8
Гермиона шла по коридору, едва осознавая, куда идёт. Только что произошло одно из самых сюрреалистичных событий в её жизни. А ведь она, как близкая подруга Гарри Поттера, знала толк в сюрреалистичном и странном. В общем, сидела она в библиотеке и только что закончила помогать третьекурсникам с домашним заданием по Нумерологии, как вдруг к её столу подошёл уже привычно ссутулившийся Виктор Крам. Один его взгляд, и бедная Нэнси Уильямс с Хаффлпаффа попросту сбежала. Ну а болгарин повернулся к Гермионе. — Ты Гермвона Генжер, да? — Его взгляд ей не понравился гораздо больше, чем исковерканное имя. Поэтому она прижала к груди учебник Нумерологии, словно щит. — Меня зовут Гермиона Грейнджер. Вы что-то хотели? — Лично ей очень хотелось, чтобы он ответил «нет». Либо, может, появились Гарри или Луна в качестве поддержки. Однако Крам только кивнул — видимо, в знак подтверждения, что именно она-то ему и нужна.
— Я часто вижу тебя в библиотеке, но больше нигде. Хочу поговорить. — Честно говоря, выглядело жутко. — Мистер Крам, я решила учиться не здесь со своими друзьями. А теперь извините. Гермиона попыталась пройти, однако Крам сделал шаг вперёд, вынуждая её шагнуть назад, чтобы держать его на дистанции. — Для тебя просто Виктор. Я хочу пригласить тебя на бал. Гермиона жутко занервничала, однако изо всех сил постаралась этого не показать. А на случай, если это нечто большее, чем недоразумение, стиснула в кармане палочку, готовясь защищаться. — Прошу прощения, мистер Крам, у меня уже есть партнёр для бала. Буду признательна, если вы меня пропустите, — выдала она как можно спокойнее. — Ну так оставь его. Поттер — мальчишка, а приятный вечер устроит только настоящий мужчина. Например, я. Что-то в его голосе неуловимо изменилось, и Гермиону это напугало. Тем не менее, одна старая шляпа не зря отправила её на Гриффиндор. — Чёрта с два! Как до мужчины до Гарри тебе как до Луны без метлы. Уж он-то точно знает, как устроить девушке приятный вечер. — В чём, мягко говоря, правды с гулькин нос — она понятия не имела, насколько подкован Гарри в этом вопросе. Впрочем, Крам имеет право прийти к любым выводам. Судя по хмурому лицу, так он и поступил. И даже слегка повернулся, оставляя место, где можно пройти. Гермиона сразу же этим воспользовалась. Однако когда проходила мимо самого известного в мире ловца, тот сначала схватил её за руку, а затем начал к ней наклоняться. Что он задумал, она так и не узнала, поскольку при первом же прикосновении выхватила палочку и ткнула ею прямо ему в сонную артерию. — Прошу в последний раз: оставьте(!), меня(!), в покое! — А чтобы до ретивого болгарина окончательно дошло, ещё и нажала как следует. Тот сразу же её отпустил, отступил назад и поднял руки. По-прежнему держа его «на прицеле», Гермиона сделала несколько шагов, а дальше развернулась и сбежала. И её совершенно не интересовало, куда она идёт. Главное — подальше от библиотеки. А когда наконец-то остановилась, ей понадобилась целая минута, чтобы сообразить, куда её занесло, и как отсюда попасть в «родную» башню. Она же помнила, как Гарри сказал, что на некоторое время там задержится, а ей срочно нужно его увидеть. Она пока не решила, стоит ли ему рассказывать об инциденте в библиотеке, но одно знала точно — хочется оказаться рядом с человеком, который точно не станет заставлять её пойти с ним на бал. А в это время её аналитический ум раз за разом прокручивал недавнюю ситуацию, пытаясь отыскать ответы на два вопроса: с какой стати Крам так себя повёл и что нужно сделать, чтобы снова не угодить в подобный переплёт? Она настолько ушла в себя, что ноги сами несли её знакомым маршрутом. Правда, добравшись до портрета Полной Леди и сообщив ей пароль, всё-таки попыталась взять себя в руки. А очутившись в общей гостиной, первым делом огляделась в поисках Гарри. И обнаружила его в компании Колина Криви, причём оба явно увлечены беседой. Самое интересное — стоило ей увидеть Гарри, который с лёгкой улыбкой слушал частенько раздражавшего его излишним энтузиазмом мальчика, как напряжение ушло, словно вода в песок. Гермиона немедленно подошла к ним. — Этот разговор только для мальчиков, или я могу присоединиться? — С улыбкой на неё взглянув, Гарри подвинулся, освобождая место на диванчике. — Колин объяснял, как варить зелья, чтобы делать фотографии. Понимаешь, я согласился помочь ему с фото, которые он нащёлкает на балу. В конце концов, это из-за меня в Рождество ему придётся не праздновать, а работать. — Гермиона подумала, что он сильно недооценивает, какой это шанс для Колина. Бедный мальчик так волновался, словно в любой момент в обморок упадёт. — Оставайся. Колин так здорово объясняет, что Снейпу до него расти и расти. — В знак согласия она кивнула. Эти зелья наверняка не входят в школьную программу, а Колин должен быть экспертом. Значит, можно узнать что-то новое. Сбросив сумку с плеча, Гермиона принялась доставать перо и пергамент. — Извини, Колин, можешь рассказать всё сначала, чтобы Гермиона тоже послушала? Тот согласился, почему-то заикаясь. Подняв голову, она обнаружила, что он яростно кивает. — Хорошо, я готова. Так о чём речь? Следующий час Гарри с Гермионой с удовольствием слушали страстный рассказ о колдофото и необходимых для этого зельях. Гермиона успела исписать несколько футов пергамента, пока к ним робко не обратились друзья Колина, предложив ему сыграть в плюй-камни. Тот выглядел так, будто готов разорваться. — Ладно, Колин. Думаю, на этом можно остановиться. Продолжим как-нибудь в другой раз, хорошо? Услышав, что этот самый «другой раз» состоится, воодушевлённый третьекурсник извинился и ушёл к друзьям. С точки зрения Гермионы, те явно впечатлились, что он целый час беседовал с человеком, способным убить дракона одним только мечом. А ещё она с удивлением поняла, что за время этого импровизированного урока напрочь забыла про Крама. И тут же сравнила, как два чемпиона относятся к студентам помладше. Итак, если посмотреть, с какой теплотой Гарри отнёсся к человеку, который постоянно его раздражает, и сравнить с тем, как Крам обращается с незнакомцами... да уж, разница очевидна. И как же здорово, что Гарри пригласил её на бал! Нет, Крам с ним точно не сравнится. Видимо, эти размышления отразились на её лице, поскольку друг сразу же поинтересовался: — Всё в порядке? Гермиона кивнула. — Да, всё хорошо. Ответный взгляд можно было охарактеризовать исключительно как недоверчивый. Гарри просто молча смотрел, давая понять, что у неё не вышло. Тяжко вздохнув, Гермиона сдалась: — Виктор Крам пригласил меня на бал. Она глазам своим не поверила, как повлияли на Гарри эти слова: на лицо словно тень набежала, а плечи опустились. — О. Ну, наверно, я смогу найти кого-нибудь ещё... — тут он замолчал. И, похоже, чувствовал себя очень неловко. — Я ему отказала, — заявила Гермиона, взяв его за руку. И была потрясена и даже слегка возгордилась, когда всего лишь три слова, означавшие, что она не променяет его на спортивную суперзвезду, буквально вдохнули в Гарри жизнь. — Ты правда думал, что я соглашусь? — Ну, он же знаменит, старше меня и настоящий чемпион, — застенчиво ответил друг. В ответ она возвела очи горе. — Ты, по крайней мере, столь же знаменит, мой ровесник и лидируешь в Турнире Трёх Волшебников. Здесь тебе вряд ли есть о чём беспокоиться. — Тут она улыбнулась. — А если не можешь быть школьным чемпионом, можешь стать моим чемпионом. Гарри рассмеялся. — Чемпион Гермионы? А мне нравится! — Соскользнув с дивана, он опустился на одно колено. — Моя леди, в вашу честь ваш чемпион справится с любым вызовом! Хлопнув его по плечу, Гермиона в свою очередь рассмеялась. — Ты неисправим, мой чемпион. — Они даже не заметили, как за их шутливой пикировкой с улыбками наблюдала почти вся общая гостиная. — А если собираешься сражаться в мою честь, для начала хотя бы выясни, с чем. Ты уже разобрался с яйцом? Улыбку друга как ветром сдуло. Значит, разобрался и явно недоволен обнаруженным. Конечно же, она не знала, что Гарри просто попросил у Выручай-Комнаты наполненную ванну, опустил туда яйцо и убедился, что песня ничуть не изменилась. Снова устроившись на диване, он вполголоса процитировал подсказку, которую услышал, открыв яйцо под водой. Само собой, Гермиона немедленно стала анализировать: — Похоже, первые две строки означают, что придётся нырять в Чёрное озеро. Интересно, что они заберут? Судя по окончанию, время ограничат. Немного переживаю, что, скорее всего, тебе придётся целый час провести под водой. Гарри нахмурился. — Меня беспокоит не окончание. Учитывая организацию турнира, мне сильно не нравятся третья и четвёртая строчки. Гермиона одарила его удивлённым взглядом. — Тебя так беспокоит то, что они могут забрать? Лицо Гарри стало ещё жёстче, а в глазах вспыхнул гнев на организаторов Турнира. — Не думаю, что это будет «что». Я считаю, это будет «кто». Ненадолго придя в замешательство, Гермиона бросилась успокаивать друга: — Нельзя же просто так использовать людей в опасном задании. В смысле, если они сами не вызвались. Так ведь? — Взгляд Гарри ясно давал понять, что у него такой веры в организаторов нет. И Гермиона сразу же вспомнила, что он не собирался участвовать в Турнире, а вот поди ж ты... — Значит, нам просто надо готовиться к худшему. И всё равно я переживаю по поводу дыхания под водой. Потому что чары Головного пузыря проходят только на шестом курсе. Предлагаю их освоить с помощью... — внезапно она сообразила, что они до сих пор на публике. — Ну, с помощью сам-знаешь-чего. В ответ Гарри мрачно улыбнулся. — Можно, наверно, но оставлю эти чары про запас. Знаешь, я намерен использовать всё, чему нас здесь обучают, включая Гербологию. Какое-то растение? Гарри собирается воспользоваться растением? — Жабросли. Появятся жабры и перепонки на руках и на ногах. То есть, быстрее поплыву. А накануне испытания собираюсь бросить на тебя следящие чары, чтобы поскорее найти. Что ж, изъянов в этом плане Гермиона пока не видела. Зато отчаянно желала хоть немного поднять другу настроение. — Так значит, это меня тебе будет очень не хватать? — с хитрой улыбкой поинтересовалась она. Но настолько серьезного ответа никак не ожидала: — Ты единственное в моей жизни, чего мне будет не хватать больше всего. Да уж, таких комплиментов в свой адрес Гермиона ещё не слышала. Не найдя слов, она просто положила голову Гарри на плечо и счастливо вздохнула. Конечно, настроение нерабочее, но жаловаться она ни в коем случае не собирается. Тем более, Гарри уже не только призвал из своей сумки книгу по Гербологии, но и открыл её на главе с детальным описанием жаброслей. И она даже не заметила, как прижалась к нему ещё крепче, чтобы удобнее читать том, который он открыл у себя на коленях. А тем временем Гарри рассказывал, что запланировал серию экспериментов с целью определить, как долго действуют жабросли. Понятно, зачем — чтобы выяснить, сколько их понадобится. Быстро «вернув» рабочее настроение, Гермиона с головой погрузилась в новую задачу. А про Крама даже не вспоминала. * * * На это Рождество замку Хогвартс грозил самый настоящий аншлаг. А ведь Гарри не понаслышке знал, что обычно здесь оставались с полдюжины студентов. И чем ближе бал, тем праздничнее настроение царило в коридорах и аудиториях. Интересно, а профессора не повыдёргивают у себя все волосы на голове, когда по школе начнут носиться сотни детей, у которых ни занятий, ни домашних заданий, зато масса свободного времени? Луна уехала домой, поэтому Гарри с Гермионой большую часть времени проводили в Выручай-Комнате, присоединяясь к остальным только на время обеда. И тщательно следили, чтобы за ними никто не увязался. «Незанятые руки — игрушки дьявола», — любила повторять тётя Петуния, снова и снова нагружая племянника работой. А тут пара сотен бездельников, которых хлебом не корми — дай только потаскаться за любимым чемпионом. К счастью, никто из оставшейся тройки не знал замок лучше Гарри. Постоянно находясь в компании Гермионы и с её помощью, тот сосредоточился на Рунах и Нумерологии, а не стал расширять арсенал заклинаний. Он ведь до сих пор понятия не имел, как объяснить, что может легко сдать ТРИТОН по любому предмету, где нужна палочка. А то объявят ещё опасным безумцем. Однако новое, гораздо более прилежное отношение к учёбе ничуть ему не мешало время от времени вытаскивать подругу на прогулку. А как-то поутру они вообще присоединились к однокурсникам, устроив грандиозную снежную баталию. Рождество наступило для Гарри очень рано и ознаменовалось восторженными воплями соседей по спальне. Вот как Уизли, которого обычно пушкой не разбудишь, в рождественское утро ухитрялся подскакивать в шесть часов?! Взглянув в ноги кровати, Гарри с улыбкой увидел кучу подарков. Он по-прежнему радовался, что есть на свете люди, готовые одаривать его на Рождество и день рождения. Несмотря на то, что он поссорился с её младшим сыном, миссис Уизли прислала свой обычный «рождественский набор». А для него это многое значило. Сириус снова подарил перочинный нож, а Хагрид — здоровенную коробку сладостей. А вот Рон на сей раз ничего не подарил. Впрочем, Гарри это устраивало. Тем более, он тоже рыжему ничего отправлять не стал. Бумажная салфетка от Дурслей позабавила, а они в ответ получили рецепт зелья для очистки кишечника. А вот дальше начались сюрпризы. Чарли и близнецы подарили кобуру для палочки из драконьей шкуры. Причём палочка извлекалась одним движением пальцев. Луна презентовала годовую подписку на «Придиру». Да и подарка Гермионы (трёхтомное «Введение в разрушение проклятий») он не припоминал. Тем не менее, оценил очень высоко. Оставалось надеяться, ей понравилась синяя накидка в дополнение к «Высшей прикладной нумерологии». Цвет хорошо сочетался с платьем, в котором Гермиона пошла на бал в «прошлый» раз, да и продавец в «Гладгарс» долго расхваливал материал и покрой. А её родителям наверняка понравятся фоторамки, которые они с Гермионой отыскали вместе: для тех, кто не знал о магическом мире, те оставались пустыми. А вспоминая свой подарок Луне (собрание сочинений Лавкрафта), Гарри до сих пор хихикал. Особенно когда представлял на страницах «Придиры» материалы о Ктулху, ми-го и Ночных Гончих. Наконец остался всего один свёрток. Развернув его, он с улыбкой достал две пары носок. Похоже, Винки согласилась с идеей Добби, и каждый связал по паре. Гарри надеялся, им понравился набор швейных принадлежностей, а так же печенье и фруктовый торт, которые он испёк собственноручно. С ощущением, что день начался прекрасно, Гарри встал с постели. А спустившись в гостиную, обнаружил Гермиону с его подарком на шее. А её приветственная улыбка ещё сильнее подняла ему настроение. Поздравив друг друга и вдоволь наобнимавшись, друзья отправились на завтрак. А дальше провели весь день в общей гостиной, наслаждаясь атмосферой праздника вместе с товарищами по факультету. В полпятого Гермиона заявила, что ей вместе с остальными девушками пора готовиться к балу. В ответ Гарри пожелал как следует повеселиться, размышляя, что никогда не вызовется добровольцем, если ему предложат провести несколько часов в компании Лаванды и Парвати. Кстати, кое-кто из ребят с четвёртого и пятого курса пожаловался, что девушкам на подготовку понадобится целых три часа. Впрочем, зная, каким выйдет результат, «лишний» чемпион к ним не присоединился. Интересно, а это плохо, если он уже знает, как будет выглядеть его партнёрша? Хотя ничего изменить всё равно не может, да и не желает. Прикинув, что появилось свободное время, Гарри поднялся в спальню и начал читать первый том Гермиониного подарка. А пару часов спустя поблагодарил Невилла, когда тот напомнил, что им, вообще-то, тоже пора собираться. На то, чтобы принять душ и переодеться, много времени не потребовалось. Правда, пришлось поспорить с самим собой, стоит ли применять бреющие чары. В конце концов, он всё-таки решил избавиться от юношеского пушка на щеках. Хорошо ещё, что ему уже приходилось применять эти чары, а то соседи по спальне, взяв с него пример, обзавелись неплохой коллекцией порезов. Позаимствовав у Дина гель для волос, он заставил свою причёску выглядеть так, словно её нарочно растрепали. Вот стиль такой! И конечно, на сей раз не стал сочувствовать Уизли по поводу его безнадёжно устаревшей мантии. Впрочем, на этом «посту» его с успехом заменил Симус. Решив, что выглядит хорошо (точнее — насколько это возможно), Гарри вернулся в общую гостиную. А пока ждал Гермиону, вдруг почувствовал, что необъяснимо нервничает. Он ведь уже всё это испытал, причём тогда не чувствовал себя даже наполовину таким уверенным и подготовленным. На самом деле, он даже вспомнить не мог, нервничал ли в тот раз. Тогда почему у него влажные ладони, а сердце колотится как сумасшедшее? Словно с дюжиной Пожирателей столкнулся. «В тот раз ты пошёл на бал не с Гермионой», — услужливо подсказала совесть. Он тяжко вздохнул — да уж, похоже. А чтобы успокоиться, попытался выполнить пару упражнений из «курса» окклюменции. И вообще: будешь нервничать, что на балу поведёшь себя как последний идиот, того и гляди создашь самоисполняющееся пророчество. И будь он проклят, если позволит ещё хоть одному пророчеству испоганить ему жизнь! Тем временем его соседи по очереди уходили со своими партнёршами. Симус и Парвати, Дин и Лаванда, Невилл и Джинни... Ну где же она? Времени-то уже прошло... Но тут на лестнице появилась Гермиона, и все мысли из головы словно вымело. «А она выглядит ещё красивее, чем в прошлый раз». Снова то же платье цвета барвинка, снова та же элегантная причёска, и снова она шла с такой грацией, словно и не таскала постоянно кучу книг. Может, дело в улыбке? Да, пожалуй — в прошлый раз Гермиона явно нервничала, а сейчас буквально сияла. Сообразив, наконец, что застыл посреди гостиной, уставившись на свою партнёршу как на восьмое чудо света, он буквально заставил себя сделать несколько шагов навстречу. И, уже слегка придя в себя, склонился над её рукой, поцеловав изящные пальчики. — Моя леди, — шепнул Гарри. Улыбка Гермионы стала ещё ослепительней, а глаза лукаво сверкнули. — Мой чемпион. Гарри так и не понял, пошутила она или нет. Но не выяснять же! Мысленно встряхнувшись, он оттопырил локоть. — Идёмте? Не переставая улыбаться, Гермиона кивнула, и они покинули гостиную. И позже Гарри даже вспомнить не сумел, остался ли там хоть один человек. А по дороге возникло ощущение, будто плывёт. Бросив взгляд на спутницу, он заметил, как та отвернулась, а на её щеках выступил лёгкий румянец. — Выглядишь абсолютно потрясающе! — искренне заметил Гарри. Развернувшись к нему, Гермиона снова улыбнулась. — Это потому, что на голове не обычный кошмар, и зубы теперь человеческие. Гарри нахмурился. — Не только. Лично мне кажется, дело в улыбке и глазах. — Румянец стал гораздо гуще. — Хотя краснеешь ты тоже мило, — тут он в свою очередь улыбнулся. От удивления поначалу у Гермионы чуть рот не раскрылся, а затем она от души хлопнула его по плечу. — Гарри! — Тем не менее, комплимент не слишком её удивил. Ну а спутник в ответ сделал вид, будто покаянно пожимает плечами. Вот так, подшучивая друг над другом и наслаждаясь компанией, они и дошли до Большого зала. И уже собирались по привычке зайти внутрь, но услышали голос профессора МакГонагалл: — Мистер Поттер! Мисс Грейнджер! Сюда, пожалуйста. Наши герои послушно подошли к своему декану. Та критически их осмотрела, и только потом одобрительно кивнула и одарила редкой улыбкой. — Превосходно выглядите. Действительно гордость львов! — кажется, профессор слегка удивилась, процитировав близнецов Уизли. И даже быстро огляделась, убеждаясь, что лишних свидетелей нет. — Пожалуйста, идите за мной — чемпионы и их партнёры собираются в отдельной комнате. Последовав за ней, Гарри с Гермионой обнаружили, что остальные три пары уже на месте. Что Седрик пригласил Чжоу, они знали ещё по урокам танцев. Флер снова пришла с Роджером Дэвисом, который, похоже, уже начал пускать слюни. Конечно, Гарри понимал, что хихикать в такой ситуации ужасно невежливо, но как же трудно сдержаться! Ну а Крам нашёл партнёршу среди француженок. Правда, в настоящее время не обращал на неё ни малейшего внимания, зато уставился на Гермиону. И Гарри моментально почувствовал её напряжение. Больше того — кажется, она попыталась за ним спрятаться. Очевидно, Крам не просто так приглашал её на бал. Слегка повернувшись, Гарри притянул Гермиону за талию и, таким образом, оказался между ней и Крамом. Бросив на болгарина предостерегающий взгляд, он сосредоточился на подруге. Та взглянула на него с благодарностью, но явно чего-то опасалась. Похоже — будущей беседы по поводу того, что же на самом деле произошло тогда в библиотеке. Да и извиниться придётся, что по её милости его втянули в такую ситуацию. Кстати говоря, совершенно ненужную. К счастью, прежде чем напряжение стало заметным, вернулась МакГонагалл. — Пожалуйста, минутку внимания. Сейчас вы войдёте в Большой зал. После исключительно положительных отзывов на идею со школьным фотографом решено одобрить ещё одну студенческую инициативу. Итак, вас всех официально представят. Причём заходить вы будете по очереди согласно набранным в первом испытании баллам. Мистер Диггори, вы первый. За вами мисс Делакур, затем мистер Крам и мистер Поттер. Желаю как следует повеселиться. И пусть ваши школы вами гордятся! Быстро выстроившись в указанном порядке, пары покинули комнату. А как только оказались в вестибюле, двери в Большой зал распахнулись, и на них обрушился шум изнутри. Однако его легко перекрыл усиленный магией голос Ли Джордана: — Дамы и господа, представляю чемпионов возрождённого Турнира Трёх Волшебников! Мистер Седрик Диггори, факультет Хаффлпафф, в сопровождении мисс Чжоу Чанг, факультет Равенкло! Выпрямив спину и вздёрнув подбородок, первая пара под громовые аплодисменты вошла в зал. Тем временем МакГонагалл придержала Флер и Роджера. Причина выяснилась спустя пару мгновений, когда вновь зазвучал голос Ли: — Мисс Флер Делакур, академия Шармбатон, в сопровождении мистера Роджера Дэвиса, факультет Равенкло! — На сей раз овации последовали в основном со стороны мужской половины аудитории. А у Гарри возникло неприятное предчувствие. Ли — лучший друг близнецов, и он три года слушал его комментарии на квиддичных матчах. Похоже, эта самая студенческая инициатива — розыгрыш. И нетрудно догадаться, кто жертва. — Мистер Виктор Крам, институт Дурмстранг, в сопровождении мисс Селин Бомон, академия Шармбатон! Гарри почувствовал, как Гермиона настолько сильно стиснула его руку, что позже наверняка придётся восстанавливать кровообращение. Разжав свободной рукой эти своеобразные тиски, он снова поцеловал её пальчики. А заодно попытался успокоить взглядом. Судя по благодарному кивку, ему это удалось. И когда вновь раздался голос Ли, Гарри опять подставил локоть. — И наконец... Рыцарь Света, гордость львов, король Гриффиндора Гарри Джеймс Поттер, в сопровождении своей леди — Гермионы Джейн Грейнджер! Гарри оставалось только вздохнуть — так он и знал. Расправив плечи, они с Гермионой вошли в зал, старательно делая вид, будто их представили ровно как всех остальных. Гарри даже стало немного жаль Ли, когда он увидел на лице МакГонагалл неприкрытое возмущение. Похоже, за этот трюк бедолаге грозят отработки до конца года. Впрочем, несмотря на такое оригинальное представление, зал встретил всех чемпионов одинаково восторженно. А пока они шли к столу для чемпионов, их партнёров и судей, Гарри бросились в глаза двое. Такое впечатление, что Уизли от зависти вот-вот стошнит, и выражение его лица странным образом перекликалось с физиономией Малфоя. Ну и ещё несколько человек выглядели потрясёнными до глубины души. Стоило им подойти к столу, как Гарри любезно выдвинул Гермионе стул поближе к Флер и Роджеру, а не рядом с Перси Уизли. Пусть уж лучше присоединится к интересной беседе, а не выслушивает бесконечное хвастовство этого павлина. Заняв собственное место, Гарри всё-таки поздоровался с соседом, однако в ответ удостоился лишь холодного вежливого приветствия. Он не имел ни малейшего понятия, чем обидел Перси, однако смотреть дарёному коню в зубы не собирался. Не желает разговаривать — да на здоровье! Когда Дамблдор продемонстрировал, как следует обращаться с меню, Гарри под столом положил подруге руку на колено. К счастью, та понимающе кивнула. Да, лишняя работа для эльфов ей не нравилась, но не устраивать же скандал прямо за чемпионским столом! В итоге Гермиона заказала рыбу, а Гарри — вырезку. А чтобы вышло интереснее, даже попробовали кусочек из тарелки партнёра. Правда, «своё» оказалось вкуснее. Застольная беседа выдалась приятной. Гермионе даже удалось высказать своё мнение по поводу проблемы домовиков мадам Максим и Флер. Похоже, те заинтересовались. А участие Гарри свелось к роли своеобразного щита, потому как Перси регулярно старался высказать неодобрение. Как же — какая-то странная организация, защищающая права домовых эльфов! Когда все насытились, Дамблдор объявил начало танцев. Чемпионы и их партнёры тут же вышли из-за стола для первого танца. Гарри с Гермионой с улыбкой заняли нужную позицию, знакомую по ежевечерним занятиям у профессора МакГонагалл. Как-никак — две недели готовились. Поэтому как только зазвучала музыка, всё стало настолько знакомо, что им не пришлось обращать внимание, куда ставить ноги. Такое ощущение, что те двигались сами. Так что можно заодно спокойно поговорить. — Я очень рад быть здесь с тобой. Спасибо, что согласилась на этот цирк. Даже представить не могу, с кем ещё бы пошёл, — заявил Гарри. Гермиона с улыбкой ответила: — Я ведь должна защищать своего чемпиона, не так ли? И потом — я тоже прекрасно провожу время. И тоже не могу представить, с кем ещё могла сюда пойти. — Вполне подходящий момент, чтобы спросить, что произошло между тобой и Крамом. На лицо Гермионы словно тучка набежала, однако улыбаться она всё-таки не перестала. — Давай не здесь и не сейчас. Не хочу, чтобы что-то испортило наш первый танец. Что ж, Гарри её прекрасно понимал. В конце концов, это их первый бал. Впрочем, он не мог не представить их танцы в будущем. Счастливо вздохнув, он слегка наклонился и поцеловал партнёршу в лоб. — Хорошо, как скажешь. Новой улыбки Гермионы Гарри уже не увидел — она обняла его, положив голову ему на плечо. Решив, что дальше можно не вальсировать, они просто медленно кружились под музыку. Так продолжалось до тех пор, пока их не похлопали по плечам, и рядом раздался знакомый голос: — Вам что, пяти песен мало? Мы же договорились хотя бы на один танец обменяться партнёршами. Обернувшись, наши герои увидели ухмылявшихся Седрика и Чжоу. «Пять песен? Да мы только начали!» Однако Гарри с Гермионой быстро пришли в себя и припомнили, что действительно о таком договаривались, чтобы продемонстрировать единство чемпионов Хогвартса. — Седрик, признайся — ты просто хочешь потом похвастать, что танцевал на балу с самой красивой девушкой, — игриво упрекнул «коллегу» невольный чемпион. Диггори в ответ рассмеялся. — Кстати, Поттер, я хочу видеть твои руки. Значит, вот так? Ну хорошо. Гарри взял Чжоу за руки и пошире их развёл, одновременно покрепче к ней прижавшись. — Извини, твой партнёр настоял, — искренне заявил он, широко раскрыв глаза. Девушки в ответ захихикали, а Седрик «наградил» его подзатыльником и обозвал придурком. Отпустив одну руку, Гарри сделал шаг назад и поклонился Чжоу. — Мисс, могу я пригласить вас на танец? — Конечно, ваше величество. Мысленно застонав, Гарри повёл её на танцпол. Ограничившись одним танцем порознь, затем они с Гермионой снова «воссоединились». Правда, какое-то время просто болтали с Седриком и Чжоу и даже не заметили, как переплелись пальцы их рук. Тем временем заиграла очередная медленная мелодия, и Чжоу, быстренько свернув разговор, увела своего партнёра танцевать. Обменявшись взглядами и улыбками, Гарри с Гермионой взяли с них пример. Спустя несколько песен первый предложил передохнуть и повёл подругу в тот угол зала, где священнодействовал Колин. Между прочим, там выстроилась немалая очередь. И это даже хорошо — можно отдышаться, да и сердце так сильно колотиться перестанет. Когда наконец-то очередь дошла до них, Колин таки оторвался от видоискателя. — Гарри! Гермиона! Ну разве не самый классный вечер?! — Похоже, ответ ему не требовался. — Так, просто стойте рядом. Я сделаю несколько снимков, поэтому может смело менять позу. — Едва дождавшись, пока они обнимут друг друга за талию, он начал фотографировать. Минуты через две Гарри уже собрался поинтересоваться, когда фотосессия наконец-то закончится, но тут мимо них кое-кто прошёл. И его буквально озарило. — Профессор МакГонагалл! Сфотографируетесь с нами? — Та явно удивилась. Впрочем, Гермиона и Колин от неё не отстали. Конечно, Минерва ни за что не признается, но идея сфотографироваться с парой своих любимых студентов пришлась ей по душе. Сообразив, что сейчас будет снимать своего декана, Колин заметно занервничал, однако быстро взял себя в руки. — Всё то же, что и в прошлый раз. Я делаю несколько снимков, а вы при желании можете менять позы. Гарри специально встал так, чтобы МакГонагалл оказалась между ним и Гермионой. Первые пару снимков он старался выглядеть повнушительней, перед третьей вспышкой заметно напрягся, а за мгновение до четвёртой внезапно повернулся и от души обнял своего декана. Пятый снимок не состоялся — Колин едва не уронил камеру и пялился на них, разинув рот. Что касается Минервы, та покраснела, словно школьница. Да уж, не ожидала она такого подвоха со стороны одного из самых сдержанных студентов. И теперь, глядя на злобную ухмылку виновника этого безобразия, безуспешно пыталась восстановить душевное равновесие. Что-то ей это напоминает. Точно — семидесятые годы! Тем временем Гарри, воспользовавшись её ступором, схватил свою партнёршу за руку и утащил прочь. А на прощание ещё и бросил через плечо: — Это за ту глупую газету, мэм! Приятного вечера! — дерзко выпалил он, уводя Гермиону обратно на танцпол. Гермиона от такой наглости несколько минут отходила. И только потом ткнула Гарри кулачком в грудь и отругала. Справедливости ради — безо всякого энтузиазма, чему партнёр только порадовался. Танцевали они, пока в горле не пересохло . А по дороге к столу с прохладительным столкнулись с Невиллом и Джинни. В итоге Гарри предложил Невиллу принести всем попить, а девушки пусть пока передохнут и поболтают. Он был обязан помнить, что случилось в этот момент в «прошлый» раз! Когда они с Невиллом вернулись, обнаружили рядом со своими партнёршами орущего Рона. — Надо было просто развлекаться с Поттером, да? Если бы ты всегда так выглядела, я бы сам тебя пригласил. Но н-е-е-е-т, мы же стараемся только для богатеньких и знаменитых! Или будешь отрицать, что как только Поттер стал чемпионом, вы меня бросили?! — Тут он напустился на сестру: — А ты чего?! А ну немедленно возвращайся в башню! Маленькая ещё, чтобы так одеваться. Еще не хватало, чтобы мою сестру называли шлюхой! Гарри моментально пришёл в ярость и уже собирался как следует врезать рыжему, однако Гермиона сама справилась. Звук пощёчины разнёсся по всему залу и доставил ему огромное удовольствие. — Рональд Уизли, я перестала с тобой дружить, потому что ты, вне всякого сомнения, ужасный друг и отвратительный человек! И я не виновата, что остальные девушки тоже это поняли. Что ж, теперь понятно, о чём вещал Уизли до того, как они с Невиллом его услышали. Гарри подошёл ровно в тот момент, когда Рон поднял руку. Конечно же, ждать, что задумал его бывший лучший друг, он не собирался. Однако его опередила профессор МакГонагалл: — Мистер Уизли, как думаете, что вы творите? Разве я не предупреждала, как себя следует вести? — Получив в ответ хмурый взгляд, она решила: — Ваш рождественский бал только что закончился. Возвращайтесь в башню. Немедленно! — последнее слово она добавила, когда увидела, что провинившийся колеблется. Однако инстинкт самосохранения всё-таки сработал, и Рон выбежал из зала. Чувствуя, как его постепенно отпускает, Гарри наконец-то выдохнул. И только здесь сообразил, что до сих пор держит два стакана — для себя и Гермионы. Вручив ей один из них, свободной рукой он её обнял, пытаясь успокоить. — Давай прогуляемся, — шепнул он ей на ушко и повёл на выход в сторону специально разбитого сада. Гермиона просто кивнула и несколькими глотками осушила стакан, который сжимала дрожащими руками. По пути Гарри поставил на стол её пустой стакан и свой нетронутый. По саду гуляли молча, однако Гарри чувствовал, как Гермиона постепенно успокаивается. Тем более, вскоре она снова положила голову ему на плечо. Конечно, поцелуя в щёку он не ожидал, зато почувствовал, что сегодня действительно сделал что-то стоящее. Погуляв ещё немного, Гарри предложил: — Может, вернёмся? Я бы не возражал ещё с тобой потанцевать. К счастью, подруга в ответ улыбнулась, и они вернулись в Большой зал. И не покидали танцпол, пока профессора не отправили всех спать. До своей башни дошли в уютной тишине. А когда прошли через портрет, с удовольствием обнаружили, что общая гостиная пуста. И это несмотря на то, что одновременно с ними Большой зал покинули несколько шести— и семикурсников со своими партнёрами. По-прежнему обнимая друг друга за талию, они подошли к лестницам. И ни один не хотел, чтобы этот вечер заканчивался. В конце концов, тишину нарушила Гермиона: — Спасибо за чудесный вечер. — И прежде чем Гарри успел ответить, привстала на цыпочки и поцеловала его в уголок губ. И быстро взбежала по лестнице, бросив через плечо: — Спокойной ночи. Гарри так и не понял, сколько простоял, глядя ей вслед. Рука машинально поднялась и коснулась там, где до сих пор ощущались губы Гермионы. А на лице сияла широченная улыбка. «Может, Эфиальт всё-таки прав?» — подумал он, поднимаясь в собственную спальню.