Глава 5. Проблемы
К моменту, когда они добрались до больничного крыла, Гарри понял, почему Малфой так опасался авантюристов, которые могут использовать его вейловское наследие. Казалось, движимый сексуальным влечением, он совершенно сошел с ума, во всяком случае, Гарри никогда так быстро голову не терял. Дважды по дороге он вынужден был привлечь его внимание к тому, куда они шли, а не к тому, что делал Гарри.
Да, он делал всякие глупости, чтобы привлечь внимание Малфоя, но, похоже, что слизеринец был полностью, мгновенно и безоговорочно сражен гормонами. Это было страшно, и Гарри мог только мечтать о том, что Поппи сможет сделать что-то прежде, чем Серафим найдет, чем порадовать спятившую от желания вейлу.
- Капец обоим, - сообщил Малфой, с трудом фокусирую взгляд на целительнице, - срочно успокаивающее, немедленно.
Слизеринец был на редкость лаконичен.
- Господин Поттер, - значительно сказала целительница, - пожалуйста, уйдите в другой конец комнаты. Господин Малфой, присядьте на кровать, я сейчас вернусь.
Она исчезла, а Гарри честно пошел в указанном направлении, одновременно чувствуя, как ему трудно отойти от Малфоя. Он сел и попробовал не слишком об этом задумываться, наблюдая, как Поппи влила в того две микстуры, которые Малфой проглотил с жадностью умирающего. А затем, волнуясь, наблюдал, как целительница накладывает на него диагностирующие заклинания.
- Скоро вы неизбежно почувствуете действие успокаивающего, - профессионально сообщила она Малфою. Гарри даже не пробовал притворяться, что не подслушивал. – Это на время подавит любые желания, которые могут возникнуть. Если мы вовремя будем поить вас лекарствами, то помешаем механизму влечения. Что вы чувствуете?
На мгновение ее пациент обратил взор внутрь себя, а потом хмуро и раздраженно сообщил.
- Хочу убить Поттера, - злобно и честно признался Малфой. Никогда в жизни Гарри не был рад услышать от него такие слова.
Поппи выразила свое неодобрение услышанному, но приставать не стала, а гриффиндорец почувствовал себя виноватым.
- Господин Поттер, - официально заявила Поппи, этот тон она всегда использовала при посторонних, - вы можете подойти.
Не желая испытывать свою удачу, даже если учесть, что они с целительницей были хорошими друзьями, он быстро подошел к даме. Та вынула из кармана фартука бутылочку.
- Выпейте это, - твердо сказал она, демонстрируя, что очень зла на него за то, что после их разговора слизеринец вернулся в таком виде. – Это пресечет любую вашу реакцию на гормональные всплески Малфоя, пока мы не увидим, что все стало как прежде. Возможно, уже завтра утром все вернется на свои места, и будет не хуже, чем сегодня утром. Я вызвала директора и ваших деканов, скоро они придут сюда. Я была бы вам очень признательна, если бы вы объяснили, что произошло.
- Это все Поттер виноват, - сердито сказал Малфой, но присутствие Поппи мешало ему развернуть дискуссию.
Гарри открыл бутылку и выпил ее содержимое, не беспокоясь о вкусе и выражении лица. Ему хотелось, чтобы это безумие кончилось. Поппи выглядела недовольной, но он не мог винить ее. Ему удалось с первой попытки сделать плохую ситуацию катастрофической. Вот если бы он смог предсказать удар молнии… Целительница кинула в него несколько диагностических заклинаний, но ничего не сказала.
Первым явился Дамблдор. Неожиданно он солнечно улыбнулся Гарри и Драко.
- Здравствуйте, господа, я так понял, у нас тут небольшая проблемка? – бодро начал он. Его способность преуменьшать размеры катастрофы, казалось, поразила Малфоя.
- Небольшая? – недоверчиво спросил слизеринец. – Возможно, Поттер только что разрушил мою жизнь.
- Ну зачем же быть таким мелодраматичным, господин Малфой? – мягко выговорила Поппи.
Гарри воспылал надеждой, что все закончилось. Он просил провидение сделать так, чтобы завтра все было, как было, и он мог корчить из себя шута, развлекая Малфоя. Он даже хотел забыть, что случилось бы, если бы крылья их не спасли.
В этот момент вошел Снейп, увидел Гарри и подобрался.
- Что на этот раз натворил неуправляемый и непредсказуемый Поттер? - язвительно осведомился профессор зелий. Позади него в дверном проеме появилась Магконагал.
- Это мог быть и Малфой! – поддержала Гарри декан Гриффиндора, и Поттер обрадовался, что хоть кто-то тут на его стороне.
Снейп подарил ей уничтожающий взгляд и вошел в комнату.
- Произошел несчастный случай, - спокойно пояснила мадам Помфри, - господин Поттер случайно разбудил наследие вейлы господина Малфоя.
Подробности родословной Малфоя, казалось, никого в этой комнате не удивили.
- Он первый меня разбудил, если уж на то пошло, - себе под нос буркнул Гарри, директор глянул на него, и по его взгляду Поттер понял, что тот его услышал.
- Как он это сделал? – спросил Снейп, определенно решивший не дать Поттеру сорваться с крючка.
- Он прикоснулся ко мне, - обвинил слизеринец, - после того, как я специально попросил его этого не делать.
- Не забудь про молнию, Малфой, - язвительно сказал Гарри, - ты бы поджарился.
Снейп открыл, было, рот, чтобы прокомментировать услышанное, но Дамблдор, подняв руку, призвал его к молчанию.
- Думаю, - глубокомысленно сказал он, - что нам нужно во всем детально разобраться. Это поможет пролить больше света на взаимные обвинения. Гарри, ты прикасался к господину Малфою после того, как он попросил этого не делать?
Гарри оглядел присутствующих.
- Да, - честно сказал он, - но это был несчастный случай.
По лицу Снейпа было видно, что сейчас он это заявление прокомментирует, но Даблдор его снова остановил.
- Гарри, - спокойно продолжил директор школы, - пожалуйста, объясни, почему ты это сделал.
- Мы разговаривали на озере, - начал он, радуясь, что его мнение будет услышано, - а потом началась буря. Мы побежали назад. Когда я почувствовал, что появилось статическое электричество, понял, что сейчас ударит молния, и я знал, что она ударит в нас. Я схватил Малфоя и прикрыл его крыльями, защищая нас.
Он увидел, что и Снейп, и Макгонагал на слове «крыльями» подняли брови.
- Я не знаю, что случилось, я потерял сознание, а когда пришел в себя, мы держались за руки.
- Вас ударила молния? – недоверчиво спросил Снейп.
- Да, - твердо ответил Гарри, - это было адски больно.
Профессор Макгонагал все еще недоверчиво смотрела на него.
- Может быть, мне кто-нибудь объяснит, откуда у Поттера крылья? - спокойно спросила женщина.
Дамблдор вопросительно посмотрел на мальчика, Гарри кивнул.
- У него в предках Серафим, - объяснил директор школы. – Впитав магию Волдеморта, он вошел в силу.
Профессор Макгонагал выглядела пораженной, а Снейп смотрел с отвращением.
- И у меня брачный период, - спокойно сказал Гарри и увидел удивление в глазах директора.
- Именно поэтому я и велел тебе не трогать меня, - воспользовался паузой Малфой, чтобы отрыть ему яму поглубже.
- Да-да, господин Малфой, - коротко сообщила Макгонагал, - мы уже в курсе, что вы говорили или не говорили господину Поттеру.
- Надо проверить источники, - холодно сообщил Снейп, переключая всеобщее внимание на себя. – Серафимы начинают гон, если находят потенциального партнера. Кто вам рассказал, Грейнджер, я полагаю?
У Гарри язык не поворачивался сказать, что он посвятил в тайну связи между ним и Малфоем постороннего человека. Он покраснел и повернулся к Поппи, втайне моля ее о помощи.
- Господин Поттер сегодня утром приходил ко мне за советом, - сообщила целительница, - и рассказал, что он привязан к господину Малфою. Я предложила ему рассказать все потенциальному партнеру, чтобы избежать возможных инцидентов, один их которых сейчас и произошел.
Гарри хотелось провалиться сквозь землю, так он был смущен. Профессор Макгонагал, казалось, находила ситуацию настолько же невероятной, как и Снейп, и тоже уставилась на него тяжелым взглядом.
- Гарри, - медленно спросила женщина, - почему вы выбрали именно его?
- Я не выбирал, - твердо сообщил он. – Мы ненавидим друг друга, я бы сам к нему близко не подошел. Но тот тип с крыльями считает, что Малфой самая подходящая кандидатура
Выражение лица Снейпа стало еще гаже, чем было, и Гарри это не понравилось.
- Неважно почему, но Поттер это сделал, - язвительно сказал декан Слизерина. - Очевидно, что он напал на Малфоя, и нужно что-то предпринять.
Гарри собирался оправдываться, но взгляды, которые послали Снейпу три члена совета, сказали все, что он хотел выразить.
- Господин Малфой, - спокойно сказал Дамблдор, поворачиваясь к слизеринскому принцу, - если не углубляться, то вы пострадавшая сторона, значит, вы должны выбирать, как нам поступить. Стоит ли обратиться в Министерство и исследовать этот вопрос формально или лучше оставить этот случай между вами двумя, чтобы не привлекать общественного внимания, которое обязательно будет?
Пока директор не упомянул общественное мнение, на лице Малфоя было написано ликование. Потом он понял, что ославлен будет не только Гарри, но и он сам. Сияние несколько померкло, но по его лицу невозможно было понять, что он решит, и Гарри нервно ждал ответа.
- Я предпочел бы, - медленно выдавил Малфой, - чтобы об этом случае знало как можно меньше людей.
Дамблдор ему бодро улыбнулся.
- Очень хорошо, - радостно сказал директор, - будем считать этот случай внутренним инцидентом. Полагаю, что это был несчастный случай и, следовательно, никакого наказания любой вовлеченной в него стороне не будет. Мадам Помфри, вам есть, что сказать?
- Да, - внушительно сообщила Поппи, - Малфой выпил успокоительное средство и микстуру нейтрализации, и теперь все, что мы можем сделать - ждать. Поттер тоже пил успокоительное, чтобы не реагировать на Малфоя. Но на это нужно время. Приблизительно через 12 часов действие закончится, если Малфой все еще будет чувствовать влечение, он должен вернуться сюда, и мы попробуем альтернативы.
Директор лучезарно улыбнулся всем присутствующим, на вкус Гарри, даже чересчур лучезарно, но он был рад, что его не арестуют на все оставшееся время школьной жизни.
- Хорошо, - сказал Дамблдор, - тогда, полагаю, все улажено. Если вы не возражаете, профессор Снейп, профессор Макгонагал, проводите своих подопечных в комнаты отдыха. Думаю, этот вопрос снят с повестки дня.
Оба слизеринца выглядели недовольными результатом разговора, но когда директор говорил таким тоном, вся школа знала, делать уже нечего.
- Идемте со мной, Гарри, - благосклонно сказала Макгонагал, - посмотрим, что я смогу сделать с вашей формой прежде, чем вы встретитесь со своими друзьями.
Это переводилось как «следуй за мной, и я вытрясу из тебя всю душу», но кто такой был Гарри, чтобы спорить с деканом?
Это был отвратительный конец жуткого дня, Гарри был очень несчастен. Мало того, что он влюбился в Малфоя, так еще теперь была высока вероятность того, что, будучи в состоянии гона, блондин ответит на его чувства. Учитывая обоюдную одержимость, вероятность того, что они встретятся в одной постели, была очень высока. И это Гарри еще старался не вспоминать про пятипроцентную возможность беременного Малфоя. Отцом его ребенка становиться очень не хотелось. Вдобавок крылья изорвали его одежду, и так качественно, что даже волшебному восстановлению она не подлежала.
Он вошел в гриффиндорскую гостиную, чувствуя себя усталым, у него болел каждый мускул. Неожиданно Гарри обнаружил, что все однокурсники уставились на него. Со страхом он понял, что плохой день и не думал кончаться.
- Гм, Гарри, - это был юный Колин Криви, который набрался храбрости, чтобы спросить его о крыльях.
Их видели. Кто-то видел, как он спас Малфоя, и Гарри не сомневался, что теперь об этом судачит вся школа. Стиснув зубы, Поттер поднялся на несколько ступенек по лестнице, ведущей в спальню, повернулся к потрясенным сокурсникам и впился в их лица взглядом.
- Не дожидаясь вопросов, хочу сделать заявление, я – Серафим, - громко, чтобы все слышали, сказал он. - Волдеморт отомщен – из-за его силы я обзавелся крыльями. Как будто этого недостаточно, я к тому же ухаживаю за Драко Малфоем, который ненавидит меня со страстью, которая уступает только чувствам покойного Лорда. Моя жизнь – кошмар, сейчас я запрусь в спальне и больше никогда из нее не выйду.
Он повернулся и поскакал через три ступеньки вверх по лестнице.
- А он ничего держится, - сказал кто-то шепотом, но Гарри со своим сверхчувствительным слухом все равно услышал.
- Я это слышал! – рявкнул он с верхней ступеньки и зашел в спальню.
Гарри был рад обнаружить, что она пуста, и с удовольствием хлопнул дверью. А потом еще и запечатал ее заклинанием такой силы, что единственным человеком, который мог бы ее отпереть, был Дамблдор. Если соседи захотят спать, пусть попробуют уговорить его открыть им.
***
- Явился! – голос Малфоя прогремел в Большом зале, как только слизеринец переступил его порог. – Щас я буду тебя медленно и мучительно убивать!
Гарри повернулся на своем месте и подумал, что никогда не видел блондина таким разъяренным, да еще и с палочкой в руке.. На всякий случай он отогнул рукав и потянулся за своей. Ученики прыснули в разные стороны. Было ясно, что микстура Поппи Малфою не помогла.
- Я собираюсь решить эту проблему раз и навсегда, и пусть я потом до смерти просижу в Азкабане! – слизеринец действительно был очень зол.
Гарри вспомнил, что Поппи велела Малфою, если зелье не подействует, вернуться к ней, но, видимо, потомок вейлы был слишком зол для этого.
- Мне жаль, - крикнул Гарри, в нем гнев боролся с желанием, - ты предпочел бы быть пораженным молнией, что я мог сделать?
- Использовать защитное заклинание, прыгнуть вперед меня, - прорычал Малфой и угрожающе взмахнул палочкой, - я же ясно сказал, не смей меня трогать!
Это было настолько несправедливо, что гнев в грифиндорце возобладал.
- У меня было меньше секунды, чтобы защитить тебя, - заорал Гарри, - если бы я размахивал палочкой, ты бы сейчас уже хрустел как чипс, у меня не было времени думать!
Теперь их разделяло едва ли два метра. Палочка Малфоя указывала непосредственно в грудь Гарри. Он не мог не видеть, как сияют серые глаза, когда их обладатель был сердит. Чувствуя к себе отвращение и пытаясь забыть об этом, Гарри несколько раз глубоко вздохнул.
- Позволь мне прояснить ситуацию, - опасным тоном сказал Малфой, а Гарри нашел его голос очень сексуальным. – Если ты еще ко мне приблизишься, я тебя убью!
Проклиная всех богов на свете, Гарри пытался хотя бы немного успокоиться и не схватить слизеринца немедленно.
- Почему ты думаешь, что мне это нравится больше, чем тебе? – горячо возмутился он. – Это ты выбрал место и время для разговора.
Главной проблемой было то, что часть его хотела сорвать с Малфоя одежду любой ценой, и эта идея, похоже, скоро завладеет им полностью.
- О! Так это я во всем виноват?! – взбесился слизеринец. – Какого черта ты, почувствовав ко мне интерес, поперся еще и объясняться?!
Гарри помимо своей воли сделал к нему несколько шагов и с трудом остановился.
- Я хотел предупредить тебя, - язвительно сказал он, - если бы мы не поговорили, я бы не знал, что мне нельзя до тебя дотрагиваться, и я мог это сделать на зельях, даже не зная, что это опасно. Хорошо, мне жаль, но я ничего не могу сделать, это был несчастный случай!
- Ты, Поттер, один большой ходячий несчастный случай! – сделал шаг вперед Малфой.
Выражение его лица стало страдальческим, и Гарри был уверен, что у блондина те же проблемы, что и у него. Его привлекательность была ощутима, и гриффер внезапно понял, что находиться в одном помещении с Малфоем было плохой идеей.
- Малфой, притяжение полей, - сделал он попытку думать логически хотя бы минуту, - кто-то из нас должен немедленно уйти отсюда.
Договаривал предложение он уже слегка придушенным голосом. Малфой выругался и попробовал повернуться, но мог только вращать глазами и не сдвинулся с места.
- Что ж я тебя на пристани-то не прибил, - взвыла частично вейла и в отчаянии прикрыла глаза.
Гарри едва держал себя в руках, волна нестерпимого желания пробежала по телу. Они чувствовали друг друга, оба были на пике брачного периода, и ни один не мог остановиться.
- Гойл! – истерично позвал друга слизеринец. – Веди меня отсюда к чертовой матери!
Крылья Гарри затрепетали, когда вечный телохранитель двинулся к Малфою, им не понравилась эта идея. Было такое ощущение, как будто первобытная, подспудная часть его сознания проснулась и подавила современного, цивилизованного человека. Гарри знал, что если в ближайшее время он не возьмет в руки свои инстинкты, произойдет что-то очень необычное. Например, пленение и похищение им слизеринского Дракона, которое, несомненно, войдет в историю Хогвартса. Когда Гойл протянул к плечу Драко руку, волшебная палочка Гарри заискрила, казалось, по поводу происходящего она имело собственное мнение. Главный силач слизерина тут же отдвинулся от Малфоя. Поттер происшедшего даже не заметил.
- Малфой! – сказал он отчаянным голосом, - ударь меня, взорви, сделай хоть что-нибудь, только не дай мне до тебя добраться, мы об этом оба пожалеем!
Слизеринец напрягся, но все, что он сумел сделать, так это удержаться от следующего шага.
- Я не могу, - сказал Малфой, он выглядел испуганным.
Гарри почувствовал, что сила воли кончилась, и его тело шагнуло вперед, он оказался нос к носу с блондином. Он хотел развернуться крылья и показаться перед ним во всей красе, он хотел схватить его за руку, он хотел…
- Если я от тебя забеременею, Поттер, – в шипении слизеринца уже не было ничего человеческого, - Круциатусом ты не отделаешься!
Их разделяли миллиметры, и напряжение между ними было почти болезненным. Гарри услышал какой-то звук, его крылья почти раскрылись, но в последний момент он сумел сдержаться. Через мгновение он почувствовал, как что-то ударило в спину. Вечно благодарный тому, кто это сделал, Гарри потерял сознание.