Глава 15
- Стоит поторопиться, Малфой, - Оба старосты исполняли свой долг, а именно украшали зал. Малфой стоял на стремянке и вешал разнообразные украшения на стены. Грейнджер все еще была против магии, даже на такое, а Драко все еще подчинялся ей, сам не зная почему. Гермиона украшала внизу ёлку, периодически выкрикивая, потому что иголки кололи пальцы, иногда ругаясь, потому что шары не подходили по цвету. На Малфой наблюдал за этим зрелищем куда дольше, чем вешал гирлянды.
- Я знаю, Грейнджер, - выдохнул он, отрывая глаза от нервной Гермионы, - нам надо успеть до отбоя, - он пересказывал планы ее же голосом, - потом обойти всю школу и наконец отдыхать, - Гермиона перебирала стеклянные шарики, аккуратно вешая их на ветки. Она не смотрела на возвышающегося Драко, немного побаиваясь этой незримой связи, которая каждый раз соединяла их глаза. Как будто электрический ток, который резко отдавал в ноги.
- Разделимся? - предложила она, рассматривая очередной квадрат развешенных шаров.
- Нет, - твердо сказал он, понимая, что сейчас пухнет вниз либо он, либо его сердце, - Макгонагалл сказала следить за тобой, - Драко странно скосил глаза на грязнокровку и его сердце безумно застучало. Вот вот вырвется из груди.
«Видимо сердце свалится раньше» - усмехнулся он и перевел глаза на стену. Лишь бы она пошла с ним, а не ослушалась как всегда. Ему было это безумно важно-не оставлять её одну. По дворцу после отбоя шныряли Слизеринцы и не смотря даже на статус Грейнджер, при встрече с ними, ей угрожала огромная опасность. А тем более Кэрроу, которые мечтали отомстить ей и Малфою за недавнюю вылазку. Безусловно Темный Лорд знал об этом, но Драко объяснил это распускательством рук на слизеринок, чего не позволялось аристократам. Он снова обдумал свои слова: «Как же тупо звучало то, что Минерва поручила что-то МНЕ!» Хотя конечно же, МакГонагалл не поручала ему никаких подобных заданий.
- Ладно, - только и пробормотал она, прекрасно понимая, что директриса ничего не говорила ему. Но отчего-то Грейнджер хотелось довериться Драко. Или проверить свои теории о его добрых намерениях. «Может он изменился?» - подумала девушка и хлопнула в ладоши, радуясь собственной работе над елкой. Малфой улыбнулся, видя ее самодовольную ухмылку.
Закончили старосты около 10 вечера, когда до отбоя оставалось полчаса. Драко неспешна складывал остатки своей работы в коробку и магией переносил коробки в шкаф. Гермиона была настолько без сил, что даже не сделала ему замечание.
- Прогуляемся по двору? - предложила Гермиона, поднимая карие глаза. Они столкнулись с небесно-голубыми, девушка почувствовала как пробежал электрический ток. Малфой кивнул. Сам не знал почему, но он слишком устал притворяться. Иногда просто нужно было спокойствие и тепло рядом.
А она дарила ему это тепло.
Они вышли из главных ворот. Снег уже давно покрывал землю. С неба валились пушистые перья, казалось будто нет ничего, что может огорчить его. Гермиона села на скамеечку, предварительно очистив её рукой.
- Думаешь, мы успеем к празднику? - странное заявление от всегда уверенной Грейнджер буквально шокировало Малфоя. И он немного погодя, ответил:
- Конечно, у тебя же синдром отличницы, все вовремя сдаешь, - эти слова не оскорбляли её, но они ей не нравились. Гермиона чувствовала себя белой вороной, когда ей говорили, что она все знает. Драко не знал, как продолжить разговор, ведь никаких совместных тем, кроме дежурств и Рождества у них не было. А все вопросы по связывающим темам были почти решены.
«Не молчи» - умоляющее просил он. Но Гермиона молчала. Молчала, потому что больше сказать пожирателю смерти ей было нечего. А говорить с Драко Малфоем она была не в состоянии.
Девушка смотрела на свои ботинки, которые чуть-чуть припорошило снегом, почему то она думала, что Драко давно уже ушел, оставив её в одиночестве, но проверить она не решалась.
Пуф! Гермиона чуть не упала, когда в неё прилетел здоровый снежок.
- Ты больной? - Грейнджер уже лепила ответный снежок, сгребая голыми руками снег.
Ещё один попал прямо в затылок, разозлив гриффиндорку до ужаса. Она оскалилась.
- Ну держись, - Гермиона кинула в ответ ещё несколько снежных снарядов в Малфоя, потом он начал убегать и прятаться за колонны, девушка снова залепила ему снежком прямо зашиворот.
- Это было уже больно, - взвизгнул парень и снова начал бросать в неё снежки. Гермиона, бежала по ступенькам, прячась от наседающего врага. Следующий снежок попал в спину. И она, делая вид, что падает, скомкала кое-как снег и со всего мазу зарядила его Малфою прямо в лицо. Драко осел, отряхиваясь и протирая глаза.
-Я выиграла, - рассмеялась Гермиона, но тут он сгреб в кучу не снег, а саму девушку, повалив ее на лед.
- Нет, - он улыбнулся, как тогда в Большом зале. Не зло. А так, будто Гермиона была его светом.
«Только не целуй меня» - взмолилась она, понимая, что Драко никогда не притронется к ней, но так хотела ощутить вес его тела на своем.
.
.
.
Они вернулись в гостиную уже после отбоя, даже не обходя школу. Вбежав наверх в свой башню они смеялись и задыхались от собственного же смеха, в боку кололо, а ноги буквально косились. С ботинок текла вода, а на ресницах всё ещё был снег. Глаза сияли, словно тысяча комет, но они были слишком взволнованы , чтобы соединиться взглядом. Драко думал все о том, какого это быть с ней друзьями.
«Наверное, такое у них в обычных вещах стоит первым пунктом. Играть в снежки, веселиться, смеяться... А после таких побоищ, они скорее всего собирались всем факультетом в гостиной и пили горячий шоколад возле камина...» - он по-настоящему сожалел о том, как провел детство. Было в этом времени что-то искусственное.
«Конечно, сейчас у меня есть Тео, Блейз и Пэнси, но повалив я из на землю, они бы скорее направили на меня аваду» - думал он, не усмехаясь больше в мыслях. Он сожалел. Ему было больно.
.
.
.
Они лежали в башне старост. Гермиона на диване, а Драко на полу.
В голове мелькали потрясающие моменты вечера.... Как Малфой кидался в неё снежками, пока она полностью не свалилась в сугроб и не завизжала от холода, и снега, который забирался под одежду, потом она обстреливала Драко из воображаемой башни так, что тот молил её остановиться. Они смеялись и бегали как дети. Дети, не знающие что такое война, и что она идёт сейчас, что где-то там погибают люди. Были, словно самые счастливые. И также резко как накатило счастье, Гермиона вернулась в реальность.
«Гарри сейчас не до смеха» - подумала она и закрыла глаза. Старалась представить, где сейчас могут ошиваться друзья, в какой чертовой палатке какого чертового леса они сейчас морозят собственные задницы...
«Я скучаю по ним больше, чем могла представить»
.
.
.
Драко все время смотрел на её улыбку. Казалось, она давно не улыбалась и теперь она не могла перестать смеяться, самое потрясающее, что он смеялся вместе с ней. Он, такой угрюмый, замкнутый, эгоистичный, Малфой смеялся от того, что какая то Грязнокровка швыряла в него снег. И это был самый искренний смех. Он не знал, что еще может быть столь же желанным, как она. Её глаза, улыбка, волосы, руки...
Гермиона не могла придти в себя после игры и иногда посмеивалась, прокручивая моменты, где Малфой упал, поскользнувшись. Просто шлепнулся на свой интелегентый зад, и не мог встать пару минут, потом повалил и Гермиону. Они лежали в снегу и вырисовывали ангелочков. Счастливые дети в зиму. Нет Воландеморта, нет Гарри, нет смерти. И все снова хорошо.
«Нет, - возразил он сам себе, - все намного лучше»
- Завтра у нас много дел, - вдруг прервал её размышления Драко. Он и сам не хотел уходить, но внутренне его чутье заставляло его сказать так. Он не мог позволить себе влюбляться в неё и тем более допустить того, чтобы она влюбилась. Он бы обрёк её.
- Да..., - она немного замялась, - но я боюсь, что может все сорваться, - она села, сложив ноги каким-то расслабленным лотосом. Смотрела в камин. Оба молчали. Долго. Каждый думал о своем.
- Что ты имеешь в виду? - не отрываясь от огня, спросил Малфой.
- Мне страшно все испортить, - призналась девушка и закрыла лицо руками.
- Поверить не могу, - воскликнул он. Грейнджер перепугавшись открыла глаза так широко, как только могла.
- Во что?
- Ты, великая Гермиона Грейнджер, боишься ошибиться?! - он изо разил припадок, опустивши голову на диван и высунув на бок язык. Грейнджер засмеялась.
«И чем ты отличаешься от моих мальчиков? - задавалась вопросом она, - вы все глупые дети» - гриффиндорка смотрела на спектакль одного актера, потирая глаза.
Гермиона представляла себе во всех красках праздник, как на него заявляются Гарри и Рон и они все танцуют, веселятся. Но ничего бы этого не случилось. Они были заняты более важными делами. И она понимала это, но не хотела думать о том, что друзья ушли без неё. Никакой связи с ними не было.
.
.
.
Драко не думал о друзьях. Возможно, потому что их у него не было. Он думал о Пэнси и как рассказать ей, что пора перестать обманывать всех и в особенности себя. Ей пора признать свои чувства к Тео и наконец отстать от Драко. Он боялся, что у нее есть чувства и к нему самому. Не хотел делать ей больно. Не сейчас. Не хотел обманывать её, но и сказать правду не мог. Чтобы он сказал?
"Паркинсон, извини, но мы больше не будем пользоваться телами друг друга, потому что я влюбился в грязнокровку Грейнджер"...
Идиотизм. Он бы стал сразу врагом номер один у всего их факультета. Или нет?
«Может, я все таки смог бы стать тем, кто начнет эту чертову диверсию? Гребанную революцию среди факультетов?» - думал яломок, смотря наверх, в ее глаза.
Гермиона начала слезать с дивана, подскользнулась и рухнула прямо на Малфоя.
- Извини, - прошептала она. И упираясь локтями в его грудь, остановилась. С минуту они просто таращились в глаза друг друга, ни слова не говоря. Она начала медленно пытаться подняться, но почувствовав его руки у себя на талии, остановилась снова.
- Что ты делаешь? - Гермиона попыталась вырваться, но он крепко сжимал её. Она оставила свои попытки и еще раз взглянула в его глаза.
«Не чисто тут что-то» - подумала Грейнджер.
- Тш, - шепнул он и начал снимать с девушки свитер. К щекам Гермионы тут же прилила кровь, и щеки налились красными пятнами. Она снова попыталась вывернуться, но его руки сдерживали уже не талию, а её бедра. Она немного ослабилась и так, что Малфой наконец снял с неё кошемировый свитер, кинул его рядом и обнял её, прижимая все крепче к себе.
От неё исходило невероятное тепло. Душевное. Так не хотелось отпускать. Он немного отстранился и принялся стаскивать одежду и с себя. Грейнджер впервые увидела его торс. Идеальную белую кожу и не смотря на то, что Малфой всегда казался худощавым глистом, у него были кубики на прессе, до которых так хотелось докоснуться. Они сидели на полу, она на нем. Никуда не торопясь.
Но когда Драко потянул ладони к её щекам и начал приближаться, Гермиона быстро вскочила, взяв кофту, убежала к себе. Закрылась заклинанием и долго сидела, оперевшись на дверь. Она немного ухмыльнулась, но потом поняла чему радуется и прогнала эти глупые мысли прочь, встряхнув головой.
Всегда недоступная, твердая, решительная девушка сидела в комнате напуганная до смерти. Чувства. Она их боялась. Особенно к нему. Он не достоин её чувств. Не достоин.
Драко разлёгся в гостиной, прокручивая в голове момент, когда она убежала.
«Что со мной? Влюбиться в грязнокровку? Ещё чего.» - Малфой улыбнулся этим мыслям.
Или все же он смог?
Драко уснул на том же ковре в гостиной.
Гермиона ушла в гостиную Гриффиндора сразу же утром, чтобы никак не сталкиваться с ним. Но она посмотрела на него, закрывая дверь в башне старост.
«Какой он спокойный и счастливый» - почему то пришло ей в голову. Полуголый парень валялся на полу, его веки периодически подергивались, а губы были расслаблены.
«Грейнджер, иди уже» - скомандовал мозг.