Эгоист

— Дора, что за реакция была сегодня на фразу, про «лучше меня»? — Вообще, это только его дело, но… — Все равно можно рассказать, — усмехнулся за спиной у Гарри Волд. Гарри обернулся, покаянно улыбаясь. Волд сел в соседнее кресло и поставил подбородок на сплетенные пальцы. — Это фраза Андреаса Малфоя. Аби, конечно же, написал отцу, а тот, естественно, прибыл разбираться с наглым мальчишкой, посмевшим навредить наследнику. Мы очень вежливо поругались. Лорд Андреас произнес эту фразу, а я не мог не разозлиться. Естественно, Дора и Вэл слышали, как меня все это раздражает раз сто. — Но ты учился как проклятый только из-за того, что он задел твое самолюбие, — Дора расправила складки на юбке, из-под ресниц наблюдая за реакцией Волда, но тот только мягко посмеялся, впрочем, тут же посерьезнев. — Действительно, а потом он умер и… Это было тяжело: понять, что цель, ради которой жил четырнадцать лет, в одночасье стала неосуществимой. Я отреагировал несколько неуравновешенно. — Ты порывался достать труп из могилы, обещал провести обряд некромантии, ругался на чем свет стоит, швырялся чистой магией так, что мы боялись подойти, и, кажется, плакал. — Эта фраза, а потом и его смерть действительно на меня очень сильно повлияли. Без этого не было бы Темного лорда. Но сейчас я просто уважаю его как человека, который подтолкнул меня к тому, чтобы создать себя самому. Я ведь мог остаться просто бродяжкой из Лютного. Волд вышел из комнаты, а Гарри остался сидеть в кресле. На его лице не отражалось никаких эмоций, но пальцы сжимались на подлокотниках чуть крепче, чем обычно. Дора смотрела за внуком, выжидая. Ей хотелось, чтобы он заговорил об этом первым, но Гарри резко встал, покачнувшись, и ушел куда-то. — А он тебя ревнует, — подозрительно довольно протянула Дора, появляясь на натюрморте в библиотеке. Волд вздрогнул, а потом с недоверием посмотрел на нее. Она только шире улыбнулась, кивнула и исчезла. Волд все еще с сомнением смотрел на опустевшую картину, но встал и пошел искать Гарри. Вызванный Тинки сказал, что Гарри на улице. Волд посмотрел на темные провалы окон, но аппарировал во двор. Оглядевшись, он Гарри не нашел. — Волд! — воскликнул Гарри сверху, и в тот же миг рядом приземлилось что-то очень тяжелое. — Что? — Знакомься, это Клювик. — У нас есть гиппогриф?! — Волд мотнул головой, вспоминая, что пришел поговорить о другом. — Дора с чего-то придумала, что ты ревнуешь. — А я ревную, — весело усмехнулся Гарри. — Я привык быть для тебя единственным важным. Волд крепко прижал его к себе и посмотрел прямо в глаза. — Он сделал меня Темным лордом, а ты сделал меня счастливым человеком. По-моему, у тебя совершенно нет поводов ревновать, — улыбаясь, прошептал Волд. Гарри, легко рассмеявшись, уткнулся лицом ему в шею. Волд обнял его, все еще не понимая, как этот мужчина, незаметно, внезапно и сокрушительно ставший абсолютно всем, может ревновать. Этот вечер оказался последним спокойным вплоть до дня рождения Гарри. Они заканчивали приготовления к ритуалу, планировали, как всех собрать и развлекать на празднике, вспомнили про положенный в честь двадцатилетия прием и в авральном режиме стали договариваться с поставщиками, чтобы те доставили еду, напитки и украшения. До ритуала в течение семи дней было нельзя заниматься любовью и обязательно спать в разных кроватях. Волд сначала опасался, что это будет трудно, но время летело слишком быстро. Утром тридцать первого Гарри встал до рассвета. Долг перед родом обязывал. Волд открыл глаза с рассветом от мощной волны магии, прошившей дом. Сев на кровати, судорожно попытался вспомнить, что происходит. Заклинание подсказало, что сейчас пять-пятнадцать утра, тридцать первое июля. Волд медленно перебрал в голове, что требуется сделать, и быстро подскочил с кровати. Судорожно собираясь, в голове пытался составить план. До того, как Гарри проснётся окончательно, часа три: к этому моменту подарок надо придумать и купить. Через час Волд узнал про такое чудо техники, как гидроцикл, и выдохнул. Потом обнаружилось, что магазин открывается только в десять. Гарри проснулся почти в девять. К двенадцати они успели немного поссориться и помириться. Гидроцикл стоял в том же гараже, что машина Гарри. Продавец-консультант, который не вовремя решил пофлиртовать с Гарри, ощупывал свежий синяк. А молодой Пожиратель страдал, мысленно кроя матом своего хозяина, лежащего на его коленях Поттера и маггла по имени Майк, которого его отправили встречать в Хитроу. Майк удивился, увидев в аэропорту замученного странно одетого парня с табличкой с его именем. Тот смотрел на всех испуганно и презрительно одновременно, но был искренне рад покинуть здание аэропорта, впрочем, сесть в такси ему было ещё труднее. Звуконепроницаемый барьер поднялся и Майк прямо спросил: «Маг?». Парень хмуро кивнул. — Подчиненный Поттеровского любовника? — Да как ты смеешь, грязный маггл?! То, что милорд приблизил к себе этого… этого… — Кого? — Все знают, что Поттер чуть ли не под всеми был! — Плохо знают. Это твои мифические «все» под ним были. — Это ничего не меняет. Милорд — величайший маг современности, Поттер ему не ровня. — Ладно, не нервничай. Они молчали оставшуюся дорогу до отеля и не прощаясь расстались у номера Майка. Парень забыл про все мысли и дела на время, отправившись в душ после долгого перелета. Полпервого к Гарри заглянул Джекки, вручил кучу маленьких подарочков от всех ребятишек Лютного и красивый, пусть и маггловский кинжал от себя. — Джекки! — Гарри обнял парня. — Спасибо! Но дорого же… — Я теперь работающий человек, Фести, — Джекки шутливо поклонился Волду, — и сам решаю, на кого тратить заработанные деньги. Парень просидел с ними до часа и умчался на работу. Гарри просил Волда отмазать Джека, но, проявив неожиданное единодушие, они отказались, аргументировав: «Репутация любимчика самого Министра Джеку только навредит». Гарри объяснение принял, хотя понял, что эта причина не основная. — Ему неловко от того, что твоя благотворительность больше не анонимна, «Фести». Гарри кивнул, а потом вздохнул печально. Оставалось только надеяться, что со временем проблема разрешится сама. Примерно через час в номере Майка зазвонил телефон: Гарри просил спуститься. Парень выбежал из лифта, тут же обняв Поттера. — Куда едем? — Пробки. Пешком идем. — Магически переместимся? — понизив голос до шепота, произнес Майк на ухо Гарри. — Ты как ребенок в Диснейленде, — рассмеялся Поттер. — Да, радуйся. За ничего не значащим разговором они зашли в какую-то темную подворотню. Гарри притянул Майка в объятья, посоветовав вдохнуть поглубже. Спустя мгновенье они уже стояли посреди гостиной. — Знакомьтесь, Волд, Майк, — отступив на шаг, сказал Гарри. — Я за Манюней. Пообщайтесь пока. Волд на секунду поднялся с кресла в приветствии, но почти сразу сел обратно. С тихим хлопком Гарри исчез. Майк неловко откашлялся. — Эта ваша телепортация всегда так ужасно ощущается? — Аппарация, — исправил Волд. — Тут, скорее, дело привычки. И от вложенных сил зависит. — А так как я фактически багаж, то мне и плохо, — Майк усмехнулся и без приглашения сел в свободное кресло. — Гарри мне выделил время на допрос, и я хочу воспользоваться. Почему парень, который меня встречал, уверен, что Гарри всего лишь постельная игрушка? — Не знаю, как в мире магглов, но у магов Гарри заводил романы большей частью с людьми определенного круга. Учитывая количество этих связей, тот же круг полностью уверен в том, что с Гарри необходимо считаться. Однако это не те люди, которые позволят широким массам усомниться в собственном могуществе. — Другими словами, элитная проститутка — это просто образ для требовательной публики? — В целом, да. Мы могли бы попытаться изменить этот образ. Отношения со мной длятся куда дольше привычных для него пары недель, скоро будут закреплены официально, но ему глубоко безразлично чужое мнение, если это не мнение близких, а мне политически не выгодно заявлять такое. — Да, Гарри упоминал, что у вас какой-то высокий пост. — Фактически, я единоличный правитель магической Британии. Майк закашлялся, потом посмотрел на Волда и усмехнулся: «Он был первым, кто проигнорировал этот факт?» — Да, — Волд улыбнулся. — Его смелость подкупила. Даже не знаю, как это мимолетное принятие, выросло в такую сильную потребность в нем и любовь к нему. Раздался сигнал чар каминной залы. Майк удивленно заозирался, а Волд поднялся из кресла. — Прибыли ещё гости. Сходите их встретить со мной или останетесь здесь? — С вами, — Майк поднялся и догнал уже подошедшего к двери Волда. — Вы что-то говорили про допрос. Неужели это все? — Мне хватит того, что вы уважаете и любите его. — А вы его любите? — Ревнуете? Это может выглядеть, как будто у вас есть повод. Но ничего подобного не будет никогда. Он, совершенно не осознавая этого, хранил вам верность в этой поездке за границу. Гарри никого другого не надо, поэтому у него не возникает проблем с выражением симпатии любыми способами: он просто перестал думать о том, как его могут понять. — Многие поймут его неправильно. — Он вынужден носить маски, почти привык к этому, но он ненавидит контролировать каждый собственный жест и взгляд. Так что не расстраивайте его. Я так понимаю, немного найдется идиотов, которые действительно попытаются отбить у вас жениха? Им можно и объяснить всю глубину их заблуждений. — Щеночек! Это кто? — Это лучший друг твоего внука, Карли. — Здравствуйте, мистер… — Майк замер с открытым ртом. — Говорящий портрет?! — Их тут сотни три. — Разумные, говорящие портреты? — еще раз ошеломленно повторил Майк. — Конкретно этот не слишком-то разумен. Именно поэтому заперт в этом коридоре. Идемте, там Теодор запертый сидит. — Ох, извините. Идемте, конечно. А «Щеночек» — это?.. — Детское прозвище, — Волд открыл дверь, прерывая разговор. — Здравствуйте, милорд, — Теодор вежливо поклонился и с выражением интереса в глазах обернулся к его спутнику. — Майк, а ты? — Теодор Нотт. Я наслышан о вас от Гарри. — Вот как? Я ваше имя слышал вместе с именем некого Драко. — Мы дружим с Гарри со школы. Волд с любопытством наблюдал за общением молодых людей. Едва увидев Нотта, Майк вернул на лицо слегка высокомерное выражение, выпрямил чуть ссутуленную спину и засунул большие пальцы в карманы. Тео с привычной аристократической холодностью цепким взглядом прошелся по старым джинсам и дорогим часам, немного удивился, но виду не подал. — Никогда бы не подумал… — Майк на секунду мило поднял брови. — Почему же? — Тео обольстительно улыбнулся. — Он обычно таких трахает и тут же забывает. — Когда мы подружились, он был мягким, наивным и невинным мальчиком, которого надо было учить распознавать вранье, которому надо было прикрывать спину и которому можно было признаться в том, насколько тебе действительно страшно. И если ты по каким-то непонятным причинам, решил, что я ему не друг, то ты ошибаешься! — Тео покраснел, немного повысил голос, но все-таки удержался от крика. Майк неожиданно рассмеялся. Волд изначально подозревал, что Майк устраивал Нотту какую-то проверку, но не смог понять, почему эта реакция стала нужным ответом. — Только это выражение «хорошего сына богатого папы» на лицо не натягивай. Не идет. Тео удивленно уставился на парня, а Волд тихо засмеялся. — Хорошо, что Малфой сразу эмоции проявляет. Нотт, где он, кстати? — День рождения Гарри же! Леди Нарцисса его уже неделю никуда не отпускает. — За ним зайти? — Сам сбежит. В крайнем случае, Люциус поможет. Поттер — слишком ценный партнер по бизнесу, чтобы в этом случае уступить жене. — Хозяин Гарри просил вас позвать. — Спасибо, Тинки. В этот момент снова сработал камин. Волд резко обернулся, но тут же смягчился, увидев Луну. Вслед за девушкой появился несколько смущенный Рон. Он пошатнулся, но успел восстановить равновесие, чтобы подать руку Гермионе. — Здравствуйте все. Как дела, как Роза? — О, замечательно, спасибо. Осталась с дядюшками. — Пойдемте, к Гарри. Зайдя в гостиную, они увидели Поттера, Феликса и Манюню, что-то увлеченно обсуждающих. Гарри подскочил навстречу. — Привет всем! В вихре приветствий и поздравлений Гарри не сразу заметил отсутствие Драко. Остановившись на миг, он поискал блондинистую макушку. — Я за Малфоем, — быстро произнес он и аппарировал. — Было странно ожидать иного, — усмехнулся Волд. — Люциус будет счастлив восстанавливать защиту, после такого наглого вскрытия. Буквально спустя пару минут за дверью раздался тихий хлопок. Гарри и Драко, смеясь, вошли в комнату. — Никогда бы не подумал, что человек за две минуты может упасть в обморок, очнуться и попытаться кого-то убить. — Уверен, с этим может справиться любая девушка из семьи Блэк. — Раз все собрались, то можно, наверное, перезнакомиться и садиться за стол. Все представились. Малфой с крайне серьёзным выражением лица подошёл к Рону и Гермионе. — Мы, конечно, часто ссорились в школе, но я предлагаю оставить все в прошлом. — Хорошо, — кивнула Гермиона прежде, чем Рон что-либо сказал. — И прости, что разбила тебе нос. — Эм, да, — покраснел Драко. — И ты за «грязнокровку». Тео трясло от смеха. Он старался держаться, чтобы не рассмеяться вслух, но покраснел до кончиков ушей. Драко легко толкнул его в плечо. — Что-то не так? — Грейнджер… простите, уже Уизли, открыла тайну века. Никто не знал… — Что тебя побила девчонка, — простонал Тео и повис на Драко, всё-таки громко хохоча. — Миссис Уизли, а вы, оказывается, опасная особа, — протянул Волд. Гермиона покраснела, и засмеялись уже все. Гарри пригласил гостей к столу, радуясь относительно непринужденной обстановке. Он изначально очень переживал, что все переругаются.