Противоядие

Глава 18

Зима обещала быть холодной и ветреной. Тучи почти всё время заслоняли солнце, потому казалось, что сейчас вечер, даже в светлые часы дня.

Учителя и другие постоянные обитатели Хогвартса шли тихо и спокойно. Под ногами хрустел уже полноценный белый снег. Все были одеты в чёрные мантии и не разговаривали друг с другом даже до того, как пройти в ворота Хогсмидского кладбища, чьи мрачные заросшие сухими ветками прутья забора гостеприимно ждали новых посетителей, вместо покинувших их год назад старых.

Впереди шли двое с поднятыми палочками - Невилл Долгопупс и Теодор Нотт -, и меж их палочек, поддерживаемый волшебством, парил в воздухе небольшой скромный гробик.

Жители Хогсмида окружили процессию, и в белой пелене наступающей зимы проглядывались их печальные участливые лица. Впереди шла директор МакГонагалл в своей островерхой шляпе, её бесцветные от старости мудрые глаза смотрели под ноги, пытаясь сосредоточиться на чём-то менее болезненном. Гермиона шла сразу следом за гробом, держа Северуса под руку. На её пышные длинные волосы оседал мелкий лёгкий снег, высушенный морозом. Снейп шёл рядом, чутко соблюдая скорость её шагов. Он знал, что сейчас ей понадобится его твёрдое плечо, и был готов оказать ей самую нежную поддержку, какая ей может потребоваться. Хотя сам он не мог не чувствовать горя, видя, как это маленький некрашеный лакированный гробик из светлого дерева движется к своему новому дому.

И вот они на месте, процессия остановилась. Двое молодых людей обошли вырытую уже к их прибытию новую могилу с обеих сторон и бережно, практически нежно, медленно стали опускать гроб на дно. Лица присутствующих устремились к нему и неотрывно следили, как он опускается в свою новую вечную обитель, пока он и вовсе не скрылся в её тёмной и холодной глубине. МакГонагалл зашла за уже установленное гранитное надгробие, которое гласило:

Амелия Карен Холмс

22 апреля 1992 - 19 ноября 2004

"Яркий лучик в тёмном замке"

Директор остановилась и оглядела всех собравшихся. Жители Хогсмида подтянулись и стояли среди опустевших могил, из которых некогда поднялись десятки инферналов, а теперь остались лишь забытые и накренившиеся от веков надгробия. МакГонагалл подняла глаза, чтобы осмотреть присутствующих. Так много волшебников и волшебниц собралось здесь, чтобы проводить несчастную девочку в последний путь. Она вышла вперёд, и Гермиона сильнее сжала плечо Снейпа, чувствуя, что после слов директора она будет не в силах держаться.

- Дорогие друзья, - начала МакГонагалл, - сегодня мы собрались здесь, чтобы проститься с юной и светлой душой — Амелией Карен Холмс. Её жизнь оборвалась слишком рано, оставив нас с чувством глубокой утраты и печали. Амелия была яркой звездой в нашем сообществе, чьи живые светло-рыжие локоны и заразительная улыбка не раз поднимали настроение всем вокруг. - Минерва сделала паузу, чтобы выровнять голос, и, сделав глубокий вдох, продолжила, - Несмотря на своё юное сердце, Амелия обладала мужеством, достойным настоящего гриффиндорца, возможно большего, чем обладают многие из нас. Но Распределяющая Шляпа определила её на Пуффендуй, а значит дружелюбие и доброта – истинные и главные качества её сердца. Она стремилась помогать другим и мечтала стать целителем, чтобы приносить людям облегчение и радость. Такое благородное стремление было видно в каждом её поступке и улыбке.

На нижнем веке Гермионы стали собираться слёзы, которые искрили, отражая холодный рассеянны свет. Северус взглянул на неё, и она в ответ подняла покрасневшие глаза. Хоть никто и не мог соревноваться со Снейпом в сдержанности эмоций, она увидела и в его глазах то, что пыталась сдержать сама. Он погладил её тонкие пальцы, что держали его под руку, и они оба вновь устремили свои взгляды на МакГонагалл.

- В тот день, когда нас постигло несчастье, - голос старой волшебницы вздрагивал, - её мужество и готовность бороться с опасностью говорили о её желании помогать и силе духа. Она не покинула нас из страха, но лишь поддалась тяжёлому испытанию, с которым никто не должен столкнуться в столь раннем возрасте.

Слёзы потекли по щекам Гермионы, тихо, беззвучно, покорно.

- Пусть память об Амелии вдохновляет нас на добрые поступки и великодушие, ведь именно это она олицетворяла в своей жизни. Сегодня мы прощаемся с ней, но её свет никогда не угаснет в наших сердцах. Пусть она обретёт покой, и пусть её мечты теперь живут в каждом из нас. Спасибо, Амелия.

Пускай у девочки не было родителей, но сегодня, на этом кладбище, где опустели могилы, её окружали люди, которые тосковали по ней, которые запомнили её надолго как самого по-детски чистого ученика этой школы. Её смерть разбила не одно сердце, но при жизни она согрела многих лишь одним своим звонким смехом.

- Спасибо, Амелия. - пролепетала Гермиона.

- Спасибо, Амелия. – повторила Полумна.

- Спасибо, Амелия. – сказал профессор Флитвик и многие, многие другие.

Северус ничего не сказал, но молча достал из кармана палочку и поднял вверх. Гермиона последовала за ним. Как и Минерва, и Полумна, и Флитвик, и Стебль, и Трелони, и Трюк, и все пришедшие жители Хогсмида. Под свет палочек Невилл и Нотт стали укрывать её землёй.

Никто не шевелился, никто не произносил ни слова. Лишь свет палочек, поднятых вверх, рассеял холодное почти зимнее небо, чтобы уже не греющий солнечный свет осветил камень с именем Амелии Холмс.

Когда могила была засыпана, многие стали опускать палочки, Гермиона тоже вскоре опустила, и луч солнца погас.

Северус не знал, сколько они там простояли. Люди стали уходить, молча и не спеша. Никто не смел нарушить тишину. Гермиона стояла и смотрела на надгробие, она ничего не говорила, но лицо её уже стало замерзать от неисчерпаемых слёз. Северус обнимал её за плечи, пока она тихо плакала. Лишь раз она отвлеклась, чтобы посмотреть на проходящего мимо Нотта, который на мгновение сменил циничный взгляд на понимающий, и даже скорбь отразилась на его неизменно высокомерном лице. И когда все ушли, и они остались вдвоём, Гермиона подошла к надгробию и опустилась на колени. Она поднесла холодные пальцы к её имени и протёрла его от налипших снежинок, потом прислонила пальцы к губам и вновь опустила их на холодный камень, передавая своё последнее тепло уснувшей навечно ученице.

- Мия. - прошептала она, - Моя милая Мия. Прости меня. Прошу, прости. - шептала она, - За то, что я не смогла защитить тебя. За то, что не смогла быть рядом в тот момент, когда ты больше всего в этом нуждалась. Прости. Я... Ты такая прекрасная, всегда была и всегда будешь, даже если тебя больше никогда не будет рядом... Я буду помнить тебя, моя дорогая, и обещаю, что твоя жертва не будет напрасной.

Она подняла глаза, Северус стоял рядом. Он протянул ей руку, и она с благодарностью поднялась на ноги.

- Ты замёрзла. - сказал он, - Думаю, стоит пойти в замок.

- Да, думаю, стоит. - тихо отозвалась она.

Он снова обнял её за плечи, и они направились было к воротам, но Снейп вдруг стал замедлять шаг. А потом и вовсе остановился.

- Что такое? - спросила участливо она.

- Кое-что ещё нужно сделать. - только сказал он.

Он обернулся и сделал несколько шагов обратно, к могиле. Северус достал палочку и направил на памятник, он взмахнул ею, и из кончика тёмной древесины вырвались золотые искры и полетели к ней, к Амелии.

Вдруг вокруг могилы начали расти лозы, оплетающие камень, трава, что уже давно высохла к этому времени года, снова поднялась зелёным пушком, а у самого камня выросли огромные цветы.

Гермиона подошла к Снейпу и мягко улыбнулась увиденному.

- Подсолнухи? - спросила она, посмотрев на него.

- Ей очень подходит, не считаешь? - ответил он медленно.

- Да. - кивнула Гермиона и взяла его за руку, - И правда.

Они снова повернулись уходить, но на сей раз им хватило мужества не обернуться.

- Жаль, что она не сможет стать призраком. - сказала тихо и как будто мечтательно Гермиона, - Я думаю, ей бы понравилось.

Снейп усмехнулся.

- Более чем. - ответил он, - Составила бы конкуренцию нашему Пивзу.

- О да! - улыбнулась Гермиона, подав голос, - Напроказничали бы они.

- Да. – протянул Снейп с печальной ухмылкой.

На лицах обоих появилось тепло при этой мысли. Она умудрялась согревать их даже простой мыслью о себе. И поняв это, оба они почувствовали тёплую её улыбку, словно она улыбалась их словам, где-то там, далеко.

Последнюю неделю Снейп много времени проводил в своём кабинете, ученики ещё месяц будут на продлённых Министерством каникулах, а потому не нужно беспокоиться об отвлекающих от насущных дел уроках и проверке домашних заданий. Он изучал вопрос древних чар Тайной Комнаты, которые ему предстояло разрушить. Гермиона помогала ему, чем могла, ей было крайне любопытно погрузиться в ту сторону магии, о которой она знала так мало, тем более, когда рядом такой авторитетный и харизматичный наставник. Старые фолианты из личной библиотеки Снейпа открывались и закрывались, и открывались вновь, подвергались исследованиям, хвалам и ругани. Он составлял записи, исследовал даты из биографии Салазара Слизерина и сопоставлял с известными в то время Тёмными заклинаниями, а также с разными секретными данными из запрещённой литературы Тёмных магов, которая была тщательно припрятана в его личных книжных шкафах.

- Нет, этого мало. - произнёс Снейп медленно, закончив писать и просматривая составленные собой записи, - Мало.

- Что ты имеешь ввиду? - спросила Гермиона, оторвавшись от очередной книги.

- История сказала мне многое, но не всё. - говорил он строго, - Я всё ещё могу лишь предположить, что за чары были наложены Салазаром Слизерином, но это не даёт нам нужных ответов. Этого недостаточно!

Гермиона пристально посмотрела на него, она видела этот взгляд миллион раз, когда ученики его не оправдывали его ожиданий. Но сейчас этот взгляд означал, что он недоволен собой.

- Наверняка можно узнать точнее. - сказала Гермиона, нахмурившись, - Провести какие-то тесты... Я видела где-то здесь, в этой книге, кажется, что-то про аспекты заклинания Ревелио.

Она отложила один огромный фолиант в кожаном переплёте и потянулась за другим, начав листать его с загоревшимися цепкими глазами.

- Именно. - произнёс по буквам Снейп, глядя на неё, - Тесты. У меня были некоторые мысли на этот счёт. Но для этого придётся вернуться в Тайную Комнату.

Он закрыл свой журнал и встал из-за стола, взяв палочку и висевший на спинке кресла чёрный кафтан. Гермиона поднялась на ноги и отложила книгу.

- И куда это вы собрались, мисс Грейнджер? - спросил он повелительным тоном.

- Составить вам компанию, профессор. - ответила Гермиона, чувствуя, куда он клонит, - Если вы действительно думаете, что я позволю вам изучать такой интересный магический аспект без меня, то вы слишком самонадеяны.

Его губы исказила ухмылка.

- Что ж, вы правы. - отозвался он, - Но это может быть опасно, вы же понимаете?

- За кого вы меня принимаете, сэр? – она подняла бровь.

Слово «сэр», произнесённое из её уст... Знала бы она, какое действие это на него производит. Снейп подошёл к двери и отворил её перед своей спутницей.

- Прошу. - с огоньком в чёрных глазах произнёс Северус.

- Благодарю. - улыбнулась ему Гермиона и вышла из кабинета, а Снейп последовал за ней.

Они снова проделали этот долгий спуск вниз, пройдя через статую, тайный кабинет, длинную тёмную лестницу и залы, полные сталактитов и сталагмитов, и вновь оказались в холодном каменном зале, украшенном змеиными головами.

Северус осматривался. Гермиона пристально следила за ним. Было видно, что он не просто растерянно осматривает стены, он ищет что-то конкретное, со знанием дела, с огнём любопытства в своих мрачных глазах. Девушка не могла не отметить для себя, как сильно интеллект и глубокие мысли красят мужчину. И вдруг он остановился, он пристально посмотрел на грозное лицо, возвышающееся над пустым бассейном.

- Что там? – спросила Гермиона, проследив его взгляд.

- Пока не знаю, но мне кажется, что то, что я ищу должно быть на этой статуе. – сказал он.

- Ты имеешь ввиду какой-то знак? – начиная улавливать ход его мыслей, спросила Гермиона.

- Верно. – кивнул он, - Не перестану удивляться тому, как быстро ты учишься.

Гермиона невольно улыбнулась его замечанию и, на всякий случай, достала палочку.

- Зачаровывание помещений не обходится без артефактов или знаков, удерживающих магию на месте. И пока эти предметы не тронуты или не уничтожены, магия будет иметь свою полную силу и не разрушится даже, если уничтожить само помещение, что тоже далеко не легко. – продолжал говорить он, - Я подозреваю, что Салазар Слизерин был достаточно тщеславен, раз одним из ключевых качеств для своего факультета сделал высокие амбиции. А потому не будет прятать что-то в кладовке, а именно в самом центре, на самом важном и видном месте.

- Но как мы попадём внутрь? – спросила Гермиона.

- Я думаю, нам не нужно внутрь. – сказал он, - Внутри логово монстра, который мог бы навредить артефакту, а потому я думаю, нам нужен знак или руна. – он пристально посмотрел на Гермиону, - Ты уверена, что не хочешь уйти?

- Почему ты спрашиваешь? Мы тут одни, что может случиться? – сказала она.

- Ни один зачарованный объект не любит, когда его пытаются расколдовать. – сказал он, - Особенно артефакты Тёмной магии, вспомни крестражи. И я думаю, что Тайная Комната будет сопротивляться. И я не знаю, что нас может ожидать.

- Пускай попробует. – только сказала Гермиона и подняла палочку.

Гордая усмешка тронула его губы. Он достал палочку и поднял вверх.

- Умбра Перманентус! – он взмахнул палочкой и свет вокруг него стал меркнуть.

Мгла разрасталась по помещению, словно болезнь по телу, пока они не остались в кромешном сумраке, едва различая друг друга. Гермиона взглянула на него.

- Лю... - хотела было сказать она.

- Ш-ш-ш. – остановил её Снейп, - Не нужно, смотри. – он снова поднял палочку, - Ревелио Синис Анимаэ!

В первое мгновение, казалось, что ничего не происходит. Но вдруг они услышали какой-то шёпот, и в Комнате как будто стало светлее. Они подняли глаза в поисках источника света. И действительно – на лбу грозного каменного лица сиял какой-то знак, переливаясь бледным зелёным светом.

- Поразительно... - прошептала Гермиона, - Похоже на руну.

- Да. – подтвердил он, - Она кажется мне знакомой.

- И мне тоже. – сказала Гермиона.

- Пойдём. – сказал Снейп, явно почувствовав какую-то ниточку. – Мне кажется, у меня есть догадки на этот счёт, достаточно весомые.

Через сорок минут они снова были в кабинете. Снейп, в порыве мыслей, снова снял свой кафтан и повесил его на спинку стула.

- Я никогда не слышала о том заклинании, что ты использовал внизу. – сказала Гермиона, сбрасывая кофту, без которой в коридорах замка очень холодно.

- И не могла слышать. Я его изобрёл. – ответил Снейп с некоторым вызовом, - Ты сказала ранее об аспектах Ревелио, и я подумал, что могу попробовать поэкспериментировать с этим.

Гермиона буквально открыла рот от изумления. Он действительно прямо на ходу изобрёл заклинание, пока они шли вниз, и оно сработало! Сколько ещё знаний кроется в этом невероятном разуме, который ей так повезло иметь рядом? Она почувствовала неожиданный трепет, и на её щеках разлился прозрачный румянец.

- Этот знак мне слишком знаком. – сказал он задумчиво, - Буквально недавно...

- Подожди, кажется, я знаю! – восклинула Гермиона, оторвавшись от волнительного оцепенения, и взяла несколько книг и положила их перед Снейпом, - Точно в одной из них.

Они оба взяли по книге и стали копаться в них, Снейп иногда заглядывал в свои записи. Они были поглощены поисками и мыслительным процессом, и даже не заметили, как сильно потемнело за окном, пока они ходили в Тайную Комнату.

- Вот он! – торжественно произнёс Снейп.

Гермиона оторвалась от поисков и устремила взгляд на раскрытую перед ними страницу книги. На ней был изображён герб семейства Слизеринов. И действительно, в его центре был изображён сложный рисунок, один из элементов которого в точности повторял видимый ими на лбу статуи.

- Он часть рисунка. – сказал он, рассматривая его поближе.

- Подожди, нет... Я думала, что мы увидели внизу руну, очень она мне напомнила одну из древних рун, которые не относились к кельтской магии, но это совсем другое. Посмотри. – она обвела пальцем тот символ, что был им нужен, - Это сигил. Вернее два.

Северус всмотрелся в рисунок, она была права, как он сразу не понял этого? Очевидно же! Эти угловатые линии, чётко обозначенные начало и конец. Он чувствовал что-то знакомое в этом символе, словно знал его значение где-то на подкорке.

- Этот символ на гербе состоит из пяти сигилов. – продолжала Гермиона, - Они переплетены между собой. Вот один. – она перерисовала в тетрадь Снейпа один из угловатых рисунков, - Вот ещё. И вот этот и последний. Наш рисунок состоит из двух.

Теперь перед ними на листе бумаги были изображены несколько символов, о значении которых они не имели понятия.

- Ох, и как же мы их разгадаем? – вздохнула Гермиона, - Сигилы могут содержать в себе целые предложения!

- Нет, это не предложения. – сказал Снейп, расстёгивая верхнюю пуговицу от воротника рубашки, как он делал всегда, когда снимал кафтан, - Посмотри на количество углов. Это слово. В каждом из них сокрыто одно слово.

- Но... какое? – растеряно смотрела девушка, - Я знаю, что это возможно, но мне никогда не приходилось разгадывать сигилы.

- Мне приходилось. – сказал Снейп, - Это больше похоже на чутьё, чем на мыслительный процесс. Как при прорицании.

- А-а. Прорицание я никогда не любила. – с сожалением отозвалась она.

- Попробуй сейчас, не обязательно уметь читать чаинки в чашке, чтобы понять, что здесь сказано. – сказал он и пристально всмотрелся в рисунки.

Девушке казалось, что под его пристальным взглядом чернила расплывутся и снова соберутся в нужные им слова.

- Этот. – Снейп указал на второй по счёту, - Determinatio. Решительность.

- Как? Это невероятно, Северус. – воскликнула она, удивлённо уставившись на него

- Просто опыт, тебе потребуется время, но, если ты приложишь достаточно усилий, то тоже сможешь. Попытайся почувствовать, а не понять, когда получится один раз, ты поймёшь.

Девушка на секунду задумалась.

- Это качество. – сказала Гермиона, - Значит, сигилы соответствуют ценным для Слизерина и его семьи качествам, иначе они не изображались бы на гербе.

- И расшифровав нужное, мы найдём ключ. – завершил её мысль Снейп.

Гермиона восторженно кивнула. Ей явно нравился процесс отгадывания загадок. Чувствовалось, как всё её существо восторгается от того, как цепко они хватаются за новые ниточки, ведущие их к цели.

- Видишь что-нибудь? – спросил он, позволяя ей попробовать.

- Вот этот, первый. – сказала она, пытаясь сосредоточиться, - Что-то с умом... Ум... Разд... Нет, подожди. Ловкость? Не то.

- Ты близка. – сказал он, - Astutia.

- А! Хитрость! Точно! Не так-то просто, всё-таки.

Он усмехнулся.

- Вот этот Ambitio. – проговорил он, - Амбициозность. А этот, один из нужных нам, - он указал на соседний рисунок в тетради, - Puritas Sanguinis.

- Чистокровие. – с мрачным оттенком произнесла Гермиона.

- Да. – кивнул он.

Они сосредоточенно посмотрели на последний символ.

- Hereditas. – произнесли они хором.

Снейп посмотрел на Гермиону и одобрительно кивнул.

- Наследие. – сказала девушка, - Значит Чистокровие и Наследие – вот наш ключ. Стоило догадаться...

- В таких вещах нужна уверенность. – строго сказал он, - Я видел, как Альбус Дамбулдор пробовал уничтожить крестраж без чёткого знания, с чем имеет дело. Его поразила смертельная болезнь... Не будем действовать столь опрометчиво, как он.

- Не будем. – согласилась Гермиона, - Но что нам это дало? Мы всё равно не знаем, кто открывал комнату, наследник ли он или обладает какими-то тайными заклинаниями.

- Конфлюксио Сангуинем. – произнёс Северус, - Вот с чем мы имеем дело.

- Я встречала это название. – сказала Гермиона, - Это вид Магии Крови.

- Это больше, чем Магия Крови, это заклинание требует соответствия и духа, и плоти. Любой наследник Слизерина не смог бы найти Тайную Комнату, будь он только кровным наследником. Он должен наследовать идеи, ценности этой семьи, жаждать их, гореть ими.

- Но что нам с этим делать?

- Аттревис Тэго. – произнёс он.

- Но это утерянная техника. – с сомнением сказала Гермиона, - Подожди! Ты хочешь сказать?...

- Да. Она не утерянная, просто запрещена, потому что это Тёмная магия и действует только с Тёмным артефактами. – говорил он, расхаживая по комнате, - Это заклинание требует большой концентрации и силы, но я не могу производить его один, мне нужен проводник, тот, кто сможет общаться с артефактом.

Он был великолепен в своих рассуждениях, стук его каблуков о пол был приятным и размеренным. Он то закладывал руки за спину, то поднимал их, чтобы добавить жестов в произносимые им слова.

- Проводник?

- Мистер Поттер. – с явным нежеланием произнёс Снейп, - Он уже открывал Тайную Комнату, он говорит на змеином языке, который позволит нам установить тесный контакт с чарами. На это заклинание уйдёт много сил, но оно сработает.

- Я помогу тебе. – сказала Гермиона.

- Нет. – твёрдо ответил он, - Как я и говорил, такие артефакты сопротивляются. Ты маглорождённая выпускница Гриффиндора. Поэтому ты никуда не пойдёшь.

- Но твоё сердце...

- Я и Поттер справимся сами. Твой острый рассудок может пригодиться нам, но это слишком опасно. Никто из нас не знает, чего ждать. – он отвернулся в сторону, - Нам потребуется встретиться с Поттером заранее и всё обговорить, он должен чётко знать произносимые им заклинания и их последовательность. Самое важное – ему нужно будет создать намерение, сильное и убедительное, чтобы Комната...

Пока он говорил, Гермиона чувствовала, как горят её щёки. Он ведь совершенно не замечал, как хорош. Глубина его познаний, сильная логика и развитая воля, позволяющая видеть то, что не видит разум. Он знает то, чего не знает она. И его медленный низкий рассудительный голос распространялся по кабинету. Гермиона приблизилась к нему, погружённому в собственные рассуждения. И провела рукой по щеке.

Он замолчал и опустил на неё взгляд своих чёрных глаз.

- Что ты?... – хотел спросить он.

Но Гермиона не дала ему спросить, и прижала свои губы к его. Он опешил, но, подавшись её настойчивости, не отвёл лица и закрыл глаза. Каким страстным был её поцелуй, как пылко она дышала и то прижималась к его губам, то отдалялась. Все эти острые и структурированные мысли, которые роились у него в голове, покрылись густым непроглядным туманом.

- Гермиона. – с придыханием произнёс он, когда она отступила.

- Да? – прошептала она.

- Ты сводишь меня с ума.

- Я стараюсь.

Она схватила его за воротник рубашки и вновь притянула к себе. Он положил ладони ей на бёдра и жадно сжал в руках, прижимая к себе. Воздух наэлектризовывался всё сильнее. Северус, сам того не заметив, прижал её к книжному шкафу, у которого остановился, а потом поднял и посадил на консоль, где они ранее раскладывали кожаные фолианты о Тёмной магии.

Сидя на консоли, Гермиона оказалась выше, и теперь он смотрел на неё слегка снизу в верх. Как же она была прекрасна, нежна, умна и настолько невероятна, что казалось, он не мог вместить в себе все эти чувства. Он запустил руки ей под юбку.

Мгновение, и она вздрогнула. Он посмотрел на неё, так близко, перед его лицом. Она сейчас был так беззащитна, так хрупка, и она полностью доверилась ему, была сейчас полностью в его власти. Он смотрел на это нежное молодое лицо, румянец щёк которого перебивали лишь веснушки. Эти карие глаза, что смотрели прямо на него, с такой нежностью, с таким не вообразимым доверием и признанием, что всё, что он мог – это прижать её к себе и поцеловать, быть бережным и нежным с ней и в ней.

Он внимательно всмотрелся в её лицо, словно хотел запомнить его таким навсегда, поднёс к нему свои ладони, взял его в них и поцеловал.

- Гермиона... - только прошептал он преисполненным нежности голосом, - Моя Гермиона...

В этой пустой холодной школе кабинет Защиты От Тёмных Искусств стал самым тёплым местом для них. Несмотря на холод и мрак за окном и в замке, здесь, наедине друг с другом, слившись воедино после всего, что им пришлось пережить, безоружные и уязвимые, они были друг для друга самой надёжной защитой.