Глава 23
К психологическим факторам риска относятся перфекционистски-обсессивный тип личности, особенно для ограничительного типа нервной анорексии. Низкая самооценка, чувство собственной неполноценности, неуверенности и несоответствия требованиям являются факторами риска развития нервной анорексии.
— Джонни, скажи мне, ты вообще человек? — как-то спросила меня Натали. Я лежал у нее в комнате на кровати и выдувал огромные розовые пузыри из клубничной жвачки.
— Не-а! Я кролик! — засмеялся в ответ я.
— Новак, я серьезно! — обиделась моя девочка. Моя блондинистая куколка как раз в этот момент эротично натягивала на свою аппетитную нижнюю часть тела джинсы. — Ты так мало ешь, много пьешь... При этом умудряешься работать и учиться... — удивлялась Натали.
— Я робот, детка... Запрограммированный на 3 вещи — учеба, работа и секс... — смеялся я в ответ.
Сейчас я понимаю, что Натали была слишком проста для меня. Она не понимала моих фрик- приколов, она не гордилась моими достижениями... Но тогда я еще не знал, что на свете бывают еще ТАКИЕ девушки, которые... Не которые, а просто...ТАКИЕ...
— И как ты умудряешься сидеть на диете... — удивлялась моя зайка, — Я б так не смогла...
— А тебе и не надо! — хмыкнул я, нежно шлепая ее по попке. Кости- это красиво? Хм... Если только у мужчин! Хотя Кейт Мосс, Николь Ричи, Пэрис Хилтон... Они просто божественны!
А тем временем на смену моей подруге Анорексии пришла ужасная Булимия...
Я съедал все-все-все...
В универе меня пригласили в рок-группу «Gloom Fighters». На этот раз солистом! Моему счастью не было предела — я мог спокойно себе творчески реализовываться... Я сам писал стихи и музыку для нашей рок-группы и втайне мечтал о славе, по примеру «H.I.M»...
Вот только мой непостоянный организм, как назло, меня подвел, в одночасье сменив мое отвращение к еде нежной к ней любовью...
— Герц, дай пожрать! — ныл я, сидя на кухне друга, чуть ли не приплясывая от нетерпения.
— Новак, прожорливая ты скотина, подожди! Я только начал жарить этот омлет... — удивленно покосился на меня Йон, пританцовывая перед плитой в процессе готовки. Я тем временем деловито открывал холодильник и изучал его содержимое.
— У тебя нет пирожных... — расстроено протянул я, чуть не плача. Йон оторвался от готовки, подошел ко мне. Его изучающий взгляд мне не понравился...
— Я в следующий раз специально куплю для тебя пирожных, малыш... Только не плачь! — он улыбнулся и погладил меня по голове.
Увлечение темами, связанными с едой: внезапно появившийся интерес к готовке, коллекционирование рецептов, просмотр кулинарных книг, увлечение готовкой и приготовление роскошных трапез для родственников и друзей без участия самого больного при еде; интерес к разным диетам; внезапное желание стать вегетарианцем
Изменения в социальной и семейной жизни: нежелание присутствовать при встречах и общих трапезах, прекращение общения с близкими, частые и долгие посещения ванной комнаты или чрезмерные занятия спортом вне дома
Изменения в поведении: раздражимость и грусть, следующие эйфории; пониженная активность.
Даже не дав Йону дожарить омлет, я накинулся на него, ложкой выедая из сковородки. Йон молчал. Под его мрачным пристальным взглядом я чуть было не подавился. Он продолжал молчать. А лучше бы он меня ударил! В его голубых глазах читалась явная неприязнь... Я боялся, что он снова позвонит в больницу...
— Малыш, я умоляю! Не звони в Rehab! Я больше не хочу туда! — заливаясь слезами, умолял я друга.
— Ладно, Новак, ладно, уговорил... — сдался Герц, — Только при условии, что есть ты будешь ТОЛЬКО на моих глазах и ТОЛЬКО то, что я скажу... — Я заверил его, что именно так и будет.
Как только я вышел из его квартиры, то прислонился к ближайшему забору, и меня вырвало желчью прямо на дорогу...