются называть меня толстой, но они, как правило, долго не живут, и их можно в расчет не принимать... А эта прынцесса сказала, что могла бы посоветовать мне хорошую диету. Так что всё: пора укладывать девочку в гроб и петь похоронный марш имени Шопена Баховича Мендельсона.
— Ты её замуж выдавать собралась? — хихикнула Парвати.
Панси закатила глаза:
— Дорогая, на тупые вопросы я не отвечаю. Я их задаю. А теперь пора переходить к разработке коварного плана...
***
— Эй, Мэри!
— Что? Ты хотела узнать у меня на счёт той огуречной диеты? 2 недели и ты стройна как я!
Скрип зубов Панси было слышно даже в Гриффиндорской башне, что говорило о многом, учитывая, что на данный момент все находились в подземельях.
— Нет... — у Лаванды даже мурашки по коже пробежали от зловещего шипения Панси. — Я хотела бы с тобой поболтать, ну, знаешь, о нашем, о девичьем...
— Конечно! — Мэри широко улыбнулась и пошла вместе с девочками. Но никто из них не заметил, что за ними тихой сапой кралась Эмили Смит, сжимающая в руках блокнот.
Завернув в очередной проход, Панси резко затормозила. Лаванда, Парвати, Гермиона и Падма окружили Мэри. Та продолжала обворожительно улыбаться.
— Значит так, Сью, — начала Панси скрестив руки на груди. — Тебе не кажется, что ты залезла на чужую территорию? Драко уже занят.
Только тут до Гермионы дошло, что она не знает, кем занят Малфой. Ей же вроде бы вчера говорили, что он свободен...
— Девочки, давайте не будем ссориться! Главное — это поддерживать мир и спокойствие на факультете. Не это ли наша обязанность?
Изумлению Панси не было предела:
— Ты вообще-то слизеринка, а не пуффендуйка! Наша цель — хитростью и умом раздавить соперника. Так что тебе лучше будет держаться от Драко подальше, если не хочешь проблем.
— Ну, и сильно ты выросла в своих глазах после того, как сказала это? — язвительно протянула Мэри. Её как будто подменили после того, как Панси напомнила про принадлежность к факультету. — Не забыла про фразу: «Кто к нам с ломом придет, тот от монтировки погибнет!»
Гермиона, сразу после того как Сью сказала эту фразу, почувствовала глубокое моральное опустошение. Как будто эта слабая, по сравнению с язвительными репликами Панси, фразочка была невероятно унижающей. Оглядевшись, гриффиндорка поняла, что на остальных это оказало такое же действие — все выглядели подавленными. Первой опомнилась Панси:
— Ты ещё и язвить умеешь! Могу дать дружеский совет: не напрягай мозги! Блондинкам это противопоказано. Если слишком часто напрягать мозг, волосы могут потемнеть.
— Ты мне надоела... — протянула Мэри. — Пора научить тебя хорошим манерам, — с этими словами блондинка кинулась к Панси и хорошо поставленным хуком справа отправила её к ближайшей стене.
Гермиона попыталась достать палочку, но та улетела к входу в коридор, повинуясь взмаху ладони Сью. Девушка, чудом уворачиваясь от заклинаний Мэри, пущенных в её сторону, побежала за палочкой.
Мэри Сью разбушевалась. Заклинания вылетали из её ладоней со скоростью, которой бы позавидовал автомат Калашникова. Оглушенная Лаванда уже лежала неподалёку от Панси. Близняшки, работая слаженно и поддерживая щиты, до сих пор держались, но ни о каком нападении, конечно, речи даже не шло.
Выбежав из коридора, Гермиона схватила палочку и случайно сбила с ног Эмили. Та неуклюже повалилась на спину, и блокнот вылетел у неё из рук. Одновременно с этим произошло невероятное событие: Мэри вырубилась. Она элементарно свалилась на пол как тряпичная кукла. Близняшки Патил переглянулись и осторожно подошли поближе. Сью лежала на спине, смотря стеклянными глазами в потолок.
Как только Эмили Смит поняла, что случилось, она в прыжке настигла блокнот и начала строчить там с невероятной скоростью. Мэри тут же активизировалась. Она вскочила и легким движением руки связала обеих Патил, а потом послала в сторону Гермионы какое-то желтое заклятье. Гриффиндорка поставила щит, но заклинание проскочило сквозь него и попало девушке прямо в лоб.
Свет померк.