Белый пепел

Мадам Чарис появлению Гарри почти не удивилась и без всяких оговорок позволила ему остаться. Может быть, Абраксис ее опять утомил своей болтовней, может, ей становилось не по себе оттого, что сын переживает свою первую тяжелую потерю, а может, она считала полезным для себя дать приют любимцу Темного Лорда. Отец Абри просто пожал Гарри руку и поинтересовался, чего бы гостю хотелось на ужин.
Только к вечеру этого богатого событиями дня, когда Гарри уже уютно свернулся калачиком под одеялом в комнате, которую Малфои традиционно отводили ему, он вспомнил, что никогда прежде не говорил своим друзьям, что Том и есть Темный Лорд. На секунду он испугался, но сразу же успокоился – никто из его друзей не выказал никакого удивления его словам. Конечно, они все уже научились неплохо владеть собой, но не настолько, чтобы скрыть изумление от такой новости. Значит, друзья либо уже знали, либо догадывались. Намеков ведь было в изобилии. Гарри был мастером недоговорок и уверток, но от некоторых фактов сложно отмахнуться. Тем более, когда ближайшее окружение знало о его привычке выдавать только половину информации.
Например то, что Том «просил» Лестрандж встречать Гарри на пристани. Сколько человек и зачем вообще могли обращаться к ней с просьбами? Или то, что Беллатрикс часто бывала у Тома дома, как и многие другие Пожиратели. Или внезапная снисходительность Темного Лорда к Гарри Поттеру. Или то, что Темный Лорд заставил своих слуг аплодировать достижениям Гарольда Эванса, а там, между прочим, были родители некоторых его приятелей.
В конце концов, значительная часть жизни ближайших друзей Гарри проходила без его присутствия. У них была возможность посидеть где-нибудь в уединенном месте и поделиться друг с другом идеями насчет своего лидера и повозмущаться каким-то его решениям.
Следом за Гарри вещи к Абраксису перетащил и Крис. Они так часто проводили каникулы подобным образом, что это уже не вызывало ни у кого недоумения или отторжения. Это так же не навевало воспоминаний о Саре, ведь она никогда не проводила с ними лето. Зато через пару дней к ним присоединился и Драко.
– Мордред меня дернул украсть тот дневник, – хмуро сообщил он Гарри.
Видимо, отец объяснил отпрыску извилистые пути судьбы. К счастью, Драко понял свою вину, и на Гарри зла не держал. А, может, держал, но ему хватало ума не говорить об этом вслух.
Выглядел наследник Малфоев несколько потрепанным. Оказалось, что в наказание его на несколько дней посадили на хлеб и воду и запретили покидать свою комнату. Драко пытался сбежать по шпалерам, чтобы просить политического убежища у Крэбба, но упал, сломал руку, и ко всему прочему вынужден был пить костерост. К счастью, гнев Люциуса был недолог, так что Драко был отправлен к тетке Чарис, у которой – вот совпадение! – гостил Гарольд Эванс.
Драко похвастался тем, что его назначили старостой Слизерина. Абри, Крис и Гарри принесли ему свои соболезнования, хотя Драко не понял их сочувствующих улыбок. Конечно, в Хогвартсе обязанностей у старост было поменьше, чем в Дурмстранге, но это все равно была ответственность, нести которую, чаще всего, нелегко.
Вчетвером мальчишки развлекались в эти последние деньки лета как могли. Домашние задания давно были сделаны, ни за кем присматривать было не нужно. По утрам, после завтрака, все четверо строчили письма друзьям, соратникам по совету, ребятам, с которыми ходили на факультативы. А потом уже, свободные ото всех обязательств, до помрачения играли в квиддич.
В один из дней их навестил Сириус, который ненавязчиво поинтересовался, почему Гарри сбежал из дома. Гарри спокойно объяснил, что вовсе даже не сбежал, а просто отправился навестить друзей, и что сбежать от Тома все равно невозможно, особенно так недалеко, особенно в свете некоторых обстоятельств, о которых Сириусу знать необязательно.
Потом их навестил Виктор, но мадам Чарис заявила, что не потерпит в доме непотребства, поэтому Виктор скоро вернулся домой, тем более что ему предстояло отправляться в Дурмстранг. Крам очень волновался перед началом учебного года, который ему впервые предстояло провести как полноценному преподавателю.
Периодически к ним наведывались Мариус, Лусия, Ромильда и Младен. Ни дня не приходило без посетителей, все они приносили что-то вкусное, и мадам Чарис утверждала, что давненько ей не приходилось есть столько сладкого, и что скоро она раздобреет, как Молли Уизли.
Все, конечно, вежливо отрицали подобную возможность, но Абри и его отец почти незаметно стали передвигать вазочки с конфетами подальше от мадам Чарис и отрезать ей куски торта поменьше.
Навестил Гарри и Либериус. Отец начал приобщать его к руководству семейным бизнесом, так что он все время был занят. Родители делали все возможное, чтобы Либериусу не хватало времени на встречи с окрутившей его девчонкой, однако он все еще горел желанием жениться только на ней. Гарри не мог не беспокоиться из-за этого, хотя сам был не уверен в причине своего волнения. Либериус не был ему близким другом и, окончив школу, вроде бы покинул сферу гарриных интересов. Но заботиться о нем было привычно. Так что Гарри уже некоторое время поддерживал переписку с отчимом Либериуса, обсуждая варианты того, как свести младшего Принца с предназначенной отцом невестой и избежать скандала.
Скоро пришли письма из школы со списками учебников для шестикурсников, и ребята засобирались по магазинам. Они все немного подросли за год, им требовались новые мантии и ботинки. Конечно же, следовало закупить еще и перья, свитки, чернила и ингредиенты для зелий. Гарри нужны были, помимо прочего, новые перчатки из драконьей кожи и набор линз, потому что старые скоро должны были прийти в негодность, а Каркаров, видимо, счел свои заботы по маскировке Гарри исчерпанными и новых не прислал.
О посещении Косого переулка не шло и речи. Гарри ни в каком виде не отправился бы в Англию без разрешения Тома. К сожалению, и он сам, и Чарис Малфой мало интересовались политической ситуацией. Им следовало бы отправиться за покупками в Германию или в Россию, где к темным волшебникам относились благосклонно. Нужные вещи и книги они, конечно, нашли бы и в тех магазинах. Однако по-русски не говорил никто из компании, а по-немецки мог изъясняться только Гарри.
Французские авроры не обыскивали дома своих граждан, не рассылали многочисленные брошюры со списком мер для защиты себя от Пожирателей смерти, даже в газетах не велось почти никакой вредной для Тома пропаганды. Все это создавало иллюзию безопасности. Но Франция все же была союзницей Англии в этой борьбе, а местные авроры старательно патрулировали места скопления волшебников.
Конечно, Гарольд Эванс не был убийцей, который напал бы на мирное население. Его даже в принадлежности к Пожирателям смерти никто не подозревал, благодаря пока еще нежному возрасту. Но он был темным волшебником, замеченным в многочисленных контактах с разыскиваемыми преступниками. О его связи с Беллатрикс знали все. Его видели с Долоховым у Поляковых. Он жал руку Рудольфусу Лестранджу на пристани всего полтора месяца назад. Ходили так же весьма подозрительные слухи о его родстве с Темным Лордом. Наверное, именно последние слухи были решающим фактором.
Разумеется, никто не отправил бы Гарольда Эванса в Азкабан на основании перечисленных фактов.
Однако этого хватило, чтобы пара авроров подошла к нему и его друзьям на улице и попросила проследовать с ними.
– На каких основаниях? – возмущенно поинтересовался Гарри, пока Абраксис пристально рассматривал удостоверения старшего аврора Дави и аврора Ламберта. Мало ли кто мог прикинуться аврорами и похитить Гарольда даже ради банального выкупа. К сожалению, удостоверения были очень похожи на настоящие.
– Мистер Эванс, быть может, вы не знаете, но общение с преступниками и оказание им какой-либо помощи, если вам известно об их преступлениях, тоже является преступлением. Если вы знаете, где находятся супруги Лестрандж, вы обязаны сообщить либо вашему, либо нашему правительству, – спокойно сказал аврор.
Он говорил медленно, словно опасался, что Гарри его не поймет. Хотя благодаря частым визитам к Абраксису и собственному упорству, по-французски Гарри говорил так же бегло, как по-немецки и по-английски.
– Не имею ни малейшего понятия об их местоположении, – поспешил заверить их Гарри.
– Тем не менее, вы должны проследовать с нами, – упрямо сообщил аврор. – У нас есть другая информация, и вы должны подтвердить свои слова.
Он нахмурился и взялся за свою волшебную палочку, демонстрируя, что не остановится и перед применением силы, чтобы выполнить задание.
Гарри проследил за его действиями растеряно. Он понятия не имел, что делать в такой ситуации. У него была темная метка, которая скрывалась всего лишь повязкой и рукавом мантии. Конечно, вряд ли авроры станут его раздевать, но от случайностей никто не застрахован. Гарри имел уже возможность в этом убедиться. Стоит аврорам увидеть метку, и ни о каком вежливом обращении не будет и речи.
Однако же он все-таки был Гарри Поттером. Фактически, человека по имени Гарольд Эванс и вовсе не существовало. Каркаров подделал только школьные документы. Если французы захотят передать его своим английским коллегам, разоблачение станет неминуемым.
Вокруг подростков, разговаривающих с аврорами на повышенных тонах, стала собираться толпа народу. Гарри очень пожалел, что они пошли за покупками без взрослых. Даже присутствие мадам Чарис, которая хоть и была простой портнихой, но все же понимала в окружающем мире побольше шестнадцатилетних мальчишек, могло перевернуть ситуацию.
– Мистер Эванс! – настойчиво потребовал один из авроров.
– Я несовершеннолетний! – на всякий случай напомнил Гарри.
– Мы не будем допрашивать вас без присутствия взрослых. Из министерства пригласят сотрудника социальной службы. И ваши родители могут присоединиться к нам в любой момент.
Абраксис рядом с Гарри возмущенно фыркнул, словно хотел сообщить правду об этих самых родителях, так что пришлось слегка толкнуть его, намекая на молчание. Абраксис промолчал, но возмущенно засопел.
– Черт, – выругался Гарри.
Конечно же, драться посреди Парижа с отрядом авроров он не мог, а они не демонстрировали намерения отступить.
– Абри, Драко, срочно сообщите своим родителям, пусть Люциус свяжется с... Томом, – велел он, обернувшись к Малфоям.
Гарри знал, что ему потом здорово достанется, но без вмешательства взрослых все равно было не обойтись.
– Ясно, – кивнул Абри. – Но может, все-таки...
– Что тут еще сделаешь? – зло качнул головой Гарри. – Уверен, что адвокаты быстро во всем разберутся. Крис, сообщи Виктору, ладно? А то у меня дома и не почешутся это сделать.
– Ладно, – несколько раз кивнул Блетчли.
У него были глаза, как блюдца, от удивления и страха. Не каждый день сокурсников арестовывает настоящий наряд авроров.
– Я пройду с вами, – сообщил Гарри аврорам. Те уже и так все поняли по его словам друзьям. – Наручники или что там у вас?
– Не думаю, что это необходимо, мистер Эванс. Вы не арестованы, а просто задержаны, – усмехнулся аврор. – Мы сейчас с вами аппарируем в штаб-квартиру французского аврората.
Гарри, для видимости сохраняя спокойствие, хотя внутри был совершенно растерян, подал ему руку. Абри и Драко не стали дожидаться переноса и бросились в магазинчик мадам Чарис. Только Крис еще стоял, глядя, как авроры забирают его друга.
***
Перенесли Гарри не в страшное темное место, как он немного все-таки опасался, несмотря на аврорские удостоверения, а в небольшой, заставленный столами зал. Молоденькие ведьмочки что-то писали за ними, кто-то принимал посетителей, кто-то что-то взвешивал на волшебных весах, и в целом это все несколько напоминало Гринготтс, только без денег, а гоблинов заменяли люди. Как и в английском министерстве, между столами летали волшебные самолетики с записками. На одном из столов лежала огромная куча барахла, которая не разваливалась только благодаря какому-то волшебству. В другом месте стояла клетка с парой тоскующих в заточении нюхлеров.
Аврор Ламберт сразу же отстал, а его старший коллега повел Гарри к дверям, за которыми оказался коридор с несколькими кабинетами. Гарри было жаль, что он не успел как следует осмотреться в том зале, хотя шум там стоял невообразимый.
Впрочем, ситуация для ознакомления с территорией была не подходящей. Следовало бы подумать о более важных вещах.
Они зашли в один из кабинетов, и Гарри усадили на стул. Комната была очень похожа на те, которые Гарри видел в детстве по телевизору, в сериалах про расследования убийств. Разве что у Гарри не было наручников на руках. Аврор Дави куда-то ушел. Потом Гарри принесли чашку чая и бисквит, но он не притронулся ни к тому, ни к другому, опасаясь, что в них добавлено что-то. Конечно, потом авроров отругают, если это действительно так, но вред уже будет причинен.
В комнате не было ничего, кроме стола и стульев. Гарри украдкой огляделся и теперь прикидывал, какая из стен прозрачная, чтобы все заинтересованные взрослые могли наблюдать за ним скрытно.
Где-то через полчаса в комнату вошла миловидная пожилая волшебница и, сев на стул рядом с Гарри, представилась:
– Меня зовут мадам Жоли, мистер Эванс. Я представитель детской службы министерства магии.
– Французского?
– Да. Но в ближайшее время сюда прибудет представитель вашего министерства. Прямо сейчас вы можете написать письмо вашим родителям, чтобы они так же могли быть здесь.
– Я уверен, что мои друзья уже сообщили домой об аресте, – отказался Гарри. Не хватало еще посылать к Тому министерских сов. К тому же, они будут очень долго лететь.
– Вы не под арестом, мистер Эванс. Просто задержаны до выяснения обстоятельств, – мягко пояснила мадам. – Думаю, авроры уже перечислили вам все претензии нашего правительства к вам.
– Такие же претензии можно предъявить к большинству моих знакомых. В некоторых странах Европы общение с определенными людьми, в том числе с супругами Лестрандж, не считается преступлением.
– Об этом вы поговорите с аврорами, мистер Эванс, – кивнула мадам. – Я здесь, чтобы убедиться, что ваши права не нарушаются.
– Разве то, что я здесь, уже не нарушает мои права? Я английский подданный.
– Который ни разу не запрашивал разрешения на посещение Франции, – сказал аврор Дави, появляясь в дверном проеме.
Гарри хотел его поправить, но тут же прикусил язык. Каркаров через каких-то знакомых раньше получал для него разрешения на посещение европейских стран, но всегда на настоящее имя Гарри.
– Это дела взрослых, – уклончиво ответил он.
– Да, – кивнул Дави, усаживаясь. Совсем как в маггловских детективах, он бросил на стол перед собой какую-то папку с документами. Гарри посмотрел на нее с сомнением. – Вот только говорят, что вы очень самостоятельный молодой человек.
– Кто говорит? – искренне поинтересовался Гарри.
Ему пришло в голову, что на основании одних слухов его «задержать» не могли. Значит, кто-то свидетельствовал против него.
– Достойные доверия люди, мистер Эванс. Вы подтверждаете, что контактировали с мистером и миссис Лестрандж?
Гарри невольно прикусил губу. С одной стороны, отрицать то, что видело не меньше сотни человек – глупо. С другой стороны, сколькие из этой сотни подтвердят информацию в аврорате? Конечно, лгать тоже было нельзя. Можно было вообще отказаться отвечать, пока не придет кто-то из взрослых. Вряд ли стоило полагаться на помощь мадам Жоли.
– Лучше говорить правду, мистер Эванс, – посоветовала она с улыбкой.
– Я не буду говорить, пока не появится мой адвокат, – со вздохом ответил он.
– Ваше нежелание сотрудничать не может не вызвать подозрений, молодой человек, – нахмурился аврор.
– Вы прекрасно знаете, почему я отказываюсь отвечать, – дерзко ответил Гарри.
Аврор кивнул.
– Что ж, тогда будем ждать адвоката. Любопытно, а почему вы уверены, что он прибудет?
– Как только моя семья узнает, где я, адвокат будет.
– Вместе с вашими родителями?
– Сомневаюсь, что они захотят прибыть.
– Да, особенно, если ваша мать действительно миссис Лестрандж.
– Она не может быть моей матерью. У нее есть дочь на полгода старше меня. Даже с помощью волшебства женщины пока не научились рожать по два здоровых ребенка за год, – раздраженно буркнул Гарри.
Аврор кивнул, достал из кармана перо и чернильницу-непроливайку, а потом черкнул что-то на бумаге в принесенной папке.
– Так почему же вы думаете, что ваши родители не захотят вас поддержать, если они не в розыске?
– А что, нелюбовь родителей вы мне тоже вменяете в вину?
– А они вас не любят?
– Чего вы пытаетесь добиться? – непонимающе спросил Гарри. – Думаете, что я сейчас сорвусь, закачу истерику?
Аврор пожал плечами:
– Все говорят о вас, как об очень спокойном молодом человеке.
– И мне снова интересно, кто так говорит.
В этот момент в двери постучались. Вошла белокурая девушка и что-то шепнула аврору на ухо. Он неохотно кивнул. Она вышла, с любопытством покосившись на Гарри.
– Что ж, вот и ваше подкрепление, мистер Эванс. Оставлю вас ненадолго.
Он поднялся и вышел. Почти сразу его место занял худой гладковыбритый тип в черной мантии с воротником под самое горло.
– Мистер Эванс, я мистер Барнз. Меня прислал мистер Малфой.
Гарри тут же облегченно расслабился. Он и не замечал до сих пор, насколько напряжен. Хотя этого следовало ожидать. Он впервые был на допросе. К тому же, Гарри всегда нервничал, когда кто-то слишком близко подходил к разгадке его секретов. Хотя пора уже было и привыкнуть.
– Здравствуйте, мистер Барнз.
Адвокат сдержанно улыбнулся, видимо, заметив его облегчение.
– Мистер Малфой прислал вам записку.
Он протянул Гарри конверт и попросил мадам Жоли покинуть комнату.
Гарри открыл конверт и пробежал взглядом написанное. Мистер Малфой сообщил, что немедленно отправится к «семье» Гарри, чтобы объяснить им произошедшее и, конечно, они скорейшим образом предпримут необходимые меры. Пока же мистер Малфой советовал положиться на мистера Барнза и рекомендовал его как отличного специалиста в своей области.
Гарри предпочел бы увидеть человека, присланного непосредственно Томом, чтобы точно знать об его осведомленности. Однако мистер Малфой, конечно, больше заботился о скорости, а для того, чтобы добраться до Тома, обождать, пока тот перебесится и найдет подходящего адвоката, а потом переправит его во Францию, нужно не меньше часа. Мистер Барнз смог оказать помощь уже через сорок минут, а взрослые не могли не опасаться того, что Гарри успеет наговорить даже за это время.
– Я уже получил от них список обвинений, но пока не успел с ним ознакомиться, – сообщил между тем мистер Барнз, раскрывая перед собой очередную папку. – Вы говорили с аврорами о чем-то?
– Отрицал, что Беллатрикс Лестрандж моя мать, – сказал Гарри. Сейчас он вообще с трудом мог сообразить, о чем говорил с французами буквально несколько минут назад. – Кажется, еще сказал, что обвинения смехотворны, потому что многие из моего круга...
– Понятно. Это следствие ваших частых поездок заграницу.
– Да.
– Вы действительно ни разу не получали разрешения на посещение Франции? Как я понял, вы тут часто бываете.
Гарри немного поколебался. Ужасно, когда не можешь доверять даже собственному адвокату. Тот понял колебания неправильно.
– Они не могут подслушивать нас сейчас.
– У меня есть разрешение, – тихо, словно это могло как-то смягчить слова, пояснил Гарри. – Просто на другое имя.
Адвокат тяжело вздохнул.
– Этого следовало ожидать, – буркнул он. – На какое имя, и которое настоящее? Скоро здесь будет представитель нашего министерства, и тогда начнутся настоящие проблемы.
– Я не могу назвать имя, – отказался Гарри.
– Мистер Эванс, я здесь, чтобы защищать ваши интересы. И поверьте, длительное сотрудничество с мистером Малфоем подготовило меня к разного рода обвинениям, – вкрадчиво сообщил адвокат.
– Мистер Барнз, к такому вас не готовили, – прямо сообщил Гарри. – К тому же, насколько я помню, незаконный въезд карается штрафом...
– Довольно большим!
– Моя семья заплатит столько, сколько нужно! Деньги – это ерунда! Защитите меня от остальных обвинений.
Мистер Барнз снова тяжело вздохнул.
– Все гораздо сложнее, мистер Эванс. Они будут пытаться узнать ваше имя. Даже если им ничего не удастся доказать и добиться от вас. Все знают, что у вас тесный контакт с миссис Лестрандж. И все хотят знать – почему?
– А мы можем им просто заплатить, чтобы меня отпустили? У магглов есть такая штука...
– Это называется «под залог». Нет, в магическом мире не прижилось. Мы перемещаемся слишком быстро. К тому же у нас достаточно много защищенных и «не обнаружимых» мест. И вы не арестованы. Итак, я думаю, вы понимаете, что мы должны ответить им что-то достаточно убедительное и вас отпустят.
– Достаточно убедительное?
– То, что вы пересеклись с кем-то из разыскиваемых Пожирателей смерти в общественном месте и даже были представлены, сложно вменять вам в вину. Особенно, если это было в странах, которые не считают этих людей преступниками. Однако то, что миссис Лестрандж отправляла вас в школу и забирала из нее, свидетельствует, что она была у вас дома. Или близко знакома с вашими родителями. Они доверили вас ей. И это еще одна причина, по которой авроры захотят знать вашу фамилию.
– Разве можно мне ставить в вину то, что мои родители в розыске в Англии или Франции? Я-то никого не убивал, – возмутился Гарри. – Разве я не имею права не доносить на них?
– Вы ведь недавно сказали, что миссис Лестрандж не ваша мать. Или вы говорите о своих настоящих родителях? Они Пожиратели?
Гарри вскочил и всплеснул руками. За родителей, на которых опять пришлось наговаривать, было несколько обидно, но следовало попробовать все варианты, которые не подразумевали оглашения его настоящего имени.
– Она часто бывает у нас в гостях. А мы живем в стране, где это совершенно законно! Как вы себе вообще представляете мои действия в данной ситуации? Я должен был приехать во Францию и тут же написать донос? И меня задержали только потому, что я этого не сделал?
– Вам не следовало приезжать во Францию. Или, как минимум, не афишировать этого.
Гарри снова упал на стул. Том ему не сказал об этом. Может, реализовывал какой-то свой план, может, сам не предусмотрел такого развития событий. При всем своем уме, и Том иногда допускал просчеты.
Адвокат сочувственно кивнул.
– Я понимаю, в какую сложную ситуацию вы попали, мистер Эванс. Думаю, многих представителей высшего общества можно было бы арестовать по тем же причинам. После восемьдесят первого года аресты по такому поводу частенько производились, но это было давно и подзабылось. В этот раз вы просто попались первым из тех, против кого аврорат нашел свидетелей. Когда про кого-то говорят, что он сын Сами-Знаете-Кого... На таких людей всегда собирают досье, мистер Эванс.
Гарри зло глянул на него и невольно провел пальцами по губам, на несколько мгновений вспомнив поцелуи Тома.
– Он мне не отец, если вы хотели это узнать.
Адвокат занятно склонил голову на бок, рассматривая Гарри несколько мгновений в тишине. Гарри даже не задумывался о том, сколько пищи для размышлений он дал своим поведением этому человеку.
– Я хочу узнать, кто ваши родители, мистер Эванс, потому что это может нам помочь вывести вас отсюда. Ваша история знакомства с миссис Лестрандж вполне невинна. Авроры должны будут это принять. В какой стране вы живете?
– Я не скажу.
– Даже мне?
– Нет, только по письменному разрешению... моих родителей.
– Вы колебались, – проницательно заметил адвокат.
– Мистер Барнз, вы вроде бы на моей стороне.
– Я на вашей стороне, но вы не говорите мне ничего, что могло бы помочь мне.
– Потому что правда вам ничуть не поможет.
– Это не утешает, мистер Эванс.
– Как будто положение мистера Малфоя кого-то утешало перед тем, как он предстал перед Визенгамотом.
– Надеюсь, у нас все пока не столь плачевно?
Гарри заставил себя не прикасаться к метке.
– Могу ли я сказать, что вы, к счастью, несовершеннолетний, и им нужны серьезные основания для того, чтобы проверить вашу палочку?
– Я не пользовался никакими запрещенными заклинаниями.
– Во Франции список запрещенных заклинаний несколько шире, чем в странах Восточной Европы.
– Ничего опасней Люмоса, – закатил глаза Гарри.
– Хорошо, это в нашу пользу. Вернемся к миссис Лестрандж. Вы не знаете, где она живет?
– Нет. Я могу это подтвердить даже под действием сыворотки правды, – раздраженно рявкнул Гарри.
Разговор с собственным адвокатом напоминал то ли дуэль, то ли допрос. На пару мгновений даже закралось подозрение, что этот мистер Барнз переодетый аврор.
– Действительно?
– Да! Просто есть много других вещей, которые мне нельзя никому сообщать.
– Мы могли бы оговорить с авроратом список вопросов к вам.
– Думаю, да, – кивнул Гарри.
– Но нам нужен кто-то из ваших родителей для этого или кто-то с доверенностью от них. И это все равно означает, что вам придется назвать свое имя.
Гарри устало откинулся на спинку стула. Он не знал, что делать. Доверенность, конечно, можно организовать, но подписать ее должны будут, наверное, Дурсли. Темная магия признавала Сириуса его опекуном, но юридически он им не был. К счастью, в этот момент в дверь снова постучали. Вошли два солидных господина. Один был пожилым бледным мужчиной с цепким взглядом, а другой молодым, слегка растрепанным и улыбчивым. Мистер Барнз поднялся, приветствуя их:
– Блумфилд, Меллендорф, давно не виделись.
– Барнз, – по очереди поприветствовали его вошедшие.
Молодой с любопытством осмотрел Гарри и первым потянулся к нему для приветствия.
– Я Итан Блумфилд, меня послал ваш... брат. Он велел сказать, что вы можете доверять мне полностью. Я знаю вашу фамилию. Должен сказать, что... наверное, это честь?
Видимо, не смотря на внешний вид, мистер Блумфилд был талантлив, раз Том прислал его. Интересно, что он подумал, когда ему рассказали всю правду?
– Вот уж не знаю, честь ли, – пожал плечами Гарри. – Приятно познакомиться, мистер Блумфилд. Надеюсь, вы мне поможете. Мы с мистером Барнзом застряли как раз на моем имени.
Мистер Меллендорф оказался адвокатом Блеков. Видимо, когда Том получил сообщение от Люциуса, Сириус был где-то рядом и поспешил выслать помощь. Наверное, боялся, что Том решит сгноить Гарри в тюрьме.
– Должен сообщить, что видел в приемной мистера Еленкова, – сказал Блумфилд. – Думаю, что он здесь тоже из-за вас, просто ему понадобится немного времени, чтобы пробиться сквозь аврорские заслоны.
– Я не знаю, кто это.
– Он болгарин. Я слышал, что у вас есть знакомые в Болгарии?
Он похабно подмигнул, но у Гарри не было сил краснеть. Наверное, Крис успел сообщить все Виктору, и тот заставил родителей прислать Гарри защитника. Тоже Тому не доверял. Оставалось надеяться, что фамилию Гарри из собравшихся знал все-таки только Блумфилд.
– Что ж, давайте начнем, господа, иначе скоро нам тут будет негде протолкнуться, – с невеселым видом пошутил мистер Барнз. – Похоже, защищать мистера Эванса соберется весь цвет европейской адвокатуры.
Минуту Гарри развлекал себя мыслями о том, кто еще пришлет ему помощь.
– Не удивлюсь, – усмехнулся Блумфилд.
Через некоторое время к ним действительно присоединился мистер Еленков. Адвокатам принесли кресла и чай. Они принялись рассматривать что-то в какой-то папке и тихо обсуждать. Больше Гарри никакого участия в своей судьбе не принимал.
Через какое-то время вернулся аврор Дави, но адвокаты накинулись на него всей толпой, так что бедняге пришлось экстренно ретироваться. Потом Гарри и его адвокаты перешли в более уютную комнату с диваном, на котором Гарри с удобством устроился и даже рискнул съесть предложенное кем-то яблоко.
Аврор Дави привел себе в помощь еще парочку серьезно выглядящих волшебников, один из которых оказался английским представителем по фамилии Бруствер. Взрослые принялись что-то яростно обсуждать, употребляя множество непонятных терминов. Они перескакивали с английского на французский язык, так что Гарри быстро запутался в происходящем.
Время тянулось чудовищно медленно для скучающего Гарри.
За стенами же аврората разворачивалась настоящая буря.