Глава 53.
Гарри пришлось сходить с лабораторию за зельями, а когда он вернулся, Темный Лорд спал. Поттер вздрогнул. Картина была настолько умиротворенная, что становилось не по себе. Колыхающиеся на теплом летнем ветерке занавески на открытом окне. Теплый свет свечей. И пение кузнечиков с улицы. Еще больше смущала новая-старая внешность возлюбленного. Гарри отставил зелья и, чуть поколебавшись, лег рядом, рассматривая лицо соседа по постели. На этот раз он не стал протягивать руку и прикасаться. Ему и не хотелось. Просто сравнить и полюбоваться в тишине, казалось более чем достаточно. Это был не тот ребенок Марволо, которого Гарри видел в Тайной комнате. Темный Лорд выглядел как молодой мужчина. Исчезла детская округлость щек, появились первые морщинки. Откровенно говоря, таким он был еще привлекательнее. Его красота расцвела. Как же Гарри было жаль, что он не справился, не смог остаться со своим любимым на всю жизнь, увидеть его таким. Стоило поблагодарить кого-то за второй шанс?
Часы тикали на полке, а он все лежал, рассматривая спящего, жалея себя и его. А стоило ли это жалости? Гарри вдруг вспомнил деревеньку оборотней: голодных детей, оборванных женщин и отчаяние в глазах мужчин, которые не могли помочь и защитить своих любимых. Гарри вспомнил себя в одиннадцать лет: темный чулан, одиночество и тогда казавшиеся несбыточными мечты. Вот это достойно жалости. Если бы тот Гарри увидел себя нынешнего, он бы себя ударил. Как можно плакаться над своей жалкой судьбой, обладая столь многим?
Да, не в деньгах счастье, но все же...
Теперь у него были семья и друзья: Сириус, Тони, Ремус и другие. Он давно не был одинок, всегда находились люди, которые поддерживали его. У него было золото и свой дом, в котором он мог защитить дорогих людей, накормить голодных и помочь нуждающимся. Рядом практически всегда находился любимый человек. Пусть Том теперь не чувствовал того же, что и Гарри, однако в нем было больше привязанности к Поттеру, чем к любому другому живому существу. Даже если это являлось лишь малой частью того, чем Гарри эгоистично не наслаждался в сороковые... Разве тогда Гарри считал себя абсолютно счастливым? В те годы он мучился из-за возраста любовника, из-за опасений за его будущее, из-за Регулуса... Есть ли вообще понятие полного счастья? Можно ли обладать всем, чем желаешь?
Гарри усмехнулся. Следовало радоваться тому, что есть. Это ведь тоже уже не мало. А ведь и этого могло не быть. Чтобы он ощутил если бы все же вернулся в девяностые, которые никогда не знали Волдеморта? Что если бы Марволо действительно перевоспитался? Велика вероятность, что он просто не дожил бы до возвращения своего возлюбленного. Мир без Марволо, мир без Волдемотра. Гарри не умел и не хотел жить в таком мире. Скорей всего он просто покончил бы с собой от отчаяния. Простой вывод. Поттер понял, что ощущение чего-то теплого затапливает его. Он потянулся вперед и поцеловал Темного Лорда в нос. Том приоткрыл глаза и вопросительно посмотрел на него. Радужка была красная, не того чудесного темного цвета, как в детстве. Но имело ли это значение, если выражение лица и глаз было таким до боли знакомым?
- Я люблю тебя, - прошептал Гарри ему практически в губы.
- Я знаю, - лениво улыбнулся Лорд. Он запустил руку в волосы любовника и притянул его к себе еще ближе. Мгновение спустя он перетянул Гарри на себя, и они поцеловались. В поцелуях внезапно не было ни жестокости, ни отчаяния. Жадность, страсть, капелька нежности и знание. Том усмехнулся в поцелуй. Они оба знали, что им некуда деваться друг от друга. Судьба привязала их друг к другу давным-давно. И даже не ясно, кого к кому раньше. Кажется, пришла пора смириться с этим.
Утром Долохов и Вишневецкий, зашедшие в кабинет отчитаться о делах, застали необычную картину. Лорд Певерелл бодро разбирал какие-то документы, мурлыкая вместе со старым волшебным патефоном веселую песенку. Никто из них даже не подозревал, что у Гарри в поместье вообще есть патефон и пластинки к нему. На лице Поттера была легкая улыбка, которую он тут же спрятал, когда увидел вошедших.
- У тебя сегодня хорошее настроение? – недоуменно вскинул брови Долохов. Он уселся на стул напротив и бросил на стол каталог мебели. Вишневецкий остался стоять. Гарри проигнорировал вопрос, зато заинтересовался каталогом.
- Ты же понимаешь, что мы не можем пригласить в дом дизайнера? – с сожалением поинтересовался он, пролистав несколько страниц.
- Да, - кивнул Тони, удивленный. – Но мы можем оставить прежний стиль, просто закупив новую мебель.
- В чем тогда смысл? – поморщился Гарри. – Поищи лучше кого-нибудь, кто лоялен Волдеморту, не болтлив и главное сможет хорошенько позаботиться о дизайне комнат. Спальни пока не трогать – слишком уж дорого. Но гостиные, бальный зал и холл все равно нужно привести в порядок. Ничего экстравагантного, кстати! Я позже посчитаю, какой суммой ты можешь ограничиться.
- У тебя слишком хорошее настроение, - понял Тони. – Что такого могло случиться?
- Мне тоже интересно, - мрачно уточнил Сириус, выходя из камина. Зеленый огонь лизнул полы его мантии, а следом выпрыгнул Ремус. Блек выглядел совсем не плохо. Он был чисто выбрит, хорошо одет и явно отлично питался. Жизнь в старом особняке Поттеров пошла ему на пользу. Тот дом не давил на него так, как родное гнездо. Бродяга окинул сердитым взглядом довольного крестника, весело поющий патефон, каталог мебели и нахмурился еще больше. Он бросил перед Гарри газету. – Посмотри, что он делает, пока ты развлекаешься.
Поттер послушно развернул «Пророк». Он примерно представлял себе, что там увидит. На первой полосе какой-то журналист подводил итоги прошедших недель: были убиты Боунс и Вэнс, обрушен Брокдейлский мост, зарегистрировано нападение великанов.
- По твоему это повод для веселья? – строго поинтересовался Сириус. – Я понимаю, мы не много можем сделать, но и сидеть без действия мы не договаривались.
- Кто сказал, что мы бездействуем? – спокойно возразил Гарри, сворачивая газету в трубочку.
- А мы что-то делаем? – удивился Тони.
- Вы забываете, что я фактически из будущего, - Гарри поморщился. Он не мог внятно объяснить все перипетии своих путешествий во времени, и это его напрягало. – Я уже прожил все эти события, помню о них. Не говоря уж о том, что у меня сохранились кое-какие газеты из будущего, или из настоящего... О, это все так запутанно.
- Ты знал, что эти убийства произойдут? – хмуро уточнил Ремус.
- Да, - кивнул Гарри. – Но мы это пережили, теперь Руфус, наш человек, министр магии. Ничего столь же жуткого больше произойдет.
- Поверить не могу, что ты знал и ничего не сделал. Наш Гарри непременно бы вмешался! Ты просто сидел и ждал, - с трудом втянул в себя воздух Ремус. Он закрыл руками лицо и упал в кресло.
- Нельзя нарушать ход событий. И кому-кому, а не тебе укорять меня невмешательством, - отрезал Поттер, вызвав у Люпина испуганный вскрик. На самом деле Ремуса никто и никогда не укорял в подобном, но он мгновенно понял, о чем говорит Гарри. Об издевательствах над Северусом, которые он игнорировал, о заключении Сириуса в Азкабан, с которым он смирился, о том, что Гарри отдали под опеку садистам Дурслям, а он опять ничего не сделал. Но Гарри не смотрел на него, бросив намек, Поттер продолжил излагать доводы. – К тому же, Марволо это Марволо. Ему необходимо было спустить пар, развеяться, показать мне мое место, наконец. Дальше будет лучше, поверьте мне.
- Гарри... - протянул Сириус устало. Ему труднее, чем в начале казалось, дался переход на сторону Темного Лорда, даже если фактически он на ней не был.
- Блек, вы правда чего ждали? – скривился Тони. – Ввязались в авантюру, ради Гарри. Повелись на красивую историю любви, пожалели Волдеморта, поняв, с чего все началось. Это мне понятно. Ты с чисто Блековской безалаберностью забыл, что оттого, что ты знаешь о Темном Лорде правду – он не перестанет вдруг быть помешанным убийцей. А Гарри это не твой миленький глуповатый крестник. Он в светских салонах пять лет провел, с Гриндевальдом боролся всеми доступными средствами...
- Тони, - попытался оборвать его Поттер, но Долохова уже было не остановить. Он грозно смотрел на притихшего Сириуса и растерянного Ремуса.
- Вы понятия не имеете, как строились их отношения в прошлом. Темный Лорд был взбалмошным мальчишкой, который считал себя центром вселенной, а Гарри ему всегда потакал, что бы Марволо не делал. Сыпанул в бокал гостю цианида? Ай-ай, ну ладно, посиди пару неделек без карманных денег! Заключил нежелательную помолвку, которая самому даром не нужна? Ну, ничего, просто больше так не делай, а взрослые все уладят, даже если унижаться придется. Хочешь, что бы дорогой опекун расстался с любимым человеком, с которым пять лет вместе прожил? Хорошо, мы его женим. Все для Марволо! Хоть сто раз Гарри вам скажет, что не любит Волдеморта! Он все равно будет защищать и прикрывать его!
Всю тираду Долохов выпалил на одном духу с нескрываемой злостью в голосе. Гарри удивленно смотрел на вассала. Он и не предполагал, что у Тони так на душе накипело. Да и свое поведение в прошлом ему никогда не приходило в голову рассматривать с такого ракурса. Ему-то казалось, что он постоянно строжил воспитанника! Но с другой стороны, разве это не долг взрослого, улаживать детские проблемы? Поттер перевел взгляд на остальных присутствующих в комнате. Сириус смотрел на Гарри вприщур, словно сравнивал имеющуюся информацию со словами Антонина. Ремус недоверчиво склонил голову. Вишневецкий же выглядел безучастным.
- Значит, все эти разговоры, про нейтральную сторону...
- Все эти разговоры велись с тобой сразу после возвращения, когда грань между Волдемортом и Марволо Мраксом была еще не размыта для нашего хозяина, - огрызнулся Тони.
- Я люблю Темного Лорда, - прикрыв глаза, подтвердил Гарри к всеобщему удивлению. Сириус сдавлено выругался, Ремус покачал головой, а Долохов усмехнулся, когда подтвердилась его догадка. – И я порой, наверное, и правда позволяю ему слишком много. Но это не значит, что я буду потакать ему даже в таких вопросах. Мы не дадим ему сделать ничего действительно ужасного.
- Значит, разрушение великанами целой маггловской деревни это по-твоему не достаточно ужасно? – устало уточнил Ремус.
- Ужасно, но больше ничего не будет, понимаете? Он успокоится, - попытался объяснить Гарри.
- Откуда такая уверенность?
- Я помню это, - внушительно повторил Поттер.
В кабине на некоторое время установилась тишина, каждый оценивал ситуацию.
- Я хочу уточнить кое-что, - сказал вдруг Сириус. – Про человека, с которым ты прожил пять лет. Ты не показывал мне ничего такого в воспоминаниях.
Гарри метнул раздраженный взгляд на Долохова. Тони виновато пожал плечами. Он совсем забыл, что Гарри не собирался рассказывать крестному, какие отношения его связывали с Регулусом Блеком. Это создало бы ненужное напряжение в их отношениях. Бродяга немного подождал ответа, но так и не получил его. Тогда Сириус взлохматил свои волосы и покачал головой.
- Гарри, ты знаешь, что такое семейный архив?
- Знаю, - кивнул Поттер. Он настороженно посмотрел на крестного, ожидая подвоха. – Регулус показывал мне как-то раз.
- У моей матери кое-что сохранилось, хотя подозреваю, что большая часть ушла к Нарциссе. Мы с Ремусом не так давно наведались в дом на площади Гриммо и посмотрели старые фотографии и записи сороковых годов, - просто сообщил Сириус. Он не поднимал эту тему раньше, потому что сам боялся узнать всю подноготную чувств его предка и крестника. Однако раз настал день откровений, то нужно было разбираться до конца.
- Вот как, - прикусил губу Поттер. Гарри явно не собирался ничего больше говорить, так что Сириусу пришлось давить дальше.
- Лорд Арктурус Блек вел нечто вроде дневника, куда записывал все события в семье. Про Найджелуса Певерелла там тоже есть.
- Мы с Регулусом... - сдавленно начал Поттер и резко оборвал себя. – Не хочу об этом говорить. Считайте наши с ним отношения ошибкой молодости. Он был хорошим другом и только.
Повисшее вновь молчание прервал звук открывающейся двери. В кабинет вошел красивый молодой человек в легком зеленом халате. Он с удивлением оглядел присутствующих, и на его лице появилось издевательское выражение. Волшебник сложил руки на груди и усмехнулся.
- Дежавю, - сказал Марволо. – Любопытно, что же вы так серьезно обсуждаете в этот раз?
Все явно были озадачены, не понимая, кто перед ними. Никто из них не видел Темного Лорда молодым. Только Сириус в воспоминаниях Гарри, однако Бродяга не слишком-то обратил тогда на это внимание. Тони же изумленно переводил взгляд с Гарри на Марволо.
- Назначение нового министра и события, которые привели к смещению Фаджа, - пояснил Гарри, скрывая улыбку. Уж больно забавно выглядели ошарашенные волшебники.
- Точнее мои излишне жестокие действия в последний месяц, - проницательно прищурился Волдеморт. – Разногласия среди твоих союзников, Гарри?
- Никаких, - спокойно возразил Поттер. Он направил волшебную палочку на патефон и выключил, наконец, легкомысленную музыку. – Да и с чего бы, все идет по плану.
- Моя жестокость всегда обоснована, - вдруг сообщил Волдеморт, посмотрев на присутствующих. – Наказания кажутся жестокими, но они необходимы. Я Темный Лорд и у меня соответствующая репутация. Мне приходится держать под своим контролем сумасшедших, садистов, преступников. Они должны бояться меня. То же самое с магическим миром. Я просто обязан был напомнить всем о тех годах, когда был в силе. Эти глупые, беспомощные идиоты должны осознать в полной мере, с кем имеют дело!
- Магглы, растерзанные великанами, все поняли? – зло уточнил Блек. Первое удивление прошло, и прорезалась злость.
- Мне плевать на магглов, - фыркнул Лорд. – Смерть десятка-другого этих паразитов меня не волнует. В идеале они все должны быть уничтожены.
- Это же просто безумие! Гарри! - обернулся к крестнику Сириус, призывая того вмешаться. Поттер вздохнул, но все же спросил:
- Того, что ты уже сделал достаточно? Напомнил всем, на что способен? Я помню, что ты ненавидишь магглов, но уничтожить их всех? Глупо. Давай займемся другими делами. Министр у нас в кармане, общественность запугана, осталось лишь обуздать Орден Феникса.
- Ты так говоришь, будто это легко, - ядовито усмехнулся Лорд. – Кто у тебя там?
- О чем вы? – нахмурился Ремус. – Я все еще состою в Ордене. Хотя шпион из меня не очень, но...
- Поттер уже знал всех членов Ордена, когда попал в прошлое. Некоторые из них были взрослыми уже в начале сороковых, - пояснил ему Волдеморт. – Учитывая, что мой дорогой жених не упустил шанса подцепить на крючок Скримджера, полагаю, он успел завербовать кого-то и из близкого окружения Дамблдора.
- Да, кое-кого успел, - усмехнулся Поттер в ответ.
Раздался хлопок и в комнате, прерывая разговор, появился домовой эльф. Он поклонился всем присутствующим.
- Хозяин Марволо, вас просит спуститься госпожа Лестрандж, - сообщил домовик. Белла, как и остальные Пожиратели не могла войти в это крыло замка.
- Иду, - кивнул Лорд. Белла не стала бы беспокоить его из-за мелочей. Он, не прощаясь, покинул кабинет.
- Он очень красивый, - констатировал Вишневецкий. – Можно понять твою страсть, Гарри.
- Дело не во внешности, - пожал плечами Поттер. – Он необыкновенный, словно для меня созданный каждым своим словом и жестом.
Он перевел взгляд на домовика, который все еще переминался с ноги на ногу в уголке. Увидев, что хозяин обратил на него внимание, малыш поспешил сообщить:
- Господин Забини ждет вас в голубой гостиной!
- А, Блейз уже здесь, отлично.
Гарри собрал в стопку бумаги, над которыми работал, пока его кабинет не заполнили возмущенные друзья. Он не мог сдержать улыбку. Все-таки его вчерашние размышления были правильными. Гарри давно не одинок. У него полно близких людей, с которыми он может поговорить откровенно, посмеяться и найти утешение и понимание. Поттер протянул стопку бумаг Вишневецкому.
- Здесь документы по ферме гиппогрифов, которые ты спрашивал.
Дмитрий кивнул, принимая бумаги. Он уже и не надеялся получить ответ на свою давнюю просьбу. Лорд Певерелл отчаянно не любил заниматься своим собственным бизнесом.
- Я пойду с тобой, ты не против? – поднялся Сириус. – Мне хочется познакомиться с любовником моего крестника.
- Мой любовник только что вышел, - заметил Гарри. – Не называй так Блейза. Это может обернуться плохо для него, потому что более ревнивого человека, чем Волдеморт сложно вообразить.
Блек фыркнул, махнул на прощание оставшимся в кабинете волшебником и пошел за крестником.
- Итак, почему ты никогда не рассказываешь мне о своих любовных переживаниях? – поинтересовался Блек нарочито легкомысленным тоном. – Это не в стиле Поттеров, знаешь? Когда твой отец влюбился в Лили, об этом в считанные дни узнал весь Хогвартс.
- Мы с тобой никогда не были достаточно близки, если уж говорить откровенно. Да и личную жизнь я скрывал. Издержки маггловского воспитания, я думаю, - пожал плечами Гарри. – Волшебный мир адекватно относится к гомосексуализму, но в Хогвартсе в наше время это не слишком-то распространено. Магглорожденные вносят свою струю в наше общество. Такие отношения становятся все более странными для обывателей. Пятьдесят лет назад «Пророк» свободно писал об отношениях Найджелуса Певерелла и Регулуса Блека. Никому не приходило в голову, что в этом что-то не так, никто не осуждал меня за сам факт того, что я кручу роман с мужчиной. Теперь такое не возможно. Попросту говоря, в юности я стеснялся своих наклонностей.
- И все же спутался со слизеринцем, у тебя к ним тяга какая-то, - буркнул Сириус.
- Не все они плохие. Знаешь, Блеки всегда учились на Слизерине, до тебя. И Регулус не смотря на это, был моим лучшим другом долгие годы. Семья Блеков стала моей семьей благодаря нему. То есть в узком понимании, конечно, самыми близкими для меня людьми являлись Марволо и Морфин, но в Блеках всегда была моя опора, они защищали меня, а я, не колеблясь, защитил бы их в случае необходимости.
- И ты близко знал мою мать? – задумчиво спросил крестный.
- Вальбурга была лучше подругой Марволо лет с десяти, - улыбнулся воспоминаниям Поттер. – Если тебе действительно хочется что-то узнать о ней, попробуй поговорить с Темным Лордом. Она была жизнерадостным ребенком, шумным и энергичным. Признаться, порой я воспринимал ее как младшую сестренку.
- Мы с тобой говорим о разных людях, - скривился Бродяга. Он помнил мать жестокой, злобной, разочаровавшейся в жизни и окружающих, женщиной.
- Нет, просто что-то в ней сломалось после того, как она поняла, что не может выйти замуж за любимого человека. Она любила моего двоюродного деда до безумия, но им не судьба быть вместе, - печально рассказал Поттер. – Помню, как Марволо просил меня помочь твоей матери и Ричарду, но я ничего не мог сделать. Просто не думал, что все серьезно и не хотел ссориться с Арктурусом.
- Юность у волшебников не бывает легкой, да, Гарри? – невесело спросил Сириус.
- Похоже на то.
Они, наконец, дошли до нужной комнаты и открыли дверь. Блейз стоял у окна и рассматривал что-то на улице. Он обернулся к ним и с удивлением посмотрел на Сириуса.
- Я пришел познакомиться с парнем, который встречается с моим маленьким крестником, - подмигнул ему Бродяга, сбрасывая с себя печаль, как надоевший пиджак. – Не хочешь что-нибудь рассказать о себе?