- отъебись.
Да уж, похоже я попал в его ловушку к тем самым девушкам, которых он приводил домой. И чего я вообще от него ожидал, когда видел, что он буквально не брезгует ни чем.
*****
Таким образом Пак признался сам себе в том, что Чон ему.. симпатичен. До глубоких чувств далеко, но начало уже было положено. И кажется совсем зря. И доверился зря, и думал наивно, что всё это может быть серьёзным тоже зря. Каким идиотом нужно ему было быть, чтобы совсем позабыть о моногамности брата, даже не подумать о том, что для другого это просто сексуальный эксперимент. Выдохнув от осознания того, что он мог оказаться ещё и в постели с ним на месте того парня, но простое опасение после неудачной тренировки и секундное замешательство в примерочной не дало ему совершить эту ошибку, Чим согласился сам с собой, что от Чона теперь стоит держаться ещё дальше чем до тренировок и их сближения, потому что в итоге это принесёт ему ещё большую боль, чем сейчас, но осознавать это было по истине неприятно. Зная, что Чимин пережил, Чонгук не остановился и решил использовать его в своих целях. Из-за этого горчило у самого горла, заставляя прокашлятся и сделать пару глотков чая.
Чувство предательства злило и плавило мозги бесконечным потоком мыслей. Сжав руки в кулачки, он переоделся в спортивную одежду, решив что ему сейчас необходима пробежка. Бег успокоит разум и негативные эмоции. Можно задуматься о более глубоких вещах или вовсе забыться от всего на свете. У Чима хорошо получилось сделать что-то из этого настолько хорошо, что он не заметил, как пробежал по недавно залитому тротуару, по щиколотки утонув в асфальте и захватив с собой килограмм строительного материала на ногах. Этот инцидент лишь сильнее расстроил Пака, подводя его быстро к нервному срыву. Быстро дойдя до дома, он зло шептал:
- Блин. Блин. - зашёл домой Чимин, стягивая с себя ещё грязную и неприятную обувь, упав задницей на пол из-за потери равновесия. День начался херово, честно говоря. Слëзные каналы уже начали наполнятся жидкостью. Парень тихо пытался дотерпеть хоть до какого-то укрытия, чтобы можно было тихонечко отдаться своему горю в мерзкие лапы.
- Всё через жопу.- поднялся на ноги парень, почесав нос тыльной стороной руки и испачкав тем самым лицо грязью. Поднимаясь на второй этаж, тихо сдерживаясь до спасительной двери, его окликнули.
- Эй, с тобой всё в порядке? - Чонгук проходя мимо лестницы на кухню, обратил внимание на чёрные ноги и сутулость старшего.
- Не твоё дело. - обернулся на пару секунд Чим, стараясь выглядеть нормально, а после быстрым шагом ушёл в ванную.
- Что-то тут не то. - грязные ноги и лицо, а ещё и этот слезливый, грустный вид. Первой мыслью было - встреча с хулиганами. А второй и не наблюдалось, потому что Чон сразу рванул за ним.
Как только Чонгук ступил на второй этаж, то увидел, как дверь в ванную захлопнулась, и послышался звук закрытия замка. Подойдя и постучав в неё, он прижался к двери, прислушиваясь:
- Чимин, открой, пожалуйста, дверь.
В ответ он получил лишь молчание, и тихое шуршанье воды.
- Чимин.. Что случилось? Расскажи мне, я уверен, что смогу чем-нибудь тебе помочь.
Через пару минут он открыл дверь, выглядя абсолютно нормально.
- Что тебе от меня нужно? Мне что уже одному в ванной находиться нельзя? - на парне не осталось и следа от инцидента. На лице красовалась давно выученная маска спокойствия и холодности. Чимин легко надевал её после встреч с хулиганами, когда приходил домой или уверял Тэ,что всё в порядке. Но потом, когда он оставался один: его нервы сдавали, он на ногах еле держался, и хотелось сильно плакать, просто выплеснуть всю боль через слёзы. Он правил горький вид, на нейтральную маску, будто он сейчас в порядке и не хочет умереть в своих же мыслях. Сейчас он чувствовал тоже самое, хотелось разреветься как девчонка, просто выжать всё из себя, чтобы потом было полегче смотреть другим в глаза с улыбкой на губах. Но не давала ему показать эмоций чертова гордость перед Чоном. Он однажды доверился ему, заплакав в его объятьях, и теперь глаза слезятся из-за него. Он больше не прижмëтся в объятиях, сжав чужие плечи в руках, не сегодня, не теперь.
- Ты плохо выглядел. Что случилось? - обеспокоено смотрел на старшего Чон.
- Со мной всё в порядке. Тебе показалось, и как я уже говорил - это не твоё дело. - с оттенком злобы говорил это Чимин, пройдя мимо парня к своей комнате. Хотелось вмазать ему по лицу, а после зацеловать ударенное место, крепко обняв. Чем дольше прошло времени с того, как он осознал свою симпатию, тем больше начало противоречивых и странных мыслей лезть в его голову. И это его сильно злит, как и сам Чон.
- Ты встретился с Субином? Он что-то сделал тебе? - схватил его за руку Чонгук, останавливая на половине пути к двери.
- С чего ты взял? Даже если и так, то тебе то что? Это не твои проблемы. - пытался отдернуть свою руку Чимин, но хватка лишь усилилась. - Отпусти, мне больно. - неприятные воспоминания заполнили его разум, прибегая перед глазами и сдерживаться стало намного сложнее, он сейчас вот-вот сорвется.
- Мне не всë равно на это. Отвечай, Субин с тобой что-то сделал? Я тебя не отпущу пока не ответишь. - чуть ослабил свою хватку всё же младший, но продолжил давить на брата, раздражаясь, что тот ничего не говорит и лишь заставляет поверить в то, что хулиган причастен к состоянию Пака.
Схватив второй рукой руку Чонгука, Чимин завернул ему руку, прижав к стене, воспользовавшись послаблением хватки на его руке и чужим замешательством.
- Отъебись. - ответил он своим действием, на вопрос о том, сделал ли ему что-нибудь Субин, нажимая ногой на поясницу младшего. Отпустив парня через пару секунд, он быстро заперся в своей комнате, прячась под одеялом, и наконец выпуская поток тихих слëз.
Действия Чимина потушили сильное беспокойство Чонгука за брата, оставив после себя лишь слабое чувство тревоги. То как быстро поменялся в лице старший, и его нежелание разговаривать говорило о том, что что-то произошло. Сделать же он пока ничего не мог, пока дверь в спальню Пака закрыта, информации ему от него не добиться, а значит осталось только ждать, когда тот успокоится и расскажет ему всё не взрываясь от количества эмоций.