Проклятие его мечты

— Люпин, ты что делаешь в запретной секции? — удивлённо спросила девушка, сидевшая на одном из старых стеллажей. Её голос был неожиданно мягким, почти мелодичным, но в нем ощущалась лёгкая насмешка. — Да ещё и в такое позднее время.

Астория вздрогнула. Её сердце на мгновение подпрыгнуло к горлу — она была уверена, что в библиотеке давно никого нет. Девушка перед ней, несмотря на её полупрозрачную природу, выглядела совершенно реальной. Прекрасной. Только вот жалко... призрак.

— Добрый вечер, — осторожно произнесла Астория, поправляя рукав своей кофты и пытаясь скрыть растерянность. — Не думала, что призраки в это время бодрствуют.

Призрачная дама с лёгкой усмешкой покачала головой.

— Астория, призраки могут бодрствовать в любое время суток, дорогая, — ответила она, спрыгнув с полки и зависнув в воздухе прямо перед гриффиндоркой. Её фигура была почти одного роста с Асторией, но не было ни малейшего сомнения, что девушка перед ней — не живой человек.

Призрак был изящен, с тонкими чертами лица и длинными, серебристыми волосами, которые казались почти светящимися в полумраке. В её взгляде ощущалась какая-то странная человеческая тоска, несмотря на то, что она была всего лишь духом.

— Извините, — произнесла Астория, немного смутившись. — Вы ведь... из семьи Оливандеров, верно?

Призрак гордо приподнял подбородок, словно привык к таким вопросам.

— Конечно. Моя... племянница сейчас учится на Слизерине, как и я в своё время. Только вот мы с ней совершенно разные. Я безумно расстроена, что она ступила на тёмную дорожку из-за помутнения рассудка.

Астория слегка напряглась. Семья Оливандер была известна своей древней магией, и хотя Астория не была сильно знакома с их историей, это имя всегда носило в себе некую аристократическую загадочность.

— Мисс Оливандер... — нерешительно произнесла она, не зная, как продолжить. — А как вы... ну... погибли?

На лице призрака появилась тень, мгновенная, почти незаметная. Она повернулась к окну, на мгновение скрыв глаза от Астории.

— Я не люблю об этом говорить, — ответила она тихо, её голос стал холодным, как туман, окутывающий старинное здание.

В библиотеке повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь слабым шорохом дождя за окнами. Призрак молчал, будто вся её сущность поглощалась воспоминаниями. Затем, резко повернувшись, она продолжила:

— Всё из-за него. Бедная Миртл погибла от его рук... и я тоже погибла из-за него!

Астория сделала шаг назад, её сердце забилось быстрее. Это имя она слышала не раз.

— Миртл? Но... она погибла из-за василиска. Все знают эту историю, — сказала Астория, надеясь, что это объяснит хотя бы часть загадки.

Призрак усмехнулась, и в её улыбке была горечь.

— О да. Все знают именно это. Миртл погибла от василиска. Но я погибла по другой причине — из-за своей наивности... из-за веры в то, что человека можно изменить.

Астория подошла ближе, внимательно следя за каждой её репликой.

— Прошу вас, расскажите, как всё было на самом деле.

Призрачная дама снова вздохнула, и её взгляд затуманился. Она отлетела в сторону, как будто что-то беспокойное на мгновение охватило её. Но потом, как если бы ей не терпелось поделиться своей историей, она начала говорить:

— Том... Том Реддл, — она произнесла это имя с явным отвращением. — Всё из-за него. В ту ночь, на седьмом курсе, мы с ним повздорили. Он снова хотел открыть Тайную комнату. Я пыталась отговорить его, уверяла, что этим он только погубит Хогвартс. Конечно, мы поссорились и расстались.

Её голос стал тише, как если бы она не хотела, чтобы кто-то узнал её страдания.

— Он ушёл в подземелья, а я... рванула за ним. Кто же знал, что василиск всё ещё жив? Нам клялись, что больше никто не погибнет от его взгляда! Но Том открыл Тайную комнату. А я вошла почти следом за ним. Только вот... я забыла, что только Том может смотреть в глаза этому существу. Это моя тупость... и я погибла от его взгляда.

Она замолчала, её прозрачное тело слегка дрогнуло, и некоторое время стояла неподвижно, словно теряя себя в воспоминаниях. Астория же не могла отвести взгляд от её глаз.

Внезапно призрак подлетел к ней, и его голос стал быстро и беспокойно звучать, как шёпот, которому нет места в этом мире.

— Астория, не верь Тому Реддлу. Он тебя погубит. Не верь Дамблдору — он использует тебя, он не поможет. Ты ему нужна только как средство для достижения цели! Не верь никому... никому!

Астория замерла. Она ощущала, как слова, сказанные призраком, проникают в её сознание, но сдерживала страх.

— Мисс Оливандер... — ответила она осторожно, стараясь не выдать тревоги в голосе. — Я всё понимаю, но... Дамблдор никогда бы не стал рисковать учениками. Он верит в меня. Именно поэтому он заставил меня стать Пожирателем — чтобы я могла быть его глазами там, где нет света.

Призрак посмотрела на неё с болью в глазах. Но быстро отведя взгляд, сказала:

— Не веришь, значит... Ладно, Астория. Тогда следуй за мной.

Она развернулась и быстро направилась к выходу из библиотеки. Астория, хоть и терялась в мыслях, сразу же побежала за ней, чувствуя, что должна идти, не думая о последствиях. В ту минуту ей было абсолютно всё равно, что ждёт её впереди.

Бежать пришлось долго. Лестницы Хогвартса извивались, меняя своё направление, а старые ступени скрипели под ногами, мешая двигаться быстро. Время тянулось, но Астория не могла остановиться, подчиняясь лишь интуиции и порыву, который вёл её за призраком.

— Куда мы вообще идём? — изрядно запыхавшись, спросила она, когда наконец достигла последней лестницы. — Тут же просто стена...

Призрак остановилась и обернулась, её лицо было почти без выражений, но в глазах горела решимость.

— Нажми... сюда, сюда и вот сюда, — она указала на три кирпича, едва заметно выделяющихся из общей стены.

Астория с сомнением прикоснулась к ним. Камни были холодными, как лед.

— Постучи по дереву, — добавила призрак, словно ожидая этого момента.

Астория постучала, и вдруг перед её глазами раскрылась тайна: стена, будто невидимая, распалась, открывая что-то скрытое. И прямо перед ней появился медальон, сверкающий как звезда, с глубоким сиянием, отражающим всю мрак ночи.

— Что это?.. — прошептала Астория, не смея дотронуться.

— В этом медальоне заключено то, чего он так отчаянно пытается достичь, — ответила девушка, её голос был полон тревоги. — Если этот медальон попадёт к Тому Реддлу, ваш мир будет разрушен.

Астория сжала его в руках, ощущая, как холод металла проникает в её кожу.

— Почему вы показываете это мне? — спросила она, ощущая, как каждый момент этой встречи становится всё более важным.

— Потому что ты — та, кто должна сделать выбор.

— Призрак подошла ближе, и её взгляд стал мягким, почти материнским. — Астория, если попадёшь в плен, доверься только одному человеку. Передай медальон Нарциссе Блэк. Она свяжется с тем, кому ты доверяешь больше жизни. И он должен надеть этот медальон на новорождённую жизнь. Если сделаешь всё верно, вы останетесь живы. Но помни: в этом бою падёт далеко не одна жизнь.

Призрачная женщина взглянула на неё серьёзно, словно эта информация была последним, что она могла ей передать.

— Истину этого медальона должна знать лишь ты, Астория. Никто иной.

Астория сжала кулаки, её пальцы обвились вокруг холодного медальона, но в её душе уже начала зарождаться тревога.

— Ираны больше нет, — произнесла она, с болью в голосе. — Мне некому доверить этот амулет. Она была единственной, кому я могла бы верить.

Призрак мягко улыбнулась, но её улыбка была полна сострадания.

— Я говорю не про Ирану, — ответила она, её голос стал тише, но резче. — Скоро ты сама поймёшь, о ком речь.

С этими словами она начала растворяться в воздухе, её тело превращалось в туман, исчезая в ночной темноте.