Эгоист

Посреди ночи Гарри и Волд проснулись от оповещения сигнальных чар на камине. Гарри призвал какие-то штаны и надел их, торопясь встретить нежданного гостя. Волд решил, что ему без рубашки выходить неприлично, и запутался в пуговицах. В конце концов, он прямо на себе трансфигурировал рубашку в водолазку и спустился в каминный зал. Там что-то, при ближайшем рассмотрении оказавшееся тоже не особо прилично одетым наследником Малфоев, рыдало на голой груди Поттера. — Я утоплюууусь! Я только влюууубился, а он же-ж-жениться решил. Рвущийся с губ вопрос «что происходит?» прервал сигнал чар, наложенных на периметр имения. Гарри сложил брови домиком и, продолжая успокаивать Драко, одними губами попросил: «Встреть Тео». Волд так же молча развернулся и пошел ко входу в дом. В парадных дверях он столкнулся со встрепанным Ноттом. Теодор на несколько секунд замер в удивлении. — Добрый вечер, мой Лорд. — Ночь, Нотт. Это время суток называется ночь. Идемте. Я надеюсь, вы объясните мне, почему Драко Малфой угрожает утопиться и почему он делает это здесь. — Это достаточно логично. Когда Гарри его бросил, Драко пришел плакать ко мне, сейчас, когда мы с Драко, — Тео замялся, — поссорились, он пришел к Гарри. — Вы сообщили любовнику, что собираетесь жениться и называете это «поссорились»? — Просто отец достал! — Тео выпалил это и испуганно посмотрел на Повелителя, опасаясь его реакции. — Мы с Дафной обо всем договорились: ей муж из числа завидных женихов, мне — полная свобода отношений, — объяснил он, когда понял, что вспышка проигнорирована. — Но Драко услышал только про свадьбу... Его, между прочим, тоже женят скоро. Волд усмехнулся. Ему почему-то показалось, что Гарри намного старше своих друзей. Волд впустил Тео в каминный зал и хотел вернуться в спальню, чтобы там дождаться любимого, но Гарри вышел из комнаты почти сразу. — Без меня справятся. Ты ревнуешь? — Да, — Волд почти грубо прижал его к стене, хотя в голосе звучала игривость, а не злость. — Как мне развеять твои сомнения? — Даже не знаю, — уже легонько кусая его за шею, стирая чужой запах, ответил Волд. — Наверное, придется... Договорить дыхания не хватило. Гарри стянул с него водолазку, лаская ладонями спину, скользнул коленом между ног. Дверь в каминную открылась и тотчас закрылась. Гарри даже не понял: то ли магия среагировала раньше мыслей, то ли Тео исчерпал лимит удивления и просто стал поступать максимально правильно. — Ты видел то же, что и я? — уже в Нотт-меноре спросил Драко. Тео непонимающе посмотрел на любимого. — У Повелителя засосы на спине. — Поттер не самоубийца. Мало ли. Он нас завтра в гости звал. Мозги вправлять будет, чтобы в три ночи не будили и нервы не трепали. Спросишь, раз так интересно. Пошли спать.

***

К Гарри они переместились к обеду и сразу поняли, что друг не в духе. Тео неуверенно откашлялся: «Эм... Извини. Он сильно злился?» — А? Да он совсем не злился, — немного удивленно произнес Гарри. — Просто у него там какой-то шухер с утречка пораньше. Разбудили в девять, разозлили его, так что он где-то там проблемы решает. — Все равно, прости, что я так... ночью, — Драко вдруг покраснел. — Стыдно-то как! Повел себя, словно истеричная девица. — Дракусь, с той аксиомой, что люди — идиоты, а влюбленные люди — идиоты вдвойне Волд смирился еще до нашего рождения. Так что идем, сядем, пожуем чего-нибудь, а вы мне заодно расскажете, как докатились до жизни такой. Впрочем, весь рассказ о том, как и почему сошлись Тео и Драко, Нотт уместил в двух словах: «Просто так». Гарри потребовал подробностей и выяснил, что друзья сочли сильным стрессом тот факт, что Поттер влюбился в «Повелителя» (Гарри едва удержал себя от неприлично громкого смеха, потому что, общаясь с домашней версией Волда, про его темнолордовский титул он как-то забыл). Тео поведал, что от стресса они избавлялись с помощью маггловской индустрии развлечений, в итоге заметно перепугались и незаметно сошлись. Гарри едва не захихикал. — А вы где вчера отношения выясняли? Это я так, из праздного любопытства: кто из ваших родителей меня следующую неделю ненавидит. — Мама... — прошептал Драко. Мысль была закончена. В чистокровных семьях абсолютное уважение и даже дозированный страх перед родителями во взрослом возрасте оставался нормальным, хотя и постепенно исчезающим явлением. Все, однако, стандартно опасались отцовского гнева, а вот Драко панически боялся разозлить мать, что, в общем, не столь нелогично, учитывая, кто ее сестра. Гарри постарался сочувственно посмотреть на друга, но засмеялся, постепенно переходя из сидячего положения в лежачее. Успокоившись, он покосился на друзей и решил, что ему можно не вставать: и так неплохо. Тем более, Гарри не сомневался, что его еще много раз насмешат. — А ты как? — наконец решился Тео. — Счастлив. Меня любят, холят и лелеют. — И? Тебе нормально? Обычно же ты... Гарри рассмеялся, избавив друга от необходимости договаривать предложение. — Мне реально хорошо с ним. Если раньше я воспринимал все на уровне подчиниться-подчинить, то сейчас это скорее ассоциируется с защищенностью. — А вообще? — спросил Драко. — Я так понял, что у вас не только секс, и, драккл, Гарри, это же Темный Лорд! — Мы книжки вместе читаем, гуляем по маггловскому Лондону и по Лютному. От меня на Арене он все еще в странной смеси шока и восторга. Волд меня учит, но так, ненавязчиво. Если подумать, то заклинаний двадцать-тридцать я выучил и даже не заметил, хотя прогресс больше все-таки в области рун. Он много путешествовал, иногда рассказывает всякие интересности из того, что там случилось. А вообще, я забываю время от времени, что мой Волд и есть Его Темнейшество. — Почему? — Потому что... нет, я бы не сказал, что он дома мягкий и послушный, но его, на удивление, совсем не бесят мои закидоны. Он вообще тут не злится. Не знаю, как это происходит, но дома Волд спокойный и довольный жизнью. Поводов злиться, конечно, особо нет, но, все же, красных глаз я уже месяц не видел. Даже вчера. — И тебя все устраивает? — А что меня может не устраивать? Мне действительно с ним хорошо. Как там? «Уму, сердцу, телу»? Про ум я уже рассказал, тут у нас полное взаимопонимание. Такой нежности, как к нему, я вообще никогда раньше не испытывал. Я с ума схожу от этого, от того, что у меня внутри все замирает, когда я нахожу очередные подтверждения его привязанности. Взгляды, фразы, какие-то полуосознанные движения — и все это для меня. Вообще все. — И как ты с такими хозяйскими замашками на пассивную роль согласился? — Так я ж не всегда... — Гарри покосился на друзей, но решил, что сами смогут прокашляться. — Я же уже сказал, что Волд и Министр — это несколько разные личности. Гарри сел, закинул ногу на ногу и серьезно посмотрел на постепенно приходящих в себя Тео и Драко. Оба постарались максимально собраться. На лице Гарри слишком редко полностью отсутствовала улыбка. — Вы же понимаете, что я говорю вам это, чтобы вы не волновались, и что вы рискуете никогда не увидеть меня, если это уйдет дальше? — Конечно! — в один голос выпалили Тео и Драко. — Гарри, мы в курсе, как тебя любит общественность, — сказал Нотт. — Хорошо, — Гарри улыбнулся, глядя на друзей. Зазвенели оповещающие чары. Поттер недоуменно нахмурился и пошел в каминный зал. Переступив порог комнаты, он ощутил какое-то несоответствие. Гарри закрыл дверь и несколько секунд смотрел в пустоту коридора, а потом ухмыльнулся, снимая с Волда чары невидимости. — Все слышал? — Большую часть. — Не доверяешь? — Доверяю. Просто, Гарри, ты воспринимаешь мир гораздо более серьезно, чем они. Я хотел понять, как у вас получается дружить при этом. А потом уже не мог уйти, — он поднес руку Гарри к губам и поцеловал ладонь. — Спасибо. Незаметно они дошли до каминной. Гарри опознал ауру Нарциссы еще на подходе и открыл дверь. — Поттер! Где мой сын?! — шипящим тихим голосом поинтересовалась женщина. — Здравствуйте, мой Лорд, — вылетевшая из комнаты разъяренной фурией леди Малфой даже не сразу заметила Волдеморта. — Здравствуй, Нарцисса. Драко сейчас пьет чай в Сиреневой гостиной. Ты же не откажешься посидеть с нами? Леди Малфой в это время продолжала метать молнии из глаз в сторону Гарри, так что согласилась, даже не заметив на что. Поттер пропустил даму вперед, приблизился к Волду и прошептал: «Тебе так скучно, что ты решил устроить цирк? Она же обидится». — Мама, миледи, — Драко и Тео встали навстречу женщине. — Здравствуйте, мой Лорд, — заметили они вошедшего Волда. — Нарцисса, дорогая! — раздался вдруг звучный женский голос. — Почему твой сын общается с этим дрянным мальчишкой? — Спасибо, бабушка! Все сели. Нарцисса, определив по лицу сына, что тот успел где-то перенервничать, замолчала. Драко и Тео уже приготовились к новому концерту, а Волд чуть поклонился давней подруге. — Дора? Ты называешь дрянным мальчишкой сильнейшего мага своего поколения? Женщина на портрете устремила на него пристальный взгляд. Через мгновенье ее лицо озарилось узнаванием. — А ты спишь с этим мальчишкой, щеночек? — И это называется «леди». Все-таки не зря твой отец пытался меня прибить: я очень плохо на вас с Вэл повлиял. — Так вот где она так матом ругаться научилась! Я таких оборотов ни у кого, кроме нее, не слышал. — И все-таки, щеночек, потешь старый портрет новостями. — Дора, если я живу тут месяц... — он ухмыльнулся, приподняв бровь. — И вообще, не называй меня так. — Почему, кстати, такое прозвище? — Гарри не удержал любопытства. — Ты общался с Чарлусом? — задала риторический вопрос Дорея. — Так вот в школьные годы он умнее не был. Так что стоило Тому Реддлу распределиться, как он сочинил стишок про это. Как там? — Переполох на Слизерине, Щеночка им подкинули, На мордочке следы породы, Но невоспитанный, кхм... — Волд решил не заканчивать строку. — Приклеилось намертво, меня три года иначе и не называли, даже профессора ошибались. Альбус так точно специально это делал. Потом как-то другое прозвище прижилось, но вот эта барышня и Вэл привычкам не изменили. — Леди Малфой, а у вас какие претензии к Драко? — У нас сегодня гости. Драко должен присутствовать. — Невесту ищите? Так Драко вроде бы определился: жаждет жениться на Астории Гринграсс. Вот пришел нам похвастаться с Тео, а потом хотел бежать к вам и Люциусу. Обрадованная, хоть и не очень поверившая Гарри Нарцисса быстро забрала сына и направилась домой. Видимо, боялась, что сын успеет возразить. Тео смотрел на Гарри круглыми глазами. — Она же дура, эта Астория. — И именно поэтому она совершенно не заметит, что муж ей изменяет, если дарить ей раз в месяц какие-нибудь бриллианты. Тео откланялся и ушел. Идею, видимо, стоило обдумать. Гарри лег головой Волду на колени, как только почувствовал, что в поместье они одни. Волд откинулся на спинку дивана и рассеянно погладил его по волосам. — Четверо магов в Мунго с физическими повреждениями разной степени тяжести. В нескольких городах магглы устроили массовые беспорядки. Я говорил с их премьер-министром, он сказал, что по предварительным оценкам больше двух тысяч магглов, преимущественно мужчин, громили этой ночью улицы и били людей. У них около ста пятидесяти пострадавших, но на восемь тысяч магов и четверо раненных — существенное количество.       Больше всего меня раздражает, что виновного они назвать не могут. То есть они, конечно, поймали сколько-то преступников, но не знают ни что конкретно им предъявить, ни есть ли среди всей этой толпы кто-то, кто напал конкретно на магов. Их министр еще и смотрит на меня так, будто такая скорость нормальна. — Волд, не рычи. Тони Блэр — умный мужик, еще не ясно, кто после него будет. И, как ты правильно заметил, магов мало. Справиться с восемью тысячами человек все же проще, чем с многомиллионной страной. Загляни к нему, скажем, в четверг — он тебе все расскажет, покажет и все такое прочее. Заодно и виновного уже найдет. Виновного, а не исполнителей. У магглов эта система хорошо работает, а Блэр сейчас в лепешку разобьется, чтобы быстренько все решить.       А вообще надо что-то с магами делать. В том плане, что либо их совсем нельзя к магглам выпускать, либо проверять, выучили ли они наизусть какую-нибудь адекватную методичку по маггловеденью. Против первого варианта выступят очень и очень многие, в том числе я, а второй вариант сложен в исполнении, так как адекватную методичку еще надо написать. Сократить для этих целей учебник заведомо не получится, потому что учебник под определение адекватности не попадает.       И так, интереса ради, всем показать бои без правил. А то каждый маг думает, что человек без палочки ничего из себя не представляет, и ведет себя соответствующе. Это чревато переломами челюсти, а в особо запущенных случаях еще и рук, ног и ребер.       Кстати, почему мы с магглами не воюем? — А должны? — У нас диктатура и идеология чистоты крови. Волд объяснил, что едва Блэр занял пост премьер-министра, они каким-то образом договорились сходить на маггловский полигон и выяснить, кому будет хуже от войны. Выяснять Волд пошел вместе с лучшими боевиками. Бомбарды и другие боевые заклинания не смогли сильно покалечить один единственный танк. Вмятин и подпалин на нем, конечно, прибавилось, но машина осталась боеспособной. Довольная улыбка Блэра разозлила не слишком стабильного после ритуалов Волда, поэтому он применил редкое, но мощное заклинание и уничтожил танк, как выразился присутствующий там же штатный ученый «на частицы гамма-излучением разложил». Гарри потребовал просмотра сцены в думосбросе и слушал только этого самого ученого. Пять раз. Потом Гарри выбрался из чаши с таким выражением лица, какое бывает у детей во время долгожданного праздника. — Что? — удивленно посмотрел на него Волд. — А в Отделе Тайн есть радиофизики? — все еще сверкая глазами, спросил он.

***

Министр проводил совещание глав отделов. В общем-то, просто собрал в кабинете Ближний круг, чтобы получить краткие устные отчеты и напомнить слугам, почему они его боятся. Официальные приветствия закончились, Министр поднялся с кресла, поигрывая палочкой в тонких пальцах. Он начал обходить вокруг стола, проверяя поверхностностные мысли легилименцией. — Люциус, мой скользкий друг. Блондин сумел не вздрогнуть. Малфой быстро сглотнул и, придав лицу подобающее выражение, спросил: «Да, мой Лорд?» — Почему еще ни одно государство не признало мою власть легитимной? — Переговоры с Францией, Германией и Китаем подходят к концу, — Люциус смотрел на Повелителя как кролик на удава и думал, что Поттер точно псих, раз еще и спать с ним не боится. — Многие государства готовы подписать договора и отправить послов, но не хотят быть первыми. — Что ж, Люциус, неплохо. Что с США? — Эта страна грязнокровок и магглов, знающих о магии и использующих!.. — Я знаю, что это за страна, — тихий, высокий голос, заставивший Люциуса испуганно замереть. — По исключительно магическому потенциалу Британия намного опережает США, но они могут подключить к войне маггловскую технику. Тогда вероятность нашей победы становится слишком малой. — Понятно. Северуссс! Как продвигается реформа и введение факультативов? Не особо вслушиваясь в ответ, потому что у Снейпа осечек выйти не должно было, Министр неслышно прошел дальше вдоль кресел слуг. Стоило Северусу замолчать, как Волдеморт обратился к Роули, за спиной которого остановился. Торфинн заметно вздрогнул то ли не услышавший шагов, то ли не ожидавший, что с ним заговорят. Заикаясь, Роули выдавил из себя ответ на вопрос. У него вспотел лоб и побелело лицо. Министр почти обошел вокруг длинного стола, узнав текущее положение в решении наиболее принципиальных вопросов, когда разум обожгла волна чужой злости. Он посмотрел в глаза Белле, которая тотчас попыталась скрыть мысли, но не смогла справиться. — Белла, встань. Лестрейндж подчинилась, едва удерживая себя от того, чтобы зажмуриться. Ее трясло, но Волд не мог проигнорировать ее ненависть по отношению к Гарри. — Разве ты не клялась, моя дорогая Белла, — подходя поближе и добавляя в голос шипящих нот, спросил он, — во всем разделять мое мнение? Почему же ты с таким упрямством пытаешься противиться моему выбору? Белла поджала губы и опустила взгляд. Она вздрагивала, будто рыдала, только не позволяла течь слезам. Лестрейндж мотала головой из стороны в сторону, не произнося ни звука, будто онемела. — Ты боишься меня, Белла, — он за подбородок поднял ее голову и посмотрел в лицо. — Впервые ты боишься наказания. Неужели ты считаешь, что оно несправедливо? — Волд! — в зал, сметая охранные заклинания, ввалился очень взволнованный Поттер. Гарри, как-то особо не задумываясь, едва ли не подбежал к Лестрейндж. Он помог вдруг начавшей падать женщине удержаться на ногах. Белла вцепилась в него мертвой хваткой, и Гарри не оставалось ничего иного, кроме как погладить по спине и прошептать: «Поплачь... Не бойся». Она, не сдерживаясь и не скрываясь, заревела. Поттер подтянул магией от стены диванчик и устроил на нем Беллу, накладывая на нее легкие сонные чары. Гарри так посмотрел на Волда, что тому стало страшно. — Все вон! Руди, жену забери. — В Мунго, — шепнул мужчине Поттер. Спустя пару минут они остались в помещении одни. Гарри рухнул на диван и, притянув к себе Волда, уткнулся лицом ему в живот. Волд положил ладонь ему на голову, едва заметно гладя. — Что случилось? — Давай, я сначала про Бель объясню? — С мыслями собираешься? — Волд сел рядом, чтобы не отвлекаться на провокационность позы. — Она беременна. Остается надеяться, что она сейчас ребенка не потеряет. Я еще тогда, у тебя в Поместье, почувствовал что-то такое. Магия подсказала, что там что-то необычное, но срок, видимо, совсем маленький был, а сейчас почти четко ощущается: Белла и ребеночек. А ты их обоих напугал очень. — Ей почти пятьдесят. Она это выдержит? — Рудольфусу ее поддерживать придется. Считай, у них обоих отпуск до того, пока ребенку хотя бы полгода не исполнится. Он сейчас будет вливать по максимуму сил в алтарь, а потом неделями пластом лежать. Ей, наверно, вообще вставать до родов запретят. — А ты чего такой взъерошенный прибежал? И откуда? — А кто Джекки в Отдел тайн устроил? Я пришел посмотреть, как он там, даже предлог какой-то заумный придумал по поводу радиоизлучения. Кстати, радиофизиков там нет. Он меня узнал, правда, и о тебе, соответственно, догадался, но я не о том. Гарри замолчал, закусил костяшку пальца. Он с силой растер руки. — Выходи за меня замуж, — посмотрев Волду прямо в глаза, попросил Гарри. — Полным магическим браком. Равным. — Да, но почему? — Такой брак считается предопределенным судьбой. Я слышал пророчество, Волд. — Ты не мог. Так не бывает, — Волд отрицательно помотал головой, будто отказываясь воспринимать его слова. — Пророчество может услышать лишь тот, о ком оно. Лонгботтом... — Ты никогда не считал его равным. А отметить можно чем угодно. Словом, решением, да хоть засосом. — Хочешь поспорить с судьбой? — И доказать заодно старому кукольнику, что он не всегда прав. А еще я просто хочу с тобой в горе и в радости, то есть лучше, конечно, в радости, но главное — с тобой. — Надо поискать ритуал, подходящий под наши обстоятельства. И, по-моему, равный брак заключается между партнерами с разницей меньше, чем в пятьдесят лет. Номинально. То есть сейчас нельзя, иначе окажешься в зависимом положении, а между нашими днями рождения можно. Хотя, конечно, лорд двух родов... Может, признаешься, нареченный мой, какой второй род? — Блэки. А ты думал, почему Нарси и Бель так от самого факта моего существования бесятся? И бабушка Дорея тоже просто так злится, что я истинный Поттер, и Вальпурга меня матом совершенно случайно обложила? — Не складывается у тебя с женщинами этого рода. — Они мешают мне делать, что хочу. Волд рассмеялся. Он обнял жениха и, поцеловав, отправил домой ритуал искать. Гарри вечером подарил ему простое тонкое кольцо. — Оно маггловское, родовое нельзя: рядом с лордом двух родов тебя никакая сила равным не поставит. Поэтому временно будет так, а ритуал мы выберем из тех, где кольца Магией даруются.