Глава 12. Полностью.
Глава 12. Встреча поколений.
Pov Драко Малфоя.
- Эй, Малфой, очнись! Да приди в себя уже! Мерлин, да что ж мне с тобой делать?! Ну давай, давай, открывай глаза... Вот так, молодец...
Этот голос был первым, что я услышал, придя в себя. Голова была тяжелой, как после бурной попойки. Странно, вроде бы мы не особенно отмечали победу... И почему, кстати, мне так неудобно лежать, да ещё и кожу противно стягивает, как будто я, умывшись, забыл вытереть лицо? Да ещё и холодно, к тому же...
С трудом разлепив словно налитые свинцом веки, я приоткрыл глаза и увидел склонившееся надо мной смутно знакомое лицо. Я был точно уверен, что знаю этого парня, и в то же время это явно не кто-то из близких мне людей. Тёмно-каштановые, чуть кудрявые волосы, бесхитростно карие глаза, пухлые губы... галстук в чёрно-жёлтую полоску. Я напряг ускользающую память. Ах, ну да, староста школы...
- МакМиллан, – я попытался приподняться, и он поддержал меня. Голова закружилась, меня затошнило, но я сдержался и с помощью пуффендуйца добрался до какой-то стены, на которую смог опереться.
- Ты как? – обеспокоенно спросил он.
- Так себе, – признался я. – А где это мы?
Кое-как подняв тяжёлую, точно чугунную, голову, я осмотрелся. Мы с МакМилланом стояли на дне пустого бассейна в ванной старост – точнее, я стоял, привалившись к его бортику, а МакМиллан встал передо мной, тревожно осматривая. Ещё более странно... Я помню, что собирался сюда наведаться, вроде даже собрал вещи, но... Но дальше в памяти зиял провал. Нет, ну не мог же я где-то по дороге напиться, да ещё так, чтобы не помнить – как, где и с кем! Да и не с кем: Крэбб и Гойл сидели и обжирались в гостиной, и в ближайшие полчаса выгнать их оттуда было нереально, Тео ушёл на свидание, а с малышнёй я бы сам пить не стал... Альтаир? Отпадает – во-первых, он сейчас должен быть с Гермионой, а во-вторых, напейся я с ним, сейчас не МакМиллан, а он бы меня в чувство приводил или, на худой конец, рядом валялся... Блейз и Гарри? Нет, снова не то. И у них ведь свидание. Я бы не позволил себе прервать их... И потом, не такой человек Поттер, чтобы напиваться в присутствии своей девушки. Тогда что? Почему, Волдеморт побери, я ничего не помню?
Внезапно мне показалось, что в голове прямо-таки щёлкнуло, когда мысли сложились в чёткую картинку, куда ясно укладывалось и моё состояние, и потеря памяти. Заклятие Забвения! Но кто и с какой целью наложил его на меня? Что такого я увидел? И где именно – уже здесь, в ванной, или же по дороге, а сюда меня затащил тот, кто наложил заклятие?
- Мне кажется, ты нездоров, – проговорил тем временем МакМиллан, подставляя мне плечо и усаживая на ступеньку бассейна. Я поморщился от одного движения, но вынужден был признать, что так намного удобнее. – Ты встать сможешь?
- Да, наверное... – я с сомнением покосился на него. Мне, правда, уже несколько полегчало, однако до хорошего самочувствия было далеко. – А... Тебя не затруднит наколдовать Агуаменти? – спросил я.
- Что? А, воды? Да, конечно, сейчас... – он поспешно полез за палочкой в карман, вытащил её, неловко ухватив, когда она чуть не выскользнула из его пальцев. Наколдованная им струйка воды была, мягко говоря, переменчивой – то била ключом, обрызгивая меня с головы до ног, то еле сочилась, так, что пришлось ждать чуть ли не пять минут, чтобы наполнить пригоршню. Да уж, у Гарри в Башне Восхода явно получалось лучше, даже несмотря на тамошнюю магическую нестабильность. Тем не менее, я кое-как напился и умылся, игнорируя тот факт, что в ванной можно было просто открыть кран для этого. Хотя... нет, ну ладно – умыться-то там можно, но не пить же водопроводную воду, в самом деле! Я Малфой, а не какой-нибудь плебей!
Напившись и умыв лицо, я похлопал себя по карманам в поисках чистого носового платка... и не нашёл его. Да быть не может, я точно помню, что он у меня был! Куда он мог запропаститься? А хотя...
Вздохнув, я пожал плечами. И без того проблем хватает, чтобы ещё раздумывать, куда делась такая мелочь. Да куда угодно – потерялась по дороге, к примеру. Нащупав палочку, я заклинанием призвал одно из обычных полотенец, аккуратной стопкой сложенных в шкафу, и вытер лицо и руки. Потом отложил полотенце на край бассейна и встал, пошатываясь. На влажном после заклятия Эрни дне бассейна от моих ботинок остались грязные следы, однако ни сил, ни желания их убирать у меня не было. Голова снова закружилась, и МакМиллан, поспешно вскочив, подхватил меня. Я не упал бы и так, скорей всего, но всё равно тяжело оперся на него, хватая ртом воздух.
- Ты точно нездоров, – сказал он. – Пойдём, я отведу тебя в больничное крыло.
- Нет, не надо, – замотал головой я.
Хватит с меня в этом году больничного крыла! Я и так за неполный семестр провёл там больше времени, чем за все предыдущие шесть лет, вместе взятые...
- К Снейпу. Отведи меня к Снейпу. В его кабинет, он должен быть там.
- Ты уверен? Малфой, тебе ведь явно плохо... – засомневался МакМиллан.
- Не настолько. Всё будет хорошо, просто помоги мне дойти, – выдохнул я.
- Ну, ладно... – всё ещё сомневаясь, протянул Эрни. – Кстати, это, наверное, твоё?
Он указал на стоящую рядом с бортиком чёрную сумочку, по виду полную каких-то флакончиков, баночек и прочего. Я нахмурился. Вроде какая-то сумка у меня была, но, наверное, с вещами... Нет, эта, вроде, не моя.
- Не знаю, – ответил я на всякий случай, и вдруг подумал, что, если она не моя и не МакМиллана, то, скорее всего, её хозяин – тот, кто наложил на меня Обливиэйт! Пожалуй, надо бы прихватить её с собой – если получится найти того, кому принадлежит сумка, то найдём и того, кто заколдовал меня!.
- Да твоя, твоя, наверное, вон из неё галстук слизеринский торчит, – сказал МакМиллан. Я сглотнул и закашлялся.
- Будь добр, прихвати её с собой, – попросил я. – Если это и не моя, Снейп разберётся, он ведь наш декан.
М-да, не то чтобы я думал, что он этого не знает, но почему-то от изречения таких прописных истин становилось легче. Эрни, кивнув, подобрал сумку и повесил её на плечо, другой рукой поддерживая меня. У двери я заметил ещё одну сумку – и она-то как раз точно была моей. Фамильный герб сбоку ошибиться не давал. Ну что ж, значит, скорей всего, та, что была у бортика, действительно принадлежит тому, кто на меня напал... А эта ладно – пусть валяется, нехорошо, в конце концов, бедного пуффендуйца во вьючное животное превращать... пусть и не буквально. Всё равно домовики опознают мои вещи и принесут их мне не позднее завтрашнего утра.
Сам путь до подземелий запомнился мне смутно – всё вокруг было как в тумане. Кажется, меня неумолимо шатало, и я цеплялся за МакМиллана обеими руками, чтобы не упасть. Боюсь даже представить, каково ему пришлось, однако пуффендуец держался стойко, и я в который раз подумал, что у этого факультета, при всех его недостатках, есть всё же и достоинства, и одно из них – верность и стойкость. Дав обещание проводить меня, он держался, несмотря на то, что ничем мне не был обязан.
Наконец – мне показалось, что минула вечность, – мы оказались в подземелье, возле знакомой двери из тёмного дерева, напротив которой висел портрет, сейчас пустующий. У Северуса была некая договорённость с его обитателем – тот никогда не уходил, если профессор покидал кабинет, и его могли искать. Но раз лорда Тальмора на портрете нет, то Снейп, скорее всего, наоборот, на месте. Я прислонился к стене, отпустив МакМиллана, и кивнул ему, указав на дверь.
- Постучи, – попросил я хрипло, сам не узнавая свой голос. Мне как будто что-то сдавливало горло, хотя галстука на мне не было, и вообще, сняв квиддичную форму, я даже рубашку застегнул не до конца, когда переодевался после душа, который принял после игры. Впрочем, душ – просто чтобы освежиться, а ванна – для удовольствия...
Эрни неуверенно покосился на меня и робко постучал в дверь. Послышались шаги, и на пороге возник грозно сдвинувший брови Снейп.
- В чем дело, мистер МакМиллан? Какие-то нарушения у моих студентов? – мрачно поинтересовался он, не замечая меня – да и неудивительно, я стоял возле стены, а он даже не вышел толком из кабинета.
- Н-не совсем так, сэр, – почтительно отозвался МакМиллан, даром что был старостой школы. Да уж, репутация у Северуса не слишком располагает к лёгкому общению. – Я... Я нашел в ванной старост Малфоя – он был без сознания, сэр, и, кажется, ему до сих пор плохо.
- Плохо? – повторил крёстный, и в голосе его явно прозвучали нотки тревоги.
- Д-да, сэр. Он явно нездоров, почти не может стоять на ногах, и... И он отказался идти в больничное крыло, сэр, и потребовал, чтобы я отвёл его к вам...
- Не преувеличивай, я не настолько плох, – выдавил я, отшатываясь от стены и изо всех сил стараясь стоять прямо. Северус, побледнев, одним текучим движением обогнул стоящего на пути МакМиллана и подхватил меня. А я, как ни старался удержать равновесие, всё же не устоял и почти повис у него на руках.
- Вы свободны, мистер МакМиллан, – бросил Снейп через плечо, поддерживая меня и осторожно заводя в свой кабинет.
- Но, сэр, ему же плохо! – попытался возразить Эрни. Наивный, неужели он думает, что Снейпа можно переубедить, если уж он что-то решил? Ну, я-то, наверное, могу это сделать, хотя и не всегда, но вот бедняге пуффендуйцу точно ничего не светит.
- Я позабочусь о своём студенте, можете не волноваться, – с нажимом ответил крёстный. – Или вы сомневаетесь в этом?
- Н-нет, сэр, – поспешно отозвался тот. – Ну, я тогда, с вашего позволения, пойду...
- Идите, МакМиллан, идите, – раздражённо кивнул Северус. – Да, и десять баллов Пуффендую.
- Спасибо, сэр! – воодушевился МакМиллан и, окрылённый, поспешно ретировался.
Захлопнув за собой дверь, Северус провёл меня поближе к своему столу, взмахом палочки придвинул поближе к камину кресло и усадил меня в него. Я и сам не предполагал, что мне может быть так плохо после не столь уж дальней прогулки. Нет, я не чувствовал опустошённости или упадка сил – просто у меня жутко кружилась и болела голова, ужасно, до тошноты. А ещё я ничего не помнил, начиная с того момента, как собирал вещи у себя в спальне, собираясь пойти принять ванну... что тоже никак не было самым приятным ощущением в мире.
- Ну, что с тобой произошло, Драко? – без обиняков спросил Северус, вглядываясь мне в лицо тревожным, внимательным взглядом. Я вздохнул.
- Не знаю, – честно ответил я. – Я ничего не помню. Помню, как мы выиграли матч, потом праздновали в Общей гостиной, потом все стали расходиться, и я решил сходить принять ванну. Пошел собирать вещи... и всё. Дальше – ничего. То есть, дальше уже то, как МакМиллан привёл меня в сознание в ванной старост. Но вот как я туда попал, понятия не имею.
- Обливиэйт? – предположил крёстный. Я пожал плечами и кивнул.
- Похоже на то. И если спросишь, кому и зачем это понадобилось – убей, не знаю. Ох! – на мгновение голова закружилась так, что мне показалось, будто кресло ушло из-под меня, и я тяжело откинулся на спинку. Северус поджал губы и направился к шкафчику в углу, где хранил наименее опасные готовые зелья из своего запаса. Налив полчашки густой чёрной жидкости, от которой доносился запах пережаренных кофейных зёрен (кофейный экстракт, выработанный с добавлением настойки златоцвета), он долил туда немного желтоватой прозрачной жидкости, подогрел полученную смесь при помощи палочки, от чего она посветлела и приобрела розовато-коричневый оттенок, и протянул его мне. Определив его, как восстанавливающее и укрепляющее, я сделал глоток. Хм, а ничего, мне определённо тут же полегчало. А впрочем, уж в зельях Северуса-то я не сомневался... Вдохнув чуть терпкий аромат, напоминающий одновременно корицу, лимон и немножко кофе, я ухмыльнулся. Вот интересно, почему в больничном крыле большинство зелий, даже таких простых, как укрепляющие, на вкус – откровенная гадость? У Северуса они почти всегда приятны...
Сделав ещё несколько глотков, я опустил чашку, грея о неё ладони, и сел попрямее, расправив плечи. Крёстный с довольным видом усмехнулся.
- Не задерживай, лучше допей сразу, – посоветовал он. – Так что, у тебя есть предположения... Ну что ещё?! – стук в дверь прервал его вопрос. Дверь приоткрылась, и внутрь осторожно заглянул Эрни МакМиллан.
- Простите, сэр, вот эта сумка была в ванной, я подумал, это его, – он кивнул на меня. – Но даже если нет, она кого-то из слизеринцев, значит, наверное, её нужно отдать вам? Вот... я её тут оставлю? – и он поставил на пол ту самую неопознанную сумку с баночками зелий, которую забрал из ванной.
- Да, благодарю, мистер МакМиллан, – отозвался Снейп с плохо скрываемым раздражением. – Можете идти.
Быстро кивнув, Эрни тут же захлопнул дверь. Северус взмахом палочки призвал сумку и вопросительно посмотрел на меня.
- Твоё? – спросил он. Я пожал плечами и в два глотка допил зелье. Голова почти прошла, и я снова мог соображать чётко.
- Не поручусь, но мне кажется, что нет, – отозвался я. – Я её не собирал... по крайней мере, я этого не помню. Да и сумки у меня такой нет. Скорее всего, это сумка того, кто наложил заклятие. То ли он забыл её, то ли потерял.
- Значит, этот кто-то, наверное, был уже в ванной? – предположил крёстный, открывая молнию и извлекая из сумки бутылку шампуня.
- Понятия не имею, – вздохнул я. – Может, меня оглушили где-то в коридоре, а в ванну затащили потом, чтобы на меня кто-нибудь случайно не наткнулся.
- Значит, это кто-то из старост? Или квиддичных капитанов...
- Возможно, – согласился я, снова поморщившись. – Но ты ведь не хуже меня знаешь, как легко продаётся пароль от этой ванной. Кто угодно может попасть туда за определённую плату и ходить вплоть до следующей смены пароля.
- Хм... Ну что ж, давай-ка посмотрим на сумку, – проговорил Снейп, вынув слизеринский галстук. – Так-так, что тут у нас? Шампунь, бальзам для волос, лосьон... Ты уверен, что это не твоё?
- Уверен, – отозвался я, рассматривая бутылочку шампуня. – Я таким не пользуюсь. Это для тёмных волос.
- Ну что ж, можем сразу вычеркнуть всех светловолосых. Судя по галстуку, – Северус вытащил шёлковую ленту, кончик которой торчал из сумки, – это кто-то из наших. Есть предположения?
- Три четверти факультета – брюнеты и тёмные шатены, и те и другие могут использовать такой шампунь, – ответил я, снова откинувшись на спинку кресла. Головная боль совсем прошла, зато на смену ей пришла сонливость – некий побочный эффект зелья, который довольно трудно побороть. – Даже... Ох! – я зевнул и смущённо прикрыл рот ладонью. – Даже ты, с твоего позволения, крёстный.
- Сегодня я никак не мог, у меня алиби, – хмыкнул Северус, не поднимая головы. – С конца квиддичного матча сижу здесь, что может подтвердить сэр Огастес Меридор, – он указал на портрет знаменитого зельевара прошлого века, висящий на стене за его креслом. – Кстати, посмотри на этот галстук. Что скажешь?
Я взял из его руки узкую серебристо-зелёную ленту, прикинул, мысленно сравнивая со своими. Узковат, а во-вторых, по всей длине – ни следа от булавки или зажима, какие в ходу у парней. Хм... Будь галстук гриффиндорским, это бы не насторожило – что Поттер, что Финниган и Томас всё равно ничего подобного не носят... (подарить Гарри такую штуку, что ли? А то ходит, как обормот какой-то...). Но этот галстук был слизеринский, а, насколько я мог припомнить, все наши парни носили зажимы или булавки. Правда, я никогда не приглядывался специально... Однако всё равно, как ни крути, галстук не похож на мужской.
- Девчоночий, – вынес я приговор. – Жаль, не надушен.
- Да, согласен, – кивнул Снейп. – К тому же, посмотри – сомневаюсь, что кто-то из юношей пользуется всем этим, – и он выставил на стол целую батарею притираний, кремов и прочих баночек со средствами для кожи, волос, ногтей и всего остального. У меня вырвался удивлённый присвист. Даже Нарцисса не пользовалась таким количеством косметических средств, не говоря уже о Блейз, хотя обе отнюдь не пренебрегали косметикой. Пожалуй, подобную коллекцию я видел только однажды, когда нам в гости нагрянула матушка Блейз и меня попросили заглянуть к ней позвать к обеду, потому что домовые эльфы были ей противны. Да, вот у неё-то баночек и скляночек было, пожалуй что, и побольше, как я видел, когда я заглянул в ванную, разыскивая хозяйку. Однако, тем не менее, данная коллекция тоже впечатляла.
- Как думаешь, кому может принадлежать всё это? – спросил Северус. Я хмыкнул.
- Ну... Я, мягко говоря, не очень разбираюсь в женской косметике, тут лучше спросить Блейз, – сказал я, снова подавив зевок. – На всякий случай надо держать под подозрением всех брюнеток на факультете.
- Ну, думаю, ты преувеличиваешь. Курса с пятого, полагаю, – возразил Северус. – Первокурсники не знают заклятия Забвения, его проходят только на четвёртом. Да и кто-то помладше с тобой не справился бы.
- Если напали со спины, то запросто, – возразил я. – К тому же мало ли что и когда проходят по школьной программе. Непростительные вон в неё вообще не входят, но разве это значит, что никто из студентов ими не владеет?
Северус понимающе усмехнулся и согласно кивнул. Я заглянул в сумку и сам порылся там, пытаясь отыскать хоть что-нибудь опознавательное. Но, увы, под руку продолжали попадаться одни косметические флакончики-баночки-пузырьки-бутылочки. Хоть бы волос пристал к крышечке, хоть бы духи какие встретились! Но нет, никаких характерных запахов.
Стоп. Никаких?
- Северус, у тебя надёжно закрыта дверь? – я оглянулся на вход. Крёстный без слов поднял палочку и наложил дополнительные чары.
- Судя по твоей интонации, у тебя появилась важная идея?
- Скорее, способ решения проблемы, – рассмеялся я, поднимаясь на ноги и хорошенько встряхиваясь. Да уж, в прошлом году мне изрядно прошерстили загривок на предмет «сумасбродной затеи», пока Альтаир вместе с Гермионой проводил рождественские каникулы в счастливой ограждённости Блэк-Холла от внешнего мира. Только поостыв, Северус согласился, что анимагия может быть для меня очень даже полезна... И вот теперь у него есть возможность лично убедиться в своих словах.
Снейп даже вздрогнул от неожиданности, когда я превратился в большого лиса – всё-таки крёстный к этому зрелищу непривычен. Довольно вильнув хвостом, я сунул нос в загадочную сумку, аккуратно вдыхая запахи и планомерно разделяя их для себя. Конечно, лисы – не легавые собаки, но обонянием всё равно многократно превосходят человека.
Так, и что у нас тут? Почти всё – разная искусственная дрянь. Для человека незаметно, а вот лисий нос мгновенно отличает настоящий запах от «ароматизаторов, идентичных натуральным». Чувствуется и человеческий запах, но его очень сложно определить. Косметика забивает львиную долю нюансов.
Чихнув от души пару раз, я разочарованно высунул голову из сумки, и тут мой взгляд упал на галстук. Вот то, что мне нужно! Во-первых, галстук носится почти на голом теле, отделённый от него лишь прозрачной для запаха тканью рубашки. Ну а во-вторых, хотя бы один краешек этого конкретного галстука торчал из сумки и не провонял кремами да лосьонами! Я коснулся носом зелёной ткани и сосредоточенно, почти задумчиво втянул в себя воздух. Так-так... Хм...
- Получилось? – прямо спросил Северус, когда я превратился обратно в человека.
- Отчасти, – я потёр лоб рукой. – Запах знакомый, это точно. Но, видишь ли, в человеческом обличье и в анимагическом запахи воспринимаются по-разному. Это совершенно точно кто-то из наших, я имею в виду – слизеринок-семикурсниц. Только с ними я общаюсь достаточно часто для того, чтобы запах был таким привычным. Понимаешь, это сложно объяснить... В общем, это почти на уровне подсознания, до такой степени знакомый запах. Очень привычный для меня как человека – настолько, что знакомые нотки узнаются и лисом. Мне точно известна владелица этого амбре, но сейчас я не могу назвать её имя. Эх, добыть бы, скажем, по платку всех девчонок и снова обнюхать – тогда я сразу смогу сказать, кому принадлежит этот запах. Но, думаю, у меня и так есть кандидатура номер один. Одна брюнетка, имя которой смело можно поставить рядом с неприятностями, связанными со мной. И она – староста к тому же.
- Ты о мисс Паркинсон? – Снейп задумался. – Но зачем ей нападать на тебя? Она ведь в тебя влюблена. Логичнее было бы опять применить приворот, и чары на сей раз, а не зелье.
- А может, она и пыталась, – пожал плечами я. – На мне ведь защита, которую ставили Эмерельд и Сапфира. Не думаю, что они могли допустить применение ко мне приворотных чар, в каком бы то ни было виде. Может, она поняла, что у неё ничего не получается, и заставила меня забыть об этом, чтобы не подставляться под насмешки.
- Но как же в таком случае твоя защита пропустила Обливиэйт?
- Запросто. Он ведь не несёт физического вреда, и это не приворот, о котором у нас был отдельный разговор... – вздохнул я. – Да ещё если заклятие Забвения было исполнено в состоянии эмоционального напряжения...
- Что ж, такой вариант вполне допустим, – согласился Северус. – Но Пенси Паркинсон – не единственная девушка на седьмом курсе. Как насчет мисс Гринграсс-старшей? Вы с ней встречались, она не могла мстить тебе за отвергнутую любовь или что-то в этом роде?
- Не думаю, – покачал головой я, задумчиво вертя в руках узкую ленту галстука. – Мы расстались по её инициативе, так что ей винить меня вообще не за что. Нет, не думаю, что это Дафна. И потом, ей-то что от меня скрывать? Что такого я мог увидеть, чего не видел раньше? Будь это Тэсс или Милли, они бы могли, допустим, застыдиться того, что я увидел их без одежды, и стереть мне память. Но Дафне прятать нечего, мы были любовниками, в конце концов.
- Логично, – согласился крёстный. – Но логика, увы, не доказательство. Ладно, попробуем реализовать предложенный тобой план.
- Это какой же? – удивился я.
- Насчёт платков. Пусть Блейз ночью стянет их у соседок и принесёт тебе, а ты проверишь свои догадки, – Северус взял у меня «трофейный» галстук и наколдовал для него герметичный футлярчик. – Это чтобы запах не выветрился. Постарайтесь сделать это побыстрее, хорошо? Чем скорее мы узнаем, кто заколдовал тебя, тем лучше. Конечно, действительно есть вероятность того, что ты просто невовремя узрел девичьи прелести, но нельзя исключать и более серьёзные варианты. Не забывай, за стенами замка идёт война. Ты мог стать невольным свидетелем чего-то, связанного с ней.
- Ты хочешь сказать, – я невольно сглотнул, – что я наткнулся на кого-то, непосредственно связанного, то есть, связанную с Упивающимися Смертью? И сделал это в самый... горячий момент?
- Не исключено, – серьёзно кивнул Снейп. – Совсем не исключено. Хотя причина Обливиэйта могла быть и не столь опасной, пусть и внезаконной. Скажем, что-то в духе скромной или не очень контрабанды... В любом случае это легко будет выяснить после того, как мы получим ответ на вопрос, кто тебя заколдовал. Так что постарайся узнать побыстрее, хорошо?
- Ладно, я поговорю с Блейз, – согласился я. – Думаю, провернуть затею будет несложно.
- Но не забудь ещё вот о чём, – Северус внезапно помрачнел. – Эта сумка всё же лишь косвенное доказательство. Нет гарантии того, что на тебя наложила заклятие именно её владелица. В конце концов, она могла просто забыть её в ванной комнате за полчаса до того, как там появился ты, по своей воле или бессознательным. Конечно, можно использовать Приори Инкантатем... но, скорей всего, этот Обливиэйт уже затёрт десятком безобидных заклинаний. Простейшая предосторожность...
- Понимаю, – кивнул я. – Но всё-таки, хоть какая-то зацепка... Крёстный, но ведь есть какой-нибудь точный способ всё выяснить?
- Ну... Есть одно зелье, – неохотно ответил он. – Сложное и не очень безопасное. Одним из ингредиентов должна будет стать твоя кровь, а ты знаешь, чем могут обернуться штуки с кровью.
- Зелье могут использовать против меня, если узнают о его существовании, – кивнул я. Северус поморщился. Я, конечно, выдал только простейший вариант, однако был слишком сонным, чтобы раздумывать над более сложными. Впрочем, этого хватило.
- Верно, – согласился крёстный. – Ты думаешь, эти воспоминания стоят того?
- Я не знаю, – вздохнул я. – С одной стороны, не хотелось бы влипнуть в передрягу всего лишь ради вида раздетой семикурсницы. А с другой стороны, можно упустить что-то важное, чему я неожиданно стал свидетелем...
- Давай сделаем так: я поговорю с Дамблдором на эту тему, и, возможно, он предложит другой выход из ситуации, – предложил крёстный. – В конце концов, зелья – не панацея, это не единственный выход. Можно воспользоваться легилименцией, а я, признаться, больше привык закрывать своё сознание или же незаметно считывать чужое, чем вдумчиво работать с разумом, пытаясь вернуть утраченные воспоминания. Зато вот сам директор неплохо поднаторел в этом, и, вероятно, согласится заняться тобой.
- Я бы предпочёл всё же тебя, – вздохнул я. Нет, я доверял Дамблдору, конечно, но всё-таки крёстному, естественно, больше. Снейп улыбнулся и покачал головой.
- Я не рискну взять на себя такую ответственность, Драко. Я недостаточно опытен в этой области, чтобы вторгаться таким образом в сознание тех, кто мне дорог... крестник, – он немного помолчал. – А запахи вы с Блейз всё же проверьте, хорошо? Возможно, тогда и к легилименции прибегать не придётся.
Некоторое время мы ещё обсуждали способы вернуть утраченную память, и неожиданно для себя я обнаружил, что почти поминутно встряхиваю головой, чтобы удержать нить разговора. Глаза слипались, а разум отказывался работать. Я с трудом мог припомнить, что именно было сказано минуту назад. Северус заметил моё состояние и хмыкнул.
- Пойдём, я отведу тебя в спальню, – сказал он, поднимаясь. – А то заснёшь по дороге.
У меня не было ни сил, ни желания спорить – я был слишком сонный, и, наверное, действительно уснул бы где-нибудь по дороге, если бы не Северус. Крёстный довел меня до самой моей спальни через гостиную, где, на моё счастье, не было никого, кроме Крэбба и Гойла, которые, сытые и довольные, увлечённо что-то обсуждали. Завтра придётся как-то объяснять им, почему Снейп провожал меня в спальню, и не такие уж они идиоты, чтобы купиться на дурацкую басню о его желании одолжить у меня какую-нибудь книгу или что-то подобное. Но ничего, что-нибудь придумаю. Каким-то чудом меня ещё хватило на то, чтобы поблагодарить крёстного, переодеться в пижаму и забраться под одеяло, после чего я провалился в глубокий сон, навеянный зельем.
Pov Гарри Поттера.
В воскресенье у нас снова намечался поход в Хогсмид, поскольку это были предпоследние выходные семестра. Я уже предвкушал очередную прогулку по узким улочкам вместе с Блейз – в прошлый раз погулять так и не удалось из-за срыва Драко, но теперь я надеялся наверстать упущенное. К тому же Дин с Симусом присоветовали мне пару любопытных местечек, словно созданных для влюблённых парочек, где можно было укрыться от любопытных взглядов и целоваться до одурения. Одна мысль об этом грела не хуже тёплой мантии. До сих пор с трудом верилось, что я был таким идиотом, что почти два месяца не решался поцеловать её! Теперь мне казалось, что я вообще без этого прожить не смогу...
Денёк выдался не сказать чтобы очень уж погожий – потолок в Большом зале был затянут облаками, и, хотя снег не сыпался, солнца тоже было совсем не видно. Мы с Джинни, встретившейся мне в гостиной, явились на завтрак довольно рано, по крайней мере, большинство столов были заняты едва ли наполовину. За нашим одиноко сидел Невилл, впрочем, ничуть не огорчённый этим фактом, и увлечённо что-то читал, одновременно ухитряясь с аппетитом поглощать свернутые трубочкой блинчики с творогом. Хмыкнув над этим зрелищем, я уселся за стол спиной к слизеринскому, за которым сидели какие-то младшекурсники и мрачный Нотт. Он явно был не в настроении – вяло ковырял ложкой тарелку с овсянкой и то и дело довольно-таки злобно поглядывал на пуффендуйский стол, а пуффендуйские первокурсники испуганно жались под его тяжёлым взглядом.
- Наверное, его Элис бросила, – сказала Джинни, перехватив мой взгляд. – Она вроде собиралась, как я слышала.
Элис Лейтон училась на одном курсе с Джинни и была довольно симпатичной девушкой. Неудивительно, что Нотт злится – он, такой неотразимый, снизошёл до неё, а она его отвергла! Мой внутренний голос ехидно рассмеялся. Тео был довольно популярен и мог бы гордиться собой, если бы не Драко, который затмевал его без особых усилий, но окончательно и бесповоротно. Стоило Малфою только появиться на горизонте, как Нотт оказывался в беспросветном минусе. Хм, интересно, а как бы себя повёл в подобной ситуации Малфой? А впрочем, ему-то как раз в такой ситуации не бывать – он всегда первым прерывал отношения, не считая Дафны, но, по его словам, она опередила его на день-два, не больше, да и разрыв этот его особенно не заботил.
Лёгок на помине, Драко появился в дверях Большого зала, и я даже заморгал от удивления при виде его одежды. Никакой традиционной школьной формы, и единственная дань ей – это небрежно заброшенная за плечо мантия. Вместо обычных элегантных ботинок на нём были тяжёлые кожаные, на толстой тракторной подошве. Иссиня-серые узкие джинсы, модного оттенка, – да я, кажется, вообще первый раз в жизни видел Малфоя в джинсах! Довершала образ тёмно-зелёная толстовка с капюшоном, из горловины которой выглядывала немного более светлая водолазка – обе не изумрудного слизеринского оттенка, а более тёмного, «лиственного». Мой взгляд скользнул выше – и меня ждало новое потрясение. Вместо обычной, идеально расчёсанной и уложенной волосок к волоску прически, на голове Драко царил «художественный беспорядок». Нет, слизеринец не выглядел лохматым и растрёпанным – просто кое-какие прядки сверху были перепутаны, создавая эффект некоторой взъерошенности, не такой сильной, как у меня, конечно. Но для Малфоя это было просто что-то невероятное. Стоило признать, этот образ шёл ему, придавая Драко несколько безбашенный вид – а впрочем, с такой внешностью ему пойдет всё, что угодно. Ну, может, кроме розового. Да и вообще, пожалуй, всех оттенков красного... Может, только в каких-то сочетаниях, и то сомнительно. М-да, ему повезло, что он не гриффиндорец...
- Привет, – беззаботно сказал он, приближаясь к нам. Джинни, сидевшая рядом со мной, первой справилась с удивлением и кивнула.
- Привет, Малфой... – сказала она. – Хм... неплохо выглядишь.
- Тоже мне новость, я всегда так выгляжу, – хмыкнул Драко, выдав дежурный ответ по поводу своей внешности, и уселся за свой стол впол-оборота к нам, подтянув под себя одну ногу и опёршись локтем о стол. Я развернулся, усаживаясь к нему лицом и невольно копируя его позу.
- А в честь чего такие перемены во внешности? – спросил я. Малфой пожал плечами.
- И тебе с добрым утром, Гарри, – сказал он, и я смущённо покраснел. – А перемены... Да так, ничего особенного. Это у меня с лета в шкафу болтается, я и наткнулся случайно. Просто это... – он коснулся своей толстовки, – мне показалось достаточно тёплым. Ну я и решил, что раз уж надевать, так надевать всё. И вообще, образ должен быть цельным, – и он тряхнул головой, как бы призывая полюбоваться на свою причёску.
- Да, но... Мне казалось, что такие вещи вообще не в твоём стиле... – пробормотал я. – Мерлин, Малфой, да я ни разу за шесть с половиной лет не видел тебя в джинсах! Я думал, что такие, как ты... Ну, то есть чистокровные, их вообще не носят.
- Ну, во-первых, я ношу джинсы, просто в школе для этого маловато возможностей, я же староста, должен подавать пример, – возразил Драко. – Да и... Отцу это не очень-то нравилось... – добавил он тише. – Этот прикид я прошлым летом купил, в Париже, – тут же продолжал он, как ни в чем не бывало. – Эми и Сафи утверждали, что мне пойдёт. Ну и вторая причина, почему именно сегодня... Просто я подумал, что это своего рода способ показать тебе, что даже в такой одежде можно выглядеть как я, а не как Уиз... В смысле, не так, как ты, – исправился он, кинув быстрый взгляд на Джинни. Однако та пропустила его оговорку мимо ушей, всё ещё ошеломлённо осматривая его. Малфой довольно хмыкнул, подтягивая к себе чашку кофе, и беззаботно принялся завтракать, а я с запозданием сообразил, что его одежда – чуть ли не копия моей. На мне была старая толстовка серо-голубого цвета, напоминавшая одежду Драко, однако в то же время и рядом с ней не лежавшая. Старые, растянутые джинсы, которые раньше принадлежали Дадли, поэтому сам я их носить без ремня никак не мог. Правда, ботинки у меня почти такие же – близнецы Уизли позаботились, подарили на день рождения пару, из настоящей драконьей кожи, с волшебными самозавязывающимися шнурками. И всё равно рядом с Малфоем я выглядел как оборванец. Мне стало неловко.
Только когда я слегка опомнился, я вдруг обратил внимание на то, что Драко заявился один, без Блейз и Альтаира. Такое случалось довольно редко, особенно в выходные, и я немедленно спросил его, где они.
- Блейз Снейп задержал, – отозвался Малфой, пожимая плечами. – Ничего серьёзного, просто, кажется, паре первокурсников нужно организовать дополнительные занятия по зельям, а на Пенси в этом отношении лучше не рассчитывать. У неё, во-первых, дел по горло, а потом... В общем, лучше не надо.
Он поморщился и одарил меня заговорщическим взглядом, означавшим «это не всё, но остальное расскажу потом». Я кивнул. На какое-то мгновение мне даже показалось, что я буквально слышал в голове голос Драко, произносящий эти слова. Опять направленная легилименция? Интересно, что же такого важного в этом случае мне планируют рассказать...
- А Альтаир наверняка ещё из тёплого гнёздышка не выбрался, – как ни в чём не бывало продолжил Драко, делая глоток кофе.
- Какого ещё гнёздышка? – не сразу понял я. Малфой громко фыркнул и прищурился.
- Семе-е-ейного, мистер Поттер.
Я пару раз моргнул, и только потом до меня дошло. Закашлявшись, чтобы скрыть смущение, я поспешно отвёл глаза в сторону. Ну, конечно, слухи давно ходили, я их даже от разных... «источников» получал, но, всё-таки вот так, в лоб, едва ли не открытым текстом сказать, что Альтаир провёл эту ночь с Гермионой... Хотя, а ведь действительно – вечером-то она в гостиной так и не появилась... С ума сойти, и где они только места для этого находят? Я представил себе сцену страсти в антураже пустого класса, на наколдованном матраце, с риском того, что в самый неподходящий момент залетит Пивз или за дверью прокрадётся миссис Норрис, и невольно хмыкнул. Одно из двух: или Гермиона тоже экстремалка, только хорошо маскируется, или же Альтаир, как истинный слизеринец, что-то такое придумал, чтобы надёжно обеспечить приватность...
- А вот и он, лёгок на помине, – прервал мои мысли Драко. – Эй! Ветроног! – Малфой махнул рукой. – Утро доброе!
Я обернулся. От дверей к нам шли Блэк с Гермионой. Судя по лицу Стервятника, его тоже изрядно удивила одежда своего друга.
- Вьюжник, – проговорил он, едва приблизившись на расстояние, достаточное, чтобы не орать, – что на тебе надето?
Малфой закатил глаза.
- Джинсы, водолазка, куртка...
- Я вижу! – Альтаир уселся рядом. – Но какого Гриндевальда ты оделся, как... ммм... короче, не так?
Драко снова хмыкнул и покосился на меня.
- Видишь ли, Альтаир совершенно не признаёт маггловской одежды.
- Я Блэк! – недовольно отрезал слизеринский капитан, встряхивая гривой. – И мне не пристало одеваться иначе, как волшебнику!
Я перевёл взгляд на Гермиону. Интересно, её не задел этот выпад? Как ни странно, нет – поймав мой взгляд, она только слегка пожала плечами и беззаботно улыбнулась. Впрочем, через мгновение и сам Альтаир метнул на неё короткий и немного извиняющийся взгляд.
- Ноблесс оближ, – философски прокомментировал Драко, – благородное происхождение обязывает.
- Кто б говорил...
- Ну так а кто у нас самый благородный? – хмыкнул Малфой. – Ты из Древнейшего и Благороднейшего – с тебя и спрос соответствующий!
Мы засмеялись, но веселье длилось недолго – через несколько минут появилась Блейз, расстроенная и сердитая. Едва кивнув мне, она хмуро уставилась на Драко, скрестив руки на груди. Я невольно подумал, что сам от такого взгляда готов был бы провалиться сквозь землю, но слизеринец лишь невозмутимо поднял бровь.
- Драко Томас Люциус Малфой, – негромко отчеканила Блейз. – Я тебе официально объявляю – ты свинья!
Джинни рядом со мной от такого заявления аж поперхнулась и закашлялась. Я похлопал её по спине, удивляясь, что слизеринцы, все трое, не обратили на неё никакого внимания. Блейз демонстративно вздёрнула подбородок и гневно фыркнула, когда Драко с демонстративно-недоумевающим видом захлопал ресницами.
- И не строй из себя невинность! – припечатала она. – Ты знаешь, о чём я говорю! Как ты мог! Как ты мог не сказать мне?! А если это что-то серьёзное? Ты хоть понимаешь, что ты вообще мог если не погибнуть, то...
- Ой, перестань! – оборвал её Малфой, поморщившись. – Вполне возможно, что ничего такого ужасного и не произошло. Мало ли кто и что мог скрывать!
- Да-да, голая семикурсница, я в курсе, – фыркнула Блейз, усаживаясь напротив Джинни спиной к столу. Я, ничего не понимая, ошеломлённо переводил взгляд с моей девушки на Драко и обратно, но они словно и не замечали меня. Блейз продолжала: – Снейп просветил. А вдруг нет? Вдруг ты вышел на тайный заговор, – она понизила голос, оглянулась по сторонам, проверяя, что никто не может подслушать, и наклонилась вперёд. – На тайный заговор Упивающихся Смертью! Всё-таки, я уверена – наложить на тебя Обливиэйт, да ещё настолько профессиональный, чтобы стереть только одно воспоминание, далеко не всякой старшекурснице под силу. Во всём Хогвартсе на это способны только несколько человек, и большинство из них – учителя!
- Что?! – резко наклонился вперёд Альтаир, до того озадаченно слушавший перепалку и, кажется, понимавший не больше, чем я. – На тебя наложили Обливиэйт? Когда?
- И кто? – добавил я, во все глаза уставившись на Малфоя, сидящего с невозмутимым видом и рассеянно вертящего в руках опустевшую чашку из-под кофе.
- Да тише вы! – поморщился Драко. – Ну, наложили, что в этом такого?
- Можно подумать, на тебя такие заклятия накладывают пять раз на дню! – возмутилась Блейз. Мне показалось, что ещё немного – и она готова будет треснуть упрямого названого братца первым, что подвернётся под руку.
- Но как? Почему, зачем? – продолжал допытываться я. Малфой снова поморщился и закатил глаза.
- Поттер, это заклятие Забвения, – сказал он. – Если ты не знаешь, его смысл как раз в том, что я не помню, кто, как и где, а тем более, почему на меня его наложил. Так что ответить могу из всех твоих вопросов только на два – когда и зачем. Хотя «зачем», думаю, и так понятно. Я, очевидно, увидел или услышал что-то не предназначавшееся для моих глаз и ушей, и меня необходимо было заставить это что-то забыть. А что до «когда» – вчера вечером, часа через три после матча.
- Ой, ой, ой, – я скорчил гримасу, передразнивая его, – какие мы умные. А сам матч-то ты помнишь?
- Помню, – нехотя отозвался он. – И вечеринку после него. А потом я собрался в ванную, и всё. С этого места – как отрезало. Очнулся уже там, и МакМиллан надо мной.
- МакМиллан? – поразился Альтаир. – Думаешь, это он?
- Да нет, вряд ли, – хмыкнул Драко. – Делал обход, нашёл меня... Не думаю, что это он. Зачем бы ему это делать?
М-да, МакМиллан на роль заклинателя действительно явно не годился – к тому же он мало того что пуффендуец, так ещё и староста школы... И потом, я неплохо изучил его на занятиях ОД и знаю, что заклятия памяти и вообще ментальные – не его конёк.
- И вообще, есть какие-нибудь предположения? Зацепки-то должны быть! – поспешно сказал я.
- Ты у нас будущий аврор, а не я, – пожал плечами Драко. – Но кое-какие есть, ты прав.
Пока Драко рассказывал нам, что и как вчера произошло – по крайней мере, что он помнил до и после пробуждения в ванной старост, и посвящал в детали своего разговора со Снейпом, время завтрака закончилось, и пора было собираться в Хогсмид. И вот тут меня ждал неприятный сюрприз. Когда в холле, прежде чем идти к себе наверх переодеваться, я сказал Блейз «Жду тебя через десять минут», она вздохнула и отрицательно покачала головой с совершенно убитым видом.
- Не могу, Гарри, – жалобно сказала она. – Снейп работой нагрузил. Пока с первышами по зельям не разберусь, мне отсюда ходу нет. Так что идите без меня.
- Что? – возмутился я. – Но он не может, он не имеет права! Ты ведь ни в чём не провинилась, а это... Это как отработка!
- Это не отработка, а Старая Слизеринская Традиция, Поттер, – наставительно сказал Драко. – Каждый хорошо успевающий старшекурсник обязан помогать младшим курсам, особенно если его просит об этом декан. А обычно и без просьб, просто сами старосты всё организуют.
- Так чего ж ты сам не организовал? – продолжал возмущаться я. – Ты в зельях не хуже неё разбираешься, а то и лучше!
- Во-первых, я уже организовывал класс по защите в этом семестре, – отозвался Малфой. – А во-вторых, Северус настоял, что мне сегодня необходим свежий воздух.
- Свежий воздух! – с иронией повторил я, но тут уже меня осадила Блейз.
- Гарри, прекрати! – резко сказала она. – Драко и так занимается с малышнёй, когда только может. И ему действительно нужно прогуляться после заклятия Забвения. А мы с тобой не пропадём, если один раз не погуляем по Хогсмиду. Тем более что в следующие выходные опять поход, Рождество на носу. Сходите без меня, ничего страшного.
- Угу, – сдался я, совсем расстроившись. В какой-то момент мелькнула мысль не ходить вообще, но это был не вариант – у меня ещё не были куплены кое-какие подарки, да и потом, я обещал навестить Фреда и Джорджа, которые будут сегодня в хогсмидском филиале «УУУ».
- Ладно. Тогда ты не будешь против, если я примажусь к тебе? – поинтересовался я у Малфоя. Драко пожал плечами.
- Да ради Морганы, – хмыкнул он. – Буду рад.
- Я с вами, – внезапно заявил подошедший Альтаир. Мы с удивлением уставились на него.
- А как же миссис Блэк? – прищурился Малфой. – Тоже с нами?
Альтаир уныло вздохнул и махнул рукой.
- Она не идёт. Дополнительная работа для Дамблдора. Я ей говорю – потом сделаешь, а она – «нет-нет, это очень важно, возможно, мне понадобится посидеть в библиотеке...». В общем, нынче я один летаю.
Когда мы встретились ровно через десять минут внизу, я с ещё большим удивлением обнаружил, что Малфой отказался от своей обычной мантии. На нём была короткая чёрная куртка, застёгивающаяся спереди на молнию и придававшая гордому наследнику аристократического чистокровного семейства невозможно маггловский вид. Я поколебался минуту, а потом всё-таки сказал ему об этом, но Драко не рассердился и не расстроился, а лишь заговорщически ухмыльнулся.
- Это я так маскируюсь, – хихикнул он, и я не смог удержаться от того, чтобы разделить его усмешку.
Альтаир же, наоборот, был не просто в мантии, но только что не с накрахмаленным воротничком рубашки – всё отутюжено и вычищено до блеска, сияли даже носки ботинок, видневшиеся из-под мантии.
- Что удивляешься, Гарри? – шутливо вздохнул Блэк, стряхивая невидимую пылинку со своего плеча. – За двоих приходится выглядеть...
Драко весело фыркнул и тут же получил шутливый тычок в бок, на который немедленно ответил.
Как ни странно, поход удался на славу. Гулять по хогсмидским улочкам под аккомпанемент беззлобных шуток Стервятников оказалось весело и занимательно. Конечно, совсем не так, как с Блейз. Одно дело – гулять с девушкой, которой хочешь понравиться. Как бы просто и легко с ней ни было, всё равно поневоле следишь за собой, и боишься ляпнуть что-нибудь не то, нечаянно обидеть грубым словом или чем-то ещё... С Драко и Альтаиром всё было совсем по-другому, и я снова понял, как же мне раньше не хватало вот такого вот дружеского общения! Можно было просто болтать о квиддиче, о книгах, о кино, в котором Малфой с Блэком разбирались через пень-колоду, но всё равно любили обсуждать его, снова о квиддиче, о девушках, и опять о квиддиче. С одной стороны, мне казалось, будто Рон вернулся – я мог сказать, что угодно, спросить обо всем, и получал в ответ искренние ответы. А с другой – это всё-таки были Малфой – язвительный, саркастичный, насмешливый, высокомерный, и Блэк – более беззаботный, но зато ещё надменней – к счастью, всё же не по отношению ко мне или Драко. Для нас явно было сделано решительное исключение – мы были сочтены достойными общения на равных. Впрочем, это не мешало Альтаиру время от времени отпускать высказывания, воистину достойные его фамилии – так, как о ней рассказывал Сириус. Такие, словно хогсмидцы должны быть счастливы от одного лишь факта, что их деревня удостоилась посещения Его Высочества. Да и Драко, хотя и старался сдерживаться, нет-нет да и делал заявление, которое просто бесило. И всё-таки по большей части это было просто здорово! Нет, конечно, мы уже общались так, но только теперь я оценил Малфоя-друга в полной мере, когда, зайдя в магазин подарков, выслушивал его едкие, но замечательно точные комментарии по поводу той или иной вещицы. И вместе с тем он проявил удивительный такт, когда, забраковав выбранный мною для миссис Уизли декоративный светильник, который на мой взгляд, неплохо вписался бы в гостиную Норы, посоветовал вместо этого набор специй в изящных деревянных коробочках и баночках ручной работы. Альтаир тем временем отыскал автоматический ароматизатор воздуха, создававший по желанию владельца любые природные запахи – начиная от послегрозового леса и заканчивая тропическим побережьем. Ароматизатор немедленно был запакован в подарочную бумагу и отправлен на доставку по адресу «Хогвартс, башня Гриффиндора, спальня старосты девушек».
Признаться, когда я по пути думал о том, каково это – ходить по магазинам вместе с Драко Малфоем, я ожидал, что придётся бесконечно таскаться из одного магазина в другой, где ему ничего не будет нравиться, и в конце концов мне удастся сделать всего лишь пару-тройку не особенно удачных приобретений. Присутствие Блэка теоретически только усугубляло ситуацию – он должен был быть ещё более требовательным к качеству товара... На самом деле всё оказалось далеко не так. Войдя в лавку, Драко окидывал внимательным взглядом товары и молча стоял, пока я делал выбор, а потом мягко указывал на недостатки и достоинства предполагаемой покупки. Если меня всё равно всё устраивало, он лишь пожимал плечами, а если я соглашался, что вещь неподходящая, непринуждённо предлагал другую, и по большей части его выбор оказывался довольно удачным. Комментарии и насмешки над остальными товарами начинались чуть позже, если я задерживался на месте, рассматривая что-то ещё. Альтаир же вообще не принимал участия в обсуждении, со скучающим видом, но без единого протеста следуя за нами по каждой лавке. Судя по всему, походы по магазинам никак не были его стихией – Блэк уже на третьем заведении только что не зевать начал. Впрочем, уже к полудню я благодаря советам Драко купил все необходимые подарки и, уменьшив их, готов был просто погулять по деревушке.
Но, как оказалось, у Малфоя были другие планы.
- Всё, Поттер, ты как знаешь, а я больше не собираюсь появляться на людях с человеком, который выглядит, как нищий оборванец! – безапелляционно заявил он перед небольшим магазинчиком с маго-маггловской одеждой, где, как я знал, продавали вполне приличные вещи для молодого поколения, предпочитавшего маггловский стиль. Во всяком случае, Парвати и Лаванда были о здешнем ассортименте довольно высокого мнения.
Признаться, когда мы вошли, у меня в голове крутились картинки из маггловского кино, когда один из персонажей приводит свою девушку или дочь в магазин одежды и сидит, наблюдая за её дефиле в новых нарядах. Но Малфой опять удивил меня. Отобрав ворох вещей, он загнал меня в примерочную, заставил меня влезть в новые джинсы – похожие на его, только синие, – и начать мерить футболки, рубашки и свитера, сам заглядывая за занавеску. Кое-что он сразу отвергал, кое-что комментировал, советовал, как именно это стоит одевать и тому подобное. Подобрав приличное количество вещей, он выбрал ещё три пары джинсов (как он сказал, раз уж это моя любимая одежда, пусть будет так), и брюки, похожие на школьные, но чуть другого покроя. Когда я за полчаса перемерил, наверное, пол-магазина, Драко, наконец, остался доволен, и присовокупив ещё пару наставлений, отправил меня на кассу, где мне пришлось выложить за покупки кругленькую сумму. Не то чтобы меня это сильно тревожило – благодаря Биллу Уизли проблем с тем, чтобы достать денег из своего сейфа, у меня не было. Когда я расплатился, Малфой настоял, чтобы я переоделся во что-нибудь приличное прямо там же, на месте, и я послушно натянул те самые, первые, джинсы, бутылочно-зелёную водолазку под цвет глаз и серо-зелёную толстовку, на манер моей старой, но по качеству больше похожую на одежду Драко. Довершила образ чёрная куртка, тоже похожая на куртку Малфоя. Окинув меня придирчивым взглядом, он наконец одобрительно кивнул.
- Ну вот, другое дело, – сказал он. – Теперь и людям показаться не стыдно.
- Да я и раньше не особенно стеснялся, – пожал плечами я, однако довольная улыбка расползалась по моему лицу при виде своего отражения. В принципе, по стилю мало что изменилось, однако вещи были подобраны по моему собственному размеру и сидели так, словно были сшиты специально для меня. Водолазка подчёркивала цвет глаз, а джинсы вдруг открыли, что у меня, оказывается, неплохая фигура. Не такая, как у Драко или Альтаира – оба были высокие, стройные и аристократически изящные, с достаточно развитыми мускулами, которые, однако, не бросались в глаза. Я был поменьше ростом – не очень сильно, но всё же ощутимо, – и, возможно, за счёт этого казался более крепко сбитым, да плюс ещё это впечатление раньше усиливала мешковатая одежда. Правда, поначалу мне было немного неуютно, однако, поймав одобрительный взгляд Драко, я перестал стесняться и велел себе привыкнуть. В конце концов, школьная форма тоже сидела на мне хорошо, привык же я её носить? Значит, и к этому привыкну.
Вот странно – я никогда раньше не задумывался о своём внешнем виде, но, стоило начать общаться с Малфоем, как всё встало с ног на голову. Я помнил наш очередной спор на эту тему, произошедший в библиотеке не так давно.
- Но ведь одежда не изменит моей сути, – говорил я тогда, свято убеждённый в своей правоте. Драко в ответ презрительно фыркнул.
- Эту отговорку придумали нищие, – отозвался он. – Никому, кто прилично одевается, не придёт в голову искать в одежде какую-то глубокую внутреннюю суть. Она может в лучшем случае выразить твоё настроение. Не обязательно быть злодеем, Поттер, чтобы нормально одеваться. И где, скажи мне на милость, сказано, что всякий Крутой Герой обязан выглядеть полным охламоном?
- Я вовсе не Крутой Герой! – вспылил я, но, – впрочем, как и всегда, – на Малфоя это не произвело ровным счетом никакого впечатления. Драко лишь ухмыльнулся и вскинул бровь.
- Тем более, – припечатал он. – Даже если подобная глупость где-нибудь и сказана, то к тебе это, значит, не относится!
М-да, с подобной железной логикой спорить было трудно. У него на всё находился ответ.
Сначала я хотел поступить с этими покупками так же, как и с остальными – уменьшить и положить в карман, но Малфой возразил, что с одеждой так не поступают, потому что потом могут начаться проблемы с размерами – вещи будут становиться то велики, то малы, и в конце концов большая часть придет в негодность. Пришлось договориться с хозяином магазина о доставке, впрочем, это оказалось вполне обычной процедурой.
Когда мы наконец вышли из магазина, настроение Блэка прямо-таки скакнуло вверх. В самой лавке он большую часть времени провёл у окна, уныло глядя на улицу и совершенно не участвуя в деятельности Драко. Впрочем, тут я Альтаира вполне понимал – торчать минут тридцать и наблюдать, как подбирают одежду, которую сам не признаёшь по идеологическим соображениям, наверняка тоскливо.
Погуляв ещё с полчаса, мы оказались перед бывшей лавкой «Зонко», где теперь красовался логотип «УУУ». В магазине было довольно много народу – видно, торговля шла бойко. Я обернулся к Альтаиру и Драко, которые задумчиво переглядывались. Мне не очень понравилось выражение лиц слизеринцев – оба словно решали, стоит ли вообще заходить внутрь.
- Э-э-э... Драко, Альтаир, – позвал я их. – Я... вроде как обещал Фреду и Джорджу зайти сегодня.
Стервятники снова переглянулись.
- Составим компанию? – склонил голову набок Альтаир. Драко с сомнением усмехнулся, переводя взгляд на вывеску.
- Даже не знаю... Есть подозрение, что нас вряд ли тепло встретят.
- Почему? – удивлённо спросил я. – На пятом курсе вы, вроде бы, неплохо... э-э... союзничали.
- Общий враг объединяет, – хмыкнул Малфой. – Дружить против Амбридж можно с кем угодно. А вот теперь даже не знаю. Хотя, конечно, нас двое – их двое, так что, если что, дуэль будет честной...
- Да перестань, – нахмурился я. – Они совсем неплохи, и потом, вы ведь для них потенциальные ценные клиенты...
- Ну да, – скептически усмехнулся он. – А ещё Альтаир для них – тот, кто вечно проезжался по их младшему братцу, который, в свою очередь, запросто мог успеть напеть им о том, что я стал причиной вашего с ним разлада. Так что есть основания предполагать, что если мы переступим порог этого магазина в их присутствии, то через пару секунд начнётся активная перестрелка заклятиями.
- Да не преувеличивай, – не очень уверенно сказал я, в глубине души понимая, что в чём-то он прав. – Фред и Джордж упрямые, но они не глупые. Я поговорю с ними и объясню, что Рон сам во всём виноват, и что вы оба совсем не такие, как они думают. Пойдёмте, пожалуйста!
Я и сам не знал, что именно заставляет меня тащить Стервятников в магазин близнецов – возможно, желание убедить первых, возможно – вторых... А может, мне просто хотелось, чтобы семейство Уизли хоть отчасти начало понимать меня, и увидело, что моя дружба с Драко и Альтаиром – это не результат каких-то чар, как думал Рон.
- Это всё равно что самому сунуть голову в пасть дракона, – вздохнул Малфой, однако я чувствовал, что он заколебался. Я хмыкнул.
- Человек по имени «Драко» не должен бояться драконов, – сказал я. Малфой фыркнул.
- Вот только на понт брать не надо! – хмыкнул он, повторяя мою фразу, сказанную в Башне Восхода. Я ухмыльнулся.
- Ну так вы идёте?
- Идём, – махнул рукой Альтаир. – В конце концов, если и подерёмся, так хоть развеемся. Я чуть со скуки не помер в том одежном магазине.
- Но всё же самим лезть на рожон не стоит, – предупредил друга Драко.
- Да я и не собираюсь, – хмыкнул Блэк. – Просто обрисовываю одну из возможных перспектив. Ну так что – идём?
Я кивнул и, толкнув дверь лавки, приглашающе махнул слизеринцам.
Народу внутри было пруд пруди – казалось, сегодня сюда набилась как минимум половина всех тех, кто пошёл в Хогсмид. Мы кое-как протолкались к основному прилавку. Поглядывая то на Блэка, то на Малфоя, чтобы им не пришло в голову выкинуть какую-нибудь непредвиденную штуку, я нашёл взглядом Фреда и Джорджа, которые что-то бурно обсуждали между собой. У кассы стояла молодая симпатичная ведьмочка, обслуживая покупателей, идущих беспрерывным потоком, так что близнецы были относительно свободны. Я уже открыл рот, чтобы позвать близнецов, но тут...
- Мы пришли арестовать вас, Уизли! – раздался слева от меня голос Блэка. Я дёрнулся, как и близнецы, которые, едва не подскочив от неожиданности, разом обернулись на подобное заявление. Альтаир же, нисколько не смутясь, облокотился на прилавок и продолжил: – Ой, нет, это я в прошлый раз говорил...
- Вообще-то не ты, а я, – весело хмыкнул Малфой.
- Ну ты только посмотри, Джордж! – расхохотался Фред, окидывая взглядом Блэка. – Кто к нам пожаловал – сам Альтаир Блэк, предводитель Стервятников, да ещё и со своим неразлучным другом! Так-так-так, намечается что-то интересное...
- А то! – Альтаир фыркнул и одним движением прикрыл лицо мантией до глаз на манер маски ниндзя. – Мы Стервятники лихие – птицы тёмные, ночные! Мы летаем-кружимся, нагоняем ужасы – у-у-ужасы! Ужжасссы...
Близнецы только что не легли на прилавок от смеха. Хохотали и Стервятники.
- Я так понимаю, дементоры отдыхают, – наконец заявил Джордж, вытирая слёзы. – Да и куда им против таких профессионалов! Кстати, Гарри – выглядишь просто отлично! Я тебя не сразу и узнал.
- Э-э... Спасибо, – кивнул я. – Фред, Джордж... Я тут, как бы сказать, неспроста с ними, – я повёл рукой по сторонам, указывая на Альтаира и Драко.
- Проблемы, приятель? – нахмурился Фред. Его рука потянулась к карману – не иначе как за волшебной палочкой.
- Нет-нет, всё отлично! – поспешно вскинул я руки. – Всё как раз отлично. Я хочу представить вам человека, которому несколько раз обязан жизнью, – и я кивнул на стоявшего за моим плечом Драко. Близнецы обменялись изумлёнными взглядами, а потом оба с подозрением уставились на меня.
- Ему? – уточнил Фред.
- Погоди, так у тебя к нему Магический Долг, что ли? – прищурился Джордж.
- Нет у него никакого долга! – резко отозвался Драко прежде, чем я успел открыть рот. – Мы давно квиты. А ты, Поттер, не делай из меня благотворителя.
- Гарри... – проговорил Фред задумчиво. – Если у тебя нет к нему Магического Долга, или, скажем, каких-то ещё обязательств... Почему ты с ним ходишь? Тем более, с ними...
- А почему бы и нет? – отозвался я, чувствуя зарождающееся раздражение. Близнецы снова переглянулись.
- Ты в него влюблён? – напрямую спросил Джордж.
- Ты спятил?! – рявкнул я. Альтаир согнулся пополам от смеха, и я, развернувшись, в сердцах дал ему подзатыльник. Впрочем, Блэк на меня не обиделся, только отмахнулся рукой и снова заржал, как породистый жеребец.
- Тихо, не кипятись, – примирительно сказал Фред. – Нам просто надо удостовериться.
- Если вы не любовники, и не связаны долгом, то почему ты с ним? Тьфу, с ними.
- Потому что мы друзья, – отозвался я. – И нечего так смотреть! Драко и Альтаир – хорошие люди. Просто нужно... ну... узнать их поближе.
Близнецы переглянулись между собой.
- Узнать, – скептически фыркнул Джордж.
- Стервятников, – подхватил Фред.
- Получше, – снова Джордж. Лица у обоих были недоверчивые и даже слегка задумчивые.
- Именно так, – твёрдо ответил я. Близнецы снова переглянулись.
- Слушайте, ребята... – я вздохнул и запустил ладонь в волосы, откидывая их со лба. – Я понимаю, ваши семейства враждуют, да и... Стервятники за время учёбы нередко показывали себя не с лучшей стороны... Но они действительно хорошие парни. И уже совсем не так себя ведут, как раньше. («Не считая Филча», – вставил с усмешкой Альтаир). Я... в конце концов, за Драко поручился Дамблдор.
- Дамблдор? – вот это их, кажется, проняло. В глазах Джорджа, который считал директора чуть ли не своим кумиром, подобное заявление было сродни индульгенции. Фред отнёсся к нему более скептически, однако я видел, что и его сомнения уменьшились.
- Он точно дал отпор Вол... Вы-Знаете-Кому, – исправился я, заметив, как напряглись близнецы, когда я чуть не назвал имя Волдеморта. – Это тоже директор подтвердил.
- Э-э-э... – Джордж неуверенно покосился на Драко. Я повернулся и посмотрел на Малфоя, который стоял за моим плечом, сложив руки на груди, и слегка кривил губы в усмешке.
- О, продолжайте, продолжайте обсуждать нас с Альтаиром, как будто нас здесь нет, – сказал он со своим обычным убийственным сарказмом. – Может, нам заткнуть уши? Хотя, наверное, не стоит – вы и так прекрасно себя чувствуете, так что давайте, не смущайтесь.
- Дрей, не ёрничай! – попросил я. Он недовольно глянул на меня, но кивнул со вздохом.
- Дрей, – повторил Джордж. – Милое имя.
- Только попробуй, – рыкнул Драко.
- Поздняк метаться, – хмыкнул Фред. – Слово не снитч, полетит – не проглотишь, – и он, хихикнув, бросил на меня лукавый взгляд.
- О-о-о, в гробу будет помнить... – закатил глаза я. В ответ донёсся дружный смешок.
- Ладно, Стервятники, – вздохнул Джордж. – Раз уж Гарри считает, что вам можно полностью доверять и что вы решили зарыть топор войны...
- Тогда, так и быть, мы согласны с таким решением, – хмыкнул Фред.
- Но если хоть волос с его головы... – проговорили близнецы хором. – То никакая слизеринская изворотливость вас не спасёт! Это понятно?
- Намекаете, что нам нужно купить Поттеру средство от выпадения волос? – поинтересовался Драко, в глазах которого заплясали чёртики. Я, не сдержавшись, хихикнул. – Можете что-нибудь рекомендовать?
- Годится, – сказал Джордж, когда они с Фредом снова обменялись взглядами. – Ладно, Стервятники, до поры можете считать себя... под присмотром. В смысле, мы присмотрим за вами...
- Во всех смыслах! – подхватил Фред, и близнецы синхронно хихикнули над своим нехитрым каламбуром. – Чтобы защитить своих от вас...
- И чтобы защитить вас от чужих, – добавил Джордж. – Проклятье, неужели я это сказал? – добавил он вполголоса.
- О да, и даже вслух, – закивал Альтаир. – Что ж, приношу глубокую благодарность за ваше предложение, – он и вправду сделал такой жест, словно снял с головы широкополую шляпу и с поклоном взмахнул ею на манер дворянина семнадцатого века, – хотя я, разумеется, скорее сам окажу помощь, чем стану просить о ней...
- Багира, случаем, тебе не родственница? – поинтересовался Фред.
- Троюродная бабушка тёти моей мамы по материнской линии, – не задумываясь, ответил Альтаир, и они с Драко дружно рассмеялись. Фред с Джорджем присоединились к ним, и даже я весело улыбнулся. Напряжение спало. Я даже не ожидал, что близнецы воспримут это так легко.
- Ну надо же, – хихикнул наконец Джордж, – не знал, что в тебе есть индийская кровь. Истинный ариец, характер нордический...
- Это у кого нордический – у него? – прыснул Драко. – Примерно такой же нордический, как у вулканов Исландии.
- Именно так, – невозмутимо согласился Альтаир, небрежно встряхнув гривой. – К примеру, как у Эйяфьятлайокудля.
- Эйя... – Фред поперхнулся. – Как ты это произносишь?!
- Ну я же Блэк, – изогнул бровь Альтаир. – Разве это не достаточное объяснение?
- Видимо, это достаточное объяснение на любой случай в жизни, – весело заметил Фред. – Что бы ни случилось – главное вовремя выгнуть бровь дугой и заявить: «Ну я же Блэк!» Кстати, как у тебя так с бровью получается? Я пробовал, так чуть челюсть на сторону не свернул.
- Челюсть-то тут при чём? – фыркнул я.
- А ты попробуй! – хихикнул Джордж, скорчив зверскую рожу, в которой можно было признать попытку поднять бровь лишь с о-о-очень большой натяжкой. Драко хмыкнул.
- Ничего у тебя не получится, это фамильное достояние Малфоев, которым я щедро поделился с близким родственником, – сказал он, и без обычного высокомерно-презрительного тона и протяжного «Уи-и-изли» в конце, его фраза прозвучала настолько непривычно, что трудно было поверить в то, что это произнёс именно Драко.
- И единственное, видимо, – фыркнул Фред. Я напрягся, ожидая взрыва от Малфоя, но тот лишь беззаботно пожал плечами и хмыкнул.
- Ага, – согласился он. – Не считая таких мелочей, как имя, магия и состояние.
- Сечёшь, – одобрил Джордж, ухмыляясь, и вдруг до меня дошло, что их ухмылки с Драко почти одинаковые – такие же дерзкие и хулиганские. Ну кто бы мог подумать, что они вообще способны найти общий язык без особой необходимости!
Через полчаса мы вышли из лавки, спрятав в карманы пакеты с кое-какими купленными приколами и оживлённо обсуждая ещё не выпущенную новинку – управляемые сны. Близнецы планировали сделать их по тому же принципу, что и «сверхреалистичные грёзы», которые Гермиона в своё время назвала «действительно высоким уровнем магии», но рассчитанные на всю ночь.
- Всё равно их нельзя использовать чаще раза в неделю, – говорил Малфой. – Иначе можно запросто дойти до нервного срыва. И потом, свои собственные сны тоже очень важны, бывают пророческие и всё такое, потому что во сне разум наиболее открыт всяческим эманациям и прочему...
- Ну, не знаю, по мне так лучше такие вот сны, чем иные пророческие, – возразил я, поёживаясь от воспоминаний о видений о мыслях Волдеморта, преследовавших меня на пятом курсе. Драко кинул на меня внимательный взгляд из-под ресниц и кивнул.
- Может, ты и прав, – согласился он, заканчивая таким образом спор.
Остаток дня пролетел незаметно. После магазинчика близнецов мы ещё немножко пошатались по деревушке, а потом по предложению Альтаира зашли в «Маленькую Италию», чтобы перекусить. Я знал, что этот ресторанчик – излюбленное место Стервятников в Хогсмиде, их там видели чуть ли не каждый раз, когда нас отпускали сюда, но самому как-то раньше бывать не доводилось – одному было неловко здесь сидеть, а Рону здешние цены были просто не по карману. Да и Гермионе... ну, по карману, конечно, но всё равно заметно дороже, чем в «Трёх Мётлах». Но сейчас хозяин ресторанчика без малейших вопросов обслужил нас вообще бесплатно – оказалось, что само заведение под патронажем отца Альтаира. После этого мне мгновенно стала ясна такая любовь Стервятников к этому местечку, хотя, надо отдать должное здешнему повару – готовили здесь и впрямь отменно.
Время близилось к вечеру, темнело, и мы понимали, что пора двигать обратно в школу. Однако в зале звучала музыка, было тепло и уютно, и выходить на холодную тёмную улицу совсем не хотелось. Я уютно подрёмывал, откинувшись на спинку стула, и только периодически пинавшая меня под столом нога Малфоя не давала мне окончательно разомлеть. Наконец, когда я в очередной раз стал клевать носом, Драко решительно встал и, тряхнув меня, рывком поставил на ноги.
- Всё, Поттер, труба зовёт! – сказал он весело. – Пошли, нам ещё полчаса по темноте тащиться, и предупреждаю, я тебя на себе не потащу!
- Ну, Дра-а-ако, – протянул я жалобно, однако не в силах удержать расползающиеся в улыбке губы. – Ну что тебе стоит!
- М-да, – хмыкнул он, – тебя, пожалуй, дотащишь... Увы, не мой профиль, – и Малфой, хихикнув, бросил хитрый взгляд на Блэка, поджавшего губы с шутливо-возмущённым выражением на лице. – Так, всё, никаких возражений, Гарри! Шевелись, а не то...
- А не то что? – хмыкнул я. – Снимешь с меня баллы?
- Хуже, – фыркнул он. – Я пожалуюсь на тебя Гермионе!
- Ты этого не сделаешь! – в притворном ужасе воскликнул я. – Ты не настолько жесток!
- Ха-ха-ха! – зловеще-театрально рассмеялся он. – Ты получишь по заслугам, как и каждый, кто посмеет усомниться в фамильной беспощадности и злобности Малфоев!
- Ладно, – покладисто согласился я. – Тогда я расскажу Блейз, что ты третируешь её парня.
- Поттер, это нечестно! – запротестовал Драко, мигом потеряв свою «фамильную беспощадность». – Она же мне «тёмную» устроит, совесть поимей!
- Только не забудь, лучшая позиция – сзади, – «заботливо» подсказал Блэк.
- Чувствуется большой опыт, – покивал я.
- Гарри, ты не поверишь, когда у меня был с ней первый раз...
- Извращенец...
- Ага, поэтому во Вращенцах мне поставят памятник.
- Обалдуи! – вздохнул Драко. – И уши у вас холодные. Пошли уже, господа хорошие, а то ворота закроют, и будем под забором всю ночь куковать.
- Вот святая наивность, – хмыкнул я, тем не менее, следуя за ним к дверям бара. – Ты что ж, думаешь, отсюда кроме как через ворота никак в Хогвартс попасть нельзя?
- Лучше бы, чтоб было нельзя, – мигом посерьёзнел он. – Сам подумай, кто может этими путями воспользоваться.
Вообще-то из всех потайных ходов в Хогвартс оставался открытым только один – тот, что вёл из Визжащей хижины к Гремучей Иве, но даже на него Дамблдор наложил немыслимое количество охранных и следящих чар. Иногда этим проходом, как я знал, пользовались члены Ордена, когда им нужно было передать директору особенно важные и срочные секретные сведения, а времени ждать Филча у ворот не было. И всё-таки я не думал, что директор будет особенно протестовать, если мы с Драко и Альтаиром воспользуемся им в случае крайней нужды. Однако сегодня об этом думать не стоило – во-первых, ворота закроют только через два часа, так что мы вполне успеваем, а во-вторых, не стоит всё-таки злоупотреблять благодушием Дамблдора. Так что, хочешь не хочешь, а пришлось застёгивать куртку поплотнее и топать по дорожке в Хогвартс. Конечно, теоретически можно было бы сделать дугу через Запретный лес, но в нём, во-первых, легко заблудиться, во-вторых, можно наткнуться на не самых дружелюбных существ, и в-третьих, едва ли там совсем нет защитных чар. Да и далеко это...
На подходе к школе меня насторожили красные всполохи, освещающие, казалось, пол-неба. Мы переглянулись и, не сговариваясь, ускорили шаг. Пройдя в ворота, я почувствовал, как беспокойство нарастает – зарево полыхало над школой, со стороны теплиц. Неужели что-то случилось? Может, Упивающиеся воспользовались ослаблением охранной системы и приникли в Хогвартс? Может, там идёт бой?
Оба Стервятника, похоже, думали так же, как я. На подходе к крытому деревянному мостику, который вёл к боковому дворику и одному из входов в школу, которым всегда пользовались при походах в Хогсмид, мы уже почти бежали и, проскочив мостик и двор, влетели на лестничную площадку одной из боковых лестниц под массивными часами. Снова не сговариваясь, мы ринулись к короткому проходу, который вёл в центральный холл, проскочили через него и ввалились туда. Как ни странно, в холле никого не было – даже привидений. Тщетно оглядываясь в поисках хоть кого-нибудь, мы с Драко и Альтаиром подбежали к дверям Большого зала – но и там было абсолютно пусто. И вдруг резкий громовой раскат – если можно так назвать грохот, раздавшийся под крышей – потряс всю школу. Я невольно охнул. Драко замер и прислушался.
- Кажется, это откуда-то со стороны... восточного крыла?
- М-малфой, твои чары! Охранные чары на Башне! Ты сказал, они рухнут, когда ты уйдешь из школы! – воскликнул я, похолодев. Перед глазами замелькали жуткие видения – тысячи чёрных голодных пауков, нечувствительных к магии, расползаются по школе и пожирают беззащитных младшекурсников...
- Ну не настолько же! – воскликнул Драко. – Я имел в виду, когда я совсем уйду, закончу школу и не буду больше иметь с ней никакой постоянной связи! Чары не могли рухнуть, если я был в радиусе дня пути пешком!
- Тогда что это?
- Да какая разница! – воскликнул Альтаир. – Пошли, как раз и выясним!
Мы бросились к восточному крылу. На подходе к нему нам, наконец, стали попадаться ученики – чем-то откровенно взволнованные, но, впрочем, не испуганные, а скорее ошеломлённые и даже в какой-то степени... восхищённые? Мы, всё ещё ничего не понимая, наконец вылетели во двор Обсерватории – и замерли. Двор был пустынным, однако из всех выходящих в эту сторону окон таращились десятки любопытных глаз. Изо всех окон и дверей Обсерватории и обеих башен вырывались гигантские языки пламени, завиваясь в причудливые фигуры драконов, химер и прочих крылатых созданий. Один раз мне показалось, что я заметил даже феникса, однако я мог и ошибиться. Драко дёрнул меня за рукав и молча указал на почти неразличимую во мраке тёмную фигуру, застывшую посреди двора, куда не долетали отсветы пожара. Человек в чёрной одежде стоял прямо и то и дело направлял палочку на огонь, когда какой-нибудь чересчур ретивый язык пламени вырывался слишком уж далеко, и тогда словно невидимый щит преграждал огню дорогу, отрезая его от возможной жертвы. Зрелище было поистине впечатляющее. Не знаю, сколько мы с Блэком и Малфоем стояли, не двигаясь и наблюдая за безумной пляской пламени. Обсерватория полыхала, должно быть, не меньше получаса, не считая того времени, что прошло до нашего прихода. Наконец языки пламени стали всё меньше и меньше, и из верхних окон, уже не оплетённых огненным великолепием, стал подниматься дымок.
- Надеюсь, вас удовлетворило достойное завершение вашего приключения... мистер Малфой, мистер Блэк, мистер Поттер? – раздался знакомый саркастичный голос, и я с удивлением понял, что человеком, контролировавшим процесс горения этого волшебного пламени, был Снейп.
- Северус, при всем уважении, ты думаешь, это твоё пламя подействовало на логово пауков под Башней? – поинтересовался Драко. Снейп хмыкнул.
- Это, как ты выразился, «моё» пламя, носит официальное название «Адово», и надеюсь, мне не нужно объяснять тебе, что это значит, Драко, – отозвался зельевар.
- Оу. Действительно, эффективно. И как это мне не пришло в голову его использовать? – хмыкнул Малфой.
- Ну, использовать его ты мог только в том случае, если хотел сразу отправить на тот свет самого себя, а заодно и Поттера с Блэком, – хмыкнул Снейп, направляясь к двери Обсерватории и накладывая какие-то чары. Оставшись, видимо, доволен результатом, он кивнул сам себе и, не обращая уже внимания на нас, преспокойно скрылся через боковой ход, ведущий в подземелья.
- Что он имел в виду? – поинтересовался я, когда профессор исчез из виду.
- Думаю, тебе лучше расскажет Альтаир...
- Адово Пламя – это очень интересные темномагические чары, – с готовностью принялся объяснять Блэк. – Грубо говоря, огонь, которому придали усиленное горение и даже определённую долю разумности – языки пламени сами ищут жертв и преследуют их, пока могут. К счастью, под открытым небом Адово Пламя загореться не в состоянии, но зато в помещении выжигает дотла всё, кроме стен, да и те сожжёт, если они не будут каменными. Никакими обычными средствами, вроде воды, это пламя не потушить. Контролировать его очень непросто. Короче говоря, штука на редкость опасная, но и на редкость эффективная.
- Постой, но если это чары, то разве они страшны кваррокам?
- Ну я же сказал – это магически усиленный огонь. Основа там – самое обычное пламя, а вовсе не магия, которая только... стимулирует его. Правда, изобретение недавнее, ему лет двести пятьдесят или около того. Так что против кварроков его никогда раньше не применяли.
- Понятно... Но вдруг там всё же смогли выжить какие-то пауки? – с сомнением проговорил я, косясь на дымящуюся башню. Драко фыркнул.
- Ты что, не заметил? Снейп перед уходом просканировал всю Обсерваторию на любые проявления жизни и ничего не нашёл.
- Кстати, если хочешь, я могу тебя научить этим чарам, – предложил Альтаир, покачиваясь с пяток на носки и оценивающе глядя на башню. – Не сканирующим, конечно, а Адову Пламени.
- Ты им владеешь?!
- Уже два года как. Что ты так на меня уставился, Гарри? Я же Блэк. А значит, в Тёмной магии разбираюсь по определению. В чёрном-чёрном городе на чёрной-чёрной площади в чёрном-чёрном доме сидит чёрный-чёрный маг...
- И пишет чёрные-чёрные списки, – весело фыркнул Драко. – Ужинать пошли! Не знаю, как вы, а я что-то проголодался от такого зрелища...
Я хмыкнул, но кивнул, соглашаясь. С трудом протолкавшись сквозь толпу, хлынувшую поглазеть на результаты того, как «Снейп зажёг», мы вернулись той же дорогой к Большому залу, где уже накрывались столы к ужину и, обменявшись ухмылками, разошлись по своим местам.
Pov Блейз Забини.
Утром в среду занятия по зельеварению и даже защите отменили – небывалое дело! – и объявили, что все семикурсники, желающие сдать тест на аппарацию, должны записаться после завтрака в приёмной комиссии, которая прибудет из Хогсмида в десять часов. Потом, когда списки будут проверены на предмет прохождения обучения и совершеннолетия кандидатов, снимут защиту с зала и начнется тестирование. Тест в общей сложности можно будет пересдавать два раза и, если на третий раз результат всё ещё не будет оценён как удовлетворительный, магу будет запрещено аппарировать.
Как всегда перед разными тестами, зависящими от Министерства, гостиную завалили брошюрками и агитлистками, где предлагали разного рода информацию об аппарации. Гермиона, которая успешно сдала свой тест ещё в конце прошлого года, заваливала всех подряд кучей советов, и мне было даже страшно подумать, каково приходится Гарри и Альтаиру. Если уж мы с Драко чуть ли не бежать от неё были готовы, хотя видели её только на переменах и в Большом зале (ну, ещё на уроках, но там не поговоришь), то каково же тем, кто рядом с ней постоянно? Впрочем, Ветроног, как ни странно, ухитрялся спокойно выносить всё. Более того, казалось, ему действительно нравится слушать в исполнении своей девушки даже это! Во вторник вечером Драко, сжалившись над слегка ошалевшим от наставлений лучшей подруги Гарри и оценив ситуацию, прихватил Крэбба с Гойлом и устроил условно-лёгкий тарарам в коридоре, который должна была патрулировать Гермиона. Пока она разбиралась и искала виноватых (естественно, отход ребятам Дрей обеспечил, не мог же он допустить потери баллов, в самом деле!), я вытащила Гарри из замка, и мы часа два шатались по заснеженному саду изгородей, освещённому магической подсветкой. Вообще, конечно, было довольно прохладно, и даже в тёплых зимних мантиях мы постепенно подзамёрзли, но дело того стоило. К тому же это была чуть ли не первая возможность, представившаяся мне для того, чтобы в полной мере высказать Гарри свой восторг по поводу его нового гардероба. Альтаир тем временем взял на себя Гермиону. Нехорошо, конечно, взваливать на парня такое испытание, но, если уж Ветроног – единственный, кто без последствий для себя может с ним справиться... Хотя, как мы поняли вечером после того, как Алси не явился в Общую гостиную, даже гриффиндорская староста поняла, что расслабиться и отдохнуть перед экзаменом тоже не помешает.
Утром, позавтракав – не очень плотно, потому что от волнения кусок не лез в горло, мы расположились кто где, в основном на подступах к холлу, чтобы не упустить момент, когда в замок прибудет комиссия. В самом холле имелось несколько скамеечек, которые быстро оказались заняты – в основном по факультетскому признаку. Я, Драко и Альтаир с Гермионой облюбовали ту, что стояла неподалёку от лестницы. Гриффиндорка, то ли сочтя, что уже достаточно просветила своего парня на предмет правильной аппарации, то ли просто пожалев его, больше не приставала с наставлениями. Наоборот, она просто молча сидела в обнимку с Альтаиром, положив голову ему на плечо и закрыв глаза. Сам Ветроног и не думал тревожиться по поводу предстоящего испытания. Да и что ему тревожиться – на прошлом курсе во время обучения особых проблем у него не возникло, а кроме того, летом успел изрядно натренироваться с родителями. Блэки сочли, что их сын просто обязан безукоризненно владеть этим умением – ну ещё бы, во время войны-то... Мало ли что. Да и с Драко тоже летом занимались Нарцисса (а заодно и со мной), и другие родственники. Так что Вьюжник сейчас являл собой образец самоуверенности и на пару с Альтаиром хрумкал небольшими мятными пряниками, пакет которых тот захватил с собой ещё из спальни. На скамье неподалёку от нас сидели гриффиндорцы – Парвати Патил и Рон Уизли с Лавандой. Та что-то ворковала ему на ушко, но Уизли лишь машинально кивал, не отрывая взгляда от, наверное, давно выученных чуть ли не наизусть строк одного из пособий. Как говорил Гарри, у рыжего поубавилось уверенности в собственных силах после провала в прошлом году, и теперь он, наверное, до дрожи боялся опять провалиться – ведь, в отличие от нас, у него оставалось всего две попытки.
Гарри, задержавшийся у доски с объявлениями, вошёл в холл и на мгновение замер, отыскивая взглядом нас. Альтаир немедленно хмыкнул и вытянул руку с пакетом вперёд, покачивая им наподобие маятника гипнотизёра.
- Га-а-арри-и-и... Переходи на Тёмную Сторону... У нас есть печеньки...
Мой парень весело рассмеялся, направляясь к нам, а Альтаир послал торжествующе-надменный взгляд Уизли, поднявшему голову при его заявлении. Того чуть ли не перекосило, и он сразу же снова уткнулся в свою брошюрку. Гарри, продолжая смеяться, подошёл и уселся рядом со мной, благодарно кивая и беря угощение.
За него я была спокойна. Ещё в прошлом году все профессора из старой комиссии признавали, что у Гарри есть способности, и в конце курса обучения он уже неплохо справлялся с аппарированием. Хотя, конечно, с тех пор прошёл не один месяц, и случая попрактиковаться не было давно. Вообще, наверное, справедливее было бы сперва дать нам обновить впечатления и умения, однако, с другой стороны, раз научившись, волшебник должен сохранять это умение, иначе кнат ему цена. И я верила в своего парня. К тому же, как он рассказывал, у него с самого начала было преимущество – опыт совместной аппарации. Летом перед шестым курсом Дамблдор лично забрал его от родственников и вместе с ним аппарировал в Нору. Не знаю, почему это так ярко врезалось мне в память – может, потому, что Гарри очень редко и мало говорил о своих родных, и я только знала, что его отношения с ними складывались не лучшим образом. Это удивляло – да как можно не любить Гарри, особенно прожив с ним бок о бок столько лет, и неважно, маг вы или маггл? Его родственники, должно быть, ненормальные. Если уж даже Малфой проникся к нему дружескими чувствами, стоило им познакомиться поближе и пообщаться без обычной вражды...
- Едут! Едут! – закричал ворвавшийся в холл Невилл Долгопупс и чуть не рухнул, зацепившись шарфом за ручку двери. Кое-как отцепив его и чуть не разорвав при этом, он ввалился внутрь. – Я... Я был в теплице, я видел... Филч пошёл открывать ворота! Комиссия здесь!
Холл мигом наполнился гомоном, все, кто готовился сдавать тесты сегодня (в общей сложности человек двадцать), повскакивали со своих мест и столпились у дверей, выглядывая в ожидании комиссии. Все, кроме нашей компании.
- Пожар в борделе, – закатил глаза Альтаир, окинув оценивающим взглядом чуть ли не отталкивающих друг друга в стремлении выглянуть подальше студентов.
- Однако, согласен, – Драко, согласно усмехнувшись, переглянулся с Гарри. – Предлагаю сменить место обзора.
И оба, подхватив и меня, двинулись к лестнице – оттуда было не очень видно, что происходит на улице, зато прекрасно просматривался сам холл. Заняв позицию на промежуточной площадке между первым и вторым этажами, мы облокотились на перила. Через мгновение к нам присоединились Альтаир с Гермионой. Я впервые подумала, что должно быть, со стороны мы смотримся довольно забавно. В самом деле, живописная группа – брюнет, каштановолосая, ещё брюнет, рыжая и блондин. Весь спектр в наличии, разве что русого не хватает.
Комиссия прибыла минут через десять после Долгопупсова появления, когда большинству студентов уже надоело ждать и они разбрелись обратно по своим местам. У дверей оставались только Сьюзан Боунс и всё тот же Невилл, но даже они поспешили убраться куда-то в уголок, когда члены комиссии наконец вошли в холл.
Всего их оказалось трое – две женщины и мужчина. Дамы были так основательно закутаны в тёплые дорожные мантии, что разглядеть их было решительно невозможно, кроме разве что того факта, что одна из них была довольно высокой и худой, а осанкой напоминала профессора МакГонагалл. Вторая, напротив – толстенькая и приземистая, заставляла вспомнить об Амбридж, но, хвала Салазару, была всё же повыше ростом, да и, кажется, помоложе. Зато мужчина, при входе гордо откинувший капюшон и распахнувший мантию, виден был превосходно.
Не особенно высокого роста, и уже сильно в годах, он был худощавым и жилистым. Растрёпанная грива седых волос, откинутых назад ото лба, напоминала львиную. На самом кончике носа у него висели вытянутые продолговатые очки, правда, с такого расстояния точную форму я бы называть не взялась. На руках у него были толстые тёмно-коричневые перчатки, а тёплая мантия, отороченная мехом, была по виду довольно дорогой. Но дело было даже не столько в качестве его одеяния, сколько в осанке и в том, как он держался – строго, высокомерно, и даже отчасти презрительно, презрительно по отношению почти ко всему, что он видел. Справа от меня я услышала хмыканье – Драко успел оценить гостей и, по всей видимости, вынес вердикт.
- Как тебе председатель? – спросил он Гарри, видимо, кинув взгляд через мою голову.
- С чего ты взял, что он именно председатель?
- Потому что слышал, что новый председатель комиссии – мужчина, – фыркнул Драко. – Ну так что скажешь?
- На Скримджера похож, – отозвался Поттер. – Только ростом поменьше. А ты что думаешь?
- Ну... – Малфой скептически пожал плечами. – На Скримджера разве что причёской. А так... Не знаю. Определённо чистокровный, причем глава Рода. Родовая Магия в нём прямо бурлит. Чувствуешь? – и он коснулся плеча Гарри, протянув руку за моей спиной. Я знала, что при телесном контакте ему легче показать Гарри, как именно тому нужно применить свою силу, а в данном случае он просто помогал увидеть то, что недоступно простому взгляду.
- Угу, – кивнул Поттер. – Странно... Мне почему-то кажется, что в нём есть что-то знакомое. Вряд ли мы раньше встречались, я бы запомнил... И всё-таки что-то очень знакомое...
- Дежа вю? – спросил Альтаир.
- Наверное...
- Интересно... – задумчиво протянул Драко. – Хотя, по мне, так он просто... Ну, словом, мне кажется, что в таком возрасте и ты будешь выглядеть примерно вот так же. И вообще, есть в вас что-то общее. Что скажете?
- Общее? – Альтаир вытянул перед собой пальцы, сложенные «рамочкой». – Сложно сказать. А вот насчёт возраста, пожалуй, согласен.
- Сложением действительно похожи, – уточнила Гермиона. – Но такой тип фигуры, в общем-то, не редкость.
- Да, что до сложения, тут я согласна, – кивнула я.
- Ну хватит вам! – фыркнул Гарри. – Сейчас договоритесь, что он мой родственник. Во-первых, ясно доказано – я единственный оставшийся представитель своего рода, иначе Родовой Магии у меня бы не было.
- Снова-здорово, – вздохнул Малфой. – Наследник ты единственный, а не представитель, дубина! На-след-ник, понимаешь? Глава вашего Рода запросто может здравствовать.
- О, ну естественно! – вздохнул Поттер. – И это, несомненно, он и есть. Не сходи с ума, Малфой. Если он – глава Рода, где ж он был всё это время? В какой дыре, если не слышал об этой истории с Волдемортом? Газеты частенько трепали моё имя, неужели ты думаешь, что у главы Рода не хватило бы элементарного любопытства узнать, как там поживает единственный наследничек? – он пожал плечами, изо всех сил стараясь казаться равнодушным. – А сходство ещё ни о чём не говорит. Ты же сам прекрасно знаешь, все чистокровные семьи в родстве между собой. Мало ли как и в ком это проявляется.
- Ну ты и додумался, – фыркнул Драко. – Я же вот в родстве с Блэками и через них с Уизли – миль пардон, Альтаир...
- Да, была у нас одна... – Ветроног поморщился. – За прадедушку нынешнего рыжего поколения выскочила. Только, умоляю, не говорите Уизел... Уизли.
- Не волнуйся, не скажем, – успокоил его Вьюжник. – Ну так вот, Гарри, несмотря на этот прискорбный факт – найди между мной и твоим рыжим хоть три черты сходства, и я съем свою перчатку. Или лучше твою – тебе давно пора купить новые. Как это я в тот раз проглядел?
- Да я бы на твоём месте всё-таки предпочел твои перчатки. Они хоть кожаные, – хихикнул Гарри, – из них суп сварить можно. А мои шерстяные, только ворсом горло забьёшь... А хочешь общих черт с Роном – пожалуйста. Рост. Любовь к квиддичу. Э-э-э...
- Эй, квиддич не считается – его все любят! – возмутился Малфой.
- Ни фига, – Гарри был неумолим. – Сказал – общие черты, а только для вас, или всеобщие – ты не уточнял.
- Поттер, ну ты совсем офигел! Я имел в виду черты внешности! Иначе какой в этом смысл? – продолжал возмущаться Драко. Гарри пристально посмотрел на него.
- Хм... – сказал он. – Ладно, твоя взяла. Но это, кстати, не значит, что я сдаюсь. Может, у вас только в лице общего мало. Я же тебя без одежды не видел.
- М-м-м... Поттер, это предложение? – хихикнул Малфой, и я, не сдержавшись, пихнула его в бок локтем. Гарри расхохотался.
- А ты хочешь? – спросил он. Драко издал приглушённый задушённый писк.
- Блейз, твой парень ко мне клеится, – пожаловался он мне. – Я бы на твоем месте его бросил.
- Но-но, никаких подстрекательств! – притворно насупился Гарри. – Мы так не договаривались!
- Не волнуйся, милый, – сладко сказала я, одарив Гарри быстрым поцелуем. – И ни о чём не беспокойся – я не дам тебя в обиду этому мерзкому, гадкому, беспринципному соблазнителю... Ау! – взвизгнула я невольно, когда Драко ущипнул меня за руку, правда, не так уж сильно. – Он ещё и щипается! – пожаловалась я Гарри.
- Малфой, руки прочь от моей девушки, – «грозно» сказал Гарри, едва сдерживая смех.
- Ни фига, – отпарировал Драко со своей обычной неистребимой наглостью. – Моя сестра – хочу и щипаю. Захочу – вообще защекочу, – и он коснулся кончиками пальцев моей шеи. Я тут же схватила его за руку, зная, что, если допустить это, то меня скрутит приступ хохота – я до смерти боялась щекотки.
- Прекратите оба! – зашипела я на расшалившихся парней. – Внизу комиссия на нас смотрит, они сейчас решат, что мы тут все клинические идиоты, потому что ржём как ненормальные!
- Блейз, а где ты видела, чтобы нормальный Малфой дружил с Поттером? – фыркнул Драко, но руку, тем не менее, убрал.
- А сочтут нас ненормальными – нам же проще сдавать будет, – прищурился Альтаир. – Мало ли что психи могут выкинуть? Помнится, Гермиона, ты мне как-то говорила, что с сумасшедшими главное – не спорить...
- Оригинальный метод сдачи экзамена, – возвела глаза к потолку Гермиона.
Однако сказать, что комиссия на нас смотрит, было явным преувеличением. В дверях Большого зала появился Дамблдор, который радушно пригласил их снять дорожные мантии и пройти внутрь. Когда все трое членов скрылись за большими двустворчатыми дверями, из зала вышла профессор МакГонагалл и попросила всех претендентов подойти к ней, чтобы получить анкеты для заполнения. Мы спустились по лестнице и пристроились в конце получившейся очереди. Беззаботная болтовня сошла на нет, и мы невольно включились в общий разговор студентов, которые обсуждали различные способы аппарации и случаи, описанные в брошюрах.
- Ой, а мне всё равно страшно! – причитала Сьюзан Боунс, теребя в руках агитационный листок, призывающий вступать в Команду быстрого реагирования на неудачные случаи аппарации (можно подумать, кто-то пойдет на такую чёрную работу по доброй воле!).
- Да расслабься ты, тест всё равно будет только во второй половине дня, пока они проверят все анкеты и сверят со своими списками, – обнадёжил девушку Малфой. Однако на Сьюзан это не произвело ожидаемого успокоительного эффекта.
- О-о-ой! – запричитала она. – Я с ума сойду тут за это время!
Драко обескураженно развёл руками, словно говоря «я сделал всё, что мог». Гарри взял ситуацию в свои руки – он ободряюще похлопал Сьюзан по плечу и посоветовал расслабиться, не думать о трудностях и сосредоточиться на конечной цели. Потом подошла наша очередь, мы получили от МакГонагалл анкеты и приткнулись кто где, чтобы заполнить их. Вопросы были самые стандартные – имя, год рождения, школа, факультет, год поступления, курс обучения, когда и где обучались аппарации, и всё прочее в том же духе. Когда все закончили, гриффиндорская деканесса собрала заполненные листки и попросила нас собраться вместе и подождать пару минут до того, как нас пригласят в зал.
Внутри, как и перед СОВами, факультетские столы были отодвинуты к стенам, и лишь посреди зала стояли три скамейки, на которые мы и уселись тремя нестройными рядами. Кое-кто – испуганно сжавшись, как Сьюзан, а кто-то – расправив плечи и встречая любопытные взгляды профессоров уверенным своим, как Альтаир и Драко. Гермиона отправилась в библиотеку, пожелав на прощание своему парню удачи и поцеловав его.
Профессора стали по одному подзывать нас к столу и, вынимая из стопки заполненную анкету, заносили данные в длинный разлинованный пергамент, заполняя, видно, заранее составленную таблицу. Наконец подошла наша очередь, и ребята «по-джентльменски» выпихнули меня вперёд. Улыбнувшись Гарри, потому что я действительно предпочитала «отстреляться» первой, я бросила на Ветронога с Вьюжником уничтожающий взгляд, потому что мне действительно было немного страшновато, особенно под высокомерно-презрительным взглядом председателя. Впрочем, он не на всех, как оказалось, так смотрел – только что, прямо передо мной, записывался Долгопупс, так с ним он разговаривал вполне доброжелательно, а уж Рональда Уизли вообще принял чуть ли не с распростёртыми объятьями. Наверное, дело в том, что они гриффиндорцы. Ну, хоть Гарри бояться нечего...
- Ваше имя, милая? – ласково спросила меня толстушка, сидящая слева от председателя – ну то есть, по левую руку, для меня-то это было справа.
- Блейз Элизабет Забини, – ответила я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал.
- Факультет? – резко спросил председатель. Голос у него был хриплый, рыкающий, а интонации заставляли вспомнить Люциуса Малфоя в его «злобной» ипостаси, предназначенной для его оппонентов, причем тех, с которыми можно не церемониться.
- Слизерин, – ответила я, недоуменно пожав плечами. Неужели по моей форме не видно? В ответ он скривился так, словно я призналась, что только что выползла из выгребной ямы, и больше мне вопросов не задавал, препоручив это своим спутницам. Когда моя графа в таблице оказалась заполнена, мне сообщили, что сдавать я буду тринадцатой по счёту, и я скромно отошла и присела на одну из факультетских скамей, стоящих вместе со столами вдоль стены, где уже сидели остальные. Отсюда было великолепно видно и слышно всё, что происходило перед учительским столом. Следом за мной пришла очередь Драко.
- Имя? – спросила его на сей раз худощавая волшебница, действительно напоминавшая МакГонагалл, только помоложе и чуть покруглее лицом.
- Драко Люциус Малфой, – отозвался он, нацепив маску Слизеринского Принца и одаривая всю комиссию уже почти традиционным для него высокомерным взглядом. Я не могла бы поручиться точно, но мне показалось, что имя «Томас» он опустил намеренно.
- Малфой, – медленно повторил председатель, и одарил Драко таким взглядом, по сравнению с которым тот, что он бросил на меня, показался добрым и ласковым. – Не вашего ли батюшку прихлопнули недавно авроры при попытке побега из Азкабана? – спросил он. От ответного взгляда Малфоя в воздухе, казалось, зазвенели стальные осколки.
- Да, – сухо ответил он.
- Надо полагать, отпрыск собрался по стопам отца? – прищурившись, проговорил тот.
- Этот вопрос относится к тестированию? – выгнул бровь Драко. Председатель прищурился ещё сильнее, а его ноздри стали раздуваться от гнева.
- Покажите мне вашу руку, – медленно и очень чётко проговорил он.
- Простите, что? – с убийственным холодом переспросил Драко.
- Вашу левую руку до локтя, – всё так же чётко, непререкаемым тоном повторил председатель.
- На каком это основании? – резко бросил Малфой, и я чуть ли не физически почувствовала, что ещё немного – и в зале точно случится что-то ужасное.
- На том основании, мистер Малфой, что я не собираюсь выдавать лицензию на аппарацию Упивающемуся Смертью! – рявкнул профессор. – И если вам позволено учиться здесь, это не значит, что и другие будут так же закрывать глаза на вашу службу Тёмному Лорду, как и директор Дамблдор, – о чём он только думает!
- Службу Тёмному Лорду? – буквально выплюнул сквозь зубы Драко. Альтаир вскочил со своего места, но его тут же резко дёрнул за руку Гарри, с усилием заставляя вновь сесть и, как мне показалось, только что не готовясь зажать ему рот. Судя по напряжённой спине Гарри и рассерженным взглядам, которые он метал на председателя, его это заявление тоже взбесило, но Ветроног явно кипел от ярости. Беда... Чего теперь ждать? Председатель комиссии, сам того не зная, сунул факел в бочку с порохом. Лишь бы Альтаиру хватило ума сдержать сейчас свой знаменитый Блэковский нрав... Но что-то мне подсказывало, что свою обиду Ветроног ещё кое-как смог бы обуздать, но вот обиду лучшего друга... Я тревожно закусила губу.
- Да что вы знаете, – бросил тем временем Малфой и рывком рванул вверх рукав мантии и рубашки сразу, обрывая пуговицы на манжете так, что затрещала ткань. Продемонстрировав чистую кожу предплечья, он смерил председателя убийственным взглядом, словно хотел пришибить на месте.
- Комиссия приносит вам извинения, мистер Малфой, – холодно сказала худощавая женщина, одарив председателя комиссии мрачным взглядом. Всё время, пока длилась перепалка, она строчила пером в списке и, видимо, успела без всяких вопросов заполнить графу Драко. – Ваш номер – четырнадцатый. Желаю удачи.
- Благодарю, мадам, – чопорно отозвался Малфой, опуская рукав, и прошествовал ко мне, не удостоив седого председателя больше ни единым взглядом. Сев рядом со мной, Драко облокотился спиной на стоящий сзади стол и закрыл глаза. Я успокаивающе погладила брата по плечу и он, не открывая глаз, слабо улыбнулся и накрыл мою ладонь своей.
- Я в порядке, – сказал он устало.
- Знаю, – отозвалась я. – Интересно, что этот тип о себе возомнил? Да кто он такой, в конце концов?...
- Чистокровный, и потомственный гриффиндорец. И при этом страшный сноб. Кошмарное сочетание... – пробормотал Драко. – Надо будет спросить у... – он запнулся, не желая открыто упоминать Люциуса. Я понимающе кивнула, хотя с закрытыми глазами он этого видеть и не мог.
- У матери, в следующий раз, – кашлянув, закончил брат. – Или у крёстного... он-то должен знать...
Тем временем с места, как я и боялась, поднялся Альтаир и уверенным шагом направился к комиссии. Едва увидев его походку, я почувствовала нехороший холод внутри. Подозрения превратились в уверенность – Ветроног собрался расквитаться с председателем за друга. Таким по-королевски изящным, выверенным, безукоризненно красивым шагом он мог сейчас идти, только желая подчеркнуть своё происхождение. А заодно, надо полагать, и факультет, и фамилию...
- Ваше имя? – ласково спросила толстушка, словно стремясь сгладить неловкость от прошлого раза.
- Альтаир Сириус Блэк, – голоса Ветроног вроде бы не повышал, но слова отчётливо раскатились по залу. В следующее мгновение Альтаир повернулся к председателю. – Да-да, именно Блэк. Из того самого страшно темномагического семейства. Я вполне понимаю, профессор, ваше стремление к... безопасности. Не волнуйтесь, руку я покажу вам сам.
И Альтаир, подняв левую руку, правой повторил жест Драко, резко дёрнув рукав вверх и продемонстрировав предплечье.
Я замерла – и не я одна. В зале повисла мёртвая тишина – такого от гордого наследника Благороднейшего и Древнейшего семейства Блэков не ожидал никто. Даже на лице председателя мелькнуло недоумение – словно на какую-то секунду он не знал, что ему ответить. Но от этих раздумий Ветроног его не замедлил избавить.
- Надеюсь, вы удовлетворены, профессор. Но вы, безусловно, понимаете, что в связи с тяжёлой обстановкой в стране бдительность должен проявлять каждый. Не будете ли вы так любезны показать вашу руку?
Раньше была мёртвая тишина? Я ошибалась. Настоящая тишина разлилась по залу сейчас. Председатель побагровел и поднялся с места, буравя бешеным взглядом стоящего перед ним высокого слизеринца. Альтаир не отвёл и не опустил взгляд – он продолжал смотреть прямо в глаза своему противнику. Я готова была поклясться, что Ветроног ещё и бровь приподнял в издевательском жесте.
- Да. Как. Ты. Смеешь!!! – рявкнул наконец председатель. – Ты смеешь подозревать меня в том, что я Упивающийся Смертью?!
- Ну что вы? – приложил руку к груди Альтаир. – Просто проявляю бдительность, как нас учил профессор Грюм. Хотя, если я проявил... излишнюю осторожность, то, безусловно, уж вы-то должны меня понять. Кстати, если вы не Упивающийся, то почему вас так возмутило моё предложение? У вас есть причины...
Председатель только что не взревел, с корнем разрывая свой рукав движением обеих рук – оторванные пуговицы заскакали по столу.
- Доволен?!
Альтаир наклонил голову сначала в одну сторону, потом в другую, внимательно рассматривая сунутое ему чуть ли не под нос предплечье. И только потом снова поднял глаза.
- Да, сэр. Полностью доволен.
Они стояли, не отводя взглядов – казалось, сам воздух между ними искрил. Ни тот, ни другой не желали отступить. Я уткнула лицо в ладони. Альтаир... Ну надо же было тебе...
- Ваш номер – пятнадцатый, мистер Блэк, – проговорила худощавая женщина, осторожно поглядывая на председателя. – Данные внесены.
- Благодарю вас, мэм, – ответил Ветроног, легко поворачиваясь на каблуках и вежливо кивая ей. Затем он спокойно развернулся и двинулся к нам. Председатель так и продолжал торчать над столом, сверля яростным взглядом спину Альтаира, и сел только тогда, когда Ветроногу оставалось до нас лишь несколько шагов.
Драко помотал головой, глядя на бледное, но решительное лицо друга с тревогой и признанием одновременно.
- Ветроног... Ну зачем...
Альтаир резко сел рядом с ним и, накрыв своей рукой руку Драко, сжал её, глядя ему прямо в глаза с непередаваемым выражением.
- Драко, я за тебя на мантикору пойду.
Слова были произнесены тихо, но с таким чувством, что я невольно отвела глаза – казалось неправильным привлекать к себе внимание в этот момент. Но краем глаза я всё же увидела счастливую улыбку Драко. В следующую секунду он слегка толкнулся с Альтаиром висками – этот жест я видела у них крайне редко, но догадывалась, что он выражает бесконечную признательность.
Ох, друзья-неразлучники... Я всегда немножко завидовала им. Иногда мне казалось, что Драко и Альтаир способны понимать друг друга без слов, даже и не используя легилименцию. Я никогда не видела у кого-то другого такого взаимопонимания и такой преданности друг другу, хотя, если верить тому, что рассказывал нам на четвёртом курсе Сириус, у него с отцом Гарри было примерно то же самое.
Кстати, о Гарри... Сейчас ведь его очередь. И председатель, кажется, успел немного успокоиться. Может, хоть сейчас всё обойдётся?
Сначала казалось, что всё так и будет, хотя он шёл к столу явно напряжённым, не зная, чего ожидать ему. Приблизившись, он неловко кивнул толстушке, выглядевшей наиболее неконфликтно.
- Ваше имя? – вежливо улыбнулась она, явно желая избежать чего-то подобного предыдущим случаям. Чёлка Гарри скрывала лоб и знаменитый шрам, так что не было ничего удивительного в том, что она его не узнала, несмотря даже на то, что редкое издание в прошлом году не публиковало его колдографию как минимум раз в месяц, а то и чаще.
- Гарри Джеймс Поттер, – прозвучал ответ.
- Га... О Мерлин, неужели тот самый Гарри Поттер?
Гарри тяжело вздохнул и через силу улыбнулся.
- Да, это я, – ответил он.
- Какая прелесть! – восхитилась толстушка. – Очень, очень рада знакомству! Я Аурелия Уоткинс. Джаред, – обратилась она к председателю, – неужели вы не состоите ни в каком родстве с Гарри? Я была так уверена, что он ваш... э-э-э... племянник, или внук... разве нет? Гарри, а вы разве не знакомы с мистером... То есть, простите, – она усмехнулась, – с профессором Джаредом Поттером?
- Что? – негромко ахнул Гарри. В зале вдруг словно выморозило, и я вдруг осознала, что это не просто из-за напряжения, повисшего в воздухе. Стекла в окнах задребезжали, и я вдруг ощутила, как резко выпрямился Драко, а потом и вскочил на ноги. Родовая Магия Гарри? – дошло до меня. Альтаир подобрался, не отрывая глаз от гриффиндорца. Холод стал сильнее, когда председатель – неужели и вправду Поттер-старший? – одарил Гарри чуть ли не вдвое более холодным и презрительным взглядом, чем до этого Драко.
- Я попросил бы вас, Аурелия, – ледяным тоном сказал он, – впредь быть тактичнее, и не называть в моём присутствии моим внуком щенка грязнокровной девки, которая увела моего сына из родительского гнезда и привела его к гибели!
Гарри отшатнулся. Джаред Поттер резко встал, со скрипом отодвинув стул, и обернулся к худощавой ведьме, которая взирала на эту сцену, оцепенев от изумления.
- А вы, Мелинда, будьте так любезны закончить регистрацию без меня! – всё так же холодно сказал он. – Мне необходимо сказать несколько слов директору, – он бросил исполненный гнева и презрения взгляд на застывшего как изваяние Гарри. И тут огромный витраж, расположенный высоко на стене позади учительского стола, с пронзительным звоном лопнул, и вниз хлынул дождь мелких осколков. И в то же мгновение Драко метнулся вперед, снова мелькнув чёрно-зелёной молнией, как тогда, на уроке зельеварения, когда закрыл Гарри от выплеска ядовитого зелья. Не долетев пары метров до вскрикнувших от ужаса членов комиссии, стеклянное крошево вдруг замерло, а затем с тихим шорохом ссыпалось к стене, как по наклонной плоскости, и, не причинив никому вреда, осталось лежать у стены сверкающей разноцветной кучкой. Альтаир тем временем, тоже успев подскочить к Гарри, схватил его за плечи и резко встряхнул. Я вскочила и бросилась к ним.
- Гарри! – крикнула я, вставая рядом с Ветроногом и глядя в лицо гриффиндорца. Глаза юноши казались огромными и почти чёрными, зелёная радужка превратилась лишь в тонкий ободок – совсем как у Драко тогда, на озере. Мне стало страшно, как никогда раньше – и самое удивительное было то, что боялась я не за себя, и не за Драко с Альтаиром, хотя срыв Гарри и выплеск Родовой Магии внутри помещения запросто мог похоронить нас всех под его руинами. Мне было страшно за него, и за то, что может произойти с ним. Драко едва не умер – выживет ли Гарри?
- Сделайте что-нибудь! Вы же можете сдержать это! – крикнула я парням. Альтаир схватил Гарри за виски, и рывком повернул его голову, заставляя посмотреть себе в глаза.
- Сейчас! Гарри! Ты меня слышишь?
Гарри напоминал безвольную куклу, глядя на Альтаира ничего не выражающими глазами.
- Альтаир, иначе нельзя, – пальцы Дрея впились в плечо Ветронога. – Быстро!
- Прости, – пробормотал Ветроног, обращаясь к Гарри, и вдруг резко разом хлопнул его ладонями по ушам, заставляя его дёрнуться и пошатнуться.
Я охнула, но, как ни странно, кажется, это подействовало. Гарри заморгал и, тяжело мотнув головой, медленно выпрямился, ошеломлённо глядя на Блэка, а его глаза постепенно возвращались к привычному состоянию. Малфой коротко и облегчённо выдохнул и, подхватив Гарри за руку, дёрнул его к выходу.
- С вашего позволения! – крикнул он через плечо застывшим в немой сцене профессорам комиссии. Я задержалась на мгновение, чтобы взглянуть ещё раз на Джареда Поттера. Тот, прищурившись, смотрел вслед удаляющимся парням. Презрение не исчезло из его взгляда, однако было в нём и что-то ещё – лёгкий интерес, неверие... словно он увидел вдруг что-то, чего не ожидал и на что даже не смел надеяться. Я, впрочем, быстро опомнилась и смущённо улыбнулась мадам Уоткинс.
- Его номер – шестнадцатый, если не ошибаюсь? – спросила я. Когда она, всё ещё ошеломлённая, кивнула, я быстро подхватила полу своей мантии и, сделав книксен – и как только эта нелепость в голове отложилась? – поспешила следом за мальчишками – Альтаир успел нагнать Драко и подхватить Гарри с другой стороны. Увы, как ни был Ветроног занят помощью, в желании лягнуть напоследок врага он себе тоже не отказал...
- Похоже, Упивающимся перестали ставить Метки, – сказал он как бы самому себе, но так, что его услышали по крайней мере ученики. Я со страхом оглянулась назад – не хватало только взбесить этого Поттера-старшего ещё больше! Однако, кажется, он всё же не расслышал. И то хорошо...
Я ускорила шаг, равняясь с шедшими тесной группой парнями.
- Альтаир, какого Мордреда ты это ляпнул?!
- Такого! – огрызнулся Ветроног. – Я ему ещё не то ляпну, если надо будет! Как эта мразь смела сказать такое?! Ты что, не понимаешь?
- Я вполне понимаю, что тебе обидно за Гарри, но...
- А!... – раздражённо отмахнулся от меня Блэк и, отвернувшись, продолжил идти, не снижая скорости. Мы начали спускаться по лестнице, ведущей к нам в подземелья – надо полагать, Драко намеревался попросить помощи у Снейпа. Что ж, Гарри действительно позарез нужно было успокоительное. Сейчас он даже не дрожал – он вообще ничем, кроме всплеска силы, не выдал своего потрясения. Но опасность продолжала сохраняться. Хвала Мерлину, что сейчас объединённая сила Драко и Альтаира, которой они умели пользоваться, сдерживали Гарри, помогая контролировать Родовую Магию!
Скоро мы добежали до кабинета Снейпа, молясь всем, кого только могли припомнить – по крайней мере, я-то уж точно молилась, – чтобы Северус оказался на месте. Лорда Тальмора на портрете не было – верный знак, что Снейп у себя. Драко чуть ли не забарабанил в дверь свободной рукой, второй он намертво вцепился в плечо Гарри, который снова, казалось, начал впадать в прострацию. Дверь распахнулась довольно неожиданно, и профессор возник на пороге, грозно сдвинув брови.
- Мистер Малфой, мистер Блэк, в чём дело? – сурово спросил он. – Вы, кажется, должны сейчас быть в Большом Зале и проходить регистрацию в приёмной комиссии по аппарированию?
- У Гарри срыв, – выпалил Драко. – Крёстный, прошу тебя!
Как ни странно, но Снейп ни на мгновение не стал возражать, более того, напускная суровость тут же слетела с него. Конечно, благодушным зельевар не стал, да и потом, такое явление, как благодушный Снейп, в природе не встречается... вроде бы. Поджав губы, он резким кивком указал вглубь кабинета, не то что приглашая – приказывая зайти. Ветроног и Вьюжник поспешно затащили Гарри внутрь, и я последовала за ними. Усадив его на стул, Блэк и Малфой встали по обе стороны от него, продолжая держать гриффиндорца за плечи. Снейп открыл шкафчик, смешал в чашке какие-то ингредиенты из нескольких бутылочек, досыпал тёмно-красного порошка, размешал, подогрел при помощи палочки и тут же остудил. Когда пар из чашки перестал подниматься, Северус всунул её в безвольную ладонь Гарри, автоматически сомкнувшуюся вокруг гладкого предмета.
- Пейте, Поттер, – приказал Снейп непререкаемым тоном. Гарри не пошевелился. Драко, взяв свободную руку Гарри, наконец отпустил его плечо и присел перед ним на корточки.
- Гарри, выпей это, пожалуйста, – попросил он мягко. Рука Гарри с чашкой автоматически поднесла её ко рту и, к моему облегчению, гриффиндорец сделал глоток, потом ещё и ещё. Допив до половины, Гарри вдруг задрожал всем телом, всхлипнул, и его глаза вполне осмысленным взглядом обвели кабинет.
- Что... что случилось? – спросил он, и его глаза удивленно расширились при виде Снейпа. – П-п-профессор?
- Допейте зелье, Поттер, – сухо сказал Северус, однако без его обычной резкости по отношению к Гарри. Удивлённый, видимо, столь мягким обращением, Гарри послушно допил зелье до конца и опустил чашку, как-то неловко повертев её в руке и, видно, не зная, куда её деть. Драко, вздохнув с облегчением, выпустил его ладонь и встал, отобрав у него чашку и поставив её на стол крёстного.
- Как вы себя чувствуете? – поинтересовался зельевар.
- Оу, с-спасибо, нормально, – проговорил смущённый Гарри. – Так что произошло? – этот вопрос он уже адресовал внимательно рассматривающему его Малфою. Драко неопределенно пожал плечами.
- А что именно ты помнишь? – спросил он.
- Я... – Гарри помрачнел и стиснул зубы на мгновение. – Я что-то натворил? – спросил он.
- Ты чуть не сорвался, как я на озере, – сказал Драко. – Хорошо, что мы оказались рядом и смогли удержать тебя на грани. Кстати, извини... – он поднял взгляд на Альтаира.
- Мне пришлось тебе двинуть, чтобы привести в себя... частично, – пояснил тот.
- Ладно, не беда, – невесело усмехнулся Гарри. – Могло быть хуже.
- Тут ты прав, – кивнул Вьюжник. – Ты и так комиссию припугнул основательно.
- Что я сделал? – тревожно подался вперёд Гарри.
- Расколотил витраж, только и всего.
- О нет! – застонал Гарри, закрывая ладонью глаза. – Мне крышка.
- Да не переживай, я уверен, Дамблдор всё поймёт.
- Угу. Только вот тест я точно не сдам, – вздохнул мой парень.
- Можно поинтересоваться, что стало причиной вашего срыва, Поттер? – подал голос Снейп, успевший уже усесться за свой стол. Гарри не успел ответить, как Драко задал крёстному встречный вопрос:
- А ты знаешь, кто такой Джаред Поттер, Северус?
- Значит, они всё-таки его уговорили... – пробормотал Снейп и кивнул в ответ на вопросительный взгляд Драко.
- Джаред Поттер около... двадцати лет назад был председателем комиссии по аппарированию, а до этого – начальником отдела регулирования нарушений магического правопорядка. Это... несколько меньше, чем аврорат, и занимаются они в основном мелкими нарушениями, до расследования которых авроры не опускаются. Теперь, после убийства Двукреста, Дамблдор предложил Скримджеру вернуть Поттера на пост, точнее, предложить ему вернуться. Признаться, я сомневался, что он согласится.
- Почему? – поинтересовался Драко. Гарри сидел очень спокойно – видно, действовало зелье, – однако с интересом ловил каждое слово.
- Потому что это Дамблдору свойственно верить в лучшее в людях, а не мне, – фыркнул Северус.
- И всё же, крёстный, ты ведь понимаешь, что я не о том спрашивал, – негромко сказал Драко. Снейп вздохнул.
- Ладно. Садитесь, – он взмахом палочки придвинул поближе к столу ещё три стула для нас с Драко и Альтаиром. Когда всё расселись, Северус обвел всю компанию ироничным взглядом.
- Чаю, я надеюсь, вы от меня не ждёте? – осведомился он.
- Только если с огневиски, – сразу же ответил Альтаир, видимо, тоже успевший успокоиться.
- И кто меня за язык тянул, – пробормотал Снейп.
Я, не удержавшись, хихикнула, представив себе на этом столе чайный сервиз и рядом – бутылку на две пинты. Потом вкупе с этой картинкой представились ещё и знаменитые очки-половинки на носу у Снейпа, отчего захотелось расхохотаться уже по-настоящему.
Драко, на мгновение весело хмыкнув, снова перевёл вопросительный взгляд на крёстного.
- Хорошо, я расскажу, что знаю. Сразу хочу предупредить, я не очень осведомлён, – заметил Северус, – не более, чем мистер Поттер осведомлён о личности... скажем, Люциуса. До этого года, – он вздохнул, помолчал, и наконец продолжил. – Джаред Поттер – отец Джеймса Поттера. Да, ваш дед, – он в упор посмотрел на Гарри, и я невольно последовала глазами за ним. Гарри сидел, прищурившись, и по тому, как сжались в тонкую полоску его губы, я поняла, что он с трудом сдерживает гнев.
- Я не назову этого человека своим дедом, – резко сказал он. Снейп бесстрастно посмотрел на него, едва заметно приподняв брови.
- Он оскорбил мою мать! – чуть ли не выкрикнул Гарри.
- Каким образом? – холодно поинтересовался Северус, но в его взгляде появилось что-то и вовсе непонятное – какая-то... мягкость? Симпатия? Теплота?
- Он назвал её... – Гарри запнулся, не желая повторять грязные слова старшего Поттера. Пальцы Альтаира, лежавшие на коленях, сжались так, что побелели костяшки.
- Одна из членов комиссии спросила, не внук ли профессору Гарри, – сухо проговорил Малфой, – А тот ответил... Прости, Гарри, – он с сомнением кинул на друга взгляд, но Гарри только кивнул. – Этот человек сказал, что не желает слышать, как его внуком называют, как он выразился... «щенка грязнокровной девки, которая увела из родительского гнезда его сына и привела его к гибели». Ещё раз прости, Гарри.
- Ничего, это же не твои слова, – отозвался гриффиндорец и внезапно резко рыкнул: – Или ты тоже так думаешь?
- Перестань, – поморщился Драко. – Ты же знаешь, что нет.
- Извини, – вздохнул Гарри. – Я не в себе.
- Мне кажется, – вставила я, сама не знаю зачем, – что он засомневался в своей позиции, когда увидел срыв Гарри. Взгляд у него был... такой, как будто он увидел что-то очень неожиданное для себя, когда он смотрел вам двоим вслед.
- Ха! – фыркнул Драко. – Держу пари, он не ожидал увидеть, что у Гарри проявилась Родовая Магия! Посмотрим ещё, как он теперь запоёт...
- Пусть поёт, как хочет, это его трудности! – ожесточённо выплюнул Гарри, упрямо складывая руки на груди. Снейп, к моему удивлению – и вряд ли только моему, – одобрительно хмыкнул.
- Итак, если вы закончили, – мягко сказал он, – я продолжу. Да, Драко, я вполне понимаю, почему Джаред выразился именно такими словами. Как я уже сказал, я не особенно хорошо его знал... Он был всего лишь отцом моего злейшего школьного врага, – он метнул на Гарри быстрый взгляд и хмыкнул. – Однако, по моему личному впечатлению... По сравнению со старшим Поттером Люциус, в своей худшей ипостаси – не более чем сентиментальный юнец.
Драко недоверчиво хмыкнул, и Северус понимающе улыбнулся крестнику.
- Вот скажи, Драко... Если бы, предположим, у мисс Грейнджер была сестра – тоже магглорождённая волшебница, и ты бы решил жениться на ней по взаимной и искренней любви – что бы сделал твой отец?
- Да он бы мне шею свернул, – отозвался Малфой, невольно потирая её ладонью.
- А потом? – спросил Снейп. Гарри и Альтаир заинтересованно уставились на Драко.
- Ну а потом... не знаю, может, высек бы. Наорал бы, наверное. Месяца три отказывался бы со мной разговаривать, – пожал плечами Драко.
- А в итоге?
- Ну а в итоге, если бы он понял, что у меня это серьёзно, и я не собираюсь отступать, он бы порылся в семейном кодексе, нашёл бы там пункт о том, что каждые пять-шесть поколений рекомендуется обновлять кровь, и на том бы успокоился, – хмыкнул Малфой. – А если бы не нашёл, то сам бы вписал, как я подозреваю. Ну, правда, думаю, что после свадьбы и вплоть до рождения наследника он бы настаивал, чтобы мы жили отдельно – или в одном из меньших поместий, или попросту купил бы нам домик в Лондоне.
- А после рождения наследника? – полюбопытствовал Гарри.
- А после рождения наследника он бы настаивал, что Малфой должен воспитываться в родных пенатах, и сделал бы всё, чтобы мы переехали в Манор, – отозвался Драко. – Думаю, если бы была необходимость, он бы забрал маму и сам переехал куда-нибудь в одно из малых поместий, мотивируя это тем, что ему вдруг захотелось быть поближе к природе.
- Знаешь... – Гарри опустил взгляд и задумался, вздыхая. – Раньше я бы в это не поверил. Но теперь, когда он примчался по первому зову, невзирая ни на какую конспирацию, когда узнал, что нужен тебе... Пожалуй, теперь я верю. Ради тебя он бы принял даже магглорождённую девушку в качестве невестки.
- Ну, не то чтобы нечто подобное когда-нибудь может потребоваться, – фыркнул Драко. – Хватит с нас и Ветронога, не в обиду тебе, кстати, будь сказано, – он с извиняющимся видом кивнул Альтаиру. – Но я не понимаю, крёстный, к чему всё это?
Северус негромко хмыкнул.
- К тому, что я пытаюсь вам объяснить, что даже такие убеждённые и гордые чистокровные, как Люциус Малфой, считают, что все правила и кодексы существуют для магов, а не наоборот. Не маги живут для кодексов. Джаред Поттер, похоже, думает как раз обратное. Он... неукоснительно соблюдает все правила. Как бы там ни было, факты таковы: он официально отрёкся от сына, когда тот принял решение жениться на Лили Эванс.
- Что? – в один голос воскликнули мы с Гарри.
- Знакомая картина... – прорычал сквозь зубы Альтаир.
- Милый человек, – иронически пробормотал Драко. – М-да, Поттер, не знал, что у тебя есть родственнички похуже моих. Без обид.
- Вот вам и лишнее доказательство, что Гриффиндор – это факультет не только для магглолюбцев, – проговорила я. – По-моему, этот человек ещё больший сноб, чем все слизеринцы, вместе взятые.
- Ты даже не представляешь, Блейз, как ты права, – согласился Снейп. – Точно так же, как Малфои и Блэки веками заканчивали Слизерин, Поттеры из поколения в поколение учились на Гриффиндоре и страшно гордились этим фактом. Практически вся вражда между факультетами испокон веку строилась на противостоянии очередной парочки Поттер – Малфой или Поттер – Блэк, в том или ином поколении. Она была не так ярко выражена в наше время – Люциус учился на несколько курсов старше нас с вашим отцом, – он кивнул Гарри, – и не снисходил до противостояния с малышнёй. Про вашего крёстного, мистер Поттер, и подавно объяснять не надо, но он всё же всегда был исключением. Так что... Вплоть до прошлого года вы были как нельзя более типичными представителями своих семей, – он одарил парней скептическим взглядом. – Чего не скажешь сейчас. Поздравляю, мистер Поттер, вы, кажется, успешно развалили ещё одну вековую традицию.
- Давно пора, туда ей и дорога, – фыркнул Гарри. – О подобной традиции ничуть не жалею.
- Не сомневаюсь, – хмыкнул зельевар. – Итак, если вас всё ещё интересует продолжение этой истории...
- Естественно! – тут же отозвался Драко. – А у неё есть продолжение?
- Представь себе. Насколько мне известно, жена Джареда – прошу прощения, запамятовал её имя, – не одобрила действий своего мужа и оставила его. Как вы знаете, развод в Магическом Мире не приветствуется и возможен только с обоюдного согласия, которого Поттер категорически не дал. Тем не менее, супруга оставила его и перебралась из поместья Поттеров куда-то в небольшой домик, доставшийся лично ей в наследство от кого-то из её родных. По крайней мере, насколько мне известно. Ну а через некоторое время она скончалась при весьма запутанных обстоятельствах.
- Он её убил, да? – понимающе спросил Альтаир. Я содрогнулась, а Северус покачал головой.
- О нет, конечно, нет. Ты слишком склонен к радикальному подходу, Альтаир. При всем своём снобизме Джаред Поттер всё же гриффиндорец. Он может сколько угодно упираться лбом в свои любимые правила, однако не способен на подобную низость. Ему никогда не предъявляли обвинения, даже его сын не мог винить его в этом. Впрочем, после свадьбы младшего Поттера и Лили... – он закашлялся, но справился с собой, – и Лили Эванс, отец и сын никогда не общались между собой.
- Тогда от чего же она умерла? – поинтересовался Драко.
- Шла война, – вздохнул Северус. – Я почти уверен, что убили её Упивающиеся Смертью. Я тогда ещё не был шпионом Дамблдора, и не особенно следил за тем, кто из Упивающихся и каким образом развлекался, так что не могу сказать точно, чьих рук это дело. Несколько раз потом всплывало имя Долохова, но... я не могу ни за что ручаться.
- Что ж, кажется, в моём счёте к этому фанатику прибавился ещё один пункт, – почти прорычал Гарри.
- Не порите горячку, Поттер, – посоветовал Снейп. – Антонин вам пока не по зубам. В Ордене и без вас хватает... воителей, – он хмыкнул, с сарказмом выделив последнее слово, – чтобы разобраться с ним в своё время. Тёмный Лорд и его... хм, «бессмертие» – этого вам за глаза хватит. По крайней мере, если верить пророчеству, тут у вас есть хоть какие-то шансы.
- Да какие у меня шансы, – мрачно фыркнул Гарри, ссутулившись и опустив голову. – Я даже Родовой Магией своей толком не владею... Постойте! – вдруг вскинулся он. – Так вот зачем директор настоял на возвращении в комиссию Джареда Поттера! Он надеялся, что тот примет меня в свою семью и я смогу... контролировать Родовую Магию самостоятельно?
- Ну, я бы воздержался от поспешных выводов, – хмыкнул Северус, но, поймав взгляд Драко, вздохнул. – Но, полагаю, вы недалеки от истины в данном случае. Дамблдор действительно надеялся, что пожив в одиночестве в своём замке, Джаред Поттер будет рад возможности обрести внука. А ваше ведомое положение... не скрою, директора не очень устраивает. Конечно, вам может помочь практически любой маг, владеющий этой силой – начиная от самого Дамблдора и заканчивая вашими пресловутыми Уизли. Я имею в виду Артура Уизли, конечно же, и его старшего сына. Ну и, естественно, Драко, да и Альтаир тоже. И тем не менее, подобная зависимость... нежелательна.
- Зато она в некоторых случаях гораздо более эффективна, не так ли? – мрачно заметил Малфой. – Двое магов в связке способны куда на большее, чем один. Ладно. Давайте оставим Дамблдоровы манипуляции Дамблдору. Что ты теперь намерен делать, Гарри?
- Скажите, профессор Снейп, – словно и не услышав его вопроса, спросил Гарри, – А как же тогда... Откуда взялось моё состояние, если... Если этот человек отрёкся от моего отца? Состояние, конечно, небольшое, но оно не похоже на накопленное жалование, или пособие, или что там ещё...
- Это состояние оставила сыну ваша бабка. Фамильное состояние Поттеров, поверьте мне, гораздо больше. Они несколько утратили положение и богатство в последние годы – я бы сказал, в течение текущего века. Однако в прежние времена Поттеры были ненамного беднее Малфоев... точно, конечно, не скажу, но, если не ошибаюсь, опережали тех же Лестрейнджей и одно время даже соревновались с Блэками. Как вы понимаете, полностью растратить такое состояние не так-то просто. Ну и, естественно, учитывая снобизм Джареда, вряд ли можно предположить, что он мог жениться на нищей бесприданнице. Хотя, конечно, его куда больше интересовала чистота крови... как бы там ни было, ваше состояние – это наследство вашей бабки и её рода. Кажется, она была из Прюэттов, если не ошибаюсь...
- Понятно, сэр, – вздохнул Гарри, снова опуская голову. Я протянула руку и погладила его по плечу. Гарри вздрогнул, но, выпрямившись, слабо улыбнулся мне.
- Что же ты будешь теперь делать? – спросила я, повторяя вопрос Драко.
- Не знаю, – ответил Гарри со вздохом. – Не думаю, что от меня что-то тут зависит, на самом деле. Но одно могу сказать точно – на поклон к этому типу я не пойду, будь он мне хоть трижды дедушка. Пусть подавится своей магией, если позволяет себе говорить о моей матери такие вещи!
Одобрение, промелькнувшее на лице Снейпа, стало для меня чуть ли не потрясением. Гарри, пышущий гневом, ничего не заметил, а вот от Драко это не укрылось, и Малфой прищурился, явно что-то прикидывая. Интересно, что он там успел сообразить?
- Правильно! – хлопнул тем временем Гарри по плечу Альтаир. – Обойдёмся без этого замшелого хмыря! Терпеть не могу таких типов... – Ветроног помрачнел и посмотрел на свои руки. – Я... очень тебя понимаю, Гарри. Ведь мой дед по отцовской линии повёл себя точно так же, с той лишь разницей, что был недоволен не статусом крови, а политическими убеждениями семьи моей мамы. Так что... Признаться, жаль, Вьюжник, что ты то стекло остановил.
- Тебе мало было того, что ты его при всех в грязь по уши окунул? – хмыкнул Драко.
- Это ещё что за новости? – сдвинул брови Северус. Альтаир спокойно пожал плечами.
- Этот гад потребовал от Драко обнажить руку, чтобы убедиться, что у него нет Чёрной Метки.
Губы Снейпа сжались в полоску и побелели.
- А я шёл следующим, – хищно усмехнулся Альтаир. – Для начала сам показал ему руку, а потом попросил о... взаимной любезности.
- Ты хочешь сказать, что попросил Джареда Поттера... дать возможность убедиться в том, что он не Упивающийся Смертью?! – Северус, похоже, ушам своим не верил.
- Северус, – Альтаир проникновенно поднёс руку к груди, – честно, какая жалость, что тебя там не было. Такой чистой, незамутнённой ненависти в глазах я не видел даже у Долохова, когда мама при всех назвала его безродным недоноском.
Снейп с тихим стоном откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза ладонью.
- Альтаир, ты хоть представляешь, что ты натворил?
- Ну, может, и будут у меня проблемы... – Ветроног пожал плечами. – Но я Блэк, а Блэки своих не предают. Я бы в зеркало постыдился посмотреть, если бы не сделал... того, что сделал.
Северус снова тяжело вздохнул и, убрав ладонь с лица, посмотрел на Альтаира, снова даже не думавшего опускать взгляд.
- Ты похож на своего двоюродного дядю даже больше, чем я думал. И, повторюсь, это не комплимент... почти. Я крайне недоволен твоим безрассудством. Но... как ни смешно, а что-то привлекательное в этой твоей черте есть. Совсем чуть-чуть.
- Да, учитель, – медовым голоском произнёс Альтаир, опуская голову и явно скрывая под упавшей на лицо густой гривой весёлую улыбку.
- А что касается вас, мистер Поттер, – повернулся к Гарри Северус, – сейчас я бы посоветовал вам вернуться наверх и сдать тест на аппарацию. Постарайтесь сделать так, чтобы вашим экзаменатором стала Аурелия Уоткинс. Или же Мелинда МакФергюсон. Не думаю, что лишний раз дразнить Поттера-старшего после выходки вашего нового приятеля будет удачной идеей. И постарайтесь научиться получше держать себя в руках. Не забывайте, пребывание комиссии здесь на ваших тестах не закончится – с понедельника они приступают к обучению шестого курса. Так что какое-то время вам придётся сталкиваться с Джаредом в замке, хотите вы этого или нет. И боюсь, нечто нелицеприятное о Лили Эванс вы услышите ещё не раз.
- Почему он счел её виновной в гибели моего отца? – спросил Гарри.
- Могу только догадываться. Как гриффиндорец, Джаред, естественно, не был Упивающимся Смертью, и не сочувствовал Тёмному Лорду, несмотря на схожесть их идей. Полагаю, он считал, что в родовом поместье магия Защиты спасла бы Джеймса Поттера от Того-Кого-Нельзя-Называть. Однако... уйдя вместе с Лили, тот обрёк себя на гибель. Как вы знаете, у заклятия Доверия есть и слабая сторона...
- Да... – прошептал Гарри. Я снова погладила его по плечу, и он ласково накрыл мою руку своей ладонью. – Всё хорошо, Блейз. Я справлюсь. Ну что ж, – он выпрямился. – Спасибо вам за помощь, профессор Снейп. И за рассказ. Вы... вы очень помогли мне.
- Пожалуйста, Поттер, – отозвался Снейп, возвращаясь к своему холодно-официальному тону, каким почти всегда разговаривал с Гарри, только теперь – без вечных презрительных ноток. – Если потребуется ещё раз успокоительное зелье, приходите. Я не хочу, чтобы пострадал замок и его обитатели. Особенно те трое, что крутятся возле вас в последнее время, – и он одарил притворно суровым взглядом сперва меня, а потом и Альтаира с Драко. Малфой с улыбкой отсалютовал ему ладонью, Блэк вежливо кивнул, и мы все вчетвером покинули кабинет.
Интерлюдия. В же самое время, Хогвартс, кабинет директора
- Альбус, к вам Джаред Поттер, – сообщил директору портрет Дорабеллы Акинфорт, висящий среди портретов прочих директоров Хогвартса прямо напротив стола Дамблдора. Старый маг кивнул, улыбаясь себе в бороду.
- Благодарю, Дорабелла, – отозвался он. – Полагаю, он не в лучшем настроении, раз покинул зал, не дождавшись окончания регистрации?
- Да, его встреча с юным Гарри прошла далеко не так гладко, как вы надеялись, – кивнула дама на портрете. – Кажется, ваши надежды на него вообще не оправдались, друг мой.
- Поживём – увидим, моя дорогая, – возразил Дамблдор и улыбнулся, услышав скрип отодвигающейся горгульи при входе и топот шагов на лестнице. Визитёр поднимался, видно, не собираясь особенно церемониться с директором.
Наконец дверь кабинета резко распахнулась, и тяжело дышащий Джаред Поттер предстал перед директором, растрёпанный, как и все представители этого рода. Прямоугольные очки съехали на кончик его носа, а карие глаза потемнели от гнева.
- Я предупреждаю вас, Дамблдор, у вас ничего не выйдет! – прогремел он.
- Добрый день ещё раз, Джаред, – вежливо улыбнулся Дамблдор. – Что именно вы имеете в виду, позвольте полюбопытствовать? Но для начала я бы хотел предложить вам присесть. Может быть, чаю?
- О-о, оставьте ваши пустые любезности! – раздражённо закатил глаза Поттер-старший, падая в кресло. – Я предупреждаю вас, у вас не получится навязать мне мальчишку!
- Помилуйте, разве я вам кого-то навязывал? – развёл руками директор.
- Не притворяйтесь, что не понимаете, о чём речь! – зарычал Джаред. Дамблдор сложил пальцы домиком и поверх них посмотрел на сидящего напротив мага.
- Ну нет, зачем же? – сказал он мягко. – Я прекрасно понимаю, что вы имеете в виду. Вы не желаете признавать себя дедом Гарри Поттера, не так ли? Ну что ж, ваше дело, хотя я хочу заметить, что с вашей стороны это несколько опрометчиво. Проведя без малого двадцать лет в почти полном одиночестве в своём поместье, вы могли бы...
- Я не признаю своим внуком грязнокровного ублюдка! – рявкнул Поттер. Дамблдор не пошевелился, хотя портреты на стенах возмущённо загалдели. Однако в кабинете словно выморозило, и Джаред против воли как-то стушевался, вмиг ощутив себя очень неуютно.
- Я вынужден просить вас, Джаред, – холодно сказал директор, в упор глядя на него пронзительными льдисто-голубыми глазами, – не употреблять подобных выражений в моём присутствии. Иначе, боюсь, вам придётся покинуть эту школу. Подобного, даже заочного, оскорбления моих студентов я не потерплю.
- Хорошо, – чуточку нервно отозвался Джаред, и продолжал уже несколько спокойнее: – Но в любом случае, Дамблдор, я не признаю мальчишку. Я отрёкся от сына из-за его дев... Из-за этой его девушки. И не признаю её отпрыска, что бы там про него не писали газеты.
- Счёты Гарри с Лордом Волдемортом – это его личное дело, – уже гораздо мягче заметил Дамблдор. – Однако вы не делаете себе чести, называя его только сыном Лили Эванс – хотя она была в высшей степени достойной девушкой, и ещё более достойной женщиной. Вы ведь видели мальчика, не так ли? В таком случае вы не могли не заметить, что, за исключением материнских глаз, Гарри – копия Джеймса в его возрасте.
- Да, – негромко произнёс Джаред, глядя в пространство, и тут же опомнился, тряхнув головой.– Скажите мне, Дамблдор, как так получилось, что этот... ребёнок владеет Родовой Магией? Или это тоже... дань его исключительности? – презрительно бросил он, усмехнувшись, но смешок получился очень невесёлым.
- Признаться, я и сам поначалу подозревал что-то подобное, – улыбнулся Дамблдор, – Однако юный Малфой предложил другую теорию, которая, на мой взгляд, больше подходит к случаю.
- Малфой! – снова рассвирепел Джаред. – Ещё одно позорное пятно на чести нашего рода по вине этого мальчишки! Дружба с этими слизеринскими змеями!
- Этот, как вы выразились, «слизеринский змей» за этот год несколько раз спас ему жизнь, – мягко возразил Дамблдор.
- Малфои ничего не делают просто так, – продолжал настаивать Поттер. – Наверняка змеёныш просто хотел втереться к парню в доверие.
- Так вы осуждаете Гарри или защищаете его? – хмыкнул директор. Джаред, словно опомнившись, захлопал глазами.
- Я мог отречься и от Джеймса, и от него, но он всё же Поттер, – наконец тихо сказал он. – И как глава Рода я обязан побеспокоиться о его безопасности!
- Не волнуйтесь. Я могу вас заверить, что в Хогвартсе Гарри в абсолютной безопасности, и ему не угрожает никакая опасность, в том числе и со стороны Малфоя-младшего.
- Знаю. Имел возможность убедиться, – мрачно отозвался Джаред. – Но я всё равно не верю в благонадёжность мальчишки Малфоя, даже несмотря на то, что у него нет Метки на руке.
- И откуда же вам это известно? – прищурился Дамблдор. Джаред неуютно поёжился.
- Я же не мог пренебречь правилами безопасности и допустить до тестов Упивающегося! – ответил он. В кабинете снова будто выморозило. Голос Дамблдора, когда он заговорил, казалось, мог одним звуком заморозить весь Хогвартс, вплоть до самых глубинных подземелий, залёгших под Тайной Комнатой.
- Я правильно вас понял – вы заставили юношу обнажить руку перед комиссией, несмотря на то, что он является студентом Хогвартса и допущен до сдачи теста лично мною? – директор говорил вроде бы негромко, однако его голос пророкотал по кабинету подобно раскату грома. Поттер-старший против воли съёжился в своем кресле, машинально мечтая провалиться под землю.
- Я уже сказал, я должен был убедиться... – начал было он. Дамблдор молча покачал головой, и его взгляд выражал разочарование пополам с недоумением.
- Я был о вас лучшего мнения, – сказал он. – Юноша мог быть моим шпионом в лагере Лорда Волдеморта, и ваша необдуманная выходка спутала бы нам все карты. И в любом случае, он – всего лишь школьник, недавно потерявший отца. Вы могли проявить чуточку больше такта.
- Такта?! – снова взвился Джаред. – Такта? А вы знаете, какой замечательный такт в отношении меня проявил сын Сириуса?!
- Сын Сириуса? – удивлённо поднял брови Дамблдор. – Джаред, вы ошибаетесь. У Сириуса не было детей. Впрочем, я, кажется, понимаю, кого вы имеете в виду...
- Альтаира Сириуса Блэка! Разве он не сын Сириуса?
- О, нет, – покачал головой директор. – Он сын Бартемиуса и Беллатрисы, Сириусу он приходится двоюродным племянником.
- Ну надо же, – коротко хмыкнул Джаред, – а после того, что он выкинул, я был готов поклясться, что знаю его отца. Тем более что этот мальчишка так похож на него... Неважно! – Поттер резко вскинул голову. – Так вот – знаете, что он сделал?! Он потребовал от меня, чтобы я обнажил свою руку! Прямо перед комиссией!
- Неужели? – Дамблдор склонил голову. – Вот так взял и предложил?
- Перед этим он сам показал нам свою руку, – с неохотой признался Джаред. – Я не собирался требовать от него это... он был так похож на лучшего друга Джеймса...
Дамблдор задумчиво покивал.
- Да, вы правы, Джаред. Именно так – Альтаир очень похож на Сириуса. И... он ведь шёл сразу за Драко, я правильно понимаю?
- Да, – поморщился Джаред.
- Ну вот вам и ответ, – пожал плечами Дамблдор. – Как вы думаете, если бы Уилки Двукрест в своё время потребовал от Джеймса показать свою руку, что бы сделал Сириус?
- Это нельзя сравнивать! – возмутился Джаред. – Одно дело я, и другое – отец этого Малфоя, проклятый Упивающийся Смертью!
- Но для него он в первую очередь отец, – парировал Дамблдор. – Я... действительно разочарован в вас, Джаред.
- Ну... ладно, признаю. В отношении Малфоя я погорячился, – со вздохом сдал позиции Поттер. – Вы, кажется, говорили, что он предложил некую любопытную теорию, относительно Родовой Магии моего... То есть, в отношении сына Джеймса.
Директор улыбнулся себе в бороду, но не стал заострять внимание на оговорке Джареда, тем более что подозревал, что она была не случайной. В самом деле, Поттер-старший был достаточно умён, чтобы создать впечатление, что сдаёт позиции, и таким образом увести разговор от опасной темы и заодно выяснить интересующие его детали. Однако подобная игра могла незаметно увлечь его, и если чуть-чуть подтолкнуть... Тогда игра может и перестать быть всего лишь игрой. Особенно учитывая участие Гарри – он искренний и добрый мальчик, у которого есть дар покорять сердца...
- Драко предположил, что Родовая Магия проявилась в Гарри потому, что он единственный оставшийся наследник вашего Рода – ведь ни у кого из ваших сестёр детей не было, а у вас Джеймс был единственным ребёнком, – пояснил он. – И, кроме того, последние годы создали у всех нас некие стереотипы, отличные от изначальных правил, записанных в кодексах. Если помните, магглорождённые ведьмы и колдуны признавались волшебниками – низшего порядка, но всё же магами. А их дети, наследовавшие дар, были чистокровными в первом поколении. Ну а в нашем случае, Гарри – истинный чистокровный по отцу и чистокровный в первом поколении по матери. Таким образом, унаследовать Родовую Силу он мог на вполне законном основании. Что, видимо, и произошло.
- Чистокровный в первом поколении, – повторил Джаред, и в глазах его мелькнуло сомнение. – Хм, признаться, вы правы. Я не думал об этом. И всё же...
- И всё же я рекомендовал бы вам, друг мой, не торопиться с принятием решения и с выводами, – мягко сказал Дамблдор. – У вас есть время, пока вы будете находиться здесь, в школе. Воспользуйтесь им. Пообщайтесь с Гарри, присмотритесь к нему. Я ни в коем случае не навязываю вам мальчика – в конце концов, он уже совершеннолетний и достаточно самостоятельный. Однако мне кажется, что подобное общение пойдёт вам только на пользу, и уж во всяком случае точно не причинит никакого вреда.
- Вы так думаете? – скептически поморщился Поттер. – Мне так не кажется. Мальчишка слишком... Слишком похож на Джейми.
- Ну, это вполне естественно, – согласился директор. – Я понимаю, как вам больно это, Джаред, поверьте. Но всё же, прошу вас, будьте благоразумны. Попробуйте начать с малого. Просто понаблюдайте за Гарри. Не советую вам вмешиваться в его отношения с однокурсниками, это не принесёт ничего хорошего, но просто понаблюдать со стороны... вам будет полезно. И постепенно, как знать, возможно, вам захочется поговорить с ним, спросить о чём-то...
- Вы старый манипулятор, Дамблдор, – вздохнул Джаред. – Но, думаю, у меня нет выбора, не так ли? Волей-неволей мне придётся остаться в замке на какое-то время, чтобы организовать курс обучения для ваших шестикурсников, раз уж я согласился на эту работу. Следовательно, мне так или иначе придётся сталкиваться с мальчишкой, а присматриваться к нему я начну и поневоле, зная, кто он такой, не так ли?
- Именно так, – безмятежно улыбнулся Дамблдор. – Именно так, друг мой...