Эгоист

Гарри проснулся, стоило Волду пошевелиться. — С добрым утром? — Гарри, приоткрыв один глаз, пронаблюдал, как любовник садится и потягивается. — Да, с добрым. Я сегодня долго, так что ужинай без меня, если не успею. — У меня тоже есть планы, которые непонятно когда закончатся. Не теряй. Волд посмотрел на него в ожидании пояснений, но Гарри уже снова задремал. Волд собрался, поцеловал любимого в торчащую из одеял макушку и, смутившись своего порыва, быстро ушел. Гарри проспал еще пару часов, а потом, позавтракав, спустился в мастерскую. За столом Гарри разложил все инструменты и заготовки. Хотелось парить, настолько высоко взлетело настроение после этого нежного поцелуя. Задуманное получалось легко и быстро, Гарри даже удивлялся: не так еще хорош он в своем хобби. Серебряная проволока послушно гнулась в руках, словно обычная нить обхватывала камни. Узор нигде не нарушался, все держалось настолько крепко, что Гарри был уверен: ничто не развалится. За четыре часа он все закончил, хотя боялся, что провозится еще несколько дней. Гарри оставил украшения в растворе, который поможет сохраниться заявленным свойствам дольше, а сам решил проверить сообщения на телефоне. Просмотрев несколько отчетов по работе, Гарри натолкнулся на одно смс, которое заставило его окончательно сбросить ленивую негу. Он быстро напечатал ответ и щелчком пальцев вызвал домовика. — Тинки к вашим услугам! — улыбнулся молодой эльфенок. — Подбери мне одежду из маггловского шкафа, собери большой ящик стандартных зелий и коробку сладостей. А еще у меня в мастерской резная шкатулка на полке справа от двери. Гарри уже закончил одеваться, когда все требуемое и любимый портфель с чарами расширения пространства появились на столике. «Спасибо, Тинки», — в воздух произнес он, зная, что его услышат. Аппарировав сразу из поместья, Гарри вышел из небольшого переулка в парк и, проходя к его центру, заставил себя успокоиться. Он попытался заново проанализировать ситуацию. Тон сообщения показался обеспокоенным, но это не удивительно после его долгого молчания. Гарри вдруг подумал, что она испугалась за него не меньше, чем он за нее, ведь она даже не знала о его первом исчезновении. Луна пришла минут через двадцать и первым делом порывисто обняла. Когда она отстранилась, Гарри успел заметить, как радостную улыбку сменяет привычная мечтательная. Он смог только виновато склонить голову. Город был сер и скучен, что не удивительно для конца апреля. Да, уже начинали распускаться почки, выпуская зеленые листочки, но дожди еще не давали Лондону цвести летними красками. Гарри и Луна по привычке пошли в кафе неподалеку. Он отодвинул ей стул, сел напротив, избегая прямо смотреть в ясные голубые глаза. — Гарри, — ее маленькая рука легла на его, — я рада, что ты в порядке, так что ты не обязан оправдываться или рассказывать, если не хочешь. Гарри смотрел на их руки, кожа Луны казалась белой по сравнению с его загаром. «Даже белее, чем у Волда», — мелькнуло в его голове. Они сделали заказ. — Я влюбился, Луна. И вряд ли ты меня поймешь... — он заалел, но продолжил. — Мне потребовалось сбежать из Англии так надолго, чтобы разобраться в себе. Гарри наконец поднял взгляд, его глаза лихорадочно блестели, отчего казались еще зеленее. Луна робко улыбнулась ему. — Я люблю Волдеморта. Луна удивленно распахнула глаза. Она какое-то время молчала, то ли дожидаясь пояснений, то ли обдумывая заявление. — А он? — Луна, как всегда, отреагировала совершенно неожиданным образом. Румянец на щеках Гарри немного утих, став просто ярко-розовым. Парень улыбнулся подруге мечтательно и довольно. — По-моему, да, но не с его титулом каждому встречному в любви признаваться. Луна, как же я рад, что ты это так спокойно приняла. Она ничего на это не ответила, но в груди у Гарри будто зажглось маленькое желтое, как цыпленок, солнышко. Разговор перешел на обычные темы. Луна рассказывала о новостях у орденцев. Гермиона уже узнала, что ждет девочку, и сейчас все свободное время искала в книгах наиболее подходящее имя. Кто-то нашел работу с большей зарплатой и интереснее, кто-то решил узаконить отношения. Гарри на это только хмыкнул: «Наконец-то сообразили». Луна ничего не ответила, но Гарри понял по лукавому блеску глаз, что она полностью разделяет его точку зрения. Девушка рассказала пару историй про своих подопечных: она работала няней у двух ребят пяти и семи лет, которые умели и втайне от родителей обожали ставить окружающих в неловкое положение. Луна пожаловалась, что у них появилась дурная привычка: стоит какому-то парню или мужчине обратить на нее внимание, как Ник отправляет сестренку к нему, чтобы сказала: «А возьмите маму замуж». Она пока не хотела каких-то отношений, но сам факт ее смущал. Гарри спохватившись, подарил ей серебряный амулетик-оберег с лунным камнем. Девушка почти не пыталась отказаться: уже привыкла, что любой принесенный подарок Гарри уговорит принять. Луна быстро расстегнула цепочку и повесила на нее аккуратную подвеску. Когда амулет скрылся под теплым свитером, Гарри вздохнул спокойно. — Не говорю носить не снимая, но мне будет спокойнее, если он будет у тебя как можно чаще. С учетом всех рун, он будет снижать агрессию в достаточно большом диапазоне. Луна согласно кивнула и попросила поделиться своими новостями. Гарри рассказал про Германию и Бразилию, восхищаясь даже не ими, а контрастом между двумя понравившимися ему странами. Он поделился впечатлениями о Голливуде и похвастался, что видел Бэна Аффлека, запомнившегося им обоим по просмотренному вместе «Армагедону». Впрочем, он знал, что Луна завидовать не станет. Еще через какое-то время, пообедав и выпив черного чая, они пошли гулять, по-маггловски укрывшись синим с бронзой зонтиком Луны от дождя. Они шли по шумным лондонским улицам, заглядывая время от времени в витрины магазинов или окна кафе: без какой-то конкретной цели, просто посмотреть. Они проходили мимо какой-то антикварной лавки, когда Луна остановилась и настойчиво потянула Гарри туда. — Мне почему-то очень хочется зайти, словно зовет что-то. Гарри распахнул перед ней дверь. Мягко звякнул колокольчик, старичок за стойкой, чем-то похожий на Оливандера, окинул посетителей внимательным взглядом, но решил, что они едва ли что-то купят. Луна целеустремленно прошла куда-то в глубь магазина. Она взяла с полки книгу в потрепанном кожаном переплете и протянула Гарри. Забрав фолиант, он провел кончиками пальцев по обложке без названия и открыл ее. Гарри с удивлением почувствовал привычный укол: каплю крови просили все более менее серьезные магические книги. Текст оказался на латыни, но по паре слов он определил, что магия тут обсуждалась не светлая. — Предположим, это мне. Я почему-то уверен, что Волд читает на латыни, как на родном английском. А тебе что-то нравится? Луна покачала головой. Гарри расплатился за покупку, к немалому удивлению продавца, выпустил Луну из магазина и вышел сам. Он убрал книгу, и они продолжили прогулку. Еще через квартал, Гарри заметил магазин шоколада ручной работы. — Пойдем, Луна, хоть так отплачу твоему чутью за великолепный подарок. В магазинчике стояли несколько столиков и продавался не только шоколад, но и чай с кофе. Для немедленной дегустации, как сказал Гарри. Они выбрали несколько конфет и заказали чай, а Гарри попросил собрать по два варианта каждого вида с собой. — Он никогда не признается, но он обожает сладкое, — пряча за чашкой смущенную улыбку, рассказал Гарри. — Я не смогу его даже опасаться, такими темпами, — улыбнулась в ответ Луна. Гарри в очередной раз подумал, что мечтательности в ней становится все меньше, даже несмотря на все ту же мягкость мимики и задумчивость взглядов. Он покачал головой, потому что все еще не мог решить для себя: лучше это или хуже. С одной стороны, эту Луну никто бы не стал дразнить Полоумной Лавгуд, с другой — какая-то часть его хотела сохранить ту девочку, которую он встретил, сбежав от Дурслей после пятого курса. Дверь с тихим скрипом открылась, мужчина лет сорока придержал ее для жены и детей. Луна улыбнулась вошедшим и поздоровалась. Гарри обернулся, пытаясь понять — может ли откуда-то знать эту семью. На ум ничего не приходило. Мальчик, старший ребенок, подбежал к Луне и выпалил: «Мисс Луна, это твой парень?» — Во-первых, здравствуйте, молодой человек, — отозвался за подругу Гарри. — Во-вторых, представьтесь сами и представьте сестру и родителей, раз уж вы первый начали разговор. Потом необходимо дождаться, пока свое имя назову я, и только после этого задать вопрос. Мальчишка насупился, но указания выполнил. Впрочем, Гарри и без того успел понять, что это семья, где Луна работает. — Лихо, — прокомментировал отец семейства. — В меня это еще жестче вбивали, но польза перевешивает в любом случае, — лучезарно улыбнулся ему Гарри, а потом повернулся к мальчику. — Я на Луну не претендую, Ник. Любовь всей моей жизни либо еще на работе, либо дома ждет, — Гарри замолчал на пару секунд. — Кстати о последнем варианте... Не пора ли нам по домам, Луна? — Как скажешь. Девушка поднялась, дожидаясь, пока Гарри расплатится, попрощалась с Райтами. Она погрозила Нику пальчиком за спиной родителей и, взяв Гарри под руку, вышла из кафе. Миссис Райт, глядя им вслед, задумчиво протянула: «А жаль, хорошо смотрятся вместе». Гарри проводил подругу до остановки: он никогда не видел, где расположена новая штаб-квартира. Гарри отдал ей зелья и магические сладости, как обычно, для детей. Он еще немного поплутал по улицам, пока не остался один в неприметном переулке, и аппарировал. — Тинки, — позвал Гарри. — Волд дома? — Гость уже пришел. Он в библиотеке. Гарри отдал куртку и портфель домовику, а сам пошел извиняться перед любимым за ожидание. Волд сидел в кресле спиной к двери. Гарри подкрался к нему, наклоняясь, обнимая и целуя в висок. Волд обернулся. — Не ждал тебя так скоро. — Я соскучился. Кстати, у меня для тебя подарок, — Гарри обошел кресло, сел напротив. — Тинки, портфель. Эльфенок появился с удивленно распахнутыми глазами и протянул требуемое. — Да, такой у тебя рассеянный хозяин, — улыбнулся ему Гарри. — Подожди. Гарри вытянул книгу из портфеля, отдал Волду, а сумку вернул домовику, отпустив. — Стоит чего-то или?.. Я, к своему стыду, на латыни читаю только со словарем. Волд слушал не слишком внимательно. Он рассеянно поглаживал пальцем имя автора и название. — Это великолепный подарок. Волд произнес какую-то фразу, насколько понял Гарри — часть рецепта. Он открыл книгу на середине и, перелистнув пару страниц, нашел нужное предложение. — Первая темномагическая книга, что я открыл. Летом сорок третьего Роб Лестрейндж пригласил меня к себе, а его отец не успел запретить ему. Мы целый месяц ночами это переводили, потому что латынью владели из рук вон плохо. Книга не такая уж редкая, в библиотеках троих Пожирателей я ее видел, но купить где-либо так и не смог. — А я нашел ее в маггловском антикварном магазине. Хотя не так... не я нашел, меня в нее носом ткнули. — И кто же тебя рискнул куда-то носом ткнуть? — А ты ревнуешь? — Гарри наклонился вперед. — А у меня есть повод? — Волд левитировал книги на небольшой столик у стеллажа и повторил жест Гарри. Между их лицами оставалось сантиметров пять. — Абсолютно никакого, но мне нравится, как ты ревнуешь. Волд мягко рассмеялся, притягивая его к себе и целуя. Он провел большим пальцем по его щеке в незамысловатой ласке. — Как быстро ты меня приручил. — Ты не дикий зверь, чтобы тебя приручать, — неожиданно серьезно ответил Гарри, и под пронзительным взглядом Волд смутился. Темные глаза вспыхнули ярким пламенем, чего не случалось рядом с Гарри ни разу, после его возвращения из США. Впрочем, злость мгновенно стихла, а Волд порывисто поцеловал Гарри. Тот не смог сопротивляться и настаивать на других словах, боясь все равно их не услышать.