Глава 52.
Блейз здорово нервничал, когда вошел в пустое кафе. Яркий солнечный свет заливал скромную обстановку через большие окна. За стойкой лениво протирал бокалы бармен. Ни одного посетителя не было. Скорей всего на ресторанчик наложили чары, не позволяющие магглам видеть его. Забини ненавидел маггловский Лондон: слишком уж много там было необычно одетых людей, грязи и странных устройств. Ему казалось, что он задыхается от вони. В такие моменты он очень хорошо понимал желание Темного Лорда истребить этих уродов и завидовал Драко, который недавно получил Темную метку. Однако Гарри назначил встречу именно здесь. Если, конечно, этого человека можно было называть Поттером.
Когда Забини увидел Найджелуса Певерелла на балу два дня назад, он не поверил своим глазам. Родственное сходство не может быть настолько сильным. Цвет и разрез глаз, форма губ, маленькая родинка на виске и даже улыбка, все это принадлежало Гарри Поттеру, кому как не Блейзу, влюбленному в него, часами любовавшемуся лицом любовника, узнавать мельчайшие детали. Но что делать Избранному на балу среди Пожирателей смерти, идти рядом с Темным Лордом, словно это было совершенно обычно? На мгновение Забини допустил мысль о том, что Гарри предал Дамблдора. Поттер совсем с ума сошел после смерти Блека, так что Забини не удивился бы такому раскладу.
Потом Блейз подумал про Оборотное зелье. Не смотря на внешнее сходство, поведение этого человека разительно отличалось от того, как обычно действовал Гарри. Поттер в такой ситуации походил бы на комок нервов, а этот тип оставался уверен в себе.
Однако, если это предположение верно, зачем называться другим именем и менять внешность? Блейз был уверен, что его одноклассники ни на мгновение не допустили мысли, что перед ними Гарри Поттер, а ведь они проучились рядом с ним на одном потоке пять лет! Только Драко смотрел на лорда Певерелла в крайнем удивлении, словно сравнивал.
Блейз подошел, чтобы разъяснить происходящее и получил в ответ совершенно дикие объяснения, злой взгляд Темного Лорда и приглашение пообедать вместе от Певерелла. Именно поэтому он сегодня вошел в маленький маггловский ресторанчик и направился к молодому человеку у окна, который пил кофе и рассматривал людей на улице. Странно было видеть Гарри так хорошо одетым. Поттер обходился со своей внешностью в высшей мере пренебрежительно, а магическую одежду покупал как придется, не редко позволяя другим делать это, не задумываясь о чужом вкусе. Про обноски кузена вообще следовало промолчать, она давно стали в Хогвартсе надоевшей всем подколкой. Тот же, кто сидел за столиком в дальнем углу кафе, явно не брезговал услугами маникюрши, хорошего парикмахера, пользовался кремами. Его одежда была не просто подобрана по размеру, но и соответствовала моде. Ухоженные руки украшали кольца, блестели золотом запонки.
Блейз залюбовался. Мог бы так выглядеть его любовник, если бы следил за собой? Потрясающе... Но разве это по-прежнему был бы Гарри, если бы он так много времени посвящал своей внешности?
На секунду Блейз отвел взгляд и тут же увидел в нескольких шагах от себя скучающего Рабастана Лестранджа. Пожиратель без интереса посмотрел на Забини и кивнул. Парень удивленно вздрогнул. Он не ожидал такой компании.
- Блейз, - окликнул его Поттер и поманил рукой к себе. – Рад, что ты пришел.
- Надеюсь, Гарри, ты объяснишь мне, что происходит, - буркнул Забини, падая на стул напротив собеседника. – Почему здесь Лестрандж?
- Конечно, объясню, - кивнул Поттер. – Рабастан присматривает за мной, чтобы Темный Лорд мог не сомневаться в моей лояльности. Волдеморт думает, что я в любой момент могу побежать к Дамблдору, чтобы покаяться, - молодой волшебник невесело усмехнулся. Он немного помолчал прежде, чем добавить: - Думаю, будет лучше, если ты станешь называть меня Наем, это сокращенно от Найджелуса.
- Я слышал, что тебя так называли на балу, но ты же сказал, что ты Гарри, - издевательски протянул Блейз.
- Это так, но если ты будешь называть нас разными именами, тебе будет проще сориентироваться, - пожал плечами собеседник. Конечно, возможно, это было не лучшим советом. Гарри сам намучался, разделяя Марволо и Темного Лорда на разных людей, а теперь советовал делать то же самое Блейзу, но по отношению к самому себе. Он подождал, пока Забини принесут чашку кофе и начал свой рассказ. – Видишь ли, маховик времени не единственный волшебный способ путешествовать во времени. Есть один очень древний и сравнительно не сложный магический ритуал, требующий, тем не менее, огромного приложения магической силы. В 1999 году Дамблдор воспользовался этим ритуалом, чтобы отправить пару своих сторонников в прошлое. Их целью было уничтожить маленького Волдеморта до того, как он начнет войну, то есть полное уничтожение всех событий, разрушение всех жизней, начиная с сороковых годов.
Блейз смотрел на рассказчика в крайнем удивлении. Звучало как полнейший бред. На дворе стоял девяносто шестой, а Гарри... Най говорил о девяносто девятом, как о чем-то давно прошедшем. Может быть, Поттер сошел с ума? Голос Гарри был сух, тих и безэмоционален. Он говорил с тем самым равнодушием, которое лучше истерики сообщает о том, насколько воспоминания о той поре волнуют его.
- В ответ на это Темный Лорд пришел ко мне и предложил отправиться еще раньше, чем они, и защитить его.
- Почему к тебе? Ты же его враг? И почему директор не отправил тебя?
- К тому времени я, скажем так, вышел из войны, - вздохнул Най. - Певереллы страдают наследственной аллергией на магию. Скоро ты убедишься в этом. Твой любовник начнет сходить с ума и единственным выходом на тот момент будет покинуть Хогвартс.
- Но с тобой же все нормально? – скептически вскинул брови Забини. – Если не считать того, что ты рассказываешь совершенно дикие вещи.
- Сейчас появились лекарства, которых у меня – подростка не было, - усмехнулся Най.
- Так дай их себе младшему и измени будущее, - предложил Забини.
- Прошлое нельзя изменить, - резко ответил Гарри. – А для меня этот год уже прошлое. Если я помогу самому себе излечиться, то перестану существовать и еще не известно, чем все это кончиться. Если Гарри-подросток получит лекарство, то он не отправится в прошлое, а это изменит пятьдесят лет истории магической Англии. К тому же, я не собираюсь делиться своим лекарством. Оно у меня такое... нервное и деликатное, - он не выдержал и хихикнул.
- Ладно, я так понимаю, что ты в девяносто девятом принял предложение Волдеморта? – вздохнул Блейз. Он понял, что хотел ему сказать собеседник, отказываясь. Но его немного озадачил вопрос, что же это за лекарство такое.
- Да, я отправился в прошлое. Взамен он предложил мне примитивное избавление от болезни. Оно было не слишком качественным, но с годами я улучшил результаты.
- Так. И какой он, маленький Темный Лорд? – с любопытством спросил Блейз.
- Очень милый, - фыркнул Гарри. Он с улыбкой вспомнил, каким Марволо был до Хогвартса – настоящий маленький принц. Тогда еще Найджелус Певерелл относился к воспитаннику совсем не ласково, однако не признать, что наследник Мракс казался настоящей милашкой, значило объявить себя лицемером. – Перестань сбивать меня вопросами, - велел он Блейзу. Гарри давно уже забыл, каким бывший любовник был до их побега из магического мира. У Поттера сохранились в основном воспоминания об унылых последних месяцах их совместной жизни. Теперь юношеское любопытство Забини здорово раздражало. – Итак, я прибыл в прошлое, подтвердил свое наследие Певереллов. Кстати, то, что я их наследник, мне сообщил именно ты. Твои изыскания в генеалогии оказались очень полезны. Я взял под контроль все средства моих предков, которые сохранились до наших дней, а потом, пользуясь современными знаниями, раскрутил бизнес, который стал приносить огромные доходы. Только тогда я решился забрать к себе Марволо.
- Марволо? Так зовут Темного Лорда?
- Да, - кивнул Гарри и легко соврал дальше. - Он жил у своего дяди в деревне. Морфин не мог достаточно хорошо о нем заботиться. Я занимался его воспитанием до того, как Марволо исполнилось семнадцать.
- А помолвка?
- Пойми, тот ребенок, которого я воспитывал, был очень мягок. Ну, не совсем, конечно, - нахмурился он, вспомнив, как его воспитанник отравил Долохова. – В общем, с тем, что мы видим сегодня, и сравнивать нельзя. Мы полюбили друг друга, хотя и прошло много лет прежде, чем чувства окончательно оформились.
- Ты забыл меня, - хмуро кивнул Блейз.
- Я не рассчитывал вернуться в свое время и еще когда-либо увидеть тебя, - вздохнул собеседник, чуть покривив душой. Он действительно не ожидал снова встретить Блейза, однако рассказывать бывшему возлюбленному, что их любовь закончилась задолго до того, как Гарри попал в прошлое, не собирался. Они замолчали, отвернувшись друг от друга, а потом Най продолжил свою повесть. – В сорок третьем Марволо и я, наконец, встретили агентов, посланных Дамблдором. Я смог защитить Марволо от них, но им удалось убить меня.
- Выглядишь слишком хорошо для трупа, - зло съехидничал Блейз. Признания Певерелла оставляли на душе тяжесть. Внезапно, парень напротив, которого он до сих пор упорно воспринимал как Гарри, превратился в холодного и равнодушного, совсем не знакомого лорда Певерелла.
- Видимо, тот ритуал, что забросил меня в прошлое, сохранил мне жизнь. Меня внезапно опять отправило в путешествие во времени. Я попал в девяносто шестой год, даже в то место, из которого отправился в путь, - Поттер подозвал бледного от страха официанта и велел принести еще чашку кофе. Рабастан за другим столиком с деланным интересом разглядывал прохожих, попивая какой-то коктейль. На свой столик Най сам наложил чары, защищающие от прослушивания, так что Пожиратель не мог услышать ничего лишнего.
- Предположим это правда, - хмуро кивнул Блейз. – И что тебе нужно от меня?
- Я не помню, как себя ведет Гарри. Не помню, себя ребенком, - откровенно признался Поттер. – Внешность одна и та же, но Рон с Гермионой мигом поймут, что что-то не так. Помоги мне освоиться и стать самим собой.
- Я скоро отправляюсь в Хогвартс, - после недолгих раздумий сообщил Блейз.
- Да, знаю. И школа будет очень хорошо защищена теперь, но у меня есть союзники. Ты сможешь покидать Хогвартс и заниматься со мной.
- Ох, ну, почему с тобой так сложно всегда, - вздохнул Блейз, опуская лицо на руки. – Мы сбежим из школы в этом году, так надо понимать твою просьбу?
- Мы?
- Ты сказал, что мой Гарри будет вынужден оставить Хогвартс и, видимо, весь магический мир. Побег произойдет в этом году, и ты заменишь его, так?
- Мы? – еще раз повторил Най.
- Конечно, я пойду с ним, - выдохнул Забини. – Я же люблю его!
В поместье стояла гробовая тишина, когда Гарри в него вернулся. Беседа с Блейзом вышла какая-то не хорошая. Он добился помощи, которая ему и была нужна, однако недосказанности, признание Забини, а так же осознание того, что в ответ на помощь бывший любовник получит смерть, угнетали его. Гарри хотел плюнуть на все, запереться в своей комнате и не выходить несколько дней, быть может, порыдать в подушку, выпустить свою злость и отчаяние. Он ненавидел свою жизнь. И виноват в этом был Волдеморт.
Все в жизни Гарри всегда вертелось вокруг Марволо и его чувств. Ненависть – любовь Волдеморта сводила с ума их обоих, заставляя делать вещи, которые они никогда не сделали бы, если бы речь шла о ком-то другом. Поттер поднялся к себе и яростно захлопнул дверь спальни перед носами Долохова и Вишневецкого, которые попытались обсудить с ним какие-то дела. Рабастан оставил объект наблюдений еще на лестнице, сразу поняв по его измотанному лицу, что никуда они уже сегодня не пойдут.
- Я принес каталог мебели! – крикнул из-за двери Тони. – Разве мы не собирались обновить обстановку в доме?
Старый друг потоптался немного у дверей, ожидая ответа. Однако в комнате царила тишина. Он вздохнул и ушел, утянув за собой и вампира. Поттер прислушался к шагам в коридоре. Гарри хотел тишины и одиночества. Ему сейчас было точно не до ремонта в поместье. И дело было даже не в деньгах, которые можно было бы выделить. Он тяжело вздохнул и прошел к трюмо, стягивая с себя украшения. Однако домашние сегодня явно не хотели оставлять его одного. Моргана нетерпеливо ожидала своего своенравного потомка, удобно разместившись в картине.
- Ты подумал над моим предложением? – нетерпеливо потребовала ответа она.
- Да, - ответил Поттер, пожав плечами. – Я уже десять лет мечтаю вылечиться, мне не сложно дать Мерлину прощение.
Ведьма торжествующе усмехнулась.
- Отлично! Тогда вы непременно должны встретиться в ближайшее время.
- Хоть завтра, - отмахнулся от нее Певерелл и накинул на портрет снятую мантию. Он немного подумал, а потом заглянул в соседнюю комнату. Видеть Волдеморта одновременно и хотелось, и не хотелось. Это было занятное чувство, потому что Марволо раньше хотелось видеть всегда. Однако конфетная любовь определенно не могла существовать между ними. Их чувства были гранью острого ножа. Может быть, хорошо, что в итоге все сложилось так, как сложилось, иначе могло бы стать еще хуже. Темного Лорда не оказалось ни в спальне, ни в кабинете, и Гарри бросил поиски. Не хватало ему еще носиться по дому в поисках любовника.
Молодой мужчина упал на постель, так и не раздевшись, и вскоре задремал. Ему снился Париж шестидесятилетней давности. Регулус совсем молодой в смешной лиловой мантии пил огневиски с кем-то на спор, а Найджелус Певерелл, девятнадцатилетний воротила магического мира, брезгливо морщился и ругался. Ссора быстро переросла в драку, как у них не раз бывало в начале отношений. Блек сказал что-то отвратительное и со всего маху бросил в любовника бутылку. Она угодила в лоб, и от боли на глазах Гарри выступили слезы. Он мгновенно проснулся и схватился за раздираемую болью голову, которая после пробуждения неожиданно заболела лишь сильнее.
Гарри провел рукой по лбу и на ладони остался след от крови. Шрам набух и пульсировал. Поттер мгновенно понял, что происходящее резко отличается от тех случаев, когда шрам болел из-за гнева Лорда. Тому было больно, с ним что-то случилось, именно поэтому ментальные щиты, установленные много лет назад с таким трудом пали. Хотя должно быть, понадобилось какое-то время, чтобы уничтожить их.
По щелчку пальцев перед постелью появился домовой эльф.
- Где Марволо? – потребовал ответа Гарри. Домовики продолжали звать так Темного Лорда, не смотря ни на что.
- Его нет в поместье, - испуганно сказал эльф.
- Найди его! – закричал Поттер, вскакивая с постели. Он пошатнулся, перед глазами расплылись красные пятна. Домовик исчез. Боль глушила мысли, отбивая барабанной дробью непонятный ритм в голове. Гарри знал, что это лишь отголосок того, что испытывает Волдеморт, и от знания становилось жутко. Гарри не понимал, что могло произойти? Он был уверен, что в девяносто шестом с Темным Лордом не случалось ничего плохого, тот активно укреплял власть в министерстве. Никаких сражений, никаких встреч с Дамблдором, а ведь теперь только Альбус представлял для Волдеморта угрозу.
Эльф появился и, кланяясь, сообщил:
- Динки нашел хозяина Марволо.
Гарри быстро накинул на себя мантию.
- Отнеси меня к нему! Поторопись!
Эльф схватил хозяина за руку и увлек в водоворот магического путешествия. Секунду спустя они стояли в каком-то темном помещении. Их окружали серые каменные стены. Гарри не заметил ни окна, ни дверей, казалось, из комнаты не было выхода. Он сразу почувствовал холод, здесь было словно в морозильнике. Волдеморт лежал на полу посреди этой странной комнаты, не было похоже, что ему больно, казалось, будто он просто спит. Однако то, что творилось с головой у Поттера, опровергало это. Младший волшебник не стал тратить время на то, чтобы осмотреться получше. Он сразу же упал на колени перед Темным Лордом и бросил несколько диагностических заклинаний. Результат получился совершенно невразумительный. Гарри нахмурился и применил еще несколько более сложных чар. Он все же был целителем и знал о лечебной магии немало. Однако заклинания упорно показывали, что у пациента нет физических повреждений.
И тогда Гарри с ужасом понял, что Волдеморт, должно быть, создал еще один хоркрукс. У Поттера на мгновение опустились руки. Том действительно мог это сделать? Нет... Марволо действительно мог это сделать после всего, что произошло с ними в последнее время? После публичного признания помолвки? После всех их совместных ночей? После признания в любви? Это было хуже предательства, и Гарри на секунду подумал, что расплачется, однако боль в голове не дала отвлечься.
- Динки, отнеси нас домой, - приказал Гарри хриплым от накатившего отчаяния голосом. Эльф послушно пискнул. Он схватил хозяев за руки и последним, что увидел Гарри в комнате перед тем, как покинуть ее, был сломанный медальон Слизерина. Покореженный хоркрукс валялся на полу.
Они упали прямо на кровать Гарри по прибытии. Поттер в крайнем изумлении посмотрел на волшебника перед ним, но у него не было времени на раздумья. Магия души требовала совершенно особых целительных чар, тем более Гарри не знал, что именно любовник сделал с собой. К счастью, в свое время лорд Певерелл изучил множество различных вариантов нестандартного лечения. Все свои знания он поспешил применить к Волдеморту.
Он уже даже перестал удивляться тому, что делает. Любовь любовью, но ведь Темный Лорд был его врагом. Да любой бы, получив в свои руки беспомощного Волдеморта, воспользовался бы ситуацией с выгодой для себя. Какой-нибудь еще волшебник на этой грешной земле стал бы лечить его бескорыстно, ни на что не рассчитывая в благодарность? Просто потому, что любит Темного Лорда?
Через час боль прекратилась. Гарри справедливо считал, что без его усилий она продлилась бы дольше. Под изумленным взглядом уставшего целителя внешность Лорда медленно менялась. Все тело начало трястись в судорогах, так что Поттеру пришлось поспешно наложить обездвиживающее заклятие. Он сел на край постели и просто смотрел. Он ничего не мог бы с этим поделать, да и не хотел. Вскоре Волдеморт прекратил дергаться. С хриплым выдохом он обессилено опрокинулся на подушки.
На смятой постели теперь лежал юноша лет двадцати пяти. Точно такой же, каким Гарри видел его не так давно, когда Лорд оживил кусок души из медальона. Поттер с трепетом провел по щеке все еще бессознательного Марволо.
Гарри не знал, как Волдеморту это удалось, но он слил свою основную душу с кусочком, заключенным в реликвии Мраксов.
Темный Лорд медленно открыл глаза. Радужка оставалась красной, однако Гарри все равно не мог перестать жадно осматривать любимое лицо. Марволо с трудом усмехнулся.
- Нравится? – хрипло уточнил он.
Гарри отстранился и поспешно налил воды из графина. Он помог любовнику приподняться и напоил его.
- Знаешь же, что да, - хмуро ответил он. – Но тебе не обязательно было делать это. Я же сказал, что внешность не важна. И все же я рад, что ты хотя бы немного восстановил свою душу. Расскажешь, как тебе это удалось?
- Разве ты не знаешь? Нужно было просто раскаяться, - усмехнулся Волдеморт. – Не думай, что я сделал это ради тебя. У меня есть причины поважнее, чем ублажать тебя своим прекрасным лицом.
- Так ты раскаиваешься? Разве можно сделать это специально? – с сомнением протянул Поттер, пропуская мимо ушей остальное. Он непроизвольно поправил подушки и произнес еще парочку заклинаний, которые могли помочь любовнику. – Нужно будет выпить несколько зелий, - пробормотал он.
- Ты сомневаешься в моем гении? – высокомерно уточнил Марволо. У Гарри перехватило дыхание на миг. Ему пришлось сжать кулаки, чтобы прийти в себя. Пусть Волдеморт вернул себе внешность и часть души, волшебник перед ним все еще оставался Темным Лордом. Убийцей и хитрецом, который без сомнения попытается использовать любую слабость Поттера. Не стоило таять под его насмешливым взглядом. Но Гарри нравился этот взгляд. В конце концов, дело ведь действительно было не только в потрясающей внешности.