Шикарное начало

Тишину в комнате нарушил низкий, довольный смешок Фреда. Он подошел к коробке от Джинни и подцепил пальцем одну из шелковых лент комплекта.
— Ну, что я могу сказать… — его голос звучал томно и соблазняюще. — У моей сестры безупречный вкус. И, кажется, она прекрасно знает, что тебе идет.

Кира все еще пыталась прийти в себя от нахлынувшей волны смущения и возбуждения, смешавшихся в один клубок. Ее щеки пылали, а пальцы слегка дрожали. Она чувствовала себя как на пороховой бочке, фитиль к которой только что подожгли с двух сторон сразу — эксцентричным Джорджем и проказливой Джинни.

— Они оба совершенно ненормальные, — выдохнула она, но протеста в ее голосе уже не было. Был лишь сдавленный, хриплый смешок. — И ты тоже. И я, наверное, тоже, раз меня это всё не пугает, а наоборот…

Она не договорила, но Фред понял. Он всегда понимал её с полуслова, с полувзгляда. Он оставил шелк в покое и закрыл расстояние между ними, его крупная ладонь легла на ее горячую щеку.
— Меня это дико заводит, — признался он просто, без утайки, глядя прямо в ее зеленые глаза. Его большой палец нежно провел по ее скуле. — И твоя реакция… Тот факт, что ты краснеешь, но не отшатываешься… Это лучше любого подарка.

Его слова сняли последние остатки напряжения. Кира обмякла, позволив себе на секунду просто утонуть в его взгляде. Потом глубоко вздохнула и отстранилась, собираясь с мыслями.
— Ладно, хватит про это. Сначала — официальный обмен, мсье. Потом… посмотрим. — Она постаралась придать голосу строгий, деловой тон, но блеск в глазах и игривая улыбка выдавали ее.

Она отошла к комоду и взяла оттуда небольшую, плоскую коробку, затянутую в бумагу с рисунком из миниатюрных взрывающихся бомбочек — фирменный принт «Всевозможных  волшебных вредилок».
— Держи. — Она протянула коробку Фреду, слегка нервно постукивая пальцами по крышке. — Только не смейся. Это не так эпично, как твой подарок Сириусу, но… я старалась.

Фред принял коробку с преувеличенной серьезностью, как будто ему вручали государственную награду.
— Мисс Блэк, будьте уверены, я отношусь к любому подарку от вас с величайшим трепетом и… обожанием, — он сделал на последнем слове такой томный акцент, что Кира снова почувствовала прилив жара к лицу.

Он развернул подарок с театральной медлительностью, растягивая удовольствие. Бумага упала, и он замер, уставившись на содержимое.

В бархатном футляре лежали очки. Но не простые. Оправа была из темного, почти черного дерева, стильная и брутальная. Но главное было в стеклах. Они были не прозрачными, а слегка затемненными, и в них были встроены крошечные, почти невидимые рунические схемы, переливающиеся при свете.

— Это… — Фред осторожно вынул их из футляра.
— Очки ночного видения, — пояснила Кира, смотря куда-то мимо него, в угол комнаты. — И не только. Они также усиливают контрастность при ярком свете, чтобы ты не ослеп, скажем, от внезапной вспышки. И… — она запнулась, — в дужку встроен миниатюрный Заклинательный Деактиватор. Одно нажатие — и он попытается нейтрализовать простое заклинание, летящее прямо в тебя. Не сработает против чего-то мощного, но от «Петрификуса» или «Ступефай»… может спасти драгоценные секунды.

Она произнесла это все скороговоркой, словно оправдываясь, что подарок недостаточно хорош.

Фред не отвечал. Он просто смотрел на очки, лежащие на его ладони. Его обычно оживленное, насмешливое лицо стало серьезным, даже задумчивым. Он примерил их. Очки сидели идеально.

— Как? — спросил он наконец, и его голос был непривычно тихим, без привычной клоунской бравады.
— Я… я писала Чарли. Спрашивала об особенностях зрения драконов, о том, как они видят в темноте. Потом были чертежи, эксперименты… Папа немного помог с рунической вязью. Я хотела, чтобы ты мог спокойно работать ночью в заповеднике или в лаборатории, не щурясь и не рискуя… — она замолчала, понимая, что говорит лишнее.

Фред снял очки, бережно положил их обратно в футляр и закрыл крышку с щелчком. Он поднял на нее взгляд. В его синих глазах бушевало что-то сложное и глубокое — благодарность, уважение, и та самая нежность, которую он так редко показывал так открыто.

— Кира, — он произнес ее имя так, словно это было заклинание. — Это самый потрясающий, самый продуманный подарок, который мне кто-либо когда-либо дарил. Это… это не просто вещь. Это забота. Обо мне. О моей безопасности. О моем деле.

Он сделал шаг к ней, потом еще один. Он не смеялся, не шутил, не отпускал своих обычных колкостей.
— Спасибо, — сказал он просто и искренне, и эти два слова значили больше, чем любая длинная речь.

Он обнял ее, и это был не страстный, а скорее благодарный, крепкий объятие. Кира прижалась к его груди, слушая стук его сердца, и наконец расслабилась. Она поняла, что попала в точку.

Через мгновение он отстранился, и его лукавая ухмылка начала медленно возвращаться на место.
— Ну что ж, — протянул он, и в его голосе снова зазвучали знакомые игривые нотки. — Теперь моя очередь. Приготовься.

Он потянулся в карман своих джинсов и вытащил не коробку, а небольшой сверток, туго перевязанный бечевкой.
— Не смотри так подозрительно, — рассмеялся он, видя ее выражение лица. — Я не Джордж. Мое скромное предложение.

Кира взяла сверток. Он был легким и мягким на ощупь. Развязав бечевку, она развернула бумагу. Внутри лежала пара носков. Обычных, на первый взгляд, шерстяных носков ручной вязки. Они были теплыми и уютными, с забавным узором из миниатюрных рыжих лисичек.

Она подняла на Фреда удивленный взгляд. Он смотрел на нее, поджав губы, явно пытаясь сдержать смех.
— Носки? — не поверила своим глазам Кира. — Серьезно? После всего этого?

— Надень их, — предложил Фред, его глаза весело сверкали. — Там сюрприз.

Кира, пожимая плечами, присела на край кровати и натянула один носок на свою ногу. Шерсть была приятной, не колючей. И тут же она почувствовала необычное ощущение. Легкое, едва уловимое покалывание, будто сотни крошечных пузырьков шампанского лопались у нее под кожей. И вместе с этим по телу разлилось странное, щемящее чувство… абсолютного, безоговорочного счастья. Ощущение, что все в мире идеально, что она в полной безопасности и ее любят. Это было похоже на действие мощного эйфорического зелья, но без дурмана и затуманенности сознания.

— Фред… что это? — прошептала она, глядя на свой носок с рыжими лисичками с благоговейным ужасом.

— Носки абсолютного счастья, — торжественно объявил он, садясь рядом. — Моя собственная разработка. Пока ты их носишь, ты чувствуешь себя… ну, знаешь. Как будто выпила немного «Феликс Фелицис», но без побочек. Просто тепло и хорошо. Для холодных вечеров, для плохого настроения… или для того, чтобы просто помнить, что все будет хорошо.

Кира смотрела на него, и ее глаза вдруг наполнились слезами. Не от грусти, а от переполнявших ее эмоций. Это был самый простой и самый гениальный подарок, который она могла себе представить. После всей ее заботы о его безопасности он подарил ей… ощущение покоя. Уют. Маленькое личное счастье, которое можно надеть на ноги в самый хмурый день.

— Ты… — она не нашлась, что сказать. Она просто бросилась ему на шею, зажав в кулаке второй носок. — Они волшебные. Ты волшебный. Я… я теперь никогда их не сниму.

Фред счастливо рассмеялся, качая ее в объятиях.
— Ну, на ночь все-таки советую. А то заснешь с такой улыбкой, что лицо заболит.

Они сидели так, обнявшись, в тихой комнате, залитой мягким светом. Подарки от Джорджа и Джинни лежали неподалеку, напоминая о предстоящих приключениях ночи. Но в этот момент было важно только это — тихое, теплое счастье, подаренное друг другу.

Наконец Фред оторвался и посмотрел на ту самую, злополучную коробку от брата. Его взгляд стал томным и полным обещаний.
— Ну что, мисс Блэк, — прошептал он, его губы прикоснулись к ее мочке уха, заставляя ее вздрогнуть. — Наше официальное часть окончена. Может, теперь опробуем… неофициальные подарки? Я горю желанием увидеть тебя в этом шелке. А потом… посмотрим, кто у кого будет просить пощады.

И его губы нашли ее губы, положив начало долгой, жаркой рождественской ночи, полной смеха, страсти и абсолютного, носкового счастья.

Кира ответила на его поцелуй с таким же жаром, позволив на мгновение увлечь себя этой волне желания. Его руки скользнули под подол ее платья, и она почувствовала, как мурашки побежали по коже. Но затем она мягко, но настойчиво отстранилась, положив ладони ему на грудь. Ее глаза блестели озорным, дразнящим огоньком.

— Постой, постой, мистер Уизли, — прошептала она, ее дыхание было учащенным. — Вся эта спешка… Она не для королевской охоты.

Фред нахмурился, явно разочарованный, но в его взгляде тут же вспыхнул азарт — он обожал ее вызовы.
— Охоту? — он приподнял бровь. — Я думал, мы уже всё выяснили насчет того, кто здесь главный охотник.

— Думаешь? — Кира сладко потянулась, как кошка, демонстративно медленно проводя пальцем по шелковой ленте от подарка Джинни. — Мне кажется, ты недооцениваешь ситуацию. У меня теперь есть… снаряжение. — Она кивнула в сторону злополучной коробки от Джорджа. — А у тебя только носки. Пусть и волшебные. Не очень-то равные условия.

Она встала с кровати и сделала несколько шагов к камину, прекрасно зная, что он не сводит с нее глаз. Ее движения были плавными, исполненными нарочитой неги.

— Может, ты сначала докажешь, что достоин быть тем, кто этим снаряжением будет пользоваться? — она обернулась к нему, подперев рукой бок. — Уговори меня.

Фред рассмеялся — низкий, хриплый, полный желания и готовности принять вызов.
— О, я тебя уговорю, Блэк, — он медленно поднялся с кровати, словно хищник, готовящийся к прыжку. — Я буду уговаривать тебя до самого утра. И поверь, слова — это последнее, что я буду использовать.

Он сделал шаг к ней, и в этот самый момент дверь в комнату с грохотом распахнулась.

На пороге, ярко освещенный огнями коридора, стоял Джордж. Он сиял своей самой бесстыжей, довольной ухмылкой.

— Ну что, любовники, вы тут уже, наверное, вовсю тестируете мои скромные подарочки? — провозгласил он, не смущаясь ни на секунду. — Извините, что прерываю этот… э-э-э… образовательный процесс, но папаша объявил общий сбор на улице! Салют будут запускать! Всех срочно к выходу!

Фред замер с выражением крайнего разочарования и раздражения на лице. Он смотрел на брата так, будто готов был тут же применить к нему самое запретное заклинание.

— Джордж, — прорычал он. — Ты знаешь, где ты сейчас окажешься, если немедленно не…

— Ой, не кипятись, — отмахнулся Джордж, его взгляд скользнул по открытой коробке на кровати и по шелку, который Кира все еще держала в руках. Его ухмылка стала еще шире, если это вообще было возможно. — Я вижу, Джинни тоже не подвела. Отличный комплектик! В нем тебе очень идет, Кир, цвет лица просто прекрасный! Ну, или это Фред уже успел…?

— ДЖОРДЖ! — хором рявкнули на него Фред и Кира.

— Ладно, ладно, шучу! — он поднял руки в защитном жесте, но продолжал сиять. — Серьезно, все вас ждут. Салют от «Всевозможных волшебных вредилок» — это не то, что можно пропустить. Особенно в таком составе. Берите куртки и выходите. А то… — он многозначительно подмигнул, — …я могу начать рассказывать всем, почему вы так задерживаетесь. И про содержимое коробочек — в деталях.

Угроза подействовала. Фред с глухим стоном отчаяния упал лицом в подушки. Кира, все еще пунцовая, судорожно сунула шелковый комплект и коробку Джорджа в самый дальний ящик комода и захлопнула его.

— Мы идем, — сдавленно сказала она, стараясь не смотреть на Джорджа. — Просто… уйди. Пожалуйста.

Джордж с торжествующим видом отдал им шутливый салют.
— Не заставляйте себя ждать! И готовьтесь… салют будет о-го-го! — он на последних словах снова многозначительно поднял брови, хлопнул дверью, и его довольный смех затих в коридоре.

В комнате воцарилась тишина. Фред лежал ничком, его плечи судорожно вздрагивали — то ли от смеха, то ли от рыданий ярости. Кира прислонилась лбом к прохладной дверце шкафа.

— Я его убью, — безжизненно произнес Фред в подушку. — Я придумаю такое зелье, что его яхык отвалится. Навсегда.

Кира обернулась. Ее смущение понемногу отступало, сменяясь привычной ей дерзостью.
— Позже, — сказала она, подходя к кровати и шлепая его по спине. — А сейчас… салют. Твой салют, между прочим.

Она наклонилась к его уху.
— И кто знает… Может, темнота и праздничная суматоха подарят нам немного… уединения. Напоследок.

Фред перевернулся на спину и ухватился за ее руку. В его глазах снова вспыхнула надежда и обещание продолжения.
— Это звучит как план, мисс Блэк. Очень зловещий и соблазнительный план.

Они переоделись в куртки под пристальным, полным облегчения взглядом друг друга — напряжение все еще висело в воздухе, сладкое и неразряженное. Выйдя из комнаты, они снова стали всего лишь частью веселой, шумной семьи, но между ними пробегали тайные взгляды и крадущиеся улыбки. Предвкушение лишь усилилось, сделав ожидание еще слаще. И щекотливее — под восторженный крик Джорджа: «А вот и они! Думал, вам понадобится помощь с кожаными ремешками!».