Angels and Devils

Матч Слизерин-Рейвенкло оказался захватывающим, и «змеи» выиграли его. Как ни противно было признать, но Гарри был впечатлен приемом, который использовал их ловец. Он подождал, пока фанаты уйдут, чтобы команда могла привести себя в порядок, а затем Поттер пошел по дорожке, которая вела в слизеринскую раздевалку. Он встретился с целой группой игроков.

- Отличная игра, - сказал он и окинул блондина внимательным и пристальным взглядом. Он не хотел, чтобы его демарш был воспринят как угроза, и решил лишний раз показать это. Судя по всему, Малфой был удивлен и совсем не рад его видеть.

- Пришел поболеть за команду, которая вас сделает, Поттер? – едко поинтересовался слизеринский ловец.

- На самом деле, я хотел поговорить с тобой, наедине, - прямо сказал Гарри. - Я не хочу, чтобы ты думал, что я преследую тебя или загоняю в угол, поэтому говорю об этом в присутствии твоих друзей.

Малфой поднял бровь.

- Тебе никогда бы не удалось загнать меня в угол, Поттер, - сказал объект его страсти с холодной усмешкой, и Гарри мысленно пнул себя за то, каким привлекательным в этот момент он ему показался.

Гриффиндорец хотел быть уверен, что не плюнет на разговор и не выкинет что-нибудь глупое. Блондин очень плохо влиял на Гарри, и он себе совсем не доверял.

- Малфой, - твердо сказал он, - если бы не крайняя необходимость, меня бы здесь не было. Мы можем забыть про нашу вражду на несколько минут?

Травля Гарри была любимым занятием слизеринцев вплоть до предыдущей недели, обе стороны очень увлекались этим видом спорта, но теперь ему было не до игрушек.

- Но оскорблять тебя - мое призвание! – возмущенно заявил Малфой, не желая сдаваться.

Кребб и Гойл выступили из-за спины своего великолепного лидера, держа в руках биты, которыми на матче отбивали бладжеры. Не похоже было, что Малфой будет их останавливать. Глянув на блондина, Гарри понял, что он больше хочет насладиться шоу, чем поговорить. Модифицированный Поттер мог бы отбросить его телохранителей одной рукой и надолго отправить к Поппи, но это сводило вероятность разговора к минимуму. К тому же, вызов давал возможность покрасоваться перед Малфоем, и он смотрел на приближение двух слизеринцев с презрением.

Крылья Гарри зудели от нетерпения, их подстегивал механизм защиты, но он собрал всю силу воли в кулак и не выпустил их. Он был быстрее и сильнее, чем любой слизеринец, и в магических видах защиты необходимости не было. Кребб и Гойл были удивлены, когда увидели, что он ждет их и не двигается.

- Отзови собак, Малфой, - сказал Гарри, немного здравого смысла у него еще оставалось.

- Почему? – поинтересовался тот и сложил руки на груди, ожидая развития событий. Казалось, его слова подстегнули двух амбалов, которые двинулись вперед быстрее.

- Прекрасно, - ответил Гарри, по крайней мере, не он начал ссору.

Вместо того, чтобы отступить назад или уклониться от удара, как от него и ожидали, он поймал рукой биту и выдернул ее из рук нападавшего. Быстрый удар ногой по колену Крэбба заставил слизеринца растянуться, а Гарри поднял выхваченную биту, чтобы блокировать действия Гойла. Мгновенный хук слева отправил второго нападавшего отдыхать на травку.

Легкий шум дал понять, что Крэбб пытается снова встать на ноги, и, повернувшись к жирдяю, Гарри рыкнул: «Лежать!». Испуганный парень застыл. Оглянувшись на Малфоя, Поттер заметил мелькнувшее на его лице восхищение, которое тот быстро спрятал за обычной ухмылкой.

- Малфой, это важно, - с нажимом сказал Гарри. – Я пройду как нож сквозь масло через весь твой гадюшник, но рано или поздно тебе придется со мной поговорить.

Слизеринец медленно поднял бровь, но согласился.

- У тебя есть час, - коротко бросил блондин. – На пристани.

Наконец-то! Гарри кивнул и отбросил биту, которую держал над Крэббом, глянул на Гойла, который вытирал окровавленный нос, и пошел к школе. Все прошло не совсем так, как ожидалось, но, по крайней мере, он своего добился. Гриффиндорец покачал головой, когда понял, что только что сделал – в одиночку отделал телохранителей Малфоя, вооруженных битами. Нарисовался, не сотрешь!

***

Вода была темной и мрачной, отражая небо. Надвигалась буря, которая, Гарри был уверен, разнесет в клочья остатки его жизни. Поттер обреченно ждал Малфоя на одной из пристаней. Тот опаздывал, и гриффиндорец мерз, несмотря на толстый плащ, в который завернулся. Гадский слизеринец наверняка хотел заморозить его задницу до смерти.

- Поттер! – Малфой удивительно вежливо поприветствовал его, наконец соизволив явиться.

- Малфой, - нейтрально ответил Гарри, внезапно забыв, что должен ненавидеть свою школьную Немезиду за отмороженные тылы.

Он изучающее посмотрел на слизеринца, странно успокоившись от одного взгляда серых глаз, затем отвернулся к воде.

- Ты без сопровождения? – собравшись с мыслями, спросил Гарри.

- Да, ты рисковал, - ровно ответил Малфой, - но я решил сдержать слово.

Краем глаза Гарри видел, что слизеринец сел на деревянный мостик, потом гриффиндорец повернулся лицом к его главном сопернику и объекту неутоленного желания.

- Малфой, - медленно начал он, не подозревая, как блондин отнесется к новостям, - подозреваю, что от твоего внимания не ускользнуло, что в последнее время я вел себя немного странно.

Он сделал паузу и посмотрел на Малфоя, чтобы увидеть его реакцию. Тот сидел неподвижно.

- Хорошо, гм… ты заметил, - Гарри понял, что растерял остатки слов, и ожидал смеха партнера, однако тот молчал.

- Ты демонстрируешь себя, - слова Малфоя приморозили его к месту, Поттер не мог шевельнуться и просто смотрел.

- Ты знаешь?! – он не поверил своим ушам.

- По-оттер, - ответил Малфой и закатил глаза, - не забывай, с кем ты разговариваешь. Я – слизеринец, и мозгов у меня гораздо больше, чем у героев-гриффиндорцев. Когда кто-то в моем окружении начинает вести себя странно, даже чудо-мальчик, я начинаю наводить справки…

Волдеморт был убит, но Пожиратели Смерти еще оставались, и этот мир был опасен даже после окончания войны. Гарри понимал беспокойство Малфоя.

- Как ты меня вычислил? – наконец спросил он.

- Как только я догадался, что ты не под проклятием, то провел небольшое расследование, - на удивление спокойно ответил Малфой. – Информацию о любой магической семье найти нетрудно, в чем уже убедилась Грейнджер, которая узнала все о моей.

Гарри посмотрел на него вопросительно.

- Я видел ее в библиотеке, - спокойно ответил слизеринец. - Насколько я понял, ты знаешь о вейлах.

Гарри кивнул, он не собирался отрицать это.

- Как только я узнал о Серафимах, все остальное стало очевидно, - сказал Малфой и удивленно продолжил. - А ты силен, Поттер! По моим подсчетам, ты уже давно должен был скакать по Астрономической башне, распустив крылья, как сорока.

Гарри закрыл лицо руками и застонал.

- Я был к этому близок, - пробормотал он, задаваясь вопросом, как много знал слизеринец о его переживаниях.

На мгновение Малфой замолк, и Гарри был уверен, что его последняя реплика была услышана.

- Поттер, ты пытаешься сказать, что у тебя действительно есть крылья? – спокойно спросил слизеринец.

Гарри кивнул, блондин должен был знать, как далеко зашли изменения, но он сказал это неохотно.

- А еще когти как сталь, и увеличенные сила, слух и зрение... Вроде ничего не забыл, - сказал он. – Единственное, что еще при мне, я остался мужчиной и не стал гермафродитом.

- Ты уверен? – потрясенно спросил Малфой.

- Очень даже, - коротко сказал Гарри.

Воцарилась тишина.

- Твою мать, - наконец сказал его партнер, - насколько ты крут, Поттер?

- Гораздо круче, чем мне хотелось бы, - со вздохом ответил Гарри, который хотел, чтобы все закончилось. – Слушай, а ты не мог бы просто пойти и закрутить с кем-нибудь любовь, а? Ты же знаешь, что это единственный способ снять меня с хвоста?

Тут воображение продемонстрировало ему этот самый «хвост» и откуда он растет.

– Я в переносном смысле, - сказал Гарри и попытался отбросить эти мысли.

Малфой засмеялся над его смущением, но тут же посерьезнел.

- А тебе не приходило в голову, что для Серафима большее значение имеет магическое соответствие, а не сексуальная невинность? Что мои партнеры просто не смогут вызвать твоей ревности и потери интереса?

Гарри не хотел об этом думать, это был его единственный план.

- Это, скорее всего, единственное решение, - едко ответил он. – Что тебе стоит попробовать?

Некоторое время слизеринец задумчиво смотрел на него, а потом медленно покачал головой.

- Я не смогу, - честно ответил он.

- У тебя сейчас брачный период, - Гермиона была права, как понял Гарри. – Что тебе стоит поддаться тому, кто захочет залезть к тебе в брюки?

- Ты – тот, кто хочет залезть ко мне в брюки, - оскорблено буркнул Малфой.

Гарри открыл рот, чтобы возразить, а потом закрыл его, ведь так оно и было. Было глупо отрицать очевидное.

- Погоди, Гермиона сказала, что ты сейчас обязательно оплодотворишь любую девушку, но что насчет мальчиков?

Малфой рассмеялся.

- Грейнджер не устает меня удивлять, - сказал слизеринец и встряхнул головой. – К твоему сведению, она права, но все гораздо сложнее, и я говорю это потому, что она все равно, так или иначе, докопалась бы до правды. Пик брачного периода вейлы длится четыре дня. Если я позволю себе выйти из-под контроля, то прикую кого-то к кровати на 96 часов. Если это будет девушка, никакое противозачаточно заклинание не поможет, она понесет. Если это будет юноша, то есть восхитительная возможность в пять процентов, что наследие превратит меня в гермафродита, и забеременею я. Можешь назвать меня параноиком, но рисковать я не буду.

- Вот дерьмо! – с чувством сказал Поттер.

Они замолчали. Гарри попытался найти в его рухнувшем плане лазейку. Ему пришло в голову, что Драко, будучи во власти брачного периода, подозрительно хорошо справляется с его зовом.

- Если у тебя сейчас гон, - наконец спросил он, - то как это ты умудрился не зафиксироваться на ком-либо типа меня?

- С помощью силы воли, - ехидно сказал слизеринец.

Гарри поспешил отмести подозрение.

- Да я же не знал, что все так получится, - возразил он в свою защиту, - мне никто не сказал, что у меня такое затейливое генеалогическое древо. Я еле разобрался с этими чертовыми крыльями и не знал, что захочу злейшего врага.

Они посмотрели друг на друга, а потом Гарри перевел взгляд на растущую тучу. Споры все равно не помогут.

- Как долго продлится твой брачный период? – попытался он вернуться к теме разговора.

- Месяца два-три, - равнодушно ответил слизеринец, - трудно сказать точнее.

- А потом ты сможешь вернуться к тому, кого, черт подери, хочешь? – решил убедиться Гарри.

В ответ на отчаянный тон Гарри Малфой поднял брови, но кивнул.

- Тогда все, что мы можем сделать – это держать под контролем свои желания, - твердо решил Гарри. – Есть ли что-нибудь, чего я должен избегать любой ценой? Скорее всего, следующие несколько недель я буду вести себя как полный придурок, но есть ли что-то, что могло сделать все еще хуже?

- Не прикасайся ко мне, - тут же ответил Малфой, - спаривание вейл основано на химизме тела, поэтому, если ты до меня дотронешься, у нас начнутся настоящие неприятности.

Гарри кивнул.

- Что-нибудь еще? - спросил он и быстро оглянулся, поскольку раскат грома распорол небо.

- Да, - ответил Малфой и внезапно хмыкнул, - с нетерпением жду твоих следующих выходок, пока было забавно!

Гарри застонал и поднялся. Это будут каторжные месяцы.

- Ты не скажешь никому про крылья? – спросил он, желая знать наверняка.

- Я думаю, интереснее будет, если все остальные будут думать, что ты просто спятил, - ответил слизеринец, злобно сверкнув глазами. - Кроме того, ты будешь хранить мою тайну, а я – твою. Есть те, кто хотел бы влиться в семью Малфоев и попытаться использовать в своих интересах мое положение. Предпочитаю дела с ними не иметь.

Гарри оказался перед Малфоем, поскольку слизеринец тоже поднялся на ноги. Он посмотрел в серые глаза блондина, и на короткое мгновение ему стало жаль, что они оказались врагами. Коротким кивком гриффиндорец признал, что они поняли друг друга, и затем посмотрел на небо.

- Мы должны вернуться внутрь, - быстро решил он. – Собирается дождь.

Без лишних слов пара отправилась через открытое пространство к замку. Небеса разверзлись, когда они были на половине пути, и Гарри с удовольствием натянул на голову капюшон.

Молния сверкнула и расколола небо почти сразу, как только закапал дождь. Всполохи сопровождались раскатами грома. Гарри оглянулся на Малфоя, и они поняли, что оказались в опасности. Они были в середине плоского пространства и оказались единственными объектами для разбушевавшегося шторма.

Молнии любили волшебство, по этой причине Хогвартс был оснащен несколькими очень большими громоотводами. Но они были слишком далеко от замка, чтобы быть в безопасности. Одновременно ребята побежали.

Гарри чувствовал покалывание статического электричества, близость опасности подтолкнула его, и он больше не сомневался. Крылья разорвали одежду, как будто ее и не было, он бросился к Малфою, закутывая слизеринца крыльями в защитном жесте. В тот же момент молния ударила его в край крыла, и боль прошила Гарри насквозь. Он мог отразить большинство заклинаний, ничего не почувствовав, но с естественными силами природы было труднее. Ему было так же больно, как если бы их с Малфоем все-таки ударила молния.

Гарри не успел осознать случившегося и на какой-то момент выпал из пространства. Он понятия не имел, что делал это время, все расплылось, но когда пришел в себя, то понял, что лежит на спине, а буря направляется к побережью. Казалось, облака перемещаются по небу слишком быстро, и Гарри задался вопросом, что же все-таки случилось. Его крылья были сложены, все тело болело, а одна рука была придавлена чьим-то телом.

Рядом кто-то застонал, и он повернул голову, чтобы увидеть Малфоя, который лежал сбоку от него. Они крепко держались за руки и оба это сразу заметили. Слизеринец, казалось, мгновенно пришел в себя, отбросил его руку и взвизгнул.

- Поттер! – вставая, завопил Малфой. – Какого черта ты до меня дотронулся, чего ты не понял?

- Я тебя не трогал, - настаивал Гарри на своей невиновности и чувствовал, что каждая клеточка его тело жаловалась. – Я просто не хотел, чтобы ты поджарился. Если ты не заметил, в нас только что молния ударила.

Слизеринец впился в него взглядом, но поспорить с логикой аргумента не мог. Гарри потребовалось несколько секунд, чтобы понять - его партнер смотрел на него очень внимательно и совсем не так сердито, как сначала.

- Малфой, - медленно сказал он, немного взволнованный резкими изменениями в поведении партнера.

Слизерницу хватило этого, чтобы очнуться.

- Вот черт! – резко сказал Малфой. - Началось! Я же сказал, что если ты дотронешься до меня, мы оба окажемся в беде! Нам надо в больничное крыло, если повезет, мадам Помфри сможет купировать приступ.

Гарри не стал спорить и побежал за Малфоем, который рванул к замку.