Глава 19. Против себя. Часть 1
Как они ни убеждали себя, что нужно хорошо выспаться, обоим едва удалось подремать. Драко казалось, что если он не заснет, то не придется просыпаться, идти куда-то, сражаться. Хотелось взять хроноворот и крутануть его еще на пять, а то и на десять лет назад. И прожить их бок о бок с Грейнджер… Когда Гермиона наконец встала с кровати, чтобы приготовить не то ужин, не то завтрак, солнце уже начало катиться за деревья. Собирались молча, без слов подавая друг другу нужные склянки с зельями, кинжалы на случай, если палочку выбьют из рук, тщательно распихивали оружие по карманам. Голос Гермионы разорвал тишину только незадолго до отправления. — Давай твой браслет, закляну его еще раз. — А? — Я говорю: браслет. Мне нужно его заклясть, давай, — она нетерпеливо протянула руку. — Браслет… эмм… да… Тут такое дело… я его, кажется, потерял, — неловко признался Драко. — Что?! Как ты мог его потерять? Где? Когда? — она забросала его вопросами. — В банке. Там такая заваруха была, что я и не заметил. Ну, потерял и потерял. Теперь уже ничего не поделаешь, — махнул рукой он. — Драко, как ты можешь так легкомысленно к этому относиться! — Гермиона всплеснула руками. — Мы через пару часов будем в самом центре битвы за Хогвартс, и это была хоть какая-то защита, а ты… Я, конечно, могу отдать тебе свой браслет, хотя он будет не таким действ… — Нет! — отрезал Драко. — То, что я потерял браслет — мое дело. Ты оставайся со своим. В конце концов, у меня есть Старшая палочка. — Кричи об этом побольше на каждом углу, — пробормотала Гермиона, стягивая распущенный было браслет на своем запястье. — Грейнджер, ну ты чего? Она сглотнула, сжала его ладони. Когда кто-то приказывает тебе бежать, что-то делать, принимать решение мгновенно, бросаться в бой — это легко. Самостоятельно решиться сделать первый шаг — куда труднее. — Драко, я хочу, чтобы ты знал… — ее голос дрожал, она не могла смотреть ему в глаза. — Что бы ни случилось там… — Не надо, Грейнджер, — резко ответил он, вырывая свои ладони из ее. — Давай уже… — Драко отвернулся, сцепив руки в замок за головой, — просто пойдем и сделаем то, что должны сделать. — Да, — только и смогла выдохнуть Гермиона, всхлипнула и утерла слезы. Она и сама не знала, что хотела ему сказать, и слава Мерлину, что Драко ее остановил. * * * Когда они трансгрессировали в «Кабанью голову», там уже вовсю собирались члены Ордена Феникса, коротко кивавшие Аберфорту и проходившие через портрет Арианы в тайный тоннель к Хогвартсу. Гермиона и Драко с непроницаемыми лицами сделали то же самое. О, если бы Пожиратели Смерти представляли, что все было так просто, Хогвартс не выстоял бы и тех нескольких часов до рассвета! В конце концов, всех членов Ордена знал разве что Дамблдор или Кингсли, но один был в могиле, а другой уже в школе, так что будь среди Пожирателей люди поосведомленнее и понаглее, немного искажающих внешность чар, и… В Выручай-комнате творился хаос, с щемящим чувством в сердце Гермиона пробежала мимо Гарри, который веско сообщил: — Мы дадим отпор. Драко крепче сжал палочку. Да, кажется, выбор у них небольшой. Волшебный потолок Большого зала темнел, усыпанный звездами. Под ним за четырьмя длинными столами факультетов сидели растрепанные школьники — кто в дорожной мантии, кто в халате. Среди них мелькали жемчужно-белые фигуры школьных призраков. Все глаза, живые и мертвые, были устремлены на профессора МакГонагалл, выступавшую с возвышения в центре Зала. Позади нее стояли остальные учителя, в том числе и белокурый кентавр Флоренц, а также члены Ордена Феникса, прибывшие для битвы. Гермиона и Драко затерялись в этой толпе, готовые как никто, сосредоточенные, они держались за руки, сплетя пальцы. Оба знали: для них это последний тест, экзамен в настоящую, взрослую жизнь, после которого уже ничто не будет по-прежнему. Как иронично, что они должны «сдать» его в школе и что сделать это должны именно они двое. — Поэтому прошу вас двигаться быстро и организованно и слушаться старост… — напрягая голос, закончила МакГонагалл. Ее последние слова потонули в раскатах другого голоса, разнесшегося по Большому залу. Голос был высокий, холодный и ясный. Невозможно было определить, откуда он исходит: казалось, говорят сами стены. Как чудовище, которым он некогда повелевал, этот голос, возможно, дремал в стенах веками: — Я знаю, что вы готовитесь к битве. Внимание Драко тут же привлекла его собственная встрепенувшаяся белая макушка. Семнадцатилетний он поднял голову, застыл, весь напрягся. Драко отчетливо помнил, о чем думал в тот момент. Как в его ушах отдавались слова Волан-де-Морта: «Отдайте мне Гарри Поттера, и никто из вас не пострадает». Все, что нужно, чтобы никогда больше не испытывать боль, страх, отчаяние… Он снова видел, как с негодованием посмотрел на вскочившую Панси Паркинсон — нельзя же быть такой дурой и действовать топорно! По бегающему взгляду собственных глаз понимал, как кусочек за кусочком в голове формировался план: он схватит, он отдаст… У него снова все будет хорошо… Драко стало нестерпимо стыдно, он крепче сжал руку Грейнджер и отвернулся от самого себя. — Ты в порядке? — шепотом спросила она. Он кивнул. — Время до рассвета будет долгим. О, как Драко был неправ! Время тянется, когда чего-то ждешь, но стоит ринуться в бой… Они решили занять позицию перед главным входом в Хогвартс — поближе к Большому залу, где и должна была состояться самая важная для них битва. Как бы умело ни сражались защитники школы, Пожиратели Смерти были не менее опытными волшебниками, а то, что они не гнушались грязными приемчиками, добавляло им форы, поэтому совсем скоро схватка продолжилась уже в коридоре. Яксли успел принять бой от Флитвика, но устоял, а теперь увидел более привлекательную фигуру. Прошедшее время и защитные заклинания, наложенные на Хогвартс, разъели искажающие внешность чары, и теперь Драко Малфой дрался уже в собственном обличии. — Ты?! — закричал Яксли и бросился к парню, который хоть и выглядел старше, но сохранил все тот же заостренный подбородок и белесые волосы. Драко успел обернуться и отразить заклинание, одно, другое. Палочка слушалась его еще до того, как он успевал подумать, что хотел сделать. И вот Яксли уже лежал на спине, весь покрытый пылью, запыхавшийся. — Всегда знал, что вы, Малфои, предатели крови, — выплюнул он, когда Драко подошел к нему и приставил палочку к его горлу. — Душу продадите за наживу. Но ты сегодня поставил не на тех. Еще до рассвета замок будет наш, а Поттер окажется в руках Темного Лорда. — Только ты этого не увидишь, — жестоко усмехнулся Драко. Яксли никогда ему не нравился — мелкий плут с большими замашками. Но рука все равно дрожала. Он хотел, чтобы этот человек никогда больше не появлялся в его доме, но убить… — ДРАКО! — истошно закричал женский голос, и Малфой рефлекторно обернулся. Пожиратель за его спиной уже собирался метнуть в него заклинание, но крик спугнул и его. — Грязнокровка! — зеленый луч выбрал другую цель и полетел в Гермиону. — НЕТ! — Драко не мог его остановить, но мог хотя бы создать преграду: стены и потолок коридора в момент обрушились, схлопнулись, словно карточный домик, запирая в завалах и его, и Руквуда, выпустившего убивающее проклятье, и успевшего вскочить Яксли. У Гермионы сердце пропустило удар, в голове стало пусто от паники. Нет, нет, этого совершенно не может быть, ведь он должен… Она бросилась разбирать завалы, но ее пыл остудили другие Пожиратели Смерти, нападавшие со спины. Сражаться у нее не было ни сил, ни желания. Она должна найти его, немедленно. Укрывшись мантией-невидимкой, Гермиона бросилась в обход заваленного коридора, чтобы подойти к нему с другой стороны. * * * Очнулся Драко вовсе не от криков сражения, а от тишины. Было темно и душно, все тело пульсировало, превратившись в единый сгусток боли. Рука все еще судорожно сжимала Бузинную палочку. Все в той же темноте, кряхтя, он встал, ощупал ребра. Вроде, все целы. Не смея привлекать внимание светом, из кармана удобных маггловских джинсов достал лечащее зелье. Хорошо, что Грейнджер предложила разлить в пластиковые бутылочки, иначе точно разбилось бы. Наощупь он смазал все ссадины, до которых смог дотянуться. Нужно было выбираться отсюда, и тут уж, хочешь не хочешь, пришлось зажечь палочку. — Драко! — глухо прозвучало откуда-то из-за завалов. — Грейнджер! — откликнулся он. — Вот черт, — Драко споткнулся обо что-то и только потом понял, что это рука Яксли. — Создай щитовые чары, — велела Гермиона. Драко погасил палочку и послушно выпустил щит из нее. Валуны вокруг пришли в движение, на него посыпались камни, и стало чуть светлее. Только Драко вылез наружу, Грейнджер тут же повисла на его шее. — Эй-эй, полегче, — он ощутил все еще не зажившие ссадины. — Ты ранен? — По мелочи. Зелье все поправит, — криво улыбнулся Драко, стирая пыль с ее щеки и с удовольствием отмечая, какой обеспокоенной из-за него выглядит Грейнджер. — Дурак! — она внезапно ударила его кулачком по груди. — Зачем ты снес целый коридор? — Ничего себе благодарность! — Ты мог умереть под этими завалами. Или остаться один против Руквуда и Яксли! Конечно, у тебя Старшая палочка и все такое, но… — Смею заметить, тот зеленый луч, что летел в тебя, отнюдь не был рождественской иллюминацией. — Я могу сама о себе позаботиться. Ты не имел права рисковать собой! — С каких это пор моя жизнь дороже твоей? — приподнял бровь Драко. Гермиона сжала губы и опустила глаза. — Я не могу позволить тебе умереть, — прошептала она. — Ну, видишь, я выбрался из этой заварухи, — он погладил ее по волосам. — Кстати, она что, закончилась? Почему так тихо? — Он остановил битву и ждет Гарри в лесу. — Так значит, Поттер уже отправился смотреть воспоминания Снейпа! Тогда ты что тут делаешь? — Как я могла уйти, не убедившись, что с тобой все в порядке? Драко не мог не улыбнуться. Он был крайне горд за себя в этот момент: рискнул жизнью, чтобы защитить Грейнджер, и еще выбрался из этого без особых потерь. Да в ее глазах он, должно быть, не меньший герой, чем Поттер! — Кхм… ладно, идем, — Гермиона утерла выступившую слезу и взяла его за руку. — Секунду. Драко вернулся к завалу, опустился на корточки, внимательно разглядывая Яксли в свете палочки. Тот был без сознания, но еще дышал. Руквуд, кажется, вообще сгинул под обломками. «Туда ему и дорога», — подумал Драко и встал. Направил палочку на Яксли. Но потом только зло пнул его в бок, и поспешил к Грейнджер. * * * Они остановились на развилке коридора. Одно ответвление вело к Большому залу, другое — к директорской башне. — Я могу пойти с тобой, — сказал Драко. — Не надо, — Гермиона покачала головой. — Мне нужно увидеть это одной. Мимо них, не видя ничего на своем пути, пробежал Гарри, сжимающий в руке колбу с воспоминаниями. Гермиона обернулась ему вслед, еще сжимая пальцы Драко. Приподнявшись на цыпочки, она крепко поцеловала его, точно зная: этот раз — последний. Ей хотелось продлить его, на пять, десять минут. Но у нее не было больше ни секунды. — Я найду тебя после, клянусь, — прошептала она. Драко только кивнул и, нехотя отпустив ее запястье, наложил на себя дезиллюминационное заклинание и отправился в Большой зал. Гермиона смотрела вслед, то ли от избытка воображения, то ли видя на самом деле, как дрожит воздух, там, где он проходит, и все у нее внутри сжималось. Она всегда действовала обдуманно и никогда не сомневалась, но решительно отвернуться и пойти к кабинету директора вместо Большого зала потребовало у нее немало выдержки.